Идеальный мир для Химеролога 6

Глава 18

Центральный Департамент Регистрации Заслуг

Сектор первичной обработки данных

Валерий Петрович устало прикрыл веки. Перед глазами всё ещё маячили строчки отчётов, фотографии разорванных туш и бесконечные цифры координат…

— Всё… — произнёс он, глядя на экран, где наконец-то высветилась надпись «Очередь обработки пуста». — Наконец-то я всё сделал.

Последняя неделя стала для него настоящим адом. Обычно работа старшего регистратора была рутинной и предсказуемой: пришли данные от агента, сверил с базой, начислил баллы, закрыл папку. Но в этот раз снова объявился агент с позывным «Санитар».

Валерий Петрович бросил взгляд на стопку папок на краю стола. Там лежали отчёты по двадцати девяти агентам. С ними он расправился за первые три дня. Обычные ребята, звёзд с неба не хватали. А вот следующие четыре дня он потратил на одного-единственного человека.

— Санитар… — нервно усмехнулся регистратор. — Ему бы больше подошёл позывной «Кошмар», потому что работать с ним — это сущий кошмар для любого бюрократа.

Этот псих убивал с такой скоростью и эффективностью, что отдел аналитики просто захлёбывался данными. Фотографии поступали пачками. Локации менялись хаотично: то заброшенный завод, то канализация под центром, то какие-то катакомбы, которых нет на официальных картах. И везде горы трупов. Причём трупов не простых, а таких, от вида которых даже у бывалых экспертов пропадал аппетит.

Валерий Петрович взял со стола свою кружку с остывшим кофе, залпом допил и решительно встал. Хватит, он своё отработал. Всё-таки у него есть ещё и нормальная жизнь, а не роль личного счетовода для маньяка-убийцы монстров.

Он пошёл к кабинету начальника сектора.

— Разрешите?

Начальник, грузный мужчина с вечно красным лицом, оторвался от монитора.

— А, Валера. Заходи. Закончил с пакетом?

— Закончил, — сказал Валерий Петрович, положив папку на стол. — И хочу подать рапорт.

— Какой ещё рапорт? — нахмурился шеф.

— О переводе. Куда угодно. Хоть в полевые агенты, хоть в архиве бумажки перебирать. Я больше не могу сидеть на первичной обработке. Верните меня на нормальную работу, где я буду приносить реальную пользу, а не считать чужие трофеи сутками напролёт.

Но начальник покачал головой.

— В переводе отказано.

— Но почему⁈ — возмутился Валерий Петрович. — Я опытный сотрудник! Как никак, уже пятнадцать лет в системе! Я могу…

— Ты можешь именно то, что делаешь сейчас, — перебил его шеф. — И делаешь это отлично. Твоя работа уже оценена на самом верху, — он многозначительно указал пальцем в потолок. — Высшая Канцелярия довольна. Благодаря твоей усидчивости и внимательности к деталям мы получаем колоссальный объём данных. А это, в свою очередь, приносит Империи неоценимую пользу.

Валерий Петрович опешил.

— Какие, к чертям, данные? — вырвалось у него. — Я просто заполнял формуляры на одного человека! Четыре дня подряд! Описывал оторванные лапы и пробитые черепа! Какая от этого польза, кроме статистики⁈

— Подойди сюда, — поманил его пальцем начальник. — Смотри.

Он развернул монитор к Валерию Петровичу и начал щёлкать клавишами. На экране появилась подробная 3D-карта Петербурга. Под улицами и домами была наложена сетка коммуникаций, уходящая глубоко вниз.

— Смотри внимательно.

Начальник нажал кнопку, и на карте начало вспыхивать множество красных точек. На первый взгляд, они располагались хаотично, но если присмотреться…

— Это точки ликвидации, — пояснил шеф. — Места, где работал твой Санитар.

— И что? — не понял Валерий. — Ну, убил он тварей в разных местах. Молодец.

— Смотри глубже.

Начальник наложил ещё один слой — данные георадаров и сейсмодатчиков. И тут Валерия Петровича пробрал озноб. Красные точки Санитара идеально совпадали с узловыми точками неизвестной ранее активности. Они выстраивались в линии, очерчивая границы чего-то огромного.

