Казненная жена генерала дракона

Глава 14 Дракон

— Я хотел бы с тобой поговорить, — тихо произнес я, замечая, как Эва остановилась в коридоре.

Её взгляд был сосредоточен, будто она предчувствовала что-то важное. Внутри меня боролись чувства — уважение и тревога. Не то чтобы я когда-то сильно любил женщину, что стояла передо мной. Но она всегда вызывала во мне тепло, как старый друг — умная, рассудительная, всегда твердая в своих убеждениях, гордая и независимая. Эва невольно внушала уважение. И сейчас, когда весь мир вокруг меня рушился, она приехала, чтобы поддержать нас. Не боясь, что после этого её мнение могут отвергнуть или осудить. Хотя для нее это довольно несвойственно, ведь общество такую поддержку явно не одобрит. И всё же она пришла.

Это значило много.

— Разумеется, — улыбнулась Эва, когда я пригласил ее в одну из комнат. Она грациозно вошла, рассматривая с улыбкой картины на стенах.

— Ты действительно уверена, что моя жена не виновата? — спросил я, глядя на Эву и закрывая дверь за собой.

Мне важно было знать мнение женщины на этот счет.

— Конечно! — фыркнула Эва, тут же обернувшись ко мне. — И я более чем уверена, что все это подстроено! Заметь, тебе не сообщили — раз, все слишком быстро — два. Я уверена, что к этому кто-то приложил руку. Кстати, что говорит твоя жена?

— Она ничего не помнит, — вздохнул я. — Ее слова звучат вполне искренне.

— Понимаю, — задумалась Эва. — Это плохо. Если бы была хоть какая-то зацепка! Ну хоть что-нибудь… Слушай, а ты не думаешь поискать похожие дела? Быть может, это не первый такой случай? Может, уже было что-то похожее. Какие-нибудь таинственные пропажи детей из благородных семей? Я в этом не разбираюсь, поэтому могу лишь предполагать.

— Я как раз думал об этом, — вздохнул я, вспоминая архив судебных дел.

— Для нее главное сейчас — ты. И твоя поддержка, — вздохнула Эва, беря меня за руку и словно рассматривая ее. — Ты единственный, кто может ее защитить. Понимаешь? Сейчас общество перемывает ей косточки, толпа требует ее смерти, а весь мир отвернулся от бедной девочки! Но у нее есть ты!

— Я спрашивал ее о том, что случилось, — произнес я, задумчиво перебирая все факты, которые мне известны об этом деле. Пока что меня успокаивала мысль о том, что тела ребенка не было. Это означало, что мой сын мог быть жив.

— Да как ты мог! Пойми, что сейчас она в таком состоянии, что врагу не пожелаешь! Я бы на ее месте просто плакала бы не переставая! А она молодец. Держится, — произнесла Эва, глядя на меня с осуждением. — Нашел время! Дай ей хоть чуточку в себя прийти! Ее сегодня казнили на площади! Боюсь представить, что она пережила в этот момент! А тут ты со своими расспросами! Подожди хотя бы денек! Попридержи армию! Ей сейчас нужно успокоиться, прийти в себя, и уже тогда, быть может, она что-то вспомнит!

— Согласен, не прав, — произнес я, вынимая руку из ее руки. Я отвернулся, глядя на пламя камина, заложив руки за спину. — Но и времени у нас почти нет. Если, как ты говоришь, Лоли Гарднер сейчас хлопочет об аудиенции и поднимает народ против моей жены, то неизвестно, как поведет себя король. Он, конечно, здравомыслящий. Но принимать непопулярные решения он тоже не станет. Пока что его удерживает лишь то, что я вернулся в Столицу. На одной чаше весов я, на другой — народ, который требует крови.