Идеальный мир для Химеролога 6

Глава 8

Следующее утро началось с того, что я пил кофе и слушал прогноз по рынку недвижимости. Но не по телевизору или радио (свет ещё не дали), а от клиента, который принёс на осмотр свою… жабу-предсказательницу. Жаба молчала, а вот хозяин отдувался за неё по полной, болтая без остановки.

— … вот увидите, док, я вам говорю — скоро цены на жильё обязательно просядут… — вещал он, помешивая ложечкой сахар в чашке. — Я вот, например, сейчас свои денежки экономлю. И вам того же советую.

— И чего ждёте, если не секрет? — поинтересовался я, разглядывая жабу. Та смотрела на меня с таким выражением, будто знала, что её хозяин идиот, но сделать с этим ничего не могла.

— Как это чего? Большого освобождения жилплощади! — он понизил голос до шёпота. — У меня зять в интендантстве служит. Говорит, приказ сверху спустили: армию будут увеличивать аж на двадцать пять процентов. Срочный донабор, получается… Готовят масштабные рейды, чтобы отодвинуть тварей от Стены километров на пятьдесят.

— Ну, так-то благое дело, — кивнул я. — Давно пора.

— Благое-то благое… Только вот аналитики в штабе уже потери просчитали. Чтобы такую ораву монстров подвинуть, придётся положить тысяч двести, а то и триста народу. Мясорубка будет страшная. И вот представьте, двести тысяч человек. У многих квартиры, дома… Наследники начнут скидывать недвижку, рынок перенасытится, цены пойдут вниз. Вот тут-то я и закуплюсь! А потом, когда всё уляжется, перепродам втридорога.

— А если твари прорвутся? Тогда цены на жильё в городе вообще упадут до нуля.

— Не прорвутся, — уверенно махнул рукой он. — Знаете, сколько денег выделили на восстановление внешнего периметра? Там миллиарды! Хотят заново отстроить систему форпостов. С артефактами и стационарными излучателями… Всё как в старые добрые времена.

— Форпосты? — я поднял бровь.

— Конечно! Лет тридцать назад вокруг города целое кольцо было. Бетонные бункеры, напичканные нано-технологиями. Твари даже к Стене сунуться не могли, их ещё на подходе жарили. А потом… Финансирование урезали, гарнизоны сняли, всё разворовали, мать их. Теперь там одни руины, в которых те же твари и живут. Вот, решили восстанавливать. Пока гром не грянул, мужик не перекрестился, как говорится.

Я кивнул, принимая информацию к сведению. Значит, раньше защита была грамотнее. А потом всё развалили. Ну, это классика. В любом мире одно и то же.

— Вот, ваш питомец полностью здоров, — я протянул клиенту его жабку. — И мой вам совет: не покупайте недвижимость у самой Стены. Там вид из окна может резко испортиться.

Выпроводив горе-«инвестора», я решил спуститься в подвал. Посреди расчищенной площадки шло представление: Рядовая и Кенгу выясняли, чьё кунг-фу круче.

Рядовая, используя свою природную ловкость и мои модификации, крутилась волчком, нанося быстрые удары руками и ногами. Кенгу, стоя в классической боксёрской стойке, уклонялся, блокировал и отвечал мощными пинками.

На куче ящиков, как арбитр, восседал Кеша.

— Левой, левой его! — орал он, размахивая крыльями. — Работай корпусом, сумчатый! Рядовая, не спи! Хук справа! Уход! Апперкот! Да кто так бьёт⁈ Моя бабушка клевала больнее!

Я остановился, наблюдая за поединком. Ну, честно говоря, довольно-таки неплохо. Движения чёткие, реакция отличная. А самое главное, — они не просто дурачились, но и учились друг у друга. Рядовая перенимала у Кенгу умение держать дистанцию, а тот учился у неё грязным приёмам ближнего боя.

— Стоп! — скомандовал я.

Бойцы застыли на месте, и я подошёл к ним.

— Неплохо. Но у тебя, — я ткнул пальцем в плечо Рядовой, — зажата дельтовидная мышца. Ты теряешь доли секунды на замах. А у тебя, — я повернулся к Кенгу, — связки на левой лапе перенапряжены. Ещё пара таких ударов, и будешь хромать.

