Катастрофа в две полоски

Глава 27. Мирон и Лера

Мирон

В загородном клубе, где и должен был пройти сегодняшний грандиозный вечер, мы оказались за десять минут до начала презентации. Парковка уже была забита машинами гостей, а у входа нервно топтался Костян, который оборвал все телефоны.

Конечно, мы оказались бы на месте и раньше, если бы не Лера. Соблазнительная провокаторша. Проверка моих нервов и выдержки на прочность, которую я, кстати говоря, с треском провалил!

В тот момент, когда она с совершенно невинным видом зашла в гостиную с просьбой застегнуть платье, я чуть не взорвался. Потом чуть не грохнулся в обморок, когда мне заговорщицким шепотом сообщили, что это платье не предусматривает наличие бюстгальтера. И финальной точкой стала ее голая ножка в сногсшибательном вырезе черного атласа чуть ли не до талии…

Собственно, все.

Полтора часа до начала. Но меня было не остановить. Ни смехом, ни уговорами, ни даже ее испорченной прической с макияжем.

Зато потом из дома мы вылетали бегом и топили по трассе под двести, только чтобы не опоздать. Лера ворчала, что я ужасно несдержанный и ненасытный, а сама улыбалась и краснела, что заставляло кровь внутри снова закипать и снова сдерживать свои порывы плюнуть на все.

Ну, что поделать? Я влюбился первый и, больше чем уверен, последний раз в своей жизни. В женщину, от которой просто невозможно отвести глаз, рук, губ и всех остальных частей тела. Моя. И вся в полном доступе. Я вас умоляю, какой тут вечер в компании сотен людей? Я этой сексуальной Валерией буквально грезил последние пару месяцев. И, честное слово, если бы не коллекция, я бы забил на этот благотворительно-чопорный сбор и увез свою Совину куда-нибудь на базу за город. Но…

– Ты должен там появиться, – повторяла мне Лера сегодня весь день, когда я как бы мимоходом сообщал, то терпеть не могу такие сборища. – Нельзя сдавать компанию на произвол судьбы. Да и сегодня будет вечер твоего триумфа.

– Нашего, – поправлял я как бы невзначай. – Не забывай, ты теперь лицо новой ювелирной коллекции. Как только все это закончится, оформим официально бумаги, что ты у нас работала в качестве модели. Если захочешь, то фирма может с тобой сотрудничать и дальше в таком качестве. Как тебе?

– Честно? Я всегда журналисткой стать мечтала, но никак не моделью, – пожимала плечами Лера, вздыхая, – но это был и будет крутой опыт. Так что пасовать совсем не время, Мирон Александрович, – а тут уже ярко-алые губы трогает нежная улыбка.

Яркая, сексуальая, дерзкая, смелая в этом платье и с этим макияжем, невозможная и невероятная!

Нет, я точно не доживу рядом с ней до конца благотворительного вечера. Сгребу в охапку и сбегу при первой же возможности. А сейчас…

Сейчас мы выбираемся из машины, и я, приобняв Леру за талию, подмигиваю улыбающемуся во все тридцать два Костяну, который, кажется, сейчас лопнет от счастья. На лице друга написано: я же говорил, и он весь нахохлился, петух!

Лера

Ох, как я волновалась, когда мы заходили в полный гостей и вообще всех важных шишек зал! Как колотилось мое сердце, и как меня потряхивало изнутри, словами не передать. Особенно, когда поняла, насколько здесь все роскошно, дорого, вычурно и непривычно для обычной меня! Для простой девчонки Леры из глубинки. Стоять в этой шикарно украшенной бальной зале под легкую музыку оркестра и шепотки кучкующихся гостей – было что-то за гранью реальности.

Фантастикой.

Моей личной сказкой о Золушке.

Это пугало и волновало до дрожи! Зал, люди, наряды, лоск, блеск…

Я бы уже спасовала. Струсила и сбежала. Настолько чувствовала себя не в своей тарелке. И только благодаря уверенно лежащей у меня на талии руке Мира и непрерывной болтовне Кости, я более-менее держалась. Крепилась. Глазела по сторонам, пытаясь впитать в себя атмосферу вечера, запомнить, запечатлеть в памяти и (что очень желательно!) не грохнуться в обморок от страха.

