Комбо-Психо. Книга 2

Глава 3

Превратив свою душу в бессмертный и неуязвимый дух, Бафомет был вынужден навсегда отказаться от своего тела. Однако это не означало, что его тело испарилось или как-то иначе было уничтожено.

Сам Бафомет, как максимально прагматичный персонаж, не собирался как-то заботиться о покинутой оболочке, в которую даже не мог вселиться. Однако был один человек, для которого тело Бафомета было чем-то на уровне того самого ружья для фаната Нирваны.

Лавей тоже был магом, и очень неплохим, добравшимся аж до девятого круга. На уровень архимага его не хватило, но он всё равно был крайне талантлив и мог бы прожить жизнь в довольстве и роскоши. Если бы не стал одержим Бафометом и всем, что было с ним связано.

Для Бафомета Лавей был назойливой мошкой, крутящейся под ногами. Но хотя фанатичное восхищение и не играло для безэмоционального Бафомета никакой роли, он также понимал, что подобное можно очень удачно использовать. А потому Лавею время от времени перепадали какие-то поручения от Бафомета, от чего он каждый раз был в полнейшем восторге.

Одним из таких заданий было позаботиться о теле, которое Бафомет покинул. Хотя на самом деле это было что-то в контексте: “Плевать, делай с ним что хочешь”. С тех пор своего тела Бафомет никогда не видел, да и не пытался отыскать.

Но вероятность того, что Лавей отнёсся к подобной “реликвии” с выходящими за пределы разумного вниманием и заботой, была практически стопроцентной. И можно было почти не сомневаться: фанатичный поклонник наверняка утащил главный экземпляр своей коллекции с собой в могилу. Так что, если обнаруженная на центральных равнинах Варии гробница и правда принадлежала Лавею, то тело Бафомета тоже скорее всего было там.

И для меня оно могло оказаться максимально полезным. Пока что, правда, не стоило загадывать, в каком именно контексте, но у меня было несколько идей, каждая из которых была достаточно привлекательной, чтобы отложить на время охоту на монстров.

Однако до тех пор мне всё-таки нужно было пополнить мой арсенал. Чем я и занялся буквально сразу же после того, как меня выписали из медицинского крыла.

Так как мой гримуар не был подключён к Короне Мудрости, я не мог, как все остальные студенты, получать очки вклада автоматически. Для этого мне пришлось сходить в библиотеку вместе с Одуванчиком и, положив ладонь на сферу-терминал, дождаться, пока он подтвердит передачу мне десяти тысяч очков вклада.

Для любого студента, да и для большинства преподавателей, это была огромная сумма, на которую можно было под завязку набить свой гримуар заклинаниями. Для меня они конвертировались в целую сотню возможностей комбинаций, что тоже было огромным количеством с учётом имевшихся у меня изначально трёх.

На какое-то довольно продолжительное время этого мне должно было оказаться более чем достаточно. Искренне поблагодарив Одуванчика, я засел у себя в комнате, чтобы без отвлекающих факторов заняться подготовкой к новой экспедиции. А также на деньги от добытых сокровищ я попросил Глена накупить для меня ещё металла и алхимических реагентов для пуль и заказать кобуру для своих револьверов.

Спустя шесть часов сто возможностей комбинации сократились до семидесяти восьми. А оглавление моего гримуара пополнилось немалым количеством буковок “S”. Правда, на этот раз избежать неудач и странностей в процессе комбинирования мне всё-таки не удалось.

Доступные заклинания:[Воля Ардиба ( SSS-10)][Лемегетон ( SSS-8)]+[Техника тела Амат ( SSS-5)]+[Сон Дьявола ( SS-7)]+[Барон стального моря ( S-5)]+[Дыхание дракона ( S-5)]+ [Малое касание Асклепия ( S-5)]+[Телекинез ( S-5)]+[Малый светоч (А-5)]+[Младшее зачарование ( A-4)]+[Вегвизир ( A-1)]+

Первым, что я сделал, было избавление от Идеального блеска. Это заклинание уже давно мозолило мои глаза. И теперь, получив возможность не экономить комбинации, я, недолго думая, сплавил его со Вспышкой.

При этом итоговая магия почти не изменилась, а я не хотел тратить страницу гримуара просто на очень мощный фонарик. Так что ещё за четыре комбинации, объединив Вспышку с несколькими заклинаниями, созданными специально для борьбы с Серыми, я создал нечто наподобие святой гранаты, которая должна была поражать исключительно гостей из-за Края.