— Только благодаря тому, что этот парень носится по всему городу и валит тварей в самых неожиданных местах, наши аналитики смогли составить полную картину, — пояснил начальник. — Мы наконец-то поняли масштаб. Там, внизу, не просто гнёзда, а целая экосистема. Город под городом. Уровень биологической угрозы растёт по экспоненте. Тварей там столько, что если они решат вылезти все разом, нам придётся снести половину Петербурга.

Валерий Петрович смотрел на диаграммы, графики плотности населения монстров, схемы миграции… и понимал, что ситуация гораздо хуже, чем рассказывают в новостях.

— Ты хоть понимаешь, что будет, если это станет достоянием общественности? — продолжал давить шеф. — Начнётся паника и бегство из столицы. Сам Император сейчас нервничает. Вчера было закрытое совещание Совета Безопасности. Решается вопрос о начале глобальной зачистки. Не той показухи, что они устраивают раз в два месяца, отправляя пару отрядов погонять крыс. Речь идёт о полномасштабной войсковой операции. Глубокое бурение, тяжёлая техника, боевая магия… Чтобы выжечь эту заразу под корень. И данные для планирования этой операции даёшь ты, обрабатывая отчёты Санитара. Другие агенты тоже работают, приносят сведения, но их мало, и они ползают по верхам. А этот псих лезет в самое пекло. Благодаря его «прогулкам» мы знаем, где находятся узловые точки. Так что работай дальше, Валера. Ты сейчас важнее любого полевого агента.

Валерий Петрович отошёл от стола, переваривая услышанное. Он почувствовал себя маленьким, но таким незаменимым винтиком в огромном механизме.

— Ладно… — пробормотал он. — Я понял. Важность, секретность, спасение Империи… Но я же всё сделал, закрыл все текущие заявки! Мне обещали, что я могу пойти отдохнуть, пока не накопятся новые. Завтра у меня выходной!

Начальник вдруг начал нервно барабанить пальцами по столешнице. Валерий Петрович напрягся.

— И что случилось? — осторожно спросил он. — Что вы молчите?

— В общем, такое дело, Валера… Мы, короче, тебе сразу говорить не хотели, чтобы не демотивировать… — начальник нажал пару кнопок на клавиатуре.

Экран его компьютера вдруг мигнул и появились сотни всплывающих окон с пометкой «Новая заявка».

Валерий Петрович вытаращил глаза.

— Чего⁈

— А ты что думал? — развёл руками начальник. — Что пока ты четыре дня возился с Санитаром, остальные, прикреплённые к тебе, агенты в отпуске были? Жизнь не стоит на месте, Валера. Монстры лезут, охотники охотятся. Заявок не было, потому что мы их ставили в буфер, чтобы ты не сошёл с ума от вида общего списка. Вот и не переживай, работа всегда найдётся. Твой Санитар за это время, слава богу, больше не объявлялся. Видимо, тоже устал. А вот другие работали.

Валерий Петрович подошёл к монитору, посмотрел на счётчик заявок. Сто пятнадцать новых зафиксированных случаев ликвидации. Это значит, что ему пришлют сто пятнадцать пакетов документов, которые нужно проверить, сверить, оформить и подшить…

— До хрена, блин… — простонал он. — За пару дней я это разберу… Если ночевать здесь буду.

— Вот и отлично! — обрадовался начальник. — Я знал, что на тебя можно положиться. Иди, Валера. Империя тебя не забудет.

Валерий Петрович поплёлся к выходу, шаркая ногами. В голове билась только одна утешительная мысль: «Хорошо, что хоть этот Санитар угомонился. Видимо, даже у таких маньяков есть предел выносливости. Или ему просто надоело».

Цифры на счету в «Едином Реестре» радовали глаз — три тысячи баллов. Неплохо для ветеринара-самоучки, который сходил «погулять» по ночному городу.

— Ну что, шопинг? — спросил я сам у себя.

Я решил, что тысячу можно спустить прямо сейчас. Мне было чисто профессионально интересно, как работает эта хвалёная имперская логистика для «героев».

Я пролистал каталог. Реагенты… О, вот это берём. Редкая соль, которой нет в свободной продаже, а для стабилизации мутагенов самое то. Ещё пару наборов для тонкой хирургии… И вот этот анализатор спектра.

