Комбо-Психо. Книга 2

Глава 13

В каменной оболочке, которой покрыл себя Рога, образовалась дыра диаметром с кулак. И буквально через несколько секунд из неё на землю начала сочиться тёмно-алая, почти чёрная в свете факелов, кровь. Затем оболочка начала растворяться, потеряв подпитку энергией мага, и медведь-оборотень упал навзничь, пронзённый точно в центр груди.

Правда, медведем его теперь уже назвать было сложно, превращение тоже обратилось вспять. И теперь стало понятно, почему Рога постоянно находился в обращённой форме. Просто иначе его вряд ли принимали бы всерьёз, несмотря на статус высшего мага.

Невысокий, щуплый, с лицом, испещрённым множеством оспин и прыщей, с торчащими из-под верхней губы слишком большими передними зубами, плешивый и весь какой-то несуразный, он никак не походил на внушительного медведя-оборотня, внушавшего оторопь самим своим присутствием.

Положив руку на грудь, он попытался подняться, после возвращения в человеческую форму размер раны стал меньше, и её уже нельзя было назвать смертельной. Но угрозы Рога уже не представлял никакой. А мне от него ещё кое-что было нужно. И потому, когда я заметил мелькнувшую серую тень, я поднял руку и накрыл тело Роги куполом Телекинеза.

— Стой!

Когти Вана в секунду разорвали мою наспех поставленную защиту, но этой секунды оказалось достаточно, чтобы волк меня услышал. Повернувшись сначала на меня, потом вновь на Рогу, он помолчал секунду, а затем начал процесс обратного превращения.

— Что тебе от него нужно? — спросил уже Ван-человек.

Ему тоже досталось изрядно. То рубище, в котором он был в подземелье, разорвало на клочки, и я мог видеть покрывавшие его тело маленькие и большие раны, синяки и ссадины, а также огромную гематому, расплывающуюся слева по рёбрам. Левая сторона лица оборотня была залита кровью.

— Он должен сказать мне, куда дел мои револьверы, — тяжело дыша и припадая на травмированную ногу, проговорил я, подходя и нависая над Рогой. — Говори, кому ты продал моё оружие.

— Серьёзно думаешь… — улыбнулся он кровавыми губами, — что я тебе что-то скажу?

— Если скажешь — обещаю сдать тебя страже ближайшего крупного правительственного поселения. За то, что ты творил, ты угодишь в тюрьму чёрти на сколько, но хотя бы не сдохнешь.

Ван дёрнулся, услышав эти слова, но ничего не сказал.

— Обещаешь? — в глазах Роги загорелись искорки удивления, а затем — надежды.

— Ты ведь никого из моих друзей не убил, — пожал я плечами. — Так что убивать тебя после всего, что я уже сделал с этим местом, не вижу особого смысла. А ещё мне очень нужно вернуть те револьверы.

— Это был гном… — Рога закашлялся и, чуть приподнявшись, сплюнул на камень сгусток крови. — Зовут Зидгард, из поселения Пятиугольника.

Я нахмурился. О поселении Пятиугольника, довольно крупном и известном охотничьем лагере центральных равнин мне, неожиданно, было известно. Если верить отчётам Одуванчика, это было как раз одним из тех мест, откуда доходили слухи о гробнице Лавея. Конечно, было приятно, что в кои-то веки нам повезло, но уже как-то не очень верилось в такие совпадения.

— Уверен?

— Он там… кузнец… — Рога вновь зашёлся кашлем, на этот раз куда более сильным, и на землю вместе с кровью упали ошмётки его лёгких. Даже с живучестью оборотней было очевидно, что долго он не протянет. — Пожалуйста! Я не вру! Давай… твоя очередь!

— Ну, если уж ты не врёшь… — протянул я, кладя руку ему на грудь и активируя Малое касание Асклепия.

По телу Роги прошлась волна мягкого сияние и дрожь начала стихать. Почувствовав, как разжимаются тиски смерти на его шее, он успокоился и закрыл глаза.

— Он весь твой, — кивнул я Вану, распрямляясь и с внутренним содроганием вглядываясь в то, что осталось от моей левой руки. — Можешь делать с ним что захочешь.

— ТЫ ВЕДЬ ОБЕЩАЛ!!! — взревел Рога, на грудь которого уже наступила нога Вана.