К сожалению, как я выяснил у Одуванчика, на серых миссионеров, который всё-таки были людьми, эта магия вряд ли бы сработала. А вот на обращённых, то есть тварей вроде убитых мной трансформировавшихся магов — вполне. И я так воодушевился, что наклепал полторы сотни пуль с зачарованием из моей новой магии, которую назвал Малым светочем.

Следом я скомбинировал Кузницу Огуна и Барона пяти морей. Эта идея пришла мне ещё в тот момент, когда я “вспоминал” магию контроля воды. С учётом того, что моему заклинанию превращения металла всё ещё не хватало масштаба, такое сочетание по идее должно было сыграть очень выгодно.

И получилось ровно так, как я и хотел! После того как я опробовал новое заклинание, которое назвал Бароном стального моря, у меня ещё несколько минут не прекращали бегать по коже мурашки. Ощущение, схожее с тем, которое испытываешь, запуская руку в шляпу и вытягивая выигрышный билетик, было настолько приятным, что я всерьёз задумался о том, что могу на это подсесть.

А потому, чтобы немного успокоиться, следующими я множеством небольших комбинаций улучшил Взрывное дыхание и Телекинез, добив их до пятого круга и S-ранга. Уровень новой огненной магии оказался настолько высок, что я не удержался и переименовал его в Дыхание дракона, наплевав на то, насколько наивно-пафосно это звучало.

Следующим думал улучшить Вегвизир, но потом я решил, что не стоит. Слишком уж специфичными были свойства этой магии и слишком большой вероятность их потерять. Пока что он свою работу делал исправно, да и пользовался я им не так, чтобы очень часто, так что пусть останется на первом круге.

Однако, чтобы как-то компенсировать для себя отказ от комбинирования Вегвизира, я решил поработать над Сном Морфея. И вот тут всё пошло не так.

Я подумал о том, что загипнотизированные Сном Морфея люди были почти бесполезны в бою, тогда как создать нечто вроде зомби-армии было бы очень неплохо. И, чтобы компенсировать этот недостаток, “вспомнил” магию Берсерка S-ранга и тоже четвёртого круга, которая должна была вводить человека в состояние безудержного безумия.

В сочетании, как мне казалось, эти две магии должны были нивелировать минусы друг друга. На выходе должно было получиться замечательное заклинание с пятью кругами и возможностью создавать послушных, но сохранивших достаточно боевого задора ребят. И, соглашаясь на комбинирование, я вновь ощутил то невероятное чувство предвкушения и бабочек где-то в животе.

Вот только результат не только каким-то необъяснимым образом скакнул аж на SS-ранг и на седьмой круг, но и по свойствам вообще ни разу не соответствовал тому, что я от него хотел. Более того, эти свойства оказались настолько абсурдными, что, изучив их, я назвал заклинание Сном Дьявола и зарёкся когда-либо использовать.

Любопытство, как говорится, кошку сгубило. А меня вот сгубил азарт. Понимал же, что ментальная магия — одна из самых сложных и объединение двух заклинаний с настолько непохожими конструктами может оказаться непредсказуемым. Но пошёл на поводу у духа игры, рассчитывая выиграть, поставив на метафорическое зеро. И казино ожидаемо победило.

Ладно, чёрт с ним. Доберусь до кругов повыше — объединю этот кошмар с чем-нибудь нейтральным, чтобы разбавить его эффекты. Глядишь — выйдет что-нибудь дельное.

После Сна Дьявола желание продолжать эксперименты с гримуаром резко отпало и, хотя у меня было ещё несколько идей, что сделать, я решил всё-таки остановиться.

У меня остались незаняты всего две страницы, которые стоило сохранить незанятыми для ситуаций вроде сражения с серым миссионером и его марионетками. А большинство имевшихся заклинаний уже имели пятый круг, так что каждой комбинацией я рисковал увести полезную магию на недоступный пока что шестой.

А потому, закончив с опытами с гримуаром и наклепав новых патронов, на этот раз столько, что вышел целый мешок, я решил вплотную заняться поглощением накопленной жизненной энергии.