Я положил руки на своих бойцов. Короткий импульс энергии, и их мышцы расслабились, микротравмы затянулись, а усталость ушла. Я немножко подкорректировал их нервную систему, улучшая проводимость.

— Вот так. Теперь будет лучше. Тренируйтесь, молодцы.

И отошёл к стене.

— Ну, и какой счёт? — спросил я у Кеши.

— Три-два в пользу макаки, — отрапортовал попугай. — Но кенгурятина держится молодцом. У него хороший потенциал.

Кенгу, услышав это, гордо выпятил грудь.

— Рядовая пока ведёт, — пробасил он. — Но у меня есть план. Стратегия победы, так сказать.

— Да? — я с интересом посмотрел на него. — И в чём заключается стратегия? Внезапный удар хвостом?

— Нет, — Кенгу хитро прищурился. — Элемент неожиданности, который окажется для неё сюрпризом.

Я вздохнул.

— А ну, стоять.

Я подошёл к нему и бесцеремонно сунул руку в его природный карман. Нащупал там холодный металл и вытащил крупнокалиберный пистолет, который он, судя по всему, стащил из трофейной кучи.

— Серьёзно? — я покрутил пистолетом перед его носом. — Это твой план победы в спарринге? Пристрелить спарринг-партнёра?

Кенгу смущённо потупил взор и почесал затылок.

— Ну… это же эффективно. Победа любой ценой, разве нет?

— Только давай без этого, — я сунул пистолет себе за пояс. — Тренируйте тело и дух, а не вот это вот всё. Ещё раз увижу пушку на ринге — зашью сумку. Понял?

— Понял. Ну ладно… Придётся проигрывать… Без ствола шансов маловато.

— У-у-у… — возмущённо ухнула Рядовая и показала ему кулак. — Чит-тер-р-р!

Не успел я подняться наверх, чтобы выпить заслуженную чашку кофе, как дверь подвала открылась, и на лестнице появилась Валерия. Она практически скатилась вниз, а затем начала радостно прыгать.

— Вик! Вик! Ты должен это видеть! — кричала она. — Там такое… Такое! Это просто класс! Тебе надо это видеть!

Я даже, признаться честно, немножко напрягся, ведь «Там такое!» в её исполнении могло значить что угодно: от конца света до какой-нибудь распродажи в обувном. Но судя по её довольному лицу, конец света пока откладывался.

— Да что случилось-то?

— Пойдём скорее, пока не закончилось! — она схватила меня за руку и потащила наверх.

Мы вышли в приёмную. Валерия подбежала к входной двери и открыла её.

— Смотри!

С неба падал снег. И не просто падал, а прямо валил сплошной белой стеной. Пушистые хлопья засыпали серый асфальт, машины, деревья…

На улице было белым-бело. Ветер завывал, швыряя снежные потоки в лицо.

— Красота какая! — радовалась Валерия. — Ты посмотри! Наконец-то настоящая зима в декабре!

Она выбежала на улицу прямо в туфлях, раскинула руки и закружилась, подставляя лицо снежинкам. Смеялась, ловила их языком, как ребёнок.

— Вик, иди сюда! Это же чудо! Снег!

Я стоял под козырьком и смотрел на это «чудо». Конец декабря. Вроде бы зима по всем канонам, но вчера было плюс десять. А сегодня буран, каких в этом мире отродясь не было.

Я протянул руку, поймал снежинку. Она не растаяла мгновенно, а лежала на тёплой ладони ледяным кристаллом, покалывая кожу холодом. Это был не просто снег. Я чувствовал в воздухе мощную древнюю стихийную магию холода.

— А ты хоть понимаешь, — сказал я, глядя на кружащуюся Валерию, — что не бывает дыма без огня? Ну, или снега без зимы? Особенно такого.

Валерия остановилась, отряхивая волосы от белых хлопьев.

— Ой, ну какой ты зануда! — фыркнула она. — Ну какая разница, откуда он взялся? Нужно верить в сказку! Смотри, как красиво! Город как в сахарной пудре! Это же так прикольно… Может, это подарок на новый год?

