Комбо-Психо. Книга 2

Глава 12

Взрыв не просто развалил дом, он подбросил в воздух второй и третий этажи, разметав их по сторонам будто фейерверк. В ту же секунду бывшие пленники и бывшие добровольные рабы, среди которых, кроме Линды, все были магами минимум пятого ранга, на всех парах устремились в противоположную от главного входа в здание сторону.

— Поймать крыс! — взревел Рога, закрывшийся от обломков каменной стеной. — Если хоть один…

Договорить он не успел. Ему пришлось выставлять ещё одну защиту, на этот раз сбоку, чтобы избежать удара острых когтей Вана. Подняв свою дубину, он окружил её слоем энергии и дополнительно прилепил себя к земле, применив на самого себя заклинание зыбучих песков.

Однако даже так, мощь этой атаки оказалась настолько большой, что огромную тушу медведя-оборотня оттолкнуло в сторону метра на три.

— Они и тебя выпустили, псина блохастая?! — прорычал Рога, разом позабыв об убегающих пленниках. — Лучше бы тебе было оставаться в клетке! Сам ведь согласился надеть на себя ошейник!

— Это было раньше, — холодно бросил Ван, вставая на четвереньки и готовясь к очередному рывку.

Мой “экстренный” знакомый оказался оборотнем-волком. И в первую секунду мне показалось довольно странным, что его превращение было почти таким же полным, как у самого Роги. По идее старшие маги на такое не должны были быть способны.

Однако довольно скоро я понял, в чём было дело. Несмотря на то, что Ван заявил, что имел седьмой круг маны, и его аура вполне соответствовала этой силе, рядом с ним в воздухе не висел гримуар, как у меня, Роги и всех остальных магов.

Это могло произойти только в трёх случаях.

Первый: гримуара у Вана банально не было. Так как гримуар не был чем-то врождённым, подобная ситуация действительно имела место быть, существовали маги, которым, например, не хватило денег даже на простейший гримуар. Но для того, кто находился на уровне старшего мага, подобная нехватка средств была нонсенсом. За несколько лет маг такого уровня всяко смог бы накопить достаточно денег.

Второй: от гримуара можно было отказаться. Маг разрывал связь гримуара со своей душой, после чего магическую книгу становилось возможно передать другому. Однако создать связь с новым гримуаром после такого становилось невозможно.

Так что принимали решение избавиться от гримуара либо старые умирающие маги, не желавшие, чтобы их гримуары исчезали вместе с ними, либо те, кого заставили это сделать угрозами. Ван не был стар и уж никак не походил на того, кого можно было запугать.

И третий вариант: маг мог поглотить свой гримуар. Это была настолько редкая и абсурдная практика, что даже Бафомет знал от силы десяток магов, кто решился бы на подобное. И я, похоже, сейчас встретил одиннадцатого.

Штука была в том, что поглощение гримуара было путём в один конец. Гримуар, растворяясь в душе мага, дестабилизировал её, лишался мага возможности использовать контуры заклинаний. По сути, такой безумец становился наглядной демонстрацией поговорки “сапожник без сапог”.

Конечно, у подобного выбора было и преимущество. Душа мага после поглощения гримуара не просто дестабилизировалась, она становилась “текучей”. Это означало куда большую устойчивость к повреждениям души, почти полный иммунитет к ментальным заклинаниям, а также значительно возрастающее мастерство манипуляции чистой энергией.

Вот только все эти бонусы можно было повторить несколькими специфическими заклинаниями. Прибегали к поглощению гримуара те, чьи души были очень сильно повреждены, например в бою или под действием проклятий, и иного способа выжить просто не оставалось. Ну, либо настоящие психи, рассчитывавшие таким экстравагантным образом достичь неких недостижимых результатов.

Ван, похоже, был из вторых. И, надо сказать, из-за принадлежности к расе оборотней, он, пожалуй, был одним из немногих, для кого поглощение гримуара могло стать хотя бы в теории полезным. Ведь превращения оборотней как раз и зависели от вкладываемой в них энергии и мастерства мага в манипуляции ей.

Поэтому его трансформация, несмотря на седьмой круг, была почти наравне с превращением Роги. А так как он не мог пользоваться заклинаниями и вообще все свои силы вкладывал в трансформацию, она и по силе значительно превосходила что мощь медведя-оборотня, что меня с моей жизненной силой.