Но самое интересное было в разделе «Спецсредства». Боевое оружие тут, конечно, не продавали. Имперцы не идиоты, чтобы вооружать армейскими стволами каждого, кто набил пару десятков «крыс». Мало ли, вдруг у «героя» крыша поедет, и он пойдёт соседей отстреливать.

Зато раздел «Нелетальное вооружение и средства сдерживания» был открыт. И там-то я и нашёл кое-что любопытное.

— «Устройство для дистанционного захвата целей „Цербер“», — прочитал я. — Барабанный тип, шесть зарядов. Стреляет высокопрочной сетью из сплава титана и мифрила. С опцией электрошока.

Выглядела эта штука как укороченный гранатомёт револьверного типа.

— Беру, — решил я. — Восемь штук. И боеприпасов ящик. Пригодится для моей гвардии.

Я оформил заказ. Галочку в графе «Способ доставки» поставил напротив пункта «Анонимно / Тайник».

Система пискнула и выдала уведомление: «Заказ принят. Координаты схрона будут высланы в скором времени. Благодарим за службу Империи! (уверяем вас, что всё происходит строго конфиденциально, в зоне передачи отсутствуют средства видеофиксации)».

— Ага, конечно, — усмехнулся я. — Знаю я вашу анонимность. До поры до времени.

Я прекрасно понимал: рано или поздно меня вычислят. Или законы поменяются, или кто-то слишком умный сопоставит факты. Но пока эта игра в прятки всех устраивала. А на случай провала у меня была Агнесса. Я её сейчас так раскачаю, что она станет непробиваемой крышей. А пока буду пользоваться моментом.

Не прошло и двух часов, как телефон звякнул — пришли координаты. Точка схрона находилась на окраине старого промышленного района.

Рабочий день я честно отсидел до конца. Вправил крыло птице, вылечил запор у удава и даже успел провести воспитательную беседу с одним наглым котом.

Вечером, когда стемнело, мы выдвинулись. Команда подобралась колоритная. Я, Рядовая в своём излюбленном плаще, Кенгу с огромным рюкзаком и… химерная лошадь.

Откуда лошадь? Да пригнали утром. Клиент, какой-то фермер, чуть ли не плакал. Говорит, споткнулась бедняга, упала… В итоге переломы всех четырёх ног. Как она умудрилась сломать сразу все четыре — загадка природы, но факт оставался фактом.

Я её, конечно, подлатал за пять минут. Кости срослись, связки восстановились. Но отдавать сразу не стал. Сказал хозяину: «Случай тяжёлый, нужна ночная стабилизация в стационаре, заберёте завтра». Нельзя же так палиться. Если я буду исцелять безнадёжных за минуту, меня сначала отправят на опыты, а потом сожгут на костре. Бггг…

Так что лошадка была здорова, бодра и временно мобилизована в качестве гужевого транспорта.

Мы прибыли на место. Тусклый фонарь мигал, издавая противное жужжание. Из канализационного люка валил густой пар. По асфальту ветер гонял обрывки старых газет. В тёмном углу пищали крысы.

— Атмосферненько, — оценил я.

Я достал телефон, открыл приложение и нажал кнопку: «Я на месте». Но ничего не произошло. Никаких чёрных вертолётов или спецназа, выпрыгивающего из кустов.

Только телефон тихонько пискнул: «Северная стена. Седьмой кирпич в третьем ряду снизу, с лёгким налётом ржавчины».

Я подошёл к глухой кирпичной стене старого склада. Отсчитал кирпичи. Нашёл нужный — действительно, рыжеватый. Нажал. Кирпич вдавился внутрь.

На телефон пришло уведомление: «Подтвердите получение».

Я нажал «Да».

Стена передо мной с тихим гудением отъехала в сторону, открывая нишу. Внутри стояли металические контейнеры и деревянные ящики.

— Ого, вот это сервис, — хмыкнул я. — Ладно, грузимся.

Ящики были тяжёлыми, но для моей компании это не проблема. Рядовая закинула пару ящиков на Кенгу, остальное мы навьючили на лошадь, которая терпеливо ждала, переминаясь с ноги на ногу.

Дома, в моей лаборатории, я первым делом вскрыл ящик с боеприпасами. На стол выкатился небольшой металлический шар — снаряд для сетемёта. Я повертел его в руках, потом взял отвёртку и раскрутил корпус.

