Комбо-Психо. Книга 2

Глава 6

Вскочив, я запустил прямо в глаз, бывший почти метр в поперечнике, заклинание Малого светоча. А затем схватил неведомое нечто, опутавшее мне шею, и попытался разорвать плотное кольцо.

Ярчайшая вспышка озарила лагерь, наверняка пробившись даже сквозь стенки палаток остальных. Однако, так или иначе, проснуться они уже в любом случае не спали. Потому что полный ярости и боли рёв ослеплённого Т-Рекса заставил дрожать диафрагму и отдался сильнейшей болью в ушах. От такого хочешь — не хочешь, а проснёшься.

Отогнать динозавра хотя бы на какое-то время у меня получилось. А вот сорвать с шеи чешуйчатый ошейник — ни разу. Он даже плотнее сжался, надавив на кадык и едва не начав душить. И это при том, что сейчас я голыми руками мог гнуть металлические прутья толщиной в несколько сантиметров.

Хотел было притянуть к себе куб ориалха, который убрал с тела на время сна, и, превратив его в иглы, атаковать явно живой ошейник. Но неожиданно в свете затухающего Светочка увидел раскачивающуюся прямо перед лицом небольшую, размером в четверть ладони, иссиня-чёрную с небольшим серебристым отливом змеиную голову.

Зелёные, какого-то совершенно невероятного изумрудного оттенка, очень большие глаза с тонким вертикальным зрачком смотрели на меня невероятно пристально и, неожиданно, с отчётливо читающейся мольбой. Это было так странно — видеть настолько человеческую эмоцию в глазах животного, тем более в глазах змеи, которые уже давно стали синонимом бесчувственности, что я на мгновение даже забыл обо всё ещё нависающей над лагерем башке Т-Рекса.

Желание как-то вредить змейке, а теперь было уже очевидно, что это она обвила мою шею, тут же пропало. И она, кажется, это почувствовала. Потому что сжимавшие мою шею кольца расслабились и я ощутил тяжесть змеиного тела уже у себя на плече. Змейка устроилась, зацепившись хвостом мне подмышкой, что было немного щекотно, но довольно удобно, и перевела взгляд на динозавра.

У меня в мозгу что-то щёлкнуло.

— Ты от него спасалась? — произнёс я, только потом осознав, насколько глупо выгляжу, расспрашивая о чём-то змею.

Но в том, что я угадал правильно, я почти не сомневался.

А тираннозавр тем временем уже пришёл в себя, проморгался и теперь явно вознамерился раздавить наглых тараканов, посмевших причинить ему боль. Огромная лапа, в отпечатке которой легко можно было бы организовать небольшой бассейн, с грохотом опустилась на лагерь.

К счастью, и Глен, и Линда, и Джулия, хотя и не успели особо разобраться в происходящем, уже выбрались из своих палаток и смогли спастись, прыснув в разные стороны, как тараканы от удара тапка.

А по сравнению с этой тварью мы и правда походили на тараканов. Конечно, прямо тем самым тираннозавром, скелет которого я видел в антропологическом музее, она не была. Его передние лапы, увенчанные жуткими загнутыми когтями, не были такими уж маленькими, скорее всего он даже довольно спокойно мог на них опираться. Шея была длиннее, походя на змеиную, а голова — пропорционально меньше, чем я помнил у Т-Рекса.

А ещё, и это было главным отличием, он был намного, намного больше земного тираннозавра. Семиметровые заросли едва касались его живота, а его огромный жёлтый глаз, когда он встал ровно, оказался на высоте метров пятнадцати. Сколько в нём было длины — я мог только предполагать, так как в темноте видели мы далеко не всё тело. Метров сорок, возможно даже больше. Это был даже не Т-Рекс, а почти что настоящая Годзилла.

Зачем этой твари могла понадобиться крошечная змейка, было решительно непонятно. Она не то, что на один укус не сгодилась бы. Гигант вряд ли в принципе бы понял, даже если бы проглотил её.

Однако, так или иначе, последние сомнения в том, что динозавр охотился именно за ней, у меня отпали. Потому что, выместив свою злость на нашем лагере, он, несмотря на лес стеблей, за которыми я успел спрятаться, неожиданно точно определил моё местоположение и в один шаг вновь навис надо мной.

И на этот раз просто разглядывать добычу он не стал. Огромные челюсти сомкнулись всего в полуметре от моего тела. Несмотря на габариты и при том, что ноги передвигал он довольно медленно, выигрывая за счёт размеров, головой на длинной шее Т-Рекс шевелил неожиданно резво.

Сейчас уже ни о какой отработке ударов идти не могло. В дело нужно было пускать всё.

