Король Шаманов. Всего лишь холоп

Глава 18

То, что мои подозрения оказались не беспочвенными, выяснилось очень быстро. Мы с Казимиром даже не успели покинуть арену. Стоило только спуститься с трибун, пропустив перед собой более привилегированную публику, как я заметил лощёного молодого кассира из «Припяти», который принимал там ставки. Он, не отрываясь, смотрел в мою сторону и что-то яростно нашептывал неприметному худому мужику в простой одежде.

— Кузя, — тихо шепнул я, подкладывая кошель с деньгами себе под мышку, — следи за моим кошельком с монетами. Скоро у меня захотят его украсть. Справишься?

— Так может, ты их своей молнией ударишь? Чтобы на чужое добро не зарились⁈ — шепнул возмущённый такой возможностью дух.

— Нет, — с сожалением ответил я. — Пока что нельзя, чтобы кто-то узнал о моих способностях. Это может быть крайне опасно. Буду скрываться как минимум до тех пор, пока не стану свободным. А потом посмотрим.

— Мишка! Почему ты там застрял? — шикнул на меня обернувшийся Казимир, заставив ускориться.

Мы шли в достаточно плотной толпе в сторону трактира. Я старался быть внимательным и сосредоточенным, постоянно осматривался в поисках неприятностей, однако всё же упустил момент, когда чья-то юркая рука пробежалась по моему поясу и отдёрнулась назад. Я хотел обернуться, как на меня тут же налетел виденный на арене мужик. Словно ненароком повалив меня навзничь, он быстро проверил, есть ли на теле небольшой кошель, но ничего не обнаружил.

— Куда прёшь? — встав, рявкнул раздосадованный вор, а я поднялся и поспешил за Казимиром.

— Не получилось у них, да? — тихо шепнул на ухо возбуждённый успехом Кузя.

Попытки прощупать меня в поисках кошеляповторились ещё дважды, однако дух реагировал всё увереннее, и нам без потерь удалось добраться до трактира.

Только лишь подойдя к заднему входу в «Припять», я позволил себе дотронуться до руки спешившего к лошади Казимира:

— Дядька, а вы когда за выигранными деньгами пойдёте?

— В каком смысле? — не понял он, обернувшись ко мне.

— Ну как же⁈ — воскликнул я как можно искреннее. — Мы же с вами билеты на трибуны покупали? Покупали! А госпоже Бояне я сказал, что буду делать ставку на шаманов. Помните?

Мужик неуверенно кивнул, и я продолжил.

— Вот я её и сделал. На победившего тана. Мне сказали, что если он выиграет, то мы можем получить несколько рублей. Представляете⁈ Несколько!Каждому!

— К кому нужно идти за деньгами? — с обрадованно-недоверчивой интонацией спросил Казимир и, достав билет, уточнил: — Ты уверен? Точно выиграли?

— Точно-точно, — закивал я. — Меня к этому дядьке, чтобы ставку сделать, Филька отвёл.

— Господин Филипп, что ли? Управляющий⁈ Ага! Помню! — произнёс Казимир и повеселевшим тоном добавил: — Ну тогда жди. Я сейчас!

«Отлично», — подумал я, наблюдая, как обуянный жадным предвкушением мужик ищет того, к кому обращаться за выигрышем. Сам же я в это время оглядывался по сторонам в поисках возможных неприятностей.

Однако вместо Казимира или бандитов ко мне подошёл управляющий.

— Пойдём со мной, малец, господин Хилимон ждёт тебя.

— Я один? Или дядька Казимир со мной тоже пойдёт? — на всякий случай уточнил я, пытаясь понять цель разговора, но презрительно поморщившийся мужик промолчал и не отвечая направился внутрь здания.

Мы прошли к уже знакомым плотным шторам, прикрывающим выход в зал, поднялись на второй этаж по добротной лестнице и оказались у небольшого уютного кабинета, где за столом обнаружился хозяин заведения. Синяк на его глазу уже почти исчез, и он пребывал в хорошем настроении, однако стоило мне только войти внутрь, как мужик посмотрел на меня тяжёлым взглядом и сказал:

— А теперь рассказывай. Кто рыбу готовил?

Я, если честно, уже готов был к тому, что меня станут принуждать к выдаче выигрышного билета, поэтому на несколько мгновений недоумённо посмотрел на Хилимона и, взяв себя в руки, уверенно ответил:

— Сам.