Внутри всё было просто и надёжно. Пиропатрон, сжатая пружина, компактно уложенная сеть из тонкой, но прочной проволоки и миниатюрный генератор разряда.

— Порох стандартный, — пробормотал я, нюхая начинку. — Механизм спуска примитивный, но безотказный. Неплохо. Для здешнего мира так вообще отлично.

Я собрал снаряд обратно.

— Пора тестировать.

Зарядил один из «Церберов» — так назывались эти пушки. Короткий ствол, барабан на шесть зарядов, в руке лежал удобно.

— Первый тест — стена.

Я отошёл к противоположному краю подвала, прицелился в бетонную стену и нажал на спуск. Раздался глухой хлопок. Снаряд вылетел из ствола и, не долетая до стены метра, раскрылся. Стальная сеть ударила в бетон, накрыв площадь метра в два. В стороны полетели искры — сработал электрошок.

— Работает, — кивнул я. — Теперь — биоцель. Рядовая!

Обезьяна подошла к стене и встала, скрестив руки на груди. Она знала, что я не причиню ей вреда, который не смогу исправить.

— Готова?

Она кивнула, и я выстрелил. Сеть опутала её мгновенно, стянув руки и туловище. Рядовая покачнулась, но устояла.

— Давай, выбирайся.

Она напряглась. Мышцы под кожей вздулись буграми. Сетка натянулась, заскрипела… Металлическая проволока лопнула в нескольких местах. Рядовая развела руки, сбрасывая с себя остатки пут.

— Понятно, против сильной физической химеры держит секунды две. Маловато. А теперь лошадь.

Лошадка стояла смирно, доверяясь мне. Я выстрелил ей по ногам. Сеть опутала конечности, свалив животное на бок. Лошадь дёрнулась, попыталась брыкнуться, но запуталась ещё сильнее. Выбраться она не могла.

— Так, для средних и обычных химер — идеально, — отметил я, освобождая пленницу.

— Рядовая, второй раунд. Теперь с током.

Обезьяна снова встала в центр. Я выстрелил, и сеть опутала её. Тогда я нажал кнопку на корпусе ружья, и по сети пробежали синие дуги разрядов. Рядовую тряхнуло, шерсть встала дыбом, пахнуло озоном. Она зарычала, оскалив зубы, но… вырвалась так же быстро.

— Лёгкие ожоги, спазм мышц, — я подошёл к ней, положил руку на плечо. — Ничего серьёзного. Исцеляю…

Волна тепла прошла по её телу, убирая последствия шока.

— Извини, подруга, — я пожал ей лапу. — Надо было знать пределы.

Рядовая не обиделась. Она понимала: это тренировка. Эволюция требует жертв, пусть и небольших. Да и я всегда спрашивал согласия. Лошадь, кстати, тоже согласилась на эксперименты не за просто так. Она, оказывается, была девочкой с характером и мечтала о шикарной гриве.

— Лучше бы ноги попросила укрепить, дурёха, — сказал я, выполняя свою часть сделки. — Ну ладно, хозяин барин.

Я провёл рукой по её шее, стимулируя луковицы. Грива попёрла, как на дрожжах — густая и шелковистая. Лошадь довольно заржала и тряхнула головой, как модель в рекламе шампуня. Впрочем, ноги я ей всё равно укрепил бонусом. Ну не могу я смотреть на плохую биомеханику.

А теперь — самое вкусное. Я подошёл к своей новой центрифуге. Мощная, дорогая зараза.

— Посмотрим, на что ты способна.

Я достал из холодильника несколько контейнеров с реагентами. Экстракт железы парализующего паука, вытяжка из сонной травы Диких Земель и немного моей собственной крови для связки и усиления.

Залил всё это в ёмкость, запустил смешивание. Центрифуга тихо загудела, разгоняясь. Жидкость внутри меняла цвет, густела…

Я раскрутил один из снарядов-сеток. В специальном отсеке была капсула с зарядом. Я набрал в шприц получившуюся у меня смесь — вязкую, светящуюся лиловым светом субстанцию.

— А ну-ка…

Аккуратно влил получившийся состав в капсулу. Закрыл и встряхнул. Жидкость моментально впиталась в металл сетки, покрыв проволоку тончайшей, почти невидимой плёнкой. Сплав потемнел, став матовым.

Я собрал снаряд и зарядил ружье.

— Рядовая! Третий раунд!