— Обещал не убивать тебя, подлечить и сдать правительственному поселению, — хмыкнул я. — Подлечить — подлечил, убью тебя не я, а в награду мне отлично выдадут и за твой труп. Для того, кто столько времени промышлял обманом и шантажом, ты оказался слишком уж глупым. Хотя, наверное, дело просто в том, что ты хотел жить? Ну, что же. Те, кого ты принуждал рисковать собой ради запертых в клетках друзей и любимых, думаю, тоже хотели. Следующую жизнь постарайся прожить получше.

— УБЛЮ!!!..

Нога Вана раздавила его грудную клетку, превратив лёгкие и сердце в кашу. Высший маг умер.

— Покойся с миром, Нора, — проговорил волк, закрыв глаза и по традиции оборотней приложив на несколько секунд ладони к лицу в жесте траура.

— А, даже так, — пожал плечами я, присаживаясь рядом с Рогой и кладя руку ему на плечо.

— Ты что делаешь?

— Это — высший маг! — наставительно произнёс я. — Хоть и уже сильно истощённый и даже убитый, объём и качество его маны нельзя игнорировать. Я просто не могу упустить такой лакомый кусочек. Хотя я, честно сказать, думал, ты его пытать захочешь.

— Хотел бы, — вздохнул волк, — но, думаю, её духу это бы не понравилось. Уверен, вне зависимости от того, как этот ублюдок к ней относился, она продолжала любить его до последнего.

— Хорошая, должно быть, была женщина.

— Лучшая на свете, — кивнул Ван, глубоко вздохнув. — Что ты намерен делать дальше?

— Восстановлюсь чуток, — я кивнул на свою левую руку, от боли в которой не падал в обморок только благодаря жизненной силе, — а потом найду своих и отправимся в поселение Пятиугольника. И я был бы очень рад, если бы ты отправился с нами.

Несколько секунд Ван молчал, глядя куда-то в пустоту ночи.

— Не могу, — наконец покачал он головой. — Нужно вернуться, проверить, что стало с приютом. Рога каждый месяц передавал мне письма оттуда, но они все, похоже, уже давно были фальшивыми. Я беспокоюсь, что одной только смертью Норы дело не ограничилось.

— Хорошее дело, — кивнул я, закончив с поглощением маны Роги, благодаря которой мой седьмой круг сформировался почти на восемьдесят процентов, и встав на ноги. — Не буду, естественно, тебя останавливать. Когда найдём сундуки Роги с драгоценностями, которые раскидало взрывом, возьми себе половину и отправляйся.

— Спасибо, — волк протянул мне руку для рукопожатия. — И не только за сокровища, хотя они все твои по праву. Когда ты предложил мне сразиться с Рогой, то я думал, что это — путь в один конец. И мне хотелось просто хотя бы раз вгрызться в его шкуру, прежде чем отправиться к предкам. Кто бы мог подумать, что всё закончится вот так.

— Ну, умирать я точно не собирался, — улыбнулся я, крепко сжимая его руку.

— Это было заметно, — усмехнулся волк в ответ. — Знаешь, когда я закончу со своими делами, если твоё предложение ещё будет в силе…

— Конечно. Найди нас в поселении Пятиугольника. Либо, если мы уже оттуда уйдём — то отправляйся на север, следующей остановкой по плану будет город Божественного Луга.

— Кентавры? — недоумённо поднял бровь Ван. — Зачем тебе понадобились эти зазнавшиеся ишаки?

Между кентаврами и оборотнями испокон веку существовала вражда, истинных причин которой не знал даже Бафомет. Первые вторых считали грязными дикарями и варварами, вторые первых — надменными и зазнавшимися ублюдками. Так что такая реакция от Вана была вполне понятна. Как минимум саму отправляться в столицу государства кентавров он отправляться не слишком-то горел желанием.

— Нужно найти там кое-что, — отмахнулся я. — Не суть.

— Ну, дело твоё, разумеется, — пожал плечами Ван. — Я в любом случае перед тобой в огромном долгу. Так что хоть Божественный Луг, хоть Край — всё едино. Постараюсь быть настолько полезным, насколько это возможно.

— Рад это слышать, хотя должником себя считать не стоит. Ты и сам мне жизнь спас чёрт знает сколько раз. Так что сойдёмся просто на друзьях, идёт?

— Идёт, — кивнул оборотень.

Поселение Пятиугольника называлось так, потому что было создано силами сразу пяти разных рас: гномов, фей, орков, дриад и людей. И сверху, с высоты птичьего полёта, действительно имело форму немного неровного, но вполне определимого пятиугольника, поделённое на пять районов для каждой из рас.