— Сам, говоришь? — переспросил хозяин «Припяти». — Ну, после лисичек я, может быть, в это и поверю. Вот только где ты столько рыбы взял? Особенно щуки? Может, на речку незаконно ходил?

— В болоте у нас её хватает, — ответил я. — Если присмотритесь, то увидите, что карась золотой, да и щука мелковата. Хотя мне и крупнее экземпляры попадались.

— Не врёшь? — ещё более жёстко посмотрел на меня Хилимон.

— Я говорю правду, — не отвёл взгляд я. — Мне незачем врать.

На некоторое время кабинет погрузился в тишину.

— Хорошо. Если так. А ещё привезти мне такой рыбы сможешь? И лисичек?

— Сегодня я привёз только половину своих заготовок. Дома у меня есть двадцать пять карасей, десять обычных щук и ещё пара красиво разделанных. Также две корзины белых и полторы лисичек. Готов уступить вам их по сегодняшней цене.

— Слишком уж она высока, — прищурился Хилимон. — Я же у тебя рыбу не поштучно беру.

— Справедливо, — согласился я, — но цена также зависит от того, какая именно вам нужна, как мне её готовить и разделывать.

— Щука мне надо только потрошёная, как две последние. А караси и обычные пойдут. Тогда на каждом карасе я сделаю вам скидку в пять копеек? — предложил я. — Чтобы было ровно тридцать, а за разделанную щуку возьму всего восемьдесят вместо рубля.

— Пятнадцать копеек карась и сорок щука! — отрезал хозяин, треснув пудовым кулаком по столу. — За большее мне с тобой даже возиться не стоит!

«Вообще охренел! Может мне бесплатно на него работать?» — подумал я и ответил.

— Двадцать пять за карася и семьдесят за щуку. Если вас не устроит цена, то буду торговать на рынке. Уверен, там её быстро разберут. Да ещё и за такую цену!

— На рынке, говоришь? — прищурился мужик. — А кто тебя туда пустит? Я не последний человек в городе. Шепну кому следует, и никто с тобой работать не будет.

«А вот и угрозы. Посмотрим, как ты запоёшь услышав ответ» — подумал я и сказал.

— Не вы один нуждаетесь в качественном продукте. Тот же господин Пётр из «Усадьбы Яна» был очень доволен моей рыбой. Уверен, попросит ещё. А нет, так я могу ещё куда-нибудь продавать товар. Например, в поместье тана Гаранташа или…

Неожиданно стоявший сбоку Филипп схватил меня сзади за рубаху и прошипел в ухо:

— Холоп! Ты как с господином Хилимоном разговариваешь? Давно плетей не давали⁈

— Руки убрал! — сказал я холодным тоном, сдерживая себя, чтобы не ударить управляющего кулаком в острый кадык, и заставил мужиков удивлённо вытаращиться. Явно не такого поведения они ждали от деревенского мальчишки-холопа.

— Что⁈ — побагровел от злости управляющий. — Да я тебя…

— Что слышал, — не повышая тона, ответил я. — Это для тебя господин Хилимон — хозяин. Для меня — возможный партнёр в прибыльном деле. Хотите покупать товар? Я готов работать! Планируете запугивать? Ищите другого дурака! Я задаром для вас пахать не нанимался!

— Филя, — негромко позвал управляющего Хилимон, — отпусти его.

Мужик некоторое время с ненавистью смотрел на меня, а затем, наконец, разжал пальцы, а его работодатель с недовольством в голосе сказал:

— Ты слишком дерзок для холопа.

«Это временно», — подумал я со злостью и ответил:

— А вы хотели надавить на сироту с помощью угроз и заставить работать на себя бесплатно. Хотя являетесь вполне обеспеченным человеком.

В кабинете вновь повисла тишина.

— Хорошо — криво ухмыльнулся Хилимон — Будем считать, что мы оба погорячились. Сколько ты хочешь?

— Двадцать пять за карася и семьдесят за щуку, — повторил я уже сказанное до этого.

— Это много, — заметил Хилимон. — Снизь цену на разделанную рыбу ещё на десять копеек, и договоримся.

Я сделал вид, что задумался, а затем кивнул:

— Хорошо, но вы забираете продукцию сами, я буду занят работой.