— Отходите на безопасное расстояние и ждите меня! — прокричал я, надеясь, что ребята услышат. — Помогать мне не даже думайте!

Будто большой стальной слизень начал покрывать тело слой ориалха, уже не сковывавший движения ради тренировки, а наоборот, помогавший каждому сжатию мускулов, да и к тому же исполнявший роль брони. Воздух загудел от наполнившей его мощи Телекинеза S-ранга вперемешку с языками пламени от Дыхания дракона. Из кобуры были выхвачены оба револьвера, под которые у меня в подсумках уже были заготовлены усиленные патроны.

Хотя с боя с серым миссионером и обращёнными кругов в сердце у меня не стало больше, мой боевой потенциал значительно вырос. Однако, честно сказать, я вообще не был уверен, что этого будет достаточно. Потому что от Т-Рекса я ощущал мощь маны, превосходившей даже седьмой круг.

До уровня высшего мага тварь, к счастью, не дотягивала, но дело было не в этом.

Из-за колоссальных размеров, маны в тираннозавре был целый океан. А когда у монстров центральных равнин в теле накапливалось много маны, они обретали то, что исследователи Башни Магии называли псевдо-круг.

Циркулирующая по телу чудища мана в какой-то момент, будто текущая по земле после дождя вода, начинала собираться в тонкие струйки. Они стягивались в ручейки, ручейки — в потоки, потоки — в реки. И если её было достаточно много, то в конце концов в организме монстра появлялся устойчивый и очень плотный циркулирующий поток маны, способный имитировать свойства человеческих кругов.

Да, с точки зрения КПД такой псевдо-круг был во много раз хуже обычного круга. Да и без нормальных конструктов заклинаний магия теряла девяносто процентов эффективности. Но с учётом того, сколько в телах монстров имелось маны, это было вообще не важно. Я ни капли не сомневался: в теле этого ужасного ящера энергии было более чем достаточно для того, чтобы тварь получила возможность использовать примитивную магию.

И подтверждение этой теории я получил уже очень скоро.

Не собираясь поначалу вступать с Т-Рексом в прямо такую уж жёсткую конфронтацию, я просто прощупывал, на что он был способен, и что я сам мог с ним сделать. И результаты были, надо сказать, не самые приятные.

Обычные пули, даже с улучшенными зарядами, оставляли на его шкуре одни только подпалины. Ему, кажется, даже больно не было, просто чуть тёпленько. С Дыханием дракона в чистом виде — та же хрень. Пламя, способное плавить сталь, полыхало на поверхности чешуи тираннозавра, а ему хоть бы хны.

Телекинез и клинки из ориалха работали лучше, к разрывам и разрезам шкура твари была менее устойчива, чем к пламени. Однако даже довольно мощными заклинаниями мне удалость оставить рану глубиной от силы в пару ладоней. С учётом размеров Т-Рекса это было вообще ни о чём.

Мне нужно было либо ещё увеличивать затраты маны, либо использовать комбинации разных заклинаний, что, опять же, означало ускоренный расход энергии, либо подключать к делу алхимические пули.

Проблема была в том, что все мои заклинания были очень мощными, ограниченный арсенал не позволял распыляться на шваль. И потому ману жрали как не в себя. У меня была мысль, как эту ситуацию исправить, но прямо сейчас это было невозможно сделать. Мне нужен был хотя бы восьмой круг, а также Негасимая Свеча — главный из пяти артефактов Бафомета, спрятанный в тайнике на Халле — континенте эльфов.

До тех пор мне придётся тщательно продумывать свои действия и внимательно следить за расходом маны. А потому я уже приготовился заряжать левый револьвер алхимическими пулями, но в следующий момент мне пришлось, забыв обо всём, отскакивать в сторону, уходя от струи пламени диаметром в три метра и длиной почти в десять.

Похоже, Т-Рекс потерял терпение. И теперь стало понятно, почему он был таким огнестойким. Он и сам замечательно умел плеваться огнём, и температура его пламени ничем не уступала моему Дыханию дракона.

К счастью, в толстых стеблях травяного леса было огромное количество влаги, иначе всё вокруг нас уже давно обратилось бы в пепелище. Однако всё равно невероятно жаркое пламя делало своё тело и трава под нами уже во многих местах тлела, поднимая в воздух тучи едкого густого дыма.

И это было вообще не замечательно. Не знаю как Т-Рекс, но я дымом дышать не умел, и укреплённое жизненной силой тело мало в этом помогало. Я мог задержать дыхание на несколько минут — это да. Но без кислорода просто потерял бы сознание и вскорости умер.