Не хотелось бы быть здесь “белой вороной”. Ведь я совершенно ничего не знаю из “этого” мира! Еще неделю назад я с исключительно белой завистью смотрела на важных персон на дорогих машинах или изящных дам в брендовых шмотках. А сейчас? Сейчас на мне самой брендов в сумме стоимостью с мою квартиру!

Мамочки-и-и, как дрожат коленки и трясутся поджилки. А ведь я на огромных каблучищах! Опасно. Очень опасно!

Мне бы только чуть-чуть снять стресс… Но ведь даже бокал шампанского не выпить, чтобы нервы успокоить! Нельзя. Вот же… досада.

У-уф.

Так, спокойно, Лера. Отставить панику и все сопутствующие переживания. Самое главное, просто не обращать внимания и не принимать близко к сердцу взгляды, “летящие” в меня со всех стороны.

А их было много. Разных. Равнодушных, завистливых, дружелюбных и не очень. Любопытных, заинтересованных и даже одобрительных. Последнего, кстати говоря, меньше всего. Кто-то откровенно недоумевал, кто я такая и почему иду в обнимку с Троицким, а кто-то неприкрыто презирал. Но все это ерунда!

Просто нужно попытаться забыть, что благодаря персоне Мирона и платью, в которое меня сегодня нарядили, я буду в самом центре всеобщего внимания.

Черный атлас, подол в пол, вырез до бедра, открытые плечи и соблазнительное ажурное декольте. Убийственно шикарно! Горячо и очень провокационно. Выбор Мира, который забыл, как дышать, когда я вышла в этом великолепии из примерочной. Какое счастье, что живот пока особо не видно. Иначе точно не смогла бы позволить себе такую красоту.

Так что я буду под “прицелами” гостей. Это неизбежно. Как дождь осенью или луна на небе ночью. С этим надо смириться. Все пройдет отлично. Просто обязано пройти на ура!

– Выглядишь потрясающе, Лера! Особенно этот макияж, подчеркивающий зелень твоих глаз, невероятен! – стрельнул хитро глазами Костя в вырез моего декольте, получив от меня смущенное:

– Благодарю!

И от Мирона грозное:

– Глаза у Леры выше, клоун.

– Нисколько не сомневаюсь, мистер собственник. Да, кстати, я звал твою подругу, Лера, – бросил как бы невзначай Костя.

Мирон кривовато ухмыльнулся, наверняка, как и я, заметив пролетевшее напряжение между Костей и Соней. Уже было собирался съязвить, но я легонько ткнула его локотком в бок. И спросила вперед него:

– Да?! Ты звонил, Соньке?

– Угу, – кажется, ловелас Константин стушевался. – Звонил.

Неловко дернул, поправляя и так идеально завязанный галстук, и отвел взгляд в сторону толпы. Вот это новости: Костя, да растерян? Ух!

– Удивительно, где это ты набрался такой решимости? – съехидничал все же Мир, за что я одарила его очередным тычком и хмурым взглядом. Тот в ответ вскинул руки, мол, “сдаюсь”, и подмигнул.

Альфа-самцы, блин!

– Да чья бы корова мычала, Мир! – не остался в долгу его друг.

М-да, мальчики такие мальчики.

– Так, – встряла я между мужчинами, – ты позвонил, и? Что она сказала?

– Как видишь. Ее нет, – сказал Костя, пряча за беззаботной ухмылкой разочарование. – Послала меня в пешее эротическое самыми темными тропами, – вроде как не придав особого значения словами моей подруги, отмахнулся мужчина.

Но я-то девушка! Меня так просто не проведешь. Я смотрю на него, и думается мне, что не все-то тут потеряно. Только задать бы этим двум непримеримым упрямцам правильный вектор направления, и вуаля!

– Кхм, Кость, слушай...