После решения главного вопроса, разговор перешёл в более конструктивное русло. Мы договорились, что через день я должен готовить двадцать карасей и десяток разделанных щук. Удастся поймать больше? Хорошо. Значит, заработаю. А вот меньше — нельзя. Так же заранее обговорили, что если раздобуду рыбу крупнее, то и оплачиваться это будет соответственно. Отдельно расписали порядок расчёта и передачи денег.

В конце торгов я заметил в глазах Хилимона смешинки. Его веселило то, что он, хозяин весьма известного заведения, торгуется с каким-то мальчишкой-холопом, тщательно обговаривая каждый пункт и скользкие места нашего соглашения.

«Наверное, как и Бояна, молодость вспоминает», — подумал я, по-новому оценивая собеседника, который, судя по всему, поднялся с самого низа.

А вот со стороны Филиппа, управляющего, ощущалась не просто злость, а какая-то сконцентрированная ненависть. Словно своим трепыханием и сопротивлением я в первую очередь оскорблял именно его.

— Ну всё! — встал со своего места хозяин трактира. — Раз мы закончили, то идём, у меня ещё много дел. Или мы что-то не обсудили?

Последний вопрос был насмешкой над моей обстоятельностью и попыткой подстраховаться в каждом вопросе, однако обижаться я не стал, а вместо этого произнёс:

— Господин Хилимон, есть ещё один вопрос, в котором мне нужен ваш совет. Дело в том, что госпожа Бояна разрешила мне купить билет у кассира в трактире и сделать ставку на бой шаманов. Я выиграл. Где можно забрать свои деньги? И не обманут ли меня?

— Ну ты и везучий малец! — хохотнул Хилимон поняв, что я от него хочу — Там же существенная разница в ставках была! Сколько ты с пятидесяти копеек заработал? Больше двенадцати?

— Это столько дядька Казимир выиграл, — ответил я. — Моя ставка составляла четыре с половиной рубля.

— Сколько⁈ — переспросил мужик и в голос рассмеялся. — Ты поставил на тана Пернега такие деньги? На одноногого⁈

— Он показался мне старше и опытнее, — пожал плечами я. — И он, в отличие от второго шамана, не пил алкоголь с друзьями.

Хилимон ещё раз рассмеялся, на этот раз громче, и заявил:

— Бояна права. Ты точно автюк! Ладно. Помогу я тебе. Понимаю, почему робеешь. Такая сумма! К тому же в моём заведении не обманывают! Это все знают!

Спустившись на первый этаж, мы заметили счастливого Казимира, который прижимал к себе кошель с монетами.

— Миша! — посмотрел он на меня ошалелыми глазами. — Там это! Это!

— Деньги получил? — спросил у него Хилимон с насмешкой. — Иди, свою клячу собирай. Сейчас малец своё возьмёт, и поедете. Нечего шантрапу монетами приманивать.

При молчаливой поддержке Хилимона кассир выдал мне деньги и даже предоставил три дополнительных кошелька для монет. С ними я поспешил в нашу коморку, где спрятал монеты в сапоги и быстро переоделся в старую одежду. Не хотел ехать в деревню в обновках и привлекать к себе излишнее внимание. Уверен, оно и так будет. Немалые покупки и информацию о выигрыше Казимир в себе не сдержит. Разболтает об этом сегодня же. Благо хоть моя ставка ему неизвестна, иначе вместо радости от победы в его голове были бы куда более неприятные мысли. Да и остальные селяне стали бы завидовать.

После того как мы выехали из города, я попросил Казимира не распространяться о моём выигрыше. Сказать, что на эти деньги я закупился продуктами на рынке. Посоветовал и ему быть настороже и меньше болтать, ну или существенно сократить размер выигрыша.

Не убедил. Мужик смотрел на меня словно на ничего не понимающего юнца. Который заставляет его отказаться от самого вкусного. Пришлось напомнить ему про орков-охранников поместья и давить на то, что они, узнав о деньгах, могут потребовать, чтобы он поделился.

Довод заставил мужика задуматься, и он согласился снизить цену выигрыша до четырёх рублей, на которые он и закупился.

Возвращение в Рудню, несмотря на опасения, шло вполне спокойно. Во время пути я даже наполнил один из кошельков камнями. Чтобы, если до нас доберутся бандиты, мы смогли им расплатиться. Вот только ничего не происходило. Мы даже успели добраться до места, где на небольшом отдалении виднелся поворот в Рудню, как за спиной послышались звуки скачущих всадников.