— Ага, новый год, — пробормотал я.

Я прекрасно понимал, что происходит. Это не циклон, а магический удар или прорыв. Кто-то очень сильный задействовал артефакт климатического контроля, либо в город прорвалась тварь, способная менять погоду.

Я посмотрел на небо. Снег валил такой плотной пеленой, что облаков не было видно.

— Ну ладно, — вздохнул я, кутаясь в халат. — Снег так снег. Развлекайся.

Я вернулся в клинику и включил телевизор.

— … экстренное предупреждение! — вещала ведущая, сидя в пуховике прямо в студии. — На столицу обрушился аномальный снегопад! Температура упала на двадцать градусов всего за час! Транспорт встал! Коммунальные службы парализованы!

На экране показывали улицы города. Машины буксовали в сугробах, люди, одетые по-осеннему, бежали, закрывая лица шарфами. Трамваи встали, провода обледенели.

— Видимость ухудшается! — кричал репортёр с места событий, которого сносило ветром.

А потом пошла информация с периметра.

— Сообщение от командования гарнизона! Из-за погодных условий подвоз боеприпасов на Стену невозможен! Техника глохнет, оружие выходит из строя из-за обледенения! Защитники вынуждены экономить патроны и стрелять практически вслепую, ориентируясь только на звук и тепловизоры, которые тоже работают со сбоями!

Ситуация была критической. Оборона слепла и глохла.

— Однако! — голос ведущей стал чуть бодрее. — Есть и хорошие новости. По данным разведки, многие виды тварей, атаковавших город, оказались не приспособлены к резкому похолоданию. Натиск на Стену ослаб! Твари отступают в леса, пытаясь найти укрытие от холода!

Я посмотрел в окно. Весь мой персонал уже высыпал на улицу.

Катерина и Андрей, с визгами перекидывались снежками. Роман лепил снеговика, придавая ему черты какого-то злобного монстра. Рядовая с любопытством пробовала снег на вкус, а потом, зачерпнув огромную охапку, высыпала её на голову Психу. Пёс отряхнулся и радостно залаял, прыгая в сугроб.

Даже Кенгу выскочил, поскользнулся на льду, шлёпнулся на хвост, но тут же вскочил и начал кидать снежки в Кешу, который, ругаясь на холод, летал над ними и пытался уворачиваться.

Весь город застыл, как парализованный, а на маленьком пятачке перед клиникой «Добрый Доктор» царило безудержное веселье. Все радовались снегу и жизни. И плевать им было на аномалии, на магию и на то, что зимы здесь обычно тёплые и бесснежные.

Но метель за окном из «праздничной» и «новогодней» стремительно превращалась в какой-то ледяной апокалипсис. Видимость быстро упала практически до нуля. Если вытянуть руку, пальцев уже было не разглядеть в белой круговерти. Ветер выл так, будто где-то неподалёку собрался хор банши и устроил бесплатный концерт.

Веселье на пятачке перед клиникой как-то само собой сошло на нет. Мои сотрудники, продрогшие и облепленные снегом, потянулись к теплу.

— Так, народ! — крикнул я, встречая их в приёмной. — Одевайтесь потеплее и пойдём прогуляемся.

— Куда? — спросила Валерия, которая как раз отряхивалась от снега. — Вик, ты в окно смотрел? Там же собаку не выгонишь!

Псих, услышав это, согласно гавкнул, запрыгнул на диван и демонстративно зарылся носом в свой плед-лежанку.

— Вот именно, — кивнул я. — Собаку не выгонишь, а мы пойдём.

— Да ну нафиг, — подал голос Андрей, стуча зубами. — Наигрались уже, хватит.

— Ну… — я неопределённо покрутил рукой в воздухе. — Пойдём что-то полезное сделаем. Или не полезное. Как пойдёт. Главное — прогулка.

Рома, который уже вовсю грел руки об чашку с кофе, посмотрел на меня как на врага народа.

— Шеф, при всём уважении… Но я лучше тут яды посмешиваю. Там холодно аж капец.

— Это приказ, — улыбнулся я. — И не забудьте взять Саламандру. Она нам пригодится.

