Король Шаманов. Всего лишь холоп

Глава 4

Скарн, управляющий вотчиной бывшего верховного шамана народа орков, медленно вышел из комнаты в коридор усадьбы, помассировал звенящую от усталости и бессонной ночи голову и тяжело вздохнул. Всё же в его возрасте столь серьёзные потрясения были излишни.

Не удивительно. За столько лет службы древнему говорящему с духами, которому, судя по хроникам, перевалило за три с половиной сотни лет, он и забыл, что тот пусть и могущественный, но всё же смертный.

Кривая усмешка появилась на морщинистом лице.

Ага. Как же. Самый обычный орк. Гаранташ был одним из тех шаманов, который вместе с великими камлающими сумел вслед за эльфами и гномами создать межмировой портал из умирающего мира в новый и перевёл через него существенную часть своего народ. Затем он храбро сражался с жалкими человечишками, вызывая на битвы столь сильных и могучих духов, один вид которых повергал в бегство целые отряды. Потом вместе с великим ярлом, вождями кланов и другими шаманами порабощал местные отсталые государства и создавал Новый Оркланд, где орки наконец-то заняли достойное их высокое положение, став аристократами новой страны. Потом Гаранташ участвовал в подписании договоров с захватившими соседние государства гномами и эльфами, заключал с ними союз о нерушимом мире и долгие годы непосредственно влиял на становление страны. Под его жёсткой дланью успели смениться четыре владыки орков! И если бы не слабость духовных сил, то он бы никогда не отправился в такую глухомань на долгие десятилетия.

Скарну уже казалось, что о его господине все давно забыли и тем ошеломительнее стала новость, что убийцы великого ярла внезапно прибыли в имение и убили всех шаманов в ритуальном зале.

«Нет. Не всех — поправил себя пожилой, но всё ещё крепкий орк восьмидесяти лет — Малыш Джаг, увидев, чем всё закончилось для наставника и других учеников решил сбежать. Не самый худший выбор. Возможно, через несколько лет, когда страсти подутихнут, он сможет вернуться назад. Сейчас это делать рано. Убьют как возможно свидетеля или последнего ученика самого Гаранташа».

Всё же господин был знаменит на весь Новый Оркланд не только как последний представитель расы видевший родной мир и бывший верховный шаман, но и как жестокая, коварная и не боящаяся большой крови личность. Поэтому нет ничего удивительного, что узнав о расправе, Скарн заперся в своём кабинете мечтая лишь о том, чтобы всё поскорее прояснилось.

Повезло. У столичных головорезов не было цели уничтожить в имении всех, они пришли лишь за седой головой владельца и его учениками. Даже бойцы охраны и те были оглушены, а не убиты.

Однако не успел управляющий выдохнуть и проверить как выполняются поручения по наведению порядка, как в вотчину прибыла целая делегация. Здесь был и комендант соседнего города с наиболее авторитетными орками окрестностей, пара воинов, несколько весьма дальних родственников бывшего хозяина и два говорящих с духами.

Они все удостоверились в смерти уважаемого Гаранташа, составили нужные бумаги, по которым гибель наступила из-за неудачного ритуала, а затем велели отвести комиссию в кабинет управляющего. Где, в небольшом железном сундуке гномьей работы, под охраной запечатанного духа, призванного для этих целей, хранилось завещание покойного.

Скарн тогда пребывал в замешательстве.

«Не успел труп хозяина остыть, как тут же объявились падальщики, которые явно готовились к этому дню заранее. Вон как быстро составили все документы. Да и убийцы как будто бы знали, что Гаранташ во время последних походов в ритуальную комнату оставляет своих духов личном кабинете, чтобы они не мешали. Всё учли — с недовольством подумал Скарн — Интересно, для чего ярлу понадобилось в срочном порядке убивать хозяина? Неужели всё дело в его наследстве? Интересно, что там может быть такого ценного? Какой-то артефакт?»