– Мирон Александрович, можно вас на минутку? – перебил меня мужской голос, раздавшийся за нашими спинами. Мир обернулся, кивнул спешащему к нам мужчине, и бросил Косте:

– Присмотри за Лерой, будь другом! – а мне сказал:

– Я скоро вернусь, – и, торопливо целуя в щечку, отошел поговорить с окликнувшим его человеком.

Вот и хорошо. Даже идеально, я бы сказал. Теперь у нас есть время пошушукаться и посекретничать с Костей наедине! И я, не теряя времени даром, подхватила мужчину под локоток и увела его чуть в сторонку от общей суеты. А потом сразу, не ходя кругами, сказала:

– Слушай, Сонька, она, – тщательно подбирая слова, – м–м, как бы помягче выразиться… не любит таких, как ты.

– Это каких это?! – взбеленился мужчина.

– Бабников, Кость.

– Да все мы не святые, вообще-то.

– Я не спорю. Но у Соньки опыт печальный. Сердце разбитое. И если у тебя нет к ней серьезных намерений, а чисто так, поразвлечься и позажигать – лучше не надо. Правда! Не хочу, чтобы ты был тем, кто снова разобьет Соньке сердце. Потому что она, может, и непрошибаемая, упрямая и уверенная в себе девушка, но если влюбляется, то это все. Пиши пропало. Полная концентрация ее вселенной на объекте обожания. А ты… ну… ветреный.

– Знаешь, Лера, Мир тоже не без греха, – надулся финансовый директор. – Но ему, однако, ничего не помешало поменяться. Ради тебя и с тобой.

– Знаю, – ответила я предельно честно. – И понимаю, на что иду. Ну и о сильных переменах пора рано говорить, мы вместе всего сутки. Но… очень хочется верить.

– Ой, да брось, ты же видишь, какими он глазами на тебя смотрит? – отмахнулся Костя. – Это все. Конченый случай. Ты, кстати, про беременность сказала?

Теперь пришла моя очередь стушеваться и отвести взгляд. Да так неудачно, что попала на Мира, улыбающегося собеседнику и смотрящего краем глазом за нами с Костей.

Вот как объяснить, что даже у меня в голове не до конца сложилась мысль, что мы с Троицким скоро станем мамой и папой?

– Лера! – поджал губы Костя, по-своему поняв мою заминку.

– Скажу. Обязательно. После вечера, выберу момент.

– Очень надеюсь, а то я лопну от нетерпения!

– Я смотрю, вы обожаете друг над другом издеваться! – закатила я глаза, улыбаясь.

– Исключительно по-дружески. А что касается твоей подруги. Ты сказала, что понимаешь, на что идешь с Миром. Так может, я тоже? Понимаю. На что иду. Может, я… не знаю, скажем, влюбился? – развел руками недоловелас, подхватывая с подноса пробегающего мимо официанта бокал. И вроде бы язвит, улыбается, а вот в глазах есть что-то такое, что уколом надежды пронзает сердце.

– Тогда мой тебе совет: действуй мягче, а не в лоб и нахрапом. Она такого не любит. Как-то более изящно, что ли. Кафе, кофе, цветы, свидания, милые приятности. Сонька из таких девушек, которые любят красивые ухаживания, а не поцелуи на заднем дворике ни с того ни с сего! – упрека в моих словах не услышал бы только глухой.

Ну, а Костя никогда глухим не был. Впрочем, и глупым тоже. Сразу распушил хвост и подобрался, заявив:

– Все было продумано, между прочим! Я собирался ее впечатлить!

– Кем? И чем? – усмехнулась я. – Собой? Ну, так вот и этого моя подруга тоже не любит. Терпеть просто не может самовлюбленных индюков!

– Лер-р-ра! – предупреждающе рыкнул друг Мирона.

– Ну, что, Лера-Лера?! – зашипела зло я в ответ. – Я помочь тебе пытаюсь, между прочим! А ты… непрошибаемый!

Мы замолчали, бодаясь взглядами и недовольно поджимая губы. Оба. Как два разъяренных, готовых отстаивать свое слово до победного барана.

