Константин

Глава 28

— Понимаю, — с непоколебимой уверенностью ответила Лея, поднимая голову к гобеленам и всматриваясь в изображения. На них были сцены боев.

Лея шагнула ближе к стене, шлепая босыми ногами по холодному камню. На грубой ткани оказалась не краска, а нитяные мазки, туго вбитые в полотно. Кровавые полосы вытканы рубиновыми шелками, золото вспыхивает на клинках, а тени — это матовый от времени, поблекший черный бархат.

На первом полотне круг арены. Пропитанный кровью песок под ногами воинов. Двое в центре. Один на коленях, второй нависает над ним, надавливая большими пальцами на глазницы соперника. По краям силуэты с клыкастыми масками на лицах. Никакой жалости, только ожидание развязки.

Лея моргнула, от увиденного жажда не столько усилилась, сколько обрела очертания. Красные нити крови на полотне тянулись к горлу холодными мурашками. Девушка прикусила губу и перевела взгляд на следующий гобелен.

— Вижу, нравится, — сказал Александр, и в его «нравится» не было ни тени осуждения.

Она вздрогнула, но не отвела глаз.

— Это называется Эйтла Ферату, дитя, — продолжил князь, неторопливо подходя к Лее и останавливаясь сбоку, чтобы не заслонить ей вид. — Когда-то это были просто споры сильных. Потом игра. Теперь это традиция и безусловно зрелище. В Багряную ночь арена зовет всех, кто осмелится. Ну, или тех, кто провинится.

Лея перевела взгляд на третье полотно. Победитель стоит, запрокинув голову. Перед ним фигура на троне. Живой силуэт, что дышал на ткани благодаря дуновениям ветра. Узкая ладонь вытянута, и в ней свиток.

— Зарок, — тихо подсказал Александр. — Обещание, которое я произнесу и исполню. Почти любое. Попросишь свободу. Дам. Территорию. Кровь. Милость, обращение или помилование. Пожалуйста. Одного не проси: моей смерти.

— Они… все дерутся насмерть?

— Безусловно, — спокойно ответил он. — Иначе бы Эйтла Ферату не было таким зрелищным.

Он подошел к четвертому гобелену и коснулся пальцами кромки. На нем был изображен танец. Женщины с бледными плечами, мужчины с застегнутыми до горла камзолами, надвое расколотая луна над ними, и из раскола льется рубиновый шелк.

— Багряная ночь, — сказал Александр, погружаясь в воспоминания. — Прекрасная ночь. Минимум рамок и ограничений. Так всеми любимая свобода. А на рассвете арена. Ставки на жизнь и на смерть.

— И женщины тоже участвуют в бойне?

Князь снисходительно взглянул на Лею.

— Вы еще более изощренные и жестокие в бою, чем мы. Хочешь взглянуть на улей? — поинтересовался он, взглядом указав на высокую резную дверь.

— Улей?

— Улей. Место, где мы обитаем, — он интонацией выделил слово «мы», показывая, что сомневается в осведомленности Леи, кем она стала.

Лея слышала звуки жизни за стенами кабинета, но почти не улавливала биение сердец. И это пугало. Ведь кто-то должен был шуршать страницами, ходить по длинным коридорам и ступеням лестницы, разговаривать вполголоса, открывать двери и закрывать их.

— Тебя там ждут, — добавил князь, обаятельно улыбаясь и демонстрируя внушительные клыки.

Девушка отвернулась под предлогом рассмотреть детали гобелена и коснулась верхней губы, вызывая холодный смешок князя.

— Ты невероятное событие нашего улья.

— Почему? — поинтересовалась она, пытаясь скрыть смущение.

— Истинная пара древнейшего из нас.

— Константина? — наивно уточнила она, вызывая очередной смешок.

— Константина, — подтвердил Александр. — Он долго тебя ждал. Идем.

Князь не смел коснуться Леи, но показал тоном, что ей следует следовать за ним.

Массивные двери распахнулись, когда им оставалось пару шагов до нее, и Лее открылась огромная зала, заполненная ожидающими. Мужчины, женщины.