Когда он атаковал Рогу сейчас, то был настолько быстрым, что я едва смог уследить за ним. Если бы целью удара был я сам, то мои шансы на успешный блок точно не были бы выше процентов тридцати. Умереть я, конечно, не умер бы, всё-таки моё тело уже давно переросло любые мыслимые человеческие пределы. Но это скорее всего был серьёзный перелом, который даже Касанием Асклепия залечить быстро бы не удалось.

Союзника для сражения я нашёл отличного. Правда, из-за отсутствия гримуара ему будет очень сложно, если не невозможно прорваться на уровень высшего мага. Но прямо сейчас это и не было так важно.

Жаль, конечно, что моих револьверов при мне не было, а то мы смогли бы вдвоём устроить настоящий хаос. Но то, что я лишился пары пистолетов, вовсе не значило, что я остался безоружным. И через несколько секунд после атаки Вана на ряды оборотней, заметно потрёпанных встречей с монстрами-барсуками, обрушился настоящий стальной град.

Что такое пистолет? По сути — это ручная пушка, стальная трубка, по которой силой взрыва на огромной скорости запускается небольшой снаряд. Дополнительные элементы вроде барабана, рукояти и курка были сделаны только для удобства использования. А стали у меня после обноса местной кузни и хранилища Роги было более чем достаточно.

Вокруг меня в воздухе парило два десятка небольших пушечных стволов по три килограмма каждая. Ещё двадцать килограммов стали и прочих металлов были оперативно переплавлены в ядра. Взрывалась в стволах всё та же смесь Телекинеза и Драконьего дыхания, разница была только в том, что я не использовал зачарование, а создавал заряды и тут же их подрывал. Дополнительный разгон ядрам придавал Барон стального моря.

Да, ядра не были покрыты зачарованиями взрывов, на это не было времени. Вот только, в отличие от маленьких пуль, они весили по пятьдесят граммов каждое. С дистанции меньше чем в десяток метров, фактически в упор, подобные снаряды были куда смертоноснее любых обычных взрывов, прошивая слабые защитные заклинания насквозь как бумагу и при попадании превращая плоть в кровавые ошмётки.

В другой ситуации я бы вряд ли стал так рисковать. Настолько сложная и масштабная магия, задействующая десятки заклинаний за раз и сотни — в течение нескольких секунд, отнимала все внимание и силы. Защищаться, изображая из себя человека-артиллерию, становилось совершенно нереально. Всё, на что меня хватало помимо контроля “пушек” — это поддержание стабильного положения на высоте метров шести, чтобы заклинания земли Роги меня доставали не сразу.

Однако сейчас у меня был союзник, способный взять на себя ближний бой и поработать танком, пока я поливал ряды врагов сталью. И со своей ролью, которую у нас не было возможности обговорить даже кратко, Ван справлялся просто филигранно.

Влив в своё превращение ещё больше энергии, он уже стал больше похож на настоящего волка, нежели на оборотня. Вот только размером тот волк был на зависть всем тиграм и медведям, ростом в холке, наверное, метра два с половиной. И это был не вылизанный в угоду эстетике пёсик из “Сумерек”, а злобная жестокая тварь, вселяющая инстинктивный страх одним своим видом.

Серая тень на совершенно бешенной скорости носилась среди рядов других оборотней, которые даже в своих трансформациях на фоне Вана смотрелись несерьёзно и блёкло. И либо рвала своими огромными клыками на клочки всё, что попадалось ей на пути, либо своим телом, достигшим невероятного уровня сопротивления к магии, блокировала направленные в меня вражеские заклинания.

Раньше я считал, что с моим арсеналом заклинаний, опытом Бафомета и сформированным даньтянем среди старших магов у меня нет и не будет конкурентов. Но сейчас мог без стеснения признать, что без своего левого револьвера с алхимическими пулями проиграл бы Вану минимум семь раз из десяти.

Пятые и шестые круги, что ещё остались в живых и не сбежали, дохли как мухи. Либо оказались недостаточно быстры, чтобы среагировать на бросок волка, либо недостаточно умелы в магии, чтобы защититься от моих ядер.

И Рога, у которого скорость не была сильной стороной, не мог с этим ничего сделать.

Хотя, он, похоже, даже не особо пытался. Единственными, кого он как-то защищал, были три седьмых круга, видимо его ближайшие соратники. А потому уже через пару минут на площади перед разрушенным домом Роги остались только мы вшестером. Ненадолго сражение приостановилось.