К тому же, в отличие от чудища, огнестойким я не был. Первое же прямое попадание огненной струи отправило бы меня в посмертие, и на этот раз без шанса на перерождение. И чем больше мы сражались, чем больше я тратил маны, чем меньше видел из-за дыма и чем яростнее становился тираннозавр, тем больше была вероятность, что это и произойдёт.

При этом уводить его куда-то в другое место было ещё опаснее. Кто знает, каких ещё тварей привлечёт наше ночное фаер-шоу. И ладно, если эти новички нападут на Т-Рекса и таким образом облегчат мне задачу. Но что, если им тоже захочется сожрать вцепившуюся в меня змейку? Или решат, что в наш бой лезть не стоит, а вот на Глена и девочек поохотиться — милое дело?

Вообще по-хорошему сейчас мне стоило сорвать чёрную ленточку со своего плеча, закинуть её впасть динозавра и дать дёру. У меня не было задачи побеждать в каждом бою, и хотя туша Т-Рекса сулила просто море энергии, рисковать ради этого жизнью было глупо. Получить ману можно было и из других монстров.

Однако почему-то одна мысль о подобном была мне противна. Несмотря на то, что в начале нашего знакомства зеленоглазая рептилия меня едва не задушила, после первой же секунды, как мы встретились взглядами, я ощутил невероятное чувство родства с этой змейкой.

И у меня была идея, почему так произошло. Сердце имуги. Древний, давным-давно вымерший монстр, от которого мне достался крошечный высушенный кусочек, несмотря ни на что оставался королём всех змей. И, вероятно, когда я поглотил его силу, какая-то особенная “змеиная” аура перетекла в моё тело и осела там.

Это объясняло также и то, почему змейка решила приползти ко мне и попросить о помощи в противостоянии с Т-Рексом. А также то, как она в принципе смогла обойти наложенные на наш шатёр скрывающие зачарования. Сам динозавр, в таком случае, на шатёр наткнулся случайно, даже не осознав, что это, просто идя по следу змейки.

В таком контексте отдавать монстру своего, в каком-то смысле, родича, мне никак не хотелось. Тем более что змейка определённо была непростая. То, с какой жадностью Т-Рекс пытался её схарчить, и то, что я не смог даже на чуть-чуть разжать её кольца, тому были очевидными свидетелями. Просто выбросить её потому, что стало немного сложно, было бы настоящей глупостью.

А значит нужно было как-то прикончить тварь.

Увернувшись от очередного огненного залпа, я наставил на морду Т-Рекса левый револьвер и нажал на курок. К сожалению, реактивы, найденные наспех через Глена и Одуванчика, по качеству уступали тем, что имелись в тайнике Бафомета. Так что взрывы алхимических пуль стали слабее раза в полтора.

Однако там, где не смог взять качеством, я взял количеством. Вместо двух десятков пуль с начинкой из реагентов у меня в запасе было более трёх сотен. Тратить их, тем более на таких здоровяков, можно было особо не экономя.

И вот на этот раз эффект всё-таки был, причём неслабый. Бошку Т-Рекса мотнуло вбок, он взревел от недовольства и боли, а когда вновь повернулся ко мне, чтобы окатиться меня очередной порцией пламени, я заметил немного над глазом твари крупную вмятину, уже начавшую заполняться кровью. Не сказать, что повреждения были прямо критическими. Но несколько попаданий в одном место должны были сложиться в довольно глубокую рану — а там и до убийства чудища недалеко.

И, похоже, Т-Рекс это тоже понял. Потому что, выплеснув свой гнев в виде огненной струи, он вдруг замер на секунд, пристально глянул на меня своим огромным жёлтым глазом…

А потом вдруг всё его тело вспыхнуло ярким пламенем, озарившим травяной лес на сотню метров во все стороны. Я, паривший в воздухе над верхушками трав в метрах двадцати от динозавра, был вынужден в первую секунду зажмуриться и закрыться от дыхнувшего в лицо жара. Что было бы, окажись я вплотную к Т-Рексу, даже представлять не хотелось.

Хотя, теперь это был уже не Т-Рекс и даже не Годзилла. Теперь это был грёбанный Чаризард, только крыльев не хватало. При этом охватившее тварь пламя не только создало красивый визуальный эффект и наложило запрет на приближение к ней, но и неожиданно сделало её раза в два быстрее.

Бросившись на меня с невероятной для такого огромного тела скоростью, оставляя за собой угольно-чёрные выжженные следы, монстр щелкнул челюстями в паре метров от меня. И это при том, что в полёте я был куда манёвреннее и быстрее, чем стоя на земле. К тому же на таком расстоянии жар стал почти нестерпимым. Край моей рубахи и левый рукав вспыхнули, даже ориалх начал раскаляться, от чего мясу под ним стало максимально дискомфортно.