Вместе с Гленом, Джулией, Линдой и Уром, удобно устроившимся у меня на предплечье, мы, разумеется, в первую очередь отправились в человеческий район. Как минимум потому, что оттуда можно было связать с Башней Магии и сообщить о том, что мы живы и здоровы. Потому что после более чем сорока дней без единой весточки Одуванчик и Вейс, скорее всего, уже подняли кипиш.

Вообще, когда я только покидал разрушенное поселение оборотней, распрощавшись с Ваном, у меня была мысль отправить девочек обратно в Вирсавию. В поселение Пятиугольника можно было найти высшего мага людей, который смог бы активировать для них портал. После всего, что им пришлось перенести в плену у Роги, мне не хотелось продолжать подвергать их опасности.

Однако, довольно неожиданно, что Линда, что Джулия наотрез от этой идеи отказались. Несмотря на то, что опыт этот для них был, очевидно, травмирующим, для обоих девушек это также послужило серьёзным мотиватором.

Линда, как и Глен, знала бо́льшую часть истории о грядущем вторжении из-за Края. И желание даже в грядущей катастрофе остаться хозяйкой своей судьбы, из-за которого она решилась принять пилюлю телесной перестройки, в плену у оборотней стало только сильнее. Девушку буквально бесило то, что её сделали заложником фактически сразу после всех её пафосных слов и обещаний.

Джулия отказывалась возвращаться по схожей, но вместе с тем совсем иной причине. Девушка тоже искала силы, ведь ей так и не удалось прорваться на шестой круг, в этом ничего не поменялось.

Однако, уверен, если бы дело было только в этом, он ни за что не согласилась бы продолжить столь опасное путешествие. Что бы там ни было, а создать новый круг маны определённо можно было куда более безопасным образом. Причиной же настолько категоричного отказа девушки, похоже, был…

Я.

Линда прониклась к Глену совсем недружескими чувствами после того, как он на руках уносил её от преследования обращённых магов семьи Фериа. И, похоже, Джулия после своего спасения тоже начала воспринимать меня далеко не только как способ достижения вожделенного шестого круга.

Можно было сказать, конечно, что я принимал желаемое за действительное. И действительно, думаю, парней, погоревших на том, что видели внимание девушек там, где его не было, за всю историю были сотни миллионов, если не миллиарды.

Но дело было в том, что я особо и не думал о Джулии в этом ключе. Да, она была сногсшибательно красива, и чисто как сексуальный объект я её, разумеется, рассматривал. Я, в конце концов, не был импотентом. Но на уме у меня с самой встречи с Бафометом были такие вещи как, например, надвигающийся апокалипсис, на мысли о чём-то ином в большинстве случаев просто не оставалось времени.

Так что изменения, что я заметил в девушке, определённо не были плодом моей фантазии. До боя с Т-Рексом и похищения девочек между нами постоянно сохранялась определённая дистанция, которую мы оба поддерживали. Мы были связаны обещанием, сотрудничеством, в каком-то смысле дружбой, хотя далеко не такой же, какая у меня была с Линдой, но никак не чем-то большим.

Теперь же Джулия очевидно эту дистанцию старалась сократить. То и дело подходила и спрашивала, не нужно ли мне чего, при возможности накладывала мне еду во время завтраков, обедов и ужинов, постоянно оглядывалась на меня во время сражений с монстрами, будто ища одобрения и поддержки, в разговорах то и дело начинала откровенно заигрывать — такие знаки внимания не заметил бы только полный идиот.

Мне поначалу это не слишком-то нравилось. В конце концов я ещё не забыл, с чего началось наше знакомство и в её действиях я чисто инстинктивно видел ровно ту же цель: привязать к себе и превратить в послушного пёсика, который будет готов ради своей госпожи на всё что угодно. После того, как я, маг шестого круга, пусть и с поддержкой, но смог убить высшего, это желание выглядело даже более логичным.

Но чем дольше это продолжалось, тем меньше у меня оставалось уверенности в том, что это — просто игра. Тем более что я, в конце концов, всё-таки тоже был человеком, ничто человеческое мне было не чуждо и подобное внимание от невероятно красивой и ставшей в момент покладистой и кроткой девушки не могло не быть приятным.

Решилось всё ночью того дня, в который мы прибыли в поселение Пятиугольника, оставили послание для Башни Магии и, найдя для себя гостиницу, разошлись по номерам. Сидя на кровати, прислонившись спиной к стене, я находился в медитативном состоянии, вращал жизненную силу по левой руке.

