Константин

Глава 6

Палата была светлой и неожиданно уютной. Мягкий бежевый текстиль, небольшое окно с видом на аккуратный внутренний двор, кресло у тумбочки и высокий шкаф, куда Лея тут же убрала свою сумку. Все выглядело не как больничное помещение, а как номер в хорошем санатории. Без запаха лекарств и стерильности.

Она подошла к кровати, провела рукой по идеально гладкому покрывалу. Все было… правильно. Но внутри что-то кольнуло. Ощущение, что чего-то не хватает.

Лея разложила привезенные вещи: пару книг, блокнот, зубную щетку, планшет, телефон с зарядкой. Поставила стакан с водой на тумбочку. Села на край кровати и огляделась.

Пусто. Тихо.

Стук в дверь. Сердце дрогнуло, но не отозвалось так, как несколько минут назад в присутствии доктора Веллиоса.

Это были родители.

— Как тут у тебя? — первым вошел отец, огляделся, одобрительно кивнул. — Слушай, даже лучше, чем я думал.

— Как в отеле, — добавила мама, проходя следом. Она подошла к окну, приоткрыла штору. — Света много. Воздух хороший. Тишина. Здесь тебе будет легче.

Лея попыталась улыбнуться. Они ведь старались и правда радовались. И все же слышался излишней восторг, который всегда говорил о неуверенности и о страхах. Как будто это был последний шанс, за который все цеплялись обеими руками.

— Да, здесь неплохо, — сказала Лея, опуская взгляд. — Мне… даже есть телевизор. Круто же.

Мама села рядом, обняла ее за плечи.

— Круто, — произнесла и улыбнулась. — А там что?

— Ванная комната.

— Хорошие условия, — произнесла она, крепче обнимая дочь. — Нам разрешили приходить в любое время. Так что всегда жди гостей, отец будет привозить тебе что-нибудь вкусненькое.

— Ань, сомневаюсь, что мы сможем ее чем-то удивить. Тут точно будут кормить трюфелями.

— Ну, конечно, — рассмеялась мама. — И черной икрой.

— Вот посмотришь, — подначивал отец. — Мы еще будем завидовать.

— Я вам оставлю, — рассмеялась Лея. — Честное слово.

— Договорились, — улыбнулся отец. — Если что, сразу звони. Мы приедем. В любое время.

— Я знаю, — кивнула Лея.

Мама прижалась к ней щекой, вдохнула запах волос.

— Мы скоро навестим тебя. Отдыхай.

Лея снова кивнула и проводила их взглядом, пока дверь мягко не закрылась за их спинами.

Комната снова стала тихой. Девушка дотянулась до пульта, включила телевизор.

Спустя несколько минут пришла медсестра.

— Готовы к капельнице? — спросила она мягко.

Лея кивнула. Рука немного дрожала, организм, привыкший к истощению, еще не верил в передышку.

— Вы хорошо держитесь, — сказала медсестра, пока крепила ленту на предплечье и готовила систему. — Это хороший знак.

Лея лишь улыбнулась. Она не хотела говорить, что просто старается не думать. О диагнозе. О прогнозах. О процентах.

Особенно о процентах. Их так мало.

Когда капельница была подключена, медсестра пожелала ей хорошего отдыха и вышла.

Лея откинулась на подушки, поправила одеяло, на телевизоре выбрала музыкальный канал и подпевала знакомым мелодиям. Потолок был белым, ровным и бесконечно спокойным.

Но все равно чего-то не хватало.

Она подумала о Константине.

О том странном ощущении, будто она может просто сидеть рядом с ним и не чувствовать себя больной или слабой.

Она вспомнила, как он сказал: «Я рад, что вы сегодня с нами».

И вдруг захотелось, чтобы он зашел. Пусть ненадолго. Просто спросил, все ли в порядке. Сказал пару слов. Даже молча постоял у двери.

«Глупости», — подумала она, отворачиваясь к окну.

Но сердце, будто не слыша разума, тихо и настойчиво шептало: «Пусть придет… хоть на минуту».

Лея закрыла глаза, так легче было представить, что дверь сейчас скрипнет и он появится. Высокий, сдержанный, с этим спокойным голосом, в котором не было ни грамма жалости. Она даже не знала, зачем его появление нужно, ведь они едва знакомы. Но присутствие доктора Веллиоса действовало на нее, как теплый плед в зимнее утро. Становилось уютно.

Минуты тянулись медленно. Раствор в капельнице стекал лениво, пульсируя в прозрачной трубке. Музыка на фоне сменилась на инструментальную мелодию. Лея повернулась на бок и прижала ладони к груди. Тихо. Сердце билось ровно, но почему-то немного замирало каждый раз, когда в коридоре раздавались шаги.

Она уже почти задремала, когда дверь мягко приоткрылась.

Лея приподнялась на локте.

Он вошел молча.

Без белого халата, в черной водолазке и темных брюках.

— Простите, — сказал Константин, закрывая за собой дверь. — Не хотел тревожить. Решил убедиться, что все в порядке.

— Все хорошо, — прошептала она, глядя на него, как будто боялась, что он исчезнет.

Он подошел ближе, но не сел, не коснулся ее. Только посмотрел внимательно, словно сканировал.

— Вам комфортно? Ничего не тревожит?

Лея покачала головой.

— Слишком тихо, — призналась она и улыбнулась немного неловко. — Это глупо, да?

— Нет, — покачал он головой. — Это честно. Тревожность? Страхи?

— Угу, — призналась она, покусывая губы. Было некомфортно лежать при виде мужчины, нависающего над ней. Хотелось сесть, поправить кофту, волосы. — А это?.. — указала тонким пальчиком на капельницу.

— Это поддерживающий раствор. Ничего серьезного, — он замолчал, будто взвешивал, можно ли сказать больше. Потом мягко кивнул: — Если что-то потребуется — сразу сообщите. Я здесь практически круглосуточно.

— Наверное, ваша семья недовольна этим?

Константин слегка вскинул брови, но девушка уловила тонкую, едва заметную тень в его взгляде. Он опустил глаза и с той же безупречной вежливостью, но с едва уловимой грустью произнес:

— Моя работа — моя семья.

— Звучит грустно, — тихо сказала она, не отводя взгляда.

— Я рад, что вы чувствуете себя лучше, — сказал он, игнорируя ее слова. — Завтра будет небольшой осмотр, ничего сложного. Но сегодня просто отдых.

Константин шагнул к двери. Уже почти вышел, когда вдруг задержался и, не оборачиваясь, сказал:

— Хорошего дня, Лея.

— Вам тоже, — прошептала она в ответ, даже не уверенная, услышал ли он.