И почти все они были…

— Они же все мертвы! — сделала заключение Лея, озвучив свои мысли вслух, и тут же накрыла губы ладонью.

— Все верно, — Александр спокойно отреагировал на ее слова. — Не нужно бояться. Ты сказала правду. Да они и сами знают, что мертвы, — он жестом указал направление и пошел вперед, собирая раболепные взгляды, поклоны и шепотки.

— Правящий.

— Правящий.

Каждый считал своим долгом поприветствовать Темного князя, надеясь, что он заметит именно его.

Лея шла следом, жалея, что сейчас рядом с ней нет Константина. Она была уверена, что все, кто сейчас испепеляли ее взглядом, не посмеют и шелохнуться в присутствии Александра, но страх липкими лапами пробирался в сердце.

— Очень давно, — князь продолжил свой рассказ. — Очень! — сделал акцент на этом слове. — Вампиры жили единой дружной семьей. Ну, нет, конечно. Никогда мы не жили дружно, — Александр дирижировал руками, помогая себе рассказывать. — Пришло время, и один из Высших вампиров устроил революцию. Поделил наше общество на две части. Темных и Светлых. Темные главенствовали при свете луны, Светлые — при свете солнца. Кстати, этим революционером был я, — похвастался он, отвлекаясь от повествования. — Вот тут комнаты, которыми могут пользоваться все. Все Высшие. И ты в том числе.

Лея мазнула взглядом по закрытым дверям, за которыми стояла зловещая тишина. Ей не хотелось проверять, что же за ними. И вернулась взглядом к князю.

— Долгое время Темные и Светлые конфликтовали. Да и сейчас бывают разногласия, — тут князь передернул плечами и скривил красивые губы. — Никак не могу привыкнуть, что с моей мышкой боги обошлись так ужасно.

Как бы ни было интересно Лее спросить по «мышку» и все, что услышала сейчас, но она не смела озвучивать вопросы. И начинало приходить понимание, что она не во сне и не в бреду. Перед ней была реальность. Ее новая реальность.

— Здесь есть покои моей семьи, — князь, как добродушный хозяин, продолжал экскурсию. — Покои других Высших вампиров.

Лея усердно кивала, делая вид, что ей все понятно.

— Ниже этажи обращенных вампиров.

На эту фразу Лея ответила вежливой улыбкой.

Александр остановился, повернулся к ней и произнес устало:

— Боги, ты ничего не понимаешь!..

— Понимаю, — поспешила она заверить.

— Давай не будем тратить время на неловкий диалог. Я буду задавать тебе наводящие вопросы, а ты — стараться ответить так, чтобы не показаться глупой. У меня закончится терпение. Ты разозлишься. Ускорим процесс. Согласна?

— Согласна.

— Константин встретил тебя, когда ты пришла к нему на прием. Верно? Верно. И сразу узнал в тебе свою пару. Избранную. Дарованную богами. Ценность. И смысл жизнь. Согласись, звучит очень красиво и романтично.

— Да, — ответила она, прочистив горло.

— И мой брат, как истинный джентльмен, захотел дать тебе выбор.

Девушка нахмурились.

— Не хотел посвящать в свою природу, пока ты не полюбишь его… простым смертным. Не желал отбирать тебя у семьи, лишать человеческой жизни. Опыта.

— Что значит «отбирать у семьи»?

— В ближайшее время ты не сможешь встретиться с близкими.

— Почему?

— Я так и знал. Идем, покажу.

В этот раз он протянул ей раскрытую ладонь. Обхватил крепко пальцы, как только она вложила их, и утянул за собой, перенося в холл с высокими потолками и двумя лестницами, что полукругом поднимались на второй этаж.

— Прислушайся, — попросил князь, не отпуская ее руки. — Что ты слышишь?

— Шаги.

— А еще?

— Еще… голоса.

— Верно. А еще?

— Еще… у них бьются сердца, — выдохнула Лея, чувствуя, как горло сжимает спазмом.