Через десять минут мы, похожие на отряд самоубийц, стояли на улице. Снег хлестал по лицам, ветер пытался сбить с ног.

— И как мы пойдём? — прокричала Катерина, закрываясь рукавом. — Сугробы уже по пояс!

— А для этого у нас есть специальное оборудование, — я кивнул на Романа, который прижимал к груди термоконтейнер. — Выпускай зверя!

Роман послушно открыл крышку. Огненная саламандра, недовольно шипя, высунула морду. Холод ей явно не нравился.

— Фас! — приказал я.

Ящерица выпрыгнула на снег, и её чешуя мгновенно раскалилась добела. Вокруг неё образовалось облако пара. А потом она сердито фыркнула, и из её пасти вырвался столб огня.

— Вперёд!

Саламандра побежала впереди, работая как живой снегоуборочный комбайн с функцией огнемёта. Снег перед ней мгновенно таял и испарялся, превращаясь в густой туман. Мы шли следом по мокрому асфальту в тоннеле из пара.

— Вот это технологии! — присвистнул Андрей, идя за ящерицей.

Мы добрались до высокого здания в центре квартала — недостроенного бизнес-центра, который торчал из снежной мглы.

— Нам сюда, — я указал на тёмный проход.

Лифты, разумеется, не работали, да и электричества в районе не было. Но для нас это не стало проблемой.

— Вик, скажи честно, а мы точно выживем? — с надеждой спросила Валерия, вцепившись в мою руку.

— Шансы пятьдесят на пятьдесят. Либо да, либо нет.

Наконец, мы добрались до крыши. Ветер здесь был такой сильный, что казалось, нас сейчас сдует нафиг. Я подошёл к краю парапета.

— Вроде бы здесь…

Мои сотрудники сгрудились вокруг, ёжась от холода и непонимания.

— И зачем мы сюда припёрлись? — простучал зубами Роман. — Вид красивый? Так ни хрена же не видно!

Действительно, вокруг была только белая пелена. Город внизу исчез, растворившись в снежном киселе.

— Сейчас я вам покажу что-то необычное. По крайней мере, для вас так точно.

Они переглянулись. Катерина, чтобы хоть как-то согреться, слепила снежок и кинула в Андрея. Тот вяло отмахнулся.

— Я ж, помните, говорил вам, что ничего не бывает просто так. Что случайности не случайны, а у каждой аномалии есть автор. Ну, теперь вы поняли, в чём суть?

— Что ты имеешь в виду? — не поняла Валерия. — Это всё… чьих-то рук дело?

— Не рук, — усмехнулся я.

Я поднял руки вверх.

— Ненавижу магию воздуха… Нестабильная и капризная, а энергии жрёт за троих… Но что поделать.

Моя аура засияла, невидимая для остальных, но ощутимая как волна тепла. Я собрал силы в один «кулак» и резко развёл руками, как будто разрывая занавес.

Воздушная волна ударила от нас веером. Снег и облака — всё это просто смело в разные стороны, открывая чистое звёздное небо. А прямо перед нами, зависнув в воздухе над центром города, парил огромный величественный и страшный… дракон.

Но не такой, как Вестфаль. Этот был сделан изо льда и синего пламени. Он висел неподвижно, глядя на город внизу своими холодными голубыми глазами.

— Твою мать… — выдохнул Роман, и его очки моментально запотели.

— Дракон… — прошептала Катерина.

— Настоящий ледяной дракон… — повторил Андрей.

Они стояли, открыв рты, забыв про холод и страх. Это было зрелище, которое меняет мировоззрение.

В этот момент дракон повернул свою шипастую голову и заметил нас. Точнее, он заметил разрыв в снежном покрове и источник магии. Его глаза сузились.

Огромная туша рванула с места. Всего одно короткое мгновение, и он уже был рядом с крышей. Он завис прямо напротив нас так близко, что я мог разглядеть каждую трещинку на его ледяных рогах.

Он открыл пасть. В глубине его глотки начало разгораться голубое сияние. Магия льда концентрировалась, готовясь превратить нас в ледяные статуи. Его обнаружили, и он был крайне недоволен.