Нет, вот что за упрямый мужчина?! Сразу в постель ему, видите, ли надо!

Один плюс: я совершенно забыла, где я. Окружающая меня действительность перестала пугать, от слова совсем. Мы бы, наверное, даже разругались в пух и прах с Костей, который уже собирался что-то сказать, но положение спас появившийся Мир.

– Сейчас мое выступление, приветствие, потом проходим в банкетный зал. Вы чего тут ругаетесь?

– Да так. Жизни друг друга учим, – отмахнулся Костя, залпом допивая остатки шампанского в бокале.

– Ты осторожнее с алкоголем, ты мне нужен в здравом уме и твердой памяти, – прицокнул Мир. – Сейчас пока так, вступление, а основные мероприятия начнутся в банкетном зале. Презентация ювелирной коллекции и показ. Благо, дизайнеры умудрились вписать импровизированный подиум между столиками для гостей.

– Не переживай, я так, чуть успокоить нервы. Ладно, пойду проверю, все ли у организаторов готово, – кивнул Костя, бросив на меня еще один нечитаемый взгляд, и оставил нас одних.

– Волнуешься? – спросила я, стряхивая невидимые пылинки с пиджака Мира, попадая в спасительное тепло его объятий.

– Скорее, переживаю. Чтобы все прошло без срывов и неприятностей.

– Все будет хорошо.

– Точно? – подмигивает Мир. – Обещаешь?

– Обещаю! – тянусь и, легонько чмокнув в губы мужчину, отстраняюсь. – А теперь иди, – киваю в сторону небольшого возвышения, видимо, сцены. – Музыка стихла, тебя ждут.

– Ох, два часа, – покачал головой Мир, – максимум, три! И я тебя отсюда увезу.

– Теперь ты обещаешь?

– Хуже. Клянусь! – заверил меня Мир. Улыбнулся и, развернувшись, направился в центр зала под одобрительные и приветственные кивки коллег и знакомых.

Я же провожала Троицкого взглядом и тихо млела от того, какой все-таки мне достался потрясающий мужчина! С губ не сходила улыбка, а мысли витали уже очень далеко от шикарной залы. Где-то там, где мы втроем: я, Мир и наш малыш, влюблены и безумно счастливы. Впервые допустив такие далеко идущие планы в свое сознание, сама не заметила, как перестала дергаться, нервничать и волноваться, спокойно выдохнув. В конец концов, никто меня не съест!

Так я думала, пока не услышала за спиной знакомый женский голос, сочащийся ядом:

– Вот кого-кого, а тебя тут точно не ожидала увидеть.

Внутри все сковали Арктические льды. Моментально! Ладони сжались в кулаки. Я, попытавшись совладать с участившимся сердцебиением под уверенную приветственную речь Мира, обернулась. Встретившись с завистливым, темным взглядом до глубины души неприятных мне глаз неприятного мне человека. Женщины, которую я бы предпочла вычеркнуть из своей жизни навсегда.

– Здравствуй, Валерия, – тронула губы женщины фальшивая, злая улыбка.

– Элла Робертовна, – вопреки внутреннему состоянию, голос мой не дрогнул. Наоборот, он звенел от злости и непонимания: а какого черта ОНА делает на этом мероприятии? Кто ее пустил?

Ведь доступ журналистам сюда, как и на весенний маскарад, “заказан”. Только аккредитованные, допущенные к съемке, проверенные издательства. В число которых желтая газетенка Эллочки-стервочки не входила. Насколько я помню. Или что-то за эти дни поменялось? Не зря же она притихла. Кто ее сообщник? Неужели Стас?

В голове роилось столько вопросов!

А еще зарождалась и клубилась злость.

Не-е-ет, даже ярость!

Так невыносимо хотелось расцарапать ее, вопреки годам, ухоженное и шикарное лицо, что я с трудом заставила себя отвернуться и уставить на Мирона. В надежде, что эта дамочка просто исчезнет. Как мираж. Видение. Ну, или приведение.