Вскоре Скарн достал из шкафа сундук, протёр с него пыль и поставил на стол, а пожилой комендант властным тоном велел.

— Открывайте!

Управляющий покорился. Сорвал печати и поднял створку. А в следующее мгновение по помещению прокатилась волна освежающего ветра, а над сундуком стала подниматься тёмная дымка.

Если бы имение принадлежало обычному роду орков, то порядок наследования был бы прост и понятен. В этом же случае, когда оно находилось под властью шамана, да ещё и с множеством дальних родичей, выбор должен был сделать дух места. Который мог выбрать и ученика погибшего, и иного говорящего с духами.

Дождавшись, когда дымка сформируется один из одарённых произнёс.

— Дух места! Твой хозяин погиб! Сверши его волю и назови имя достойного наследника!

Некоторое время ничего не происходило. Дымка замерла, словно раздумывая над вопросом, а затем по помещению прошла едва заметная рябь и присутствующие услышали шокировавшую их новость.

— Хозяин жив. Я чувствую его силу.

В этот раз моё пробуждение прошло куда как легче. Боль, конечно же, никуда не ушла, особенно в наиболее пострадавших частях тела, однако будто бы отдалилась и стала привычной. Словно травмам уже как минимум несколько дней, а организм успел приспособиться и направился по пути восстановления.

Я некоторое время лежал без движения, а затем, мысленно обругав себя за нерешительность открыл глаза и расстроенно выдохнул.

«Нет, ну а на что я рассчитывал? Что травмы, увиденные вчера на мальчишке болят просто так? И утром я вернусь в собственное тело? Так там оно, поди, всё же погибло, а значит возвращаться некуда. Остаётся только поблагодарить неведомые силы, которые перебросили меня сюда, даровав новую жизнь».

Разум говорил, что это я ещё слабо отделался, а вот сердце стало с невероятной силой тянуть назад. Туда, где была счастливая и знакомая жизнь, где осталась любимая и понимающая жена, где росли два моих непоседливых продолжения. Вспомнилось и моё заведение, в которое была вложена душа, затем родственники, близкие и друзья. Оставленная теперь навсегда работа спасателем…

На мгновение так сильно захотелось прижать детей к себе. Посмотреть как они смеются, с охотой лакомятся вкусненьким, что-то спрашивают и на глазах выступили слёзы. Теперь я не смогу помогать им с уроками, чему-то учить, радоваться взрослению, поздравлять на дни рождения и праздновать новый год. Никогда не потанцую с дочкой на свадьбе, не понянчу внуков, не обниму во сне жену.

«Хорошо, что хотя бы дело своё поставил на поток. Первая точка приносит стабильный доход, без денег семью не оставил. Есть на что выплачивать кредит, жить и даже отложить получится. Хватит Насте, чтобы и вторую открыть. Вместе с ней каждый пункт плана прорабатывали. Она всё знает и умеет».

От этой мысли стало чуть легче, поэтому я решил отложить воспоминания в сторону и сосредоточиться на выживании, иначе могу бездарно потерять невероятной ценности дар.

«Мало того, что получил шанс на новую жизнь, так ещё и начал её не с пелёнок, а также заимел сверхъестественные способности. Одно только поглощение энергии чего стоит! Если представится возможность, то нужно будет обязательно поковыряться в снесённом из ритуального зала мусоре. Вдруг его не подчистят и я смогу найти там что-нибудь интересное?»

Ещё раз осмотревшись по сторонам, я понял, что показалось мне неправильным. На небе пусть и было достаточно светло, но утро ещё не наступило.

«Ничего себе, думал что после столь сильных травм вряд ли смогу продрать глаза к обеду, а тут организм поднимает меня гораздо раньше. Почему?»

Стоило задаться вопросом, как я ощутил болезненные и очень неприятные ощущение во рту, где сухой язык дотронулся до столь же пустынного нёба. Мне даже на несколько мгновений снова стало дурно.