— Верно, — с извращенным удовольствием ответил князь. — Это люди. А за теми дверьми «кухня». Место, где мы питаемся.

Одна за другой эмоции сменялись на лице девушки. Непонимание, тревога, злость, интерес, желание как можно быстрее преодолеть разделявшие метры и препятствия.

— Ты голодна? — Александр уточнил, прекрасно зная ответ.

— Очень.

— А теперь представь, что там твои близкие.

Лея отрицательно закрутила головой.

— Я не причиню им вреда!

— Причинишь. Не потому, что ты плохая. Или ты чудовище. Природу трудно обмануть. Но можно обуздать. Научиться сдерживать жажду.

Слова князя сейчас звучали глухими звуками издалека, все ее существо сосредоточилось на ударах сердец. Лее казалось, что она слышала не только дыхание людей, но и как движется кровь по их венам.

— Нет, — она отрицательно покрутила головой, облизнув пересохшие губы.

— Давай проверим. Прошу, — он указал на дверь «кухни». — Угощайся.

Ноги Леи словно приросли к каменному полу, но сердце, если это все еще можно было назвать сердцем, металось в груди с отчаянным ритмом.

Она слышала их.

Каждый вдох за той дверью. Удар сердца — словно удар молота. Капля крови, что бежала по венам, отзывалась в горле жгучей жаждой.

— Нет, — прошипела она. — Я не… я не могу.

Александр склонил голову, наблюдая, как ее зрачки расширяются, скрывая зелень глаз, и приоткрываются губы, желая впиться в чью-то шею.

— Не можешь? — мягко повторил он. — Поверь, ты можешь.

— Я не хочу. Это неправильно, — прошептала она.

— Неправильно? — усмехнулся князь, делая шаг ближе. — Для кого? Теперь это твой способ выжить. Ты же хотела выжить?

— Но не ценой жизни других, — Лея резко повернулась к нему. — Это чудовищно!

Смех Александра эхом прокатился по залу.

— Чудовищно? Может быть. Но именно чудовища выживают. А ты, дитя, больше не человек.

Лея снова перевела взгляд на дверь. Голоса за ней становились громче, сердце каждого звучало все отчетливее. Она упрямо сжала губы, стараясь побороть зов, но жажда шептала в ухо сладко и настойчиво: «Открой. Сделай шаг. Возьми свое».

— Ты боишься себя, — продолжил Александр.

Он наклонился к ее уху, и Лея вздрогнула, почувствовав прохладное дыхание.

— Сделай шаг, Лея.

Она медленно подняла руку и вытянула пальцы. Сделала несколько шагов, остановилась в метре от двери. Ладонь подрагивала. В висках стучало. Горло скручивало спазмами.

— Я… я хочу к Константину, — прошептала она почти умоляюще.

— Ты хочешь есть.

Лея согласно закивала, но тут же опровергла жест.

— Я хочу к Константину!

— Тебе нужно учиться охотиться.

— Зачем?

— Чтобы жить, дитя.

— А разве нельзя воспользоваться донорской кровью? — спросила Лея, вызывая у князя очередную снисходительную улыбку.

— А что делать, когда нет донорской крови?

Светлые брови сошлись на переносице, аккуратный носик пошел морщинками, и девушка едва подавила в себе тихий всхлип:

— Я не знаю…

— А как ты собираешься видеться со своей семьей, если не научишься контролировать жажду?

— Я не знаю! — выкрикнула она отчаянно.

— А я знаю, — спокойно ответил князь. — Учиться, — он быстрыми шагами преодолел расстояние до двери и потянул ее на себя, смешивая безвкусную прохладу холла с живым воздухом «кухни». — Чувствуешь?

Лея нервно мотнула головой, отвечая на вопрос Темного князя.

— Не бойся навредить, я не дам тебе этого сделать. Поверь, у меня есть в этом опыт. Юные девы тонкой душевной организации — мой конек. Но только практика показывает, что именно из таких нежных фиалок получаются жадные вампирши. Они не любят делиться своей пищей. И своими мужчинами. Мужчиной, — поправился Александр, почувствовав волну раздражения от собственных слов.