Благодаря Технике тела Амат она и так понемногу впитывалась телом. Но в таком пассивном режиме происходило это довольно медленно. Осушенные сердце имуги и лошадинолицый, в котором из-за обращения накопилось реально много жизненной силы, я такими темпами осваивал бы минимум пару недель.

При этом, как показали недавние события, сильное тело могло стать одним из главных моих козырей. Если бы не эффекты Техники тела Амат, взрыв алхимических пуль наверняка прикончил бы меня на месте. Тем более это было актуально на центральных равнинах Варии, где обитало множество самых разнообразных монстров, для некоторых из которых даже маги седьмого круга были не более чем немного агрессивным обедом.

Бросив в мешок последний, тысячный пистолетный патрон, я лёг на кровать и закрыл глаза. Медитация совершенно не обязательно должна была происходить в сидячем положении, главное было не двигаться и максимально сосредоточиться на циркуляции энергии внутри организма.

Так прошли ещё сутки. При этом, несмотря на лежачее положение и то, что до того я не спал где-то двадцать семь часов кряду, в сон меня вообще не клонило. Наоборот, с каждым часом желание вскочить с койки и отправиться бегом до самого Края становилось всё более и более жгучим и непреодолимым.

Наполняющая каждую клеточку жизненная энергия должна была в итоге не просто сделать меня сильнее, а превратить в настоящего супермена. Хотя до тех пор должно было пройти немало времени и на пути к этому ещё возникнут свои препятствия.

Однако пока что об этом можно было особо не переживать, в ближайшее время процесс поглощения жизненной силы должен был идти максимально гладко. И чем дольше он шёл, тем быстрее впитывалась в мышцы энергия. Так что в конце концов я всё-таки не выдержал, соскочил с кровати и, упав на выставленные руки, начал отжиматься.

После где-то двухсот отжиманий пошли прыжки из приседа, затем пресс, стойки на руках, снова отжимания… нужно было куда-то деть переполнявшую тело энергию, иначе, мне казалось, я просто взорвусь. Но когда я начал задумываться о том, чтобы пойти на обычно пустующую большую арену и пробежать пару десятков кругов, в дверь моей комнаты постучали.

— Джулия? — открыв дверь, я встретился взглядами с девушкой.

В первую секунду широко улыбнувшись, она вдруг будто растерялась, и её взгляд сполз с моего лица ниже. Я мысленно усмехнулся.

Поглощение сердца имуги привело к тому, что моё тело в прямом смысле постарело на пару лет. Сейчас физически мне было не пятнадцать, а ближе к восемнадцати.

К тому же жизненная энергия и Техника тела Амат помимо моего участия работали над моей физической формой. За счёт этого, хоть я оставался очень жилистым, от былого хилого и немощного уборщика, недоедавшего нормально на протяжении пятнадцати лет, остались только воспоминания. К тому же я и выше стал сантиметров на семь.

Джулия до сих пор видела меня только лежащего в постели, в больничном халате. И если даже заметила какую-то разницу, то максимум в заострившихся чертах лица. А сейчас ко всему прочему я находился в процессе усиленной тренировки и снял рубаху, чтобы не пропотеть её насквозь.

И в итоге ей открыл дверь может быть не Аполлон, но как минимум очень привлекательный молодой человек, на того Алистера, которого она помнила, внешне не слишком похожий.

Не скажу, что в прошлой жизни у меня был большой опыт общения с противоположным полом. Как минимум потому, что, пока ты лежишь на больничной койке, измождённый химией, лысый от облучения и с трудом добирающийся до толчка, девушки — это точно не первое, о чём ты думаешь.

Однако в те периоды, когда у меня наступали ремиссии и я отъедался до более-менее здорового состояния, я не собирался отказывать себе в удовольствии наслаждения прекрасным. При этом, благодаря костлявой с косой, которую я ощущал за своим плечом с шестнадцати лет, я никогда не страдал от стеснительности и комплексов. Какой в них смысл, если жить осталось несколько месяцев, в лучшем случае лет?

Так что в итоге, хотя какой-то бешеной популярностью у противоположного пола я и не пользовался, да и не стремился к этому, навык общения с девушками у меня был развит неплохо. И поводов тушеваться перед Джулией, несмотря на её невероятную красоту, у меня не было.

— Что ты хотела? — щёлкнул я пальцами рядом со своим лицом.

— А?.. — она, вздрогнув, подняла глаза и, встретившись со мной взглядами, тут же смущённо покраснела. — Да, хотела. Мы можем поговорить не в коридоре?

