Казненная жена генерала дракона

Глава 27 Дракон

Лицо ректора внезапно изменилось, и его глаза наполнились тенью понимания. Он вздохнул и медленно покивал, словно уже догадался, что привело меня сюда.

— Я знаю вашу историю, — сказал он тихо, — и, честно говоря, очень удивлен, что ко мне не обратились раньше.

Его голос был мягким, но в нем слышалась какая-то скрытая тревога. Он встал и достал из стеклянного шкафа из-за стола черную чашу с каким-то зловещим узором. Он бережно пронес ее через кабинет, пока я старался не думать о плохом.

— Сейчас попробуем, — произнес ректор, аккуратно ставя чашу на стол. — Раньше я уже так делал. Правда, редко ко мне обращаются по этому поводу.

Он стал добавлять в чашу содержимое старинных флаконов, бережно ставя их обратно в шкафчик. Его тонкая, худощавая рука двигалась точно и уверенно, словно он знал, что делает.

— А теперь, господин генерал, — продолжил старик, — мне понадобится ваша кровь. Предупреждаю сразу — совсем немного. А то у меня тут всякие реакции бывают: падают в обморок, думают, что я жертвоприношение устраиваю! — усмехнулся он, мягко улыбаясь. — Я еще слишком молод для черной магии!

Я с решимостью протянул ректору руку, следя за тем, как он достает тонкий кинжал и делает тонкий аккуратный надрез. Я смотрел на свою раскрытую ладонь, зная, что рана заживет очень быстро.

Для дракона почти не бывает смертельных ран, ведь легкие раны способны затянуться за считанные минуты. Более тяжелым нужно несколько часов.

В этот момент я подумал о маленьком Леандре. Убить взрослого дракона не так-то просто. А вот маленького дракона до первого оборота? Если бы у сына был первый оборот, то жена бы тут же написала мне о нем. Если не написала, значит, оборота не было. Если все так, как думаю, то раны у ребенка должны были затянуться довольно быстро. Хотя, смотря какие раны! До первого оборота дракон очень уязвим.

Несколько капель моей крови капнули в чашу, и тут же из нее поднялся черный, густой дым.

— Дракон, — усмехнулся ректор, возвращая мою руку, — сразу видно… Даже кровь у вас особая!

Он склонился над чашей, всматриваясь в клубы дыма, словно искал в них ответы, которых я не мог увидеть. Минута, вторая, третья — я чувствовал, как внутри всё замирает, словно готовлю себя к чему-то очень страшному.

Наконец, ректор отпрянул от чаши и вздохнул.

— Простите, господин генерал, — произнес он, — я ничего не вижу. Тут два варианта: либо ребенок не от вас, либо… — он сделал паузу, — всё дело в вашей родовой магии. Она очень сильная и может скрывать его от моих глаз… и от заклинаний поиска. Это значит, найти ребенка магией невозможно.

А я надеялся!

Я выдохнул, наблюдая, как чаша исчезает со стола, словно магия растворилась в воздухе.

— Благодарю вас, господин ректор, — тихо сказал я. — Спасибо, что помогли.

Он удивленно поднял брови.

— За что? Я же ничем не смог помочь, — с усмешкой развел руками старик. — Впрочем, заходите, я вас обязательно отведу в музей! Всё равно у меня бессоница, и я люблю проводить экскурсии по моей личной коллекции артефактов из другого мира. Вся Академия знает мои экскурсии наизусть, а мне иногда хочется похвататься!

Я вежливо кивнул и поднялся, собираясь уйти. Надо было возвращаться домой.

Внутри я чувствовал смесь разочарования и облегчения. В душе понимал, что новости, возможно, неутешительные, но радовался, что след не привел к телу. Значит, есть надежда, что ребенок еще жив!

На самом деле меня смущало некоторое сходство последнего дела с делом моей жены. Муж уехал, жена осталась с ребенком одна. Наверное, единственное, что давало мне надежду, так это то, что семья подсудимой никогда не была богатой, поэтому позволить себе штат слуг и няню они не могли. Быть может, если бы были слуги, которые взяли бы на себя часть бытовых хлопот, то убийства бы не случилось?

Когда я вернулся домой, дворецкий уже спешил ко мне так, словно дома что-то случилось!

— Ваша супруга сошла с ума! — задыхаясь, произнес он. — Она рвет и ломает всё в комнате! Постель разбросана, шторы порваны, подушки разорваны… — его голос дрожал, а глаза были полны паники.

Я почувствовал, как сжимаются мои кулаки. Неужели всё так плохо? Неужели это приступ безумия? Если у Астории приступы безумия, то есть вероятность того, что суд был прав.

Внутри боролся страх, смешанный с тревогой за жену.

Я решительно направился в ее комнату.