Весь физический урон я уже исцелил несколькими применениями Касания Асклепия. Но повреждения от попадания заклинания Роги оказались настолько сильны, что повредили потоки жизненной силы в пальцах. И я уже несколько дней по чуть-чуть восстанавливал все те тончайшие ниточки энергии, что проложил, пока создавал свой даньтянь.

Однако за окружающим миром я продолжал следить. И, разумеется, почувствовал, как к моей двери подошли, и стук в дверь услышал. На пороге стояла Джулия, державшая в одной руке бутылку вина, а в другой — пару бокалов.

— Не хочешь выпить со мной? — чуть смутившись, произнесла она, протягивая вино и бокалы будто в подтверждение своих слов.

— Заходи, — проговорил я, пропуская девушку в комнату и закрывая за ней дверь.

— Ты ещё не ложился? — Джулия кивнула на застеленную кровать.

Время действительно было уже позднее, а на завтра было запланировано много дел. А потому рассусоливать я не стал.

Сорвавшись с места, я в долю секунды оказался перед Джулией, прижимая её к стенке. Её запястья я схватил левой рукой и поднял над головой девушки, бутылку и бокалы отнёс на столик Телекинезом, а потом пристально вгляделся в её лицо, наполненное удивлением, испугом и… предвкушением?

— Что ты делаешь?! — прозвучали эти запоздалые слова настолько фальшиво, что Джулия, похоже, сама смутилась, потупившись и уткнув взгляд в пол.

— Давай я сразу поясню, — произнёс я, правой рукой поднимая её подбородок и заглядывая в глаза. — Если у тебя остались идеи как-то меня использовать, начать шантажировать, угрожать мне репутацией отца или ещё чем, пытаться давить на жалость или ещё какая-нибудь подобная хрень — то ты разворачиваешься, выходишь за эту дверь и больше со мной не заговариваешь. Своё обещание поднять твой уровень я выполню, раз пообещал, можешь не волноваться. Но о большем даже не думай. Если ты сейчас скажешь, что у тебя нет подобных мыслей, а потом выяснится, что это была ложь — ты сильно об этом пожалеешь, я могу это тебе пообещать. Итак, ты уходишь?

Несколько секунд она молчала, её взгляд перескакивал с одного моего глаза на другой, будто искал ответ на невысказанный вопрос. Но в конце концов она всё-таки покачала головой.

— Нет, я не уйду.

Сейчас я куда больше обычного жалел, что потратил Сон Морфея на комбинацию. С ним узнать о её истинных мыслях было бы куда проще. Но, немного подумав, я понял, что, наверное, и не хотел бы применять на девушке ментальную магию.

Да, если бы у неё оставались гнилые мысли, узнать об этом было бы не лишним. Но если я надумывал и для неё всё было по-настоящему, применение Сна Морфея, даже если она этого и не вспомнит, будет с моей стороны настоящим скотством. В конце концов, это ведь был не высший маг, не серый миссионер, не Серый из-за Края, с которыми мне нужно было сражаться не на жизнь, а на смерть.

Передо мной стояла просто девушка. Очень красивая, раскрасневшаяся и тяжело дышащая, вкусно пахнущая какими-то цветами, корицей и нежностью. Пришедшая ко мне посреди ночи с бутылкой вина. И я серьёзно собирался продолжать играть в недотрогу и параноика?

Нет, конечно.

Положив ладонь Джулии под подбородок, я чуть запрокинул её голову и впился в её губы жадным поцелуем. В первое мгновение она растерялась, но томное “Ах…” и увеличившаяся нагрузка на левую руку, это у девушки подогнулись коленки — стали для меня лучшим подтверждением правильности принятого решения.

Отпустив её запястья, я подхватил Джулию за бёдра, приподнял и ещё сильнее вжал в стену. Она тут же обвила мои талию и шею, запустив пальцы в волосы и страстно ответив на французский поцелуй. А когда я сжал пальцами невероятно мягкую и нежную плоть, и она, не выдержав, прервала поцелуй ради тихого стона, не выдержал уже я.

Да, решение определённо было правильным.

Рассветные лучи застали меня, сидящего на краю кровати и наматывающего на ноги портянки.

— Ты куда в такую рань? — сонным голосом поинтересовалась Джулия, проводя рукой по моей спине.

Поймав пальчики девушки, я мягко поцеловал её ладонь.

— Спи-спи, я быстро. Нужно наведаться к одному гному.