— Конечно, заходи.

Широким жестом я пригласил её в комнату и указал на стоящее у стола кресло. Сам сел на кровать.

— Я знаю, что ты вскоре снова собираешься куда-то отправиться, — произнесла она, усевшись и потратив пару секунд на то, чтобы собраться с мыслями.

Я кивнул.

— Есть такое дело, да.

— Куда, если не секрет?

— Секрет, — несмотря на то, что она была единственной студенткой академии кроме Глена, кто проявлял ко мне участие, веры в её искренность у меня не было ни на грош. Так что и относиться к ней как-то по-особенному от того, что она навещала меня в палате, я не собирался. — Что ты хотела, Джулия? Говори прямо или не трать моё время.

— Я хочу чтобы ты взял меня с собой.

— Интересно… — я не лукавил, это и правда было неожиданно. — Зачем?

— Я думаю, что это может мне очень помочь. Глен отправился с тобой куда-то на две недели и, вернувшись, поднялся на шестой круг. Месяц назад ты был простым уборщиком — а теперь уже старший маг, получивший от Одуванчика десять тысяч очков вклада на безвозмездной основе. Я не понимаю пока, в чём дело, но вокруг тебя постоянно происходит что-то очень странное и невероятное, и я хочу к этому приобщиться.

— Что же, я тебе верю, — протянул я после краткого размышления. — Примерно подобного ответа я и ожидал. Но ты забываешь кое о чём. Какая тебе польза в путешествии со мной мы, допустим, выяснили. Но какая мне от этого польза?

Она мягко улыбнулась.

— Ну, разве ты не хочешь вернуть долг за то, что я вступилась за тебя перед…

— Не хочу, — грубо прервал я её. — И давай сразу разберёмся с этим вопросом. В отличие от Глена, ты помогала мне не потому, что таково было твоё искреннее желание. Свою цель ты уже озвучила: сделать из меня должника, чтобы твои вложенные усилия окупились. Это не плохо, большинство человеческих отношений работают именно так. Но на такой основе никогда не построишь настоящего доверия, а отправляться куда-либо с тем, кому я не могу доверять, я не хочу. Если хочешь, я возмещу тебе за твои усилия деньгами. Это, как по мне, вполне справедливо. Но ни о каком “взять с собой” не может быть и речи.

В ответ на такую тираду Джулия, надо отдать ей должное, не стушевалась.

— То есть, чтобы ты взял меня с собой, я должна показать свою искренность? — немного подумав, спросила она.

— Я в принципе не хочу тебя с собой брать, — покачал я головой. — Но, допустим. Если я пойму, что взять тебя будет для меня выгодно, а также получу хотя бы минимальное подтверждение тому, что смогу тебе доверять — то я подумаю.

На несколько секунд она задумалась, а потом вдруг затараторила, как из пулемёта.

— Хочешь искренности? Я уже почти на год застряла на пике пятого круга. Что бы ни делала, какими бы ресурсами ни пользовалась, шестой круг не хочет формироваться окончательно. Даже зону маны Башни Магии для меня выкупили на неделю — и то не помогло. Сейчас я на предпоследнем курсе. Если не смогу получить шестой круг до окончания учёбы — провалюсь в глазах отца и наследницей семейного дела быть перестану. И почему-то я чувствую, что сделать это самостоятельно не смогу. Да, я понимаю, что эта цель — максимально прагматична, но это действительно важно для меня. Поэтому я пришла к тебе в первый раз. Услышала о том, что тебя благословил царь мудрости и подумала, что это, возможно, мой последний шанс. А потом ты вернулся с Гленом, перескочившим на следующий круг всего за пару недель! Мой отец — Джеральд Лаведан — глава крупнейшей торговой ассоциации Вирсавии, имеющей прямые контракты с самим Нааддургом. Если поможешь мне и я смогу остаться наследницей, то я обещаю тебе золотые горы! Всё что угодно: любые деньги, любые магические ресурсы и драгоценности. А если тебе и этого недостаточно, чтобы убедиться в моей искренности…

Она запнулась на секунду, потупила взгляд, потом вновь глянула на меня, уже куда более серьёзным и решительным взглядом, встала с кресла, подошла к двери, повернула ключ в замке, снова и повернулась ко мне…

И начала расстёгивать пуговицы рубашки.