Обезьяна встала в позицию. На этот раз она смотрела на меня настороженно. Чуяла подвох. Я нажал на спуск, сеть вылетела и облепила её. Рядовая привычно напряглась, собираясь порвать путы. Но не тут-то было. Как только сеть коснулась её шкуры, реагент вступил в реакцию, мгновенно впитавшись через поры.

Мышцы Рядовой обмякли. Сила, бурлящая в ней, вдруг куда-то испарилась. Она попыталась рвануться, но движения стали вялыми, как в воде. Она заревела, но вместо мощного рыка вышло какое-то жалкое мычание. Ноги подогнулись, и она упала на колени, бессильно царапая сетку, которая теперь казалась ей несокрушимой.

— Есть! — я хлопнул в ладоши, подошёл и быстро освободил её.

Тут же влил антидот. Сила вернулась к ней, но в глазах всё ещё стоял испуг. Ей было в два, нет, в три раза труднее.

— Отлично, — кивнул я. — Этот состав работает как блокатор. Он глушит проводимость нервных импульсов у химер и подавляет магическую активность мышц.

Эта штука делала любого монстра слабым, как котёнок.

Я собрал остальные снаряды и понёс их в лабораторию для модернизации. Конечно, я никому не расскажу об этом рецепте. Если люди получат такое оружие, они устроят геноцид химер. А потом, когда поймут, что производство этого состава стоит бешеных денег и требует моей личной энергии, начнут убивать друг друга за остатки. Нет уж, пусть этот козырь остаётся у меня в рукаве.

К тому же, если бесконтрольно использовать, твари начнут мутировать и приспосабливаться. Появится иммунитет, и тогда мы получим монстров, которых вообще ничем не возьмёшь.

Через несколько часов у меня было до хрена снарядов.

Закончив с проверкой, я погрузил всё в машину и поехал к своим бойцам. В особняке царила привычная атмосфера казармы. Ветераны сидели за столом и резались в карты.

— Принимайте груз, — сказал я с порога.

За моей спиной возникла Рядовая. На каждом плече она несла по два огромных деревянных ящика с боеприпасами и снаряжением. Она шла легко, пружинисто, как будто несла коробки с пухом, а не центнеры свинца и стали.

— О, начальник! — обрадовался Пыж, бросая карты. — Что ты нам привёз? Гостинцы?

Он подскочил к Рядовой, которая как раз сгрузила ящики на пол.

— Дай-ка гляну… — Пыж ухватился за ручку верхнего ящика, намереваясь переставить его поближе к свету. — И-и-и… эх!

Он дёрнул, но ящик даже не шелохнулся. Пыж нахмурился, упёрся ногами в пол, надул щёки и рванул изо всех сил. Ящик со скрежетом сдвинулся на пару сантиметров.

— Ну ни хера себе… — пробормотал ветеран, отпуская ручку и вытирая пот со лба. — Там что, слитки золотые?

Остальные загоготали.

— Там инструменты для вашей работы, — сказал я, проходя к столу. — Собирайтесь, у меня для вас задача.

Шутки мгновенно прекратились. Лица ветеранов стали серьёзными.

— Слушаем, командир.

— Вы отправляетесь на озеро. То самое, где мы отдыхали. Только на этот раз без шашлыков. Берёте с собой своих химер.

Кстати, за прошедшее время все ветераны успели обзавестись собственными питомцами. Я поработал с каждым из них, и синхронизация у всех прошла успешно, так что слушаться химеры будут беспрекословно.

Да, я мог бы отправить с ними Рядовую или Психа, которые зачистили бы периметр за полчаса. Но ветераны — не дети в песочнице. Они получали деньги за работу, а не за простой. К тому же, им нужно прокачиваться, чтобы становиться сильнее и опытнее. Если они хотели и дальше жить нормально, придётся попотеть.

— Валите всё, что настроено к вам враждебно. А там враждебно настроено всё, — я достал из коробки новенькие смартфоны в ударопрочных корпусах и положил их на стол. — Это ваши главные инструменты отчётности.

— Телефоны? — удивился Костыль.

— Специальные аппараты с модифицированной прошивкой. Камера настроена на фиксацию магического фона смерти. Каждую убитую тварь фоткайте, чтобы получалось чётко, в фокусе.