«А ведь чернобородый говорил Феньке, что кто-то обязательно подаст ночью попить воды» — с досадой и раздражением подумал я и тут увидел сбоку небольшой глиняный кувшин со сколом.

С трудом заняв вертикальное положение, дрожащими руками взял сокровище и стал медленно пить маленькими глотками. Вода оказалась вкусной, чистой и невероятно бодрящей.

«Как хорошо!» — с облегчением подумал я, ощущая, как в измученное травмами и обезвоживанием тело словно бы вдыхается новая жизнь.

Отставив частично опустошённую ёмкость, ощутил потребность иного плана и с трудом поднявшись, осмотрелся.

Это был небольшой захламлённый двор с двумя строениями. Рядом с копной сена, в которой нашлось место для меня и избитого парня, стоял низкий неказистый сарай с соломенной крышей и открытым проёмом сверху, куда как я понял, вскоре отправится привезённое сено выступив в роли корма и одновременно утеплителя на зиму.

Поморщившись, так как от сарая, уж слишком несло скотиной я обратил внимание на дом чернобородого и его семьи. Это был не большой, но добротный сруб проконопаченный мхом и имевший, что меня изумило, несколько маленьких оконцев, в которых, судя по блеску, оказалось стекло, а не бычий пузырь. Оторопев от того, что мне, оказывается, известны такие подробности о быте предков, обратил внимание на крышу. Она как и у сарая, была покрыта толстым слоем хитро уложенной соломы, прижатой сверху кривыми стволами деревьев. Над которыми возвышалась слабо чадящая длинная печная труба из красного кирпича, с каким-то хитрым приспособлением наверху.

«Ничего себе! Здесь не только кирпичные печи, но и какая-никакая противопожарная безопасность! На трубе явно установили искрогаситель, чтобы не спалить соломенную крышу — подумал я и тут же спохватился — Вот же блин! Раз из трубы идёт дым значит, кто-то уже проснулся и скоро хозяин может выйти на улицу. Не хотелось бы с ним встречаться. Я ведь даже не знаю, что и как говорить! Вообще не обладаю никакой информацией по жизни мальчишки в которого попал! Спросят моё имя, где жил, как зовут родителей и что умею? Что мне тогда отвечать? Ничего! А раз так-то следует возвращаться на место, разыгрывать беспамятство, слушать разговоры и разрабатывать легенду, как это делают разведчики в кино. Жаль на амнезию не сошлёшься, местные вряд ли знают такие слова. Так что быстро закончить с обязательной программой, лечь на место и притворяться бессознательным».

Приняв решение, я сделал свои дела, вновь убедился что оказался в теле мальчишки и шатающейся походкой вернулся на лежанку, а уже укладываясь бросил взгляд на кувшины и поменял их местами так, чтобы рядом стоял полный. Пусть считают, что это избитый очнулся ночью и попил.

Вскоре я укладывался в солому, старательно не обращая внимание на боль в теле, подёргивание спины и желание расчесать кожу там, где высохшие травинки ранее коснулись её.

«Нужно потерпеть и сместить внимания на что-то иное, тогда навязчивое желание станет меньше» — подумал я и передёрнув печами посмотрел на соседа пристальным взглядом желая рассмотреть ауру.

Спустя несколько попыток это удалось и я успел заметить, что сон пошёл парню на пользу, кое где цветовая гамма над ним стала желтеть.

Затем я перешёл к проверке второй своей способности и попытался выйти за пределы тела. Не получилось. Видимо оттого, что очень хотел создать на ладонях молнии и проверить свои способности к самозащите.

«Нет. Этого точно делать нельзя. Не хватало ещё устроить пожар в первые же сутки нахождения в новом мире. С местными крышами и тёплой погодой здесь вся деревня может выгореть от одного пожара» — пронеслось в голове после неудачной попытки и я, отбросив всё лишнее, вновь представил как моё сознание проходит через вязкую тьму. Тянется наружу и…

Где-то на седьмой попытке мне показалось, что темнота, через которую я стремлюсь пробиться, обрела вязкость и принялась сопротивляться моим действиям.