Однако:

– Я смотрю, карьера пошла вверх, да, Совина? – послышался змеиный шепот по правую руку от меня.

– Что вам нужно? Поболтать? Так я думаю, вы можете найти себе более словоохотливого собеседника, Элла Робертовна, – в открытую язвила я, поражаясь собственной смелости. Раньше в ответ на реплики и гадости этой дамочки я и пикнуть боялась, а теперь… откуда набралась решимости, не представляю.

– Зубки отрастила?

– Шипы. Длинные и ядовитые. Защищают от таки,х как вы.

– Это каких это?

– Готовых выставлять обычных рядовых журналистов, как пешки, на убой! – прорычала я. – Когда вам выгодно и где выгодно. Скажите, это ведь Стас, да? – все-таки не выдержала и повернулась. – Он предатель, который слил вам коллекцию Броневицкого? – сжала ладошки до боли от впившихся в кожу ноготков. – Зачем? Или, точнее, зачем вам нужна была я, если у вас на фирме уже был свой человек? – чем дальше говорю, тем больше распаляю огонь гнева, пылающий глубоко в душе. Обида за то, что эта беспринципная стерва “слила” меня даже глазом не моргнув.

Дыши, Совина.

Дыши!

Элла встретила мой взгляд задумчивой улыбкой, пробежала по моему платью стоимостью как вся ее жизнь презрительным и полыхнувшим завистью взглядом и фыркнула:

– Потрясающее платье! – моментально переводя разговор в другое русло. Мастерски свернув с темы и не ответив ни на один из моих вопросов. Хотя, а чего я ждала? Что она так просто своих “сообщников” выдаст?

– Не жалуюсь. Благодарю за вашу высокую оценку.

– Жаль, твое. И на тебе. На простой девчонке, которая его ничем не заслужила. Разве что…

– А мне жаль! – настойчиво перебила я, дабы из поганого рта мерзкой женщины не вылетела очередная гадость, – жаль, что такие, как вы, будут всю жизнь вариться в собственной желчи. Жить в вечной погоне за сенсацией, готовые на любую гадость и низость. За сенсацией, которую никогда так и не получат! Все возвращается бумерангом, Элла Робертовна. Вы выставили меня виноватой и даже не соизволили извиниться и объясниться, и однажды ровно то же самое может случиться и с вами. Советую быть осторожней.

Ух, так ее, Лерчик! Горжусь собой. Ай, да я!

Эллу аж перекосило, бедняжку.

– Ты мне надумала угрожать, мелкая мерзавка? – прошипела стерва Элла. – Совсем осмелела или надеешься, что твой любовничек Троицкий вступится за тебя? За девку без имени, без роду, без денег!

– Надумала предупреждать. Ни на чью защиту я не надеюсь, просто карма, она такая. Бьет неожиданно.

– Держи-ка ты свой язычок за зубами! Или забыла? Что у меня есть на тебя компромат, который по одному щелчку моих пальцев сотрет тебя и твою репутацию в пыль, Валерия! – понизила голос до шипения женщина, надвигаясь как грозовая туча.

Мирон, со сцены наблюдавший все это время за нашим шипяще–рычащим разговором, сбился с “речи” и выразительно вскинул бровь. Спрашивая взглядом, все ли у меня хорошо. Я улыбнулась приободряюще, кивнула, и когда мой мужчина, удостоверившись, что я справлюсь сама, продолжил перечислять имена и компании спонсоров благотворительного вечера, я вернулась к вопросу Эллы. Что она там сказала? Компромат? Не забыла ли я?

Ха.

Честно? Не забыла. Просто надоело бояться! Надоело трястись и переживать, кто и что подумает. Для меня самое главное, что сейчас Мирон знает правду. Кто я, откуда я, как появилась у него на фирме. А большего? Ну, если настолько далеко простирается скотская натура Эллы, то никакие мои валяния в ее ногах не смогут ее остановить от публикации обличающей статьи.

Я была трусливой дурой! Забитой серой мышкой, пляшущей под дудку этой злобной демонессы.