— И, что, ты доволен, Ван? — проговорил Рога, немного успокоившийся и решивший поговорить. — Основанное тобой поселение разрушено. Поймать всех сбежавших таким составом у меня не выйдет. Так что нам придётся просто бросить его и начинать заново в другом месте. Ты хоть представляешь, сколько денег приносили эти идиоты, работая за бесплатно? Сколько мы выручали за продажу пленников? Теперь этого всего не будет, и денег не будет, и твоя ненаглядная Нора просто умрёт без лечения! Стоило это того?

Я глянул на волка. У этих двоих, похоже, была какая-то старая сложная история. Лезть сейчас мне не стоило. Но потом, если Ван изъявит желание присоединиться к нашей компании, я обязательно расспрошу его обо всём. Обо всех опасных тайнах в моём окружении я должен был быть в курсе.

— Нора давно мертва, — прорычал волк, — скажешь, нет?

Пару секунд Рога молчал, но потом вдруг дико расхохотался, и от медведя-оборотня это звучало довольно… неуютно, как минимум.

— А я думал, что ты совсем идиот! Похоже, какие-то мысли в твоей башке ещё остались. Ну, и что с того? Я не жалею ни капли о том, что перестал выбрасывать на ветер тысячи и тысячи ради того, чтобы старая карга могла протянуть ещё один месяц!

— Если бы не она, ты бы ещё двадцать лет назад сгнил в сточной канаве! — рявкнул Ван, впервые показав хоть какие-то эмоции.

— И я уже много раз вернул приюту все деньги, что она в меня вложила, — осклабился Рога. — С какого перепугу я всю должен всю жизнь продолжать горбатиться ради неё?

— Я выгрызу твоё гнилое сердце! — взревел Ван, ещё больше меняя своё тело уже почти до идеальной волчьей формы и бросаясь в атаку.

Мне хотелось что-то сказать ему, предостеречь от неосторожных действий, продиктованных яростью, а не разумом. Но я понимал, что он меня проигнорирует. Из того, что я услышал, примерная ситуация уже была понятна. И просить Вана успокоиться было столь же бессмысленно, как заливать пожар, черпая воду рюмками.

Куда выгоднее было поддержать его буйство и воспользоваться им, чтобы вместе с волком убить Рогу. Иначе было нельзя. Мы прикончили большинство его подчинённых и разрушили его бизнес. Теперь единственной мыслью медведя-оборотня будет месть. И в первую очередь объектами его мести станут Глен и девочки — мои спутники.

Да, он мог не найти их на огромных просторах центральных равнин. Но мог и найти. Я не имел права так рисковать.

— Разберитесь с мальчишкой! — рыкнул Рога, поднимая земляную волну на пути Вана.

Похоже, он уже тоже понял, что вдвоём мы можем представлять даже для него угрозу. Как минимум, прямое попадание снаряда из моей пушки не оставило бы равнодушным даже высшего мага. И в каком-то смысле это даже могло быть логично, ведь без прикрытия волка я становился беззащитен.

Так медведю-оборотню могло показаться. Вот только лучше бы ему было продолжать держаться со своими подчинёнными вместе и защищать их.

Раньше я не мог защищаться, потому что использовал сразу два десятка пушек, чтобы подавить значительно превосходящего по силе противника шквальным огнём. Теперь же, когда против меня осталось трое противников, мне уже не было никакого смысла в таком количестве стволов.

Пушки, повинуясь силе Барона стального моря, начали сплавляться между собой. И через несколько секунд двадцать трёхкилограммовых стволов превратились в три двадцатикилограммовых. А пятидесятиграммовые ядра стали полукилограммовыми.

Используя Телекинез, которому теперь мог уделять куда больше внимания, я рванул с места, уходя с траектории полёта ледяных копий и ветряных лезвий. Широкий вираж быстро перешёл в резкое пикирование на врага. И когда до цели осталось не больше пяти метров, мои пушки одновременно жахнули настолько оглушительными залпами, что я на секунду попросту оглох.

Полкило стали, разогнанные до нескольких сотен километров в час, врезались двух из трёх седьмых кругов, прорвали их защитные заклинания и, врезавшись в их тела, превратили оборотней в кровавые фейерверки. Последний, использовавший магию ветра, оказался достаточно быстр, чтобы увернуться, но, похоже, также и достаточно труслив или разумен, чтобы развернуться и броситься наутёк. Преследовать его я не стал, были дела поважнее.