Выставив перед собой левый револьвер, я выпустил в морду Т-Рекса оставшуюся обойму, потом перезарядил и вновь опустошил барабан. Однако после того, как его шкура покрылась пламенем, алхимические взрывы стали значительно менее эффективны. Всё, чего я добился — это расширения самой первой раны где-то раза в два. Попадания не в это место остались почти бесполезны.

Оставалось, кажется, только одно: тянуть время, дожидаясь, пока у Т-Рекса кончится запал.

Однако затем у меня перед лицом вдруг качнулась голова змейки. Сумев привлечь моё внимание, она посмотрела сначала на меня, потом пристально глянула на Т-Рекса, а потом окинула взглядом своё маленькое тело. И хотя я при всём желании не смог бы объяснить, как я это понял, но смысл её идеи дошёл до меня в секунду.

В следующие две минуты, ощущая, как моя кожа покрывается золотистой корочкой, я разряжал в голову динозавра обойму за обоймой как левого, так и правого пистолета. Мне было нужно как можно больше расширить нанесённую ему рану. И наконец во вмятине показалась чуть желтоватая кость.

Протянув вперёд руку, я дождался, когда змейка переползёт мне на ладонь, а после, размахнувшись, бросил её прямо в пламя. Но, естественно, ни убивать, ни скармливать её Т-Рексу я не собирался. Подхватив её Телекинезом, я проконтролировал полёт тонкой чёрной ленточки мимо жадно распахнувшейся пасти монстра прямо до его носа.

Спустя несколько секунд тонкая полосочка черноты уже скрылась внутри раздолбленной десятками выстрелов раны. А ещё через полминуты Т-Рекс вдруг прекратил попытки меня прикончить, замер на месте, а потом вдруг заревел, оглушительно громко, куда громче, чем в первый раз, когда я ослепил его Светочем. И на этот раз в этом рёве уже не было ярости, только сильнейшая боль.

Пламя пропало, огромная туша закрутилась на месте волчком, начала мотать головой, щёлкать челюстью. Я вдруг увидел, как её левый глаз, рядом с которым я и сделал вмятину, затёк кровью, а потом начал будто бы оплывать, теряя круглую форму. Затем, потеряв равновесие на очередном повороте, Т-Рекс просто рухнул на землю, засучил лапами, взрывая вокруг себя землю, вновь истошно заревел, забился мелкой дрожью, будто бы в эпилептическом припадке, а потом просто затих.

Подскочив к нему, я взлетел на огромную голову монстра и успел увидеть, как из уже деформированного глаза, разорвав хрусталик, выбирается чёрная змейка, покрытая кровью и мозговым веществом чудища.

— Молодец, — кивнул я, почему-то уверенный, что она меня поймёт. — Только прежде чем снова на меня лезть, вытрись пожалуйста.

Сам я уже присел, положив ладонь на кожу монстра. Нельзя было терять времени: энергия сейчас быстро улетучивалась из тела Т-Рекса и я должен был успеть поглотить как можно больше. Единственное, что я сделал — это снял с тела ориалховый доспех. В процессе прорыва, а он наверняка должен был наступить, контролировать заклинание Барона стального моря будет некогда.

Мана полилась в меня неостановимым потоком, стремительно заполняя формирующийся шестой круг. Девяносто процентов, девяносто пять, девяносто восемь, девяносто девять с половиной…

Прорыв!

Хотя применять заклинания во время прорыва могло быть опасным, я не собирался тратить драгоценные минуты на стабилизацию нового круга, не остановив Технику тела Амат. Седьмой круг, однако, удалось сформировать всего процентов на десять. Но это всё равно было замечательным результатом, тем более что ничего ещё не закончилось.

Следующей на очереди была жизненная энергия. Её будто бы было даже больше, чем маны, я ощутил как моё тело купается в силе, во много раз превосходящей то, что я получил от обращённого лошаделицего. Невероятный комфорт, разливающийся по мышцам, заставил мои губы расплыться в неконтролируемой улыбке, но закончить этот процесс на приятной ноте мне было не суждено.

Неожиданно в районе груди появилась и в считанные секунды всё разрушила боль.

Даже нет, не так.

БОЛЬ.

Такого я не ощущал ни при поглощении сердца имуги, ни во время взрыва алхимических пуль, фактически, у самого моего лица.

Дело было не в том, что я накосячил с прорывом. Дело было именно в моём теле. Похоже, с жизненной силой я всё-таки переборщил.

И теперь я должен был думать не о том, как эффективнее её поглотить.

Я должен был думать о том, как не сдохнуть.