Да, и Элла отчасти права. Сейчас у меня теплилась надежда. Эгоистичная, но все же. Надежда, что Мир не даст меня в обиду. После утра и озвученного мне признания я верила. Нет, знала! Знала, что он не позволит никакой газетенке втоптать мое имя в грязь. А вот мое моральное самочувствие после такого… да, будет совсем непросто. Но может, если я свалю последний камень со своих плеч, мне наконец-то вздохнется максимально свободно?

– Помню, – наконец-то ответила я, когда Мирон закончил речь и зал взорвался аплодисментами. – Можете делать с этой информацией все, что вашей душе будет угодно, Элла-стерва-Робертовна. Я вас больше не боюсь!

Бывшая начальница ухмыльнулась. Ее брови взлетели от удивления и рисковали вот-вот уползти со лба, обколотого ботексом и не имеющего ни одной морщинки в ее почти пятьдесят лет. Женщина недобро сверкнула глазами и, пожав плечами, многозначительно заявила:

– Ты дура, Валерия, если надеешься на «долго и счастливо» с таким, как Троицкий! Они всегда выбирают других. И ты не будешь исключением. Поиграет и бросит. Жалко мне тебя…

Вот это заявление! Интересно, и что это значит: “всегда выбирают других”? Неужели печальный опыт и озлобленность женщины на всех сильных представителей мира сего? Или… конкретного мужчины?

Я даже невольно стрельнула глазами в Мирона, но тут же эту мысль отмела. Он почти на десять лет ее младше, и сильно сомневаюсь, что у Мира такой ужасный вкус на женщин! И я, кстати, живое тому доказательство.

Однако спросить или ответить что-то я не успела, Элла растворилась так же быстро и неожиданно, как и появилось. Зато ко мне уже шел встревоженный Мир, который явно сейчас учинит допрос.

Мирон

– Значит, она твоя бывшая начальница? – бросил я взгляд вслед удаляющейся женской фигуре.

– Угу.

– И это она тебя подослала ко мне на фирму?

– Она.

– Шпионить?

– Точно.

– А потом она же бросила тебя под паровоз, когда ей это стало выгодно. В верном направлении мыслю? – заскрежетал я зубами, сжимая кулаки.

– Мир...

Лера отвечала однозначно, виновато пряча взгляд, а меня, ох, как разрывало от накатывающей волнами злости на эту расфуфыренную Эллу Робертовну! Я женщин не бью, да и вообще сторонник мирного разрешения конфликта путем диалога, но тут же… Убить такую тварь, как эта Элла Робертовна, мало!

Стоило только подойти к Лере, как она тут же на духу выложила все, о чем они с незнакомой мне женщиной беседовали. Без утайки. За что мысленно я безумно был ей благодарен. Мне в этот вечер только лишних “загадок” не хватало. И так нервы на разрыв.

Так вот теперь я точно знал, что эта женщина не спонсор. И тем более ни одна из приглашенных мной или фирмой гостей. Значит, скорее всего, мы были правы, подозревая Стаса. Или кого-то стоящего еще выше, чем наш креативный директор. Достать приглашение на такое мероприятие под силу не каждому, и если эта дамочка не чья-то “+1”, то, вероятней, всего кто-то “помог” ей оказаться здесь.

– Думаешь, от нее стоит ожидать какой-то подлянки? – спросила Лера, окидывая взглядом полный гостей зал.

– Думаю, раз все зачинщики собрались в одном месте, то это определенно неспроста. Что-то будет.

И это “что-то” не заставило себя долго ждать. Только гости хлынули в банкетный зал, занимая обозначенные именными карточками места за столами, как нам навстречу вылетел с большими, ошалевшими глазами Костя, выдавая как на духу:

– У нас проблемы с флешкой. Презентация не запускается...

– Твою ж… дивизию! – прорычал я.