— Кузя! — тихо шепнул я, поняв, что это за нами, и пытаясь придумать способ, которым могу незаметно для Казимира атаковать противника. — А ну-ка, отлети от меня как можно дальше. Попробую удержать тебя своей аурой и ударить через неё молнией.

Дух кивнул и устремился метров на пятнадцать назад, я сконцентрировался и представил, как моя энергия проходит через ауру и духа, выходит из его рук и бьёт слабым разрядом.

Из ладоней домового тут же вылетела небольшая молния, и он стремительно вернулся ко мне, чтобы не терять запас энергии в ауре.

— Получилось! — воинственно шепнул он мне на ухо — Вот мы их сейчас!

— Не к добру это! — тоже почувствовал что-то нехорошее съехавший в сторону обочины и вжавший голову в плечи Казимир, и оказался прав.

Нас догнали два всадника, в одном из которых я узнал мужика, который общался с кассиром на арене. Замедлившись, знакомый достал откуда-то массивный пистолет странной конструкции и, направив на нас, рявкнул:

— С телеги! Быстро!

— Кузя, руки на шею тому, который с оружием! Как я ударю молнией, бей коня в нос, чтобы он дёрнулся и скинул седока, — велел я, спрыгивая на землю, и домовой поспешил выполнить приказ.

А тем временем второй вор достал откуда-то внушительный тесак и крикнул:

— А теперь отдавайте свой выигрыш! Иначе на куски порежем!

— Что? — жалобно переспросил Казимир.

— Ты плохо слышишь⁈ — рявкнул мужик с пистолетом и поднял его чуть выше наших голов.

В этот момент я пропустил молнию через духа, мужик дёрнулся, и часть слабого, но болезненного тока дошла и до коня, который тут же взвился даже без помощи Кузи и сбросил негодяя.

— Ах, вы гадёныши! — тут же пришёл в себя Казимир и, подхватив купленный мной топор, стал его раскручивать над головой. — Ох, я вас сейчас…

Оставшийся в одиночестве бандит с непониманием посмотрел на неожиданно упавшего подельника, но быстро взял себя в руки.

— Не балуй, иначе на куски порежу!

— Да я тебя сам сейчас порву! — рявкнул побледневший Казимир, но всё же никуда не двинулся.

— Повезло вам, уроды! Сильно повезло! Но мы ещё вернёмся! — сказал мужик и, закинув бессознательного сообщника на круп коня, запрыгнул на него сам и, развернувшись, сбежал. Совсем забыв про пистолет, который, как я заметил, успел оттащить в кусты хозяйственный домовой.

— Давайте! Приходите ещё! — вслед уезжающим кричал воинственный дядька, а в это время Кузя за его спиной перетащил оружие в телегу и спрятал в одном из мешков.

Решив улучшить наши взаимоотношения с Казимиром и замаскировать странности внезапного падения первого из преступников, я с восхищением в голосе сказал:

— Ну вы даёте, дядька! Как вы его так топором испугали! А лошадь⁈ Что вы такое сделали, что она седока скинула?

— Чего? — переспросил непонимающий мужик.

— Ну, вы так как-то вот дёрнулись, — сказал я, — что-то как будто бы фыркнули, и она как взвилась!

Закончив говорить, я словно стал сомневаться и уточнил:

— Или это не вы?

— Я, конечно, — быстро сориентировался Казимир и свысока посмотрел на меня. — Я уж с лошадьми не первый год работаю. Знаю их повадки.

В село Казимир возвращался героем, по пути рассказывая всем встречным, как мы с ним были на арене, что видели сражение шаманов и даже выиграли немного деньжат, на которые закупились всяким добром.

Встречающие не верили, но, заглянув в телегу и увидев количество закупленного богатства, удивлённо цокали языком.

Ну а потом вступал в разговор я, восхищённо рассказывая, как Казимир смело бросился на разбойников с топором и прогнал их.

Мне хотелось, чтобы положительные эмоции перебили тот негатив, который появился у мужика ко мне после трат на рынке. Всё же работать, судя по всему, нам дальше предстоит вместе. Ведь именно он и будет отвозить мою рыбу Хилимону, а также забирать деньги.Вряд ли хозяин трактира станет нанимать кого-то другого. Да и зачем? Марфа с Казимиром к нему ведь итак ездят.