Всего за несколько секунд я избавился от остатков свиты Роги. И уйма маны, которую я истратил на эти три выстрела, того определённо стоила. Продолжать играться у меня не было никакого желания, Ван, насколько я видел, уже с трудом держался против медведя.

Наведя пушки на Рогу, я, крякнув от отвратительного чувства в перенапряжённой душе, дал ещё один залп.

Вот только высший маг и старший маг, несмотря на разницу в один круг, будто бы были существами из совершенно разных миров. Да, защититься от такой атаки медведю точно было непросто. Но все три ядра, несмотря на даже бо́льшую скорость, намертво застряли в созданном им земляном щите. И это при том, что Рога даже не смотрел на меня в этот момент, сосредоточившись на Ване.

Определённо, нам несказанно повезло, что ни он, ни его магия не были рассчитаны на большую скорость. С другой стороны, невероятная защита, которой могла похвастаться магия земли, была сейчас для меня главной занозой в заднице. Потому что, как бы мы с Ваном ни скакали вокруг Роги, если мы не сможем пробить его оборону, в этом не будет никакого смысла.

К счастью, медведь-оборотень остался один.

— Ван, мне нужна минута! — крикнул я, разрывая дистанцию.

Ответа не последовало, но, судя по тому, что натиск волка стал ещё яростнее, он меня услышал и понял правильно. Вот только услышал меня и Рога.

— Как будто я тебе позволю, мальчишка! — рявкнул он, отправляя за мной в полёт несколько каменных снарядов, раза в три более быстрых, чем те, которыми он швырялся в марионетку.

И на этот раз одна из каменюк всё-таки достигла цели, угодив мне точно в руку. Левые кисть и предплечье мгновенно превратились в месиво из мяса и костей. Перед глазами на секунду всё померкло от дикой боли, на лбу выступил холодный пот, я едва не потерял контроль над Телекинезом и не покатился кубарем. Но всё-таки сумел отправить в руку убойную порцию жизненной энергии, заставившую боль частично отступить.

К сожалению, использовать Малое касание Асклепия я не имел права. Заклинание жрало слишком много маны, а я и так уже за эту ночь сжёг её слишком много. Если использую исцеление, то совершенно точно не смогу пробить защиту Роги. А значит надо было терпеть.

Отлетев на достаточное расстояние, я закрыл глаза, сжал покрепче зубы и запустил ещё одно превращение своих пушек.

Слить три орудия в одно. Увеличить длину. Добавить по внутренней части спиральные насечки. Вставить по бокам несколько дополнительных камер сжигания, которые должны были дополнительно ускорять снаряд. Превратить круглое ядро в остроконечную пулю как в снайперских винтовках. Нанести винтовые насечки на пулю. Подготовить настолько большой заряд взрывной магии, на какой я только был способен.

Со спины раздался яростный рёв Роги, несущегося на меня, несмотря на непрекращающийся шквал атак Вана. Похоже отголоски моей магии дали медведю понять, что я готовлю что-то по-настоящему убойное. Чертыхнувшись, я бросился бежать, ещё было рано.

Мне нужно было ещё десять секунд. Волк продолжал наскакивать на Рогу, уже, похоже, напрочь позабыв о собственной безопасности, и поплатился за это, схлопотав могучий удар дубиной в бок. Наверняка переломы рёбер и внутреннее кровотечение, но, несмотря ни на что, Ван продолжил атаку.

Восемь секунд, семь, шесть… ещё одним ударом по голове волка отбросило в сторону, и когда он попытался подняться, стало понятно, что его сильно контузило. Рога продолжал сокращать расстояние между нами, я не мог двигаться достаточно быстро из-за подготовки своей пушки.

Пять, четыре, три … новый камень угодил мне в бедро, не сломав, но вырвав значительный кусок мяса. Из раны толчками начала вытекать кровь. Роге на спину запрыгнул Ван, вцепившись медведю клыками в шею. Тело Роги было защищено магией, так что урона Ван не нанёс, но смог немного задержать.

И этого “немного” оказалось достаточно.

Две, одна…

— Ван, в сторону! — крикнул я, разворачиваясь и разворачивая на Рогу свою пушку-винтовку.

Волк, разжав челюсти, соскочил со спины медведя.

— Твою мать! — прорычал Рога, останавливаясь и закутывая себя в каменный кокон.

Не выйдет, тварь.

ЗАЛП!