Мы с Лерой переглянулись, и сомнений не осталось, кто первым делом нам обоим пришел на ум. Стас. Благо, мы к этому были готовы, но с того момента старались не выпускать креативного директора из поля зрения. Собственно, так же, как и бывшую начальницу Совиной, которую явно сжирала зависть по отношению к бывшей подчиненной. Так внимательно она за моей Лерой следила. Желание вышвырнуть за шкирку расфуфыренную дамочку средних лет все активней подгорало внутри меня. А мысленно я уже узнал, что за издательство, и прикрыл к чертям собачьим это гнилую лавочку.

Но это потом. Например, завтра. Сейчас же...

Вопрос с презентацией был решен, но, как оказалось впоследствии, проблема с флешкой – это была лишь одна шалость из кучи мелких пакостей, которых в этот вечер было предостаточно. То сбои со светом, то с электроникой, то не работают микрофоны, то бьют посуду официанты, то перепутали карточки и посадку гостей… В общем, голова пухла и готова была взорваться. Если бы не Костя с Лерой и Анжелой, которая была на подхвате, я бы точно рванул! Психанул и бросим все на хрен!

Вокруг творился настоящий бедлам, который, благодаря тому, что мы были к этому готовы и усилили наблюдение с охраной, прошел “за кулисами”. Вне внимания гостей. Ни один спор или скандал не вышел на публику, а ребята из компании организаторов мероприятия были подкованы в таких делах и с отточенным годами профессионализмом решали возникающие перед ними проблемы и вопросы.

В таком “тихом хаосе”, удивительно, но презентация ювелирной коллекции прошла на ура. Публика рукоплескала, а желающие приобрести модные, дорогие золотые побрякушки выстроились в очередь, в прямом и переносном смысле, щедро неся свои “кровные” в копилку благотворительного фонда. А Лере, как лицу “компании”, пришлось выйти на сцену. Сказать пару слов. Честно, в какой-то момент я подумал, что она упадет в обморок от волнения. Она вся тряслась и дрожала, как воробышек перед целой стаей хищных коршунов, пока с идеально прямой спиной и гордо вздернутым подбородком за руку со мной шагала к сцене. Я был готов в любой момент, по одному только ее взгляду, развернуться и увести ее отсюда. Но… я в ней не ошибся.

Оказавшись перед десятками внимательных, пытливых глаз, моя девочка взяла себя в руки. Она была на высоте! Такая потрясающая и уверенная в себе, что было сложно не заметить откровенно заинтересованные взгляды мужиков и завистливые от женщин. Она была не просто сногсшибательна, а невероятна!

– Кто мог знать, что из невинной шутки получиться такая феерия! – присвистнул Стас, когда мы с Лерой вернулись к нашему столику, предоставив ведущему продолжить вести мероприятие.

Я одарил друга, уже теперь, несомненно, бывшего, ухмылкой, но промолчал. С ним и его причастностью ко всей творящейся заварушке мне еще предстоит разобраться.

Лера

Все шло как по маслу, не считая некоторых нюансов. Как бы “противники” Мира ни старались, пустить под откос вечер у них не получилось. Можно было только наблюдать бессильную злость, что маской застыла на лице Эллочки, то и дело маячившей перед моим носом, и ликование Кости.

Да, мы всем показали, кто тут “босс”! И это собравшиеся еще не знают, какой сюрприз в виде фантастического примирения Троицкого и Броневицкого их ожидает.

Кстати, о нем...

Павел появился на вечере ближе к самому показу в компании любимой очаровательной жены. Мы с ним тепло приветствовали друг друга, и вновь прибывший гость тут же занял свой столик.

Зато вот ни деда, ни родителей Мира, ни даже его загадочного братца – никого из них до сих пор видно не было среди гостей.

– Передумали? – обеспокоенно озиралась я по сторонам.

– Вряд ли, – пожал плечами мой спутник, сильнее сжимая пальцами мою ладошку. – Может, пробки или задержка самолета. В любом случае, ждем. Дед любит появляться в момент самой кульминации вечера, – фыркнул Мир. – Собственно, как и братец.

Если бы я знала, какой будет “кульминация” этого вечера, то уехала бы еще в самом начале…