Наположительных эмоциях радостный Казимир помог мне перетащить покупки в дом и поспешил к себе, чтобы порадовать родных выигранными деньгами. Кузя тут же, по приходу, взялся за готовку, а я, стал перебирать покупки и пересчитывать монеты, радуясь тому, что совершенно случайно, почти без усилий, уже больше чем наполовину завершил план по своему выходу из холопства.

«Хотя с победой тана Пернега, или как его там, мне, очень повезло. Молодой был слабее, но вдруг у него был бы очень сильный дух? Или я проиграл бы по какой-то иной причине? Тогда бы заработанных денег было бы жалко, и я вряд ли в другой раз связался бы со ставками. А вот для Казимира, скорее всего, настала чёрная полоса. Это сейчас он радуется негаданному выигрышу, баснословной сумме, упавшей ему на голову совершенно случайно. Вскоре, когда деньги начнут заканчиваться, он решит сделать ставку вновь. И если сразу, за один день, всё не проиграет, то будет отправляться на арену снова и снова. Может, даже пару раз случайно выиграет. Решит, что работать ему вообще-то не надо, трудиться тоже. Лучше делать ставки, зарабатывать деньги. Выкупиться из холопства и зажить как барин. Всё заработанное станет тратить на это дело. Скорее всего, и от жены начнёт копейки прятать. И покатится вниз. Будет хорошо, если супруга это сразу пресечёт, ну или тан Скарн навалит работы, чтобы не продохнуть. Иначе Казимир ещё и в долги влезет, а может, как-нибудь от безысходности, вообще сделает ставку на деньги, которые отдадут в „Припяти“ за молочку. Блин! Так он же может так и мои деньги по ветру пустить! Или вообще отдаст товар за полцены тому же Петру! Нужно обязательно предупредить о подобной возможности Марфу. Пусть его сразу в оборот берёт. Это ведь не шутки».

В голове промелькнули воспоминания не об одном-двух, а сразу о нескольких десятках знакомых, которые стали лудоманами, делали ставки на спорт или попали в зависимость от казино. Несчастные считали себя великими стратегами, спортсменами, умниками и уникальными личностями, которые нашли брешь в системе. Почти каждый клялся мне, что заработал с помощью подобной деятельности на телефон или подержанную машину. Вот только вскоре выяснялось, что у всех жизнь пошла под откос.

Один тратил всю зарплату, декретные, полученные женой, деньги, которые давали родители, подушку безопасности, которую подарили на свадьбу, и вообще всё, что только было можно. Затем носил в ломбард технику из дома. Даже стиралку как-то вытянул и влез во всевозможные кредиты и микрозаймы. Стал обманывать родных и близких, выманивая некоторые суммы на телефон, до зарплаты и прочее. Врал про смертельную болезнь детей и жены. Второй пошёл дальше и вместе с перечисленным вообще проиграл квартиру с машиной. Третий сделал всё то же самое, но умудрился отправиться за мошенничество с чужими деньгами на «химию» — поселение закрытого типа. Четвёртый — сразу в тюрьму. Слишком уж украденная на работе сумма оказалось большой.

И все они, чем бы ни занимались, считали, что знают правильный путь. Что они избранные! Что они смогут! Мозгов не хватало, чтобы посмотреть на ситуацию с прагматичной стороны.

Они не понимали, что ставки и казино — это бизнес. Что если бы такой способ позволял всем выигрывать и зарабатывать, то организация рано или поздно разорилась бы! Но нет! Букмекеры неплохо себя чувствуют и развиваются, скупают блогеров и вкладывают огромные деньги в рекламу, которую тянут из всех этих неудачников, готовых на всё, лишь бы почувствовать себя победителем! Только вот эти самые победители, выиграв огромную сумму, затем берут и просто всё сливают. Там же! Весь свой выигрыш! И остаются ни с чем!

От воспоминаний меня передёрнуло. Видя, как жизнь неплохих ребят превращается в настоящий ад, надеялся, что со мной ничего такого не произойдёт и держался подальше от подобных развлечений.

«А потом всё равно умер и подвёл родных», — пронеслось в голове и настроение окончательно испортилось. Несмотря на очень даже хорошую первую половину дня, его остаток провёл в невесёлых размышлениях.