Я быстро объяснил им интерфейс программы. Зачем всё делать самому, если есть они? Мне нужны баллы, им деньги. Всё честно.

Затем я подошёл к ящикам.

— Теперь по тактике. Слушайте внимательно, повторять не буду… — я вскрыл первый ящик с «Церберами». — Видите цель, оцениваете. Если тварь слабая, мелкая, путается под ногами — валите сразу клинками, дубинками, зубами ваших питомцев… неважно.

Я открыл второй ящик.

— А вот если цель сильная… Не лезьте на рожон. Берёте эти штуки и лупите сетками. Работаете двойками-тройками. Один стреляет, второй страхует. Сетка сжимается, бьёт током, парализует. Если тварь рвёт сеть — стреляйте второй раз и третий. Пока не спеленаете или пока у вас снаряды не кончатся. У вас есть химеры — используйте их. Пусть они отвлекают, танкуют, заходят с тыла.

Я указал на маркировку ящиков.

— Вот эти, с зелёной полосой — обычные сети. Для стандартных угроз. А вот эти, с красной, усиленные, с артефактными вставками и пропиткой. Они для особо жирных целей.

— Понял, — кивнул Беркут. — Красные бережём.

— Ага. И запомните: это всё стоит огромных денег. Империя готова платить, вкладываться в безопасность, давать льготы… Но только тем, кто эффективен. Обычный армейский отряд может потратить боекомплект на сто тысяч рублей за ночь и принести десять крысиных хвостов. Это тупо неэффективно. А какой-нибудь аристократ со своей личной гвардией зачистит сектор, потратив ноль рублей, потому что у него сильные Одарённые. Это выгодно. Мы должны быть где-то посередине, но ближе к аристократам. Тратим с умом, убиваем много. Это сейчас самая выгодная стратегия.

Ветераны загудели, обсуждая план. Я оставил их готовиться, а сам поехал обратно. Ночь была ещё не глубокой, и спать мне совершенно не хотелось.

— Рядовая, за мной. Псих, рядом.

Я вытащил из бардачка банку, в которой копошились паучки, сунул её в карман и вышел на улицу. А шли мы в одно интересное место под городом. Старый технический проход, о котором мне доложили крысы.

Мы спустились в коллектор. Сыро, темно и пахнет плесенью. Одним словом — «романтика». Я шёл уверенно, сверяясь с внутренним компасом. Прошли один поворот, второй…

И тут впереди показался свет и послышались голоса и громкий смех, какая-то музыка… Я вышел в широкий туннель и увидел компанию подростков, человек семь. Волосы выкрашены в кислотно-фиолетовый и зелёный цвета, на головах ирокезы, одежда в заклёпках и цепях. Они сидели на ящиках, пили что-то из бутылок и ржали.

Я хотел пройти мимо, но один из них, долговязый парень с кольцом в носу, преградил мне дорогу.

— Опа! — протянул он, ухмыляясь. — Дядя, ты что тут потерялся, типа? Тебе не кажется, что плохо ночью гулять? Здесь, знаешь ли, опасно. И компания может попасться… неприятная.

— Слышь, хочешь с нами спеть? — крикнула девица с выбритым виском. — У нас тут концерт!

— Да нет, — спокойно ответил я. — Не горю желанием соревноваться с вами в выражении творчества. У меня слух музыкальный, боюсь, не выдержу.

Подростки переглянулись. К нам покачиваясь подошёл ещё один, самый крупный и явно нетрезвый.

— Слышь, а ты что нам грубишь? — быканул он. — У нас, между прочим, тут серьёзное мероприятие! День рождения у братана! А ты тут ходишь, настроение портишь.

Он вытащил из-за спины тяжёлую металлическую биту.

— Не советую махать этой железячкой, — предупредил я. — Мои компаньоны очень нервные.

Я кивнул на Рядовую, которая стояла в тени капюшона. Панк прищурился.

— Да? А мы ж тоже не пьём успокоительные!

Он размахнулся и демонстративно, но не сильно, постучал битой по плечу Рядовой.

— Знаешь, — сказал он, дыша перегаром, — я могу и посильнее…

Рядовая медленно повернула голову. Она посмотрела на своё плечо, птом на панка. Её рука метнулась вверх и перехватила биту. Посреди туннеля раздался скрежет металла. Рядовая, не прилагая особых усилий, просто завязала толстую стальную биту в аккуратный узел бантиком и всунула этот арт-объект обратно в руки ошалевшему панку.