— А-а-а!!! Мамочки! — заорала Валерия и спряталась мне за спину.

Роман судорожно полез в карманы, доставая какие-то колбы.

— Я его сейчас… я его кислотой… — забормотал он.

Саламандра у моих ног вспыхнула, раздувшись от ярости, и зашипела на гиганта, готовая защищать хозяина. Смелая ящерица, но против этой махины она была как спичка против целого айсберга.

Дракон был очень мощным. От него веяло такой силой, что у обычного человека запросто могло сердце остановиться. И тут раздалось урчание, от которого задрожал бетон у нас под ногами.

Я стоял спокойно, засунув руки в карманы и смотрел прямо в голубые глаза чудовища. А потом заговорил.

— Скх-арр-тум… гра-аш-ш… зултарр кхе-есс…

Звуки были странными, гортанными. Но это был язык тех, кто помнил рождение звёзд.

Дракон замер, сияние в его пасти погасло. Он захлопнул челюсти и удивлённо склонил голову набок, разглядывая меня.

— Кх-ррр? — издал он вопросительный звук.

Я кивнул.

— Гра-ашш тум. Сс-с-харра… вэ-элл.

Дракон вдруг зашипел. Но это была не угроза, а драконий смех. Он явно не ожидал встретить здесь кого-то, кто говорит на Высоком наречии.

Я решил закрепить эффект и «подрубил» ауру. Конечно, не на полную мощность — моё тело попросту бы не выдержало. Но достаточную, чтобы показать ему, кто перед ним стоит.

Воздух вокруг меня задрожал. За моей спиной, сотканные из теней и эфира, начали проступать фантомы моих творений. Гигантские гончие с пылающими глазами… Левиафаны, плавающие в пустоте… Многорукие титаны, способные разрывать горы… Химерос и Кая — мои величайшие дети…

Они стояли за моими плечами, призрачные, но реальные в магическом спектре, и смотрели на дракона. И в их взгляде было только одно: «Тронешь Отца — мы найдём тебя в любом из миров». Само собой, всё это видели только я и дракон, для моих спутников я просто стоял и смотрел.

Зрачки дракона расширились. Он взмахнул крыльями и быстро отпрянул назад. Он понял или узнал. Или, по крайней мере, почувствовал печать Прародителя.

— Ваи-де-ле… арм-нак-хур… — сказал я, глядя ему в глаза.

Дракон коротко кивнул. В его взгляде промелькнуло уважение… и опаска. Он развернулся в воздухе, мощно взмахнул крыльями, подняв снежный вихрь, и улетел.

Сильнейшая метель тут же прекратилась.

— Это… что такое было? — прошептала Валерия, выглядывая из-за моего плеча. — И что ты ему сказал?

— Это Ледяной Дракон. Решил повеселиться, сволочь такая. Они, знаете ли, любят подгадить. Прилетел, заморозил полгорода, и сидит, смотрит, как людишки суетятся. Развлекается таким способом. А может, и сожрать кого хотел втихаря. Но мне кажется, он на банк был нацелен. Вон тот, центральный. Любят эти ящерицы золото, хлебом не корми.

— А сказал-то ты ему что? — не унималась она. — И как он тебя понял?

— Не знаю, как-то понял, — я пожал плечами. — А сказал я ему, что крылья в задницу затолкаю и на узел завяжу, если он не свалит отсюда через секунду. И что у меня аллергия на холод.

— Ты… дракону… крылья в задницу?

— Ну да. Не умею я в переговоры, что уж тут поделать? — развёл я руками. — Дипломатия — не мой конёк. Но сработало же, вроде?

И в этот момент с неба из темноты, где скрылся дракон, показался тонкий, но яркий ледяной луч. Он нёсся прямо в нашу башню.

— Ах ты ж гад…

Я выставил вперёд руку. Луч ударился об невидимую преграду в метре от моей руки. Он разбился на миллионы ледяных искорок и просто растворился в воздухе, не причинив никому вреда.

— Вот мстительная же сволочь, — покачал я головой, опуская руку. — Говорю, никогда не имейте дела с драконами. Слишком они мудаки.