Лея встала на пороге. В просторной комнате пахло хлебом, жареным мясом, смешанным с человеческим потом и парфюмом. И этот «домашний» запах вдруг стал ядовито сладким.

Лея сделала шаг. За ним второй. Каменный пол под ногами был холодным, но ей было безразлично. Все внимание поглотили звуки и запахи, что нахлынули на нее, едва дверь распахнулась.

В нос ударил теплый аромат человеческой крови. Он был повсюду: в дыхании, в мягком трепете вен под кожей людей, что сидели за длинным столом.

Люди разговаривали. Смеялись. Кто-то ел, кто-то листал книгу. Все это выглядело обыденно и спокойно, но для Леи это был кошмар. Чужая улыбка, движение пальцев — лишь предлог, чтобы в ее воображении увидеть, как по этим пальцам течет алая капля.

Она вцепилась в дверной косяк, ногти впились в камень, оставляя тонкие царапины.

«Нет. Я не буду», — уговаривала она себя.

Но жажда диктовала другое. Горло сжималось, внутри вспыхивал огонь, разливаясь по венам. Слюна собиралась во рту, и она поймала себя на том, что шумно сглатывает, как голодный зверь.

— Тише… — прошептала Лея самой себе, качнув головой.

Люди подняли взгляды. Пара серых глаз встретилась с ее зеленью, и в этот миг сердце незнакомца громко ударило. Лея зажмурилась. Стук бил в виски. Звал.

Она отшатнулась, но ноги сами повели вперед.

— Я не чудовище, я не чудовище… — шептала Лея, словно заклинание.

С каждым шагом дыхание становилось все резче, зрачки расширялись, а губы приоткрывались. Она видела не людей — сосуды, полные жизни.

Тело дрожало, пальцы судорожно сжимались. Она пыталась удержаться. Остановиться. Закричать. Но внутри звенело только одно слово: «Пей».

Ее шаги превратились в прыжок. Она не помнила, как преодолела расстояние. В памяти остался лишь горячий пульс, зовущий и сводящий с ума.

Мужчина у длинного стола даже не успел вскрикнуть. Лея вцепилась в его плечи, сбив на каменный пол.

Гулко ударилась посуда, разлетелись хлебные крошки.

Запах крови был слишком близко. Он бил прямо в голову. Сил хватило на долю секунды колебания. «Остановись!» — кричала она себе.

Но клыки уже пронзили кожу. Теплая струя хлынула в рот.

Горячая. Солоноватая.

Лея застонала, задыхаясь от жажды и от ужаса. Ее пальцы вцепились в чужое тело, губы пили, не в силах оторваться. Горячие капли прожигали ее нутро огнем и блаженством, сливаясь в одно чувство — ненасытность.

Мужчина извивался, пытался закричать, но слабые попытки только сильнее возбуждали хищный инстинкт.

«Я убиваю его!» — пронеслось в сознании, только клыки держали крепко.

Глоток за глотком, и весь мир сжался до горячей жилы под ее губами. В ушах больше не было голосов. Только шум чужой крови.

— Хватит! — приказал Александр, оказавшись рядом, ухватив Лею за талию и разжимая ее челюсти, не позволяя убить. — Хватит! — повторил он твердо, дергая новообращенную вампиршу на себя и чуть встряхивая ее.

Лея зашипела на князя, стараясь вырваться из хватки, дергала руками и ногами, желая нанести удар.

— Я уже сочувствую своему брату, — сказал он беззлобно, оттаскивая ее и говоря на ухо. — Ты должна учиться сдерживать себя. Ты же хочешь встретиться с семьей? А что, если бы на его месте был твой отец?

Лея посмотрела на мужчину, распластанного на полу. Он был бледен, его сердце билось, но без прежней уверенности.

И на нее обрушился ужас.

Лея перестала вырываться, прижала ладони к лицу, чувствуя липкую кровь под пальцами. В груди рвался стон, в глазах жгли слезы, а жажда шептала снова: «Мало. Еще».