— Держи. Подарок.

Подростки стояли с открытыми ртами. Хмель из них выветрился мгновенно.

— Ну, и вот, — сказал я, проходя мимо. — Празднуйте дальше. Но не советую здесь ошиваться. Сами сказали, места тут опасные.

Мы пошли дальше. Панки расступились, прижимаясь к стенам.

«Одарённые, — отметил я про себя, чувствуя их фон. — Слабые, необученные, но Одарённые. Иначе бы сюда не полезли».

Краем глаза я заметил в углу тушу большой уродливой крысы. Вся истыкана чем-то острым. Видно, они её недавно завалили. Такой себе адреналин на минималках. Детишки играют в сталкеров. Ну, пусть играют, пока живы.

Мы углубились в лабиринт.

— Рядовая, Псих — на разведку, — скомандовал я.

Мои химеры растворились в темноте, а я остался ждать. Минут через десять они вернулись. Псих притащил в зубах какую-то многоножку. Рядовая волокла тушу слизня.

Я посмотрел на добычу и поморщился.

— Мелочь… Нет, так дело не пойдёт. Нам нужно много баллов, а за это дадут копейки.

Я достал из кармана банку с пауками, открыл и положил на пол. Десятки мохнатых паучков брызнули во все стороны.

— Стройся!

Пауки замерли и послушно выстроились в шеренгу. Я вытянул руки вперёд, и с пальцев сорвались жгутики магической энергии. Фиолетовые нити потянулись к каждому пауку, вливаясь в их маленькие тельца — заклинание роста и усиления. Пауки начали раздуваться, хитин трещал, лапы удлинялись, жвалы становились похожими на кинжалы. Они росли, превращаясь в идеальных охотников размером с кошку.

Но двое остались прежними, просто сидели в сторонке и испуганно жались друг к другу, отказываясь принимать силу.

— Да без проблем, — сказал я, глядя на отказников. — Передумали, так передумали. В чём проблема? Свобода воли — это святое.

Я открыл карман куртки.

— Залезайте.

Паучки шустро забрались внутрь.

— Выпущу вас там, где и нашёл. Вообще никаких проблем. Не переживайте.

Я никогда никого не заставляю. У нас с этими членистоногими договор. Работа в обмен на… ну, скажем, на интересную жизнь. И на то, что потом я верну им нормальный размер. Эти двое не захотели рисковать. Что ж, их право.

Зато остальные были готовы и разбежались по стенам и потолку. Через какое-то время они начали возвращаться. Каждый тащил добычу, аккуратно упакованную в плотный кокон паутины. Жирные жуки, змеи, какие-то подземные крабы…

Работа закипела. Убить, сфотографировать, вырезать ценное…

— Ранг Эф… Ранг Дэ… — бубнил я, щёлкая камерой.

Я складывал трофеи в кучу. Железы, клыки, прочные панцири… всё это пригодится для порошков, для медицины и новых улучшений.

Когда поток трофеев иссяк, я вытер нож о штанину и посмотрел на дело своих рук. Вроде бы, посмотришь на меня сейчас — мясник мясником. Стою в грязном тоннеле, вокруг трупы, руки в крови. Вырезаю органы, пакую в мешки…

Но ни на кого из мирных мы не нападаем. Мы чистим город. Жизнь — она ведь не чёрная и не белая, а со множеством оттенков. Вот эти твари умерли. Но из их желез я сделаю лекарство, которое отправлю в детский приют, и оно вылечит десятки детей от хронических болезней. А из панцирей сделаю порошок, который поднимет иммунитет старикам. И они забудут, что такое радикулит и насморк. Смерть одних даёт жизнь другим.

Да и твари эти… они ведь не травоядные овечки, а тоже охотники. Жрали друг друга, убивали заблудившихся людей. Просто сегодня они встретили хищника покрупнее.

— Так бывает, — сказал я в пустоту. — Закон джунглей. Ну, или канализации. Неважно.

Я собрал добычу. Пауки, выполнив задачу, снова уменьшились (я снял заклятие) и забрались обратно в банку.

Мы шли к выходу, а я уже прикидывал, сколько баллов мне начислят за этот рейд. Думаю, на ещё одну центрифугу хватит.