«Получается!» — обрадовался я и повторил действия с удвоенным усердием. Тянуться за пределы тела пришлось достаточно долго, однако мне всё же это удалось и скоро я вновь с интересом рассматривал свои призрачные руки.

Пристальный взгляд на мерно дышащее тело мальчишки позволил заметить, что моя аура значительно посветлела. Все оранжевые области пожелтели, а некоторые окрасились в светло-зелёный.

«Очень хорошо» — удовлетворился я состоянием своего тела и перевёл взгляд сначала на траву, а затем растущее рядом плодовое дерево, вокруг которых, к моей радости, поднималась слабая едва заметная зеленоватая дымка.

«А вот и энергия» — подумал я и дотронувшись до зеленоватой ауры попытался впитать её в себя.

Рано радовался. В траве энергии было до прискорбного мало, а может у меня просто не получалось её вытягивать. Тогда я подошёл к дереву и всё повторилось. Не знаю почему, но энергия растений никак не хотела перетекать ко мне. При этом устал я так, словно несколько часов тягал мешки с цементом на пятый этаж.

Решив заканчивать с неудачными экспериментами, вернулся к телу и заметил как во двор к чернобородому, через ворота, входит переодевшийся Анисим и пожилой худой старик с белой бородой, чёрной старомодной кепкой, наброшенной на плечи жилеткой и в свежих лаптях.

Постучав в окно, они дождались появления насторожившегося хозяина, который увидел гостей и тут же расслабился.

— Здрав будь, дядька Иван — произнёс чернобородый — и ты, Анисим.

— Здравствуй, Пахом — ответил старик и подойдя ближе бросил на моё тело довольный взгляд — Значит это и есть тот малец? Которого вы в пастухи наметили? Добро! Хорошо придумали! С таном Скарном я поговорю. А то уже репу чесал, чтобы решить кого туда отправить.

Мужики довольно переглянулись, а затем Пахом, бросив взгляд на дом, тихо спросил.

— Дядька Иван, а вы знаете, как мы теперь будем? Кто хозяином станет? К чему готовиться?

Старик раздражённо посмотрел на мужчину, а чернобородый, словно не слыша его, продолжил.

— Может дочку того? Замуж отдать? Слышал, что орки таких девок, семейных, не жалуют. Она-то у меня ещё маленькая. Десять годочков всего, ну ведь с хорошим человеком обо всём договориться можно, а после этих зеленомордых — Пахом вытер пот со лба — Некоторые девочки и к водяному отправляются, он им лучшим женихом кажется.

Услышав слова хозяина старик сдулся и также тихо ответил.

— Пока наш управляющий на месте. Как узнаю что-то, так всех и предупрежу. Не сомневайтесь. Известно, что у соседей порой твориться. Не дай…

Мужики едва ли не синхронно дёрнули руками, словно желая перекреститься, а затем, спохватившись, расслабили и дядька Иван, как ни в чём не бывало, продолжил.

— Так что этого к знахарю, потом, как сможет ходить, в окраинный дом и к пастуху в помощь. Удобно будет утром вставать, собирать по пути всех коров, а затем загонять последнюю и идти домой.

— В последний? — удивился Пахом — Так там же…

— Брехня! — отрезал дядька Иван и махнул рукой — У меня из-за ваших сплетней дом пустой уже год стоит! Никто жить там не может! Скоро поди развалится и с кого управляющий спросит⁈

Анисим и Пахомом промолчали, поэтому удовлетворённый их покладистостью старик попрощался и неспеша двинулся на выход, а мужики набросали на телегу сена и направились ко мне.

«Наконец-то! Надеюсь, смогу рассмотреть деревню, соберу информацию о происходящем и придумаю легенду, ну а дальше посмотрим. Ещё бы неплохо чего-нибудь пожрать, а то живот скоро к спине прилипнет».