Крепость на Ловати

КРАСНЫЙ ФЛАГ НАД ВЕЛИКИМИ ЛУКАМИ

В январе 1942 года гитлеровцы спешно перебросили в Великие Луки 277-й гренадерский полк 83-й пехотной дивизии. С его прибытием общая численность гарнизона составила почти 5000 человек. Командир этого полка полковник Раппард, став начальником гарнизона, объявил город на осадном положении и издал приказ о срочном строительстве на подступах к Великим Лукам оборонительных сооружений. Однако осуществить этот приказ фашисты не успели.　

31 января части нашей 257-й дивизии под командованием Героя Советского Союза полковника А. А. Дьяконова перерезали дороги, ведущие к Великим Лукам из Насвы, Новосокольников и Веретья-3. В следующий день завязали бои на западной окраине города, оказавшегося таким образом в полуокружении. Они разгромили штаб 251-го пехотного полка гитлеровцев. 2 февраля к юго-восточной окраине города подошли подразделения 31-й стрелковой бригады, оседлавшей Невельское шоссе.　

Враг успел подтянуть на угрожаемые участки подкрепления. Бои приняли затяжной характер и шли с переменным успехом. Окраинная Сергиевская слобода несколько раз переходила из рук в руки.　

Ночью 4 февраля советские войска, действовавшие на великолукском направлении, получили приказ из 3-й ударной армии о приостановке наступления. Выполняя его, 257-я стрелковая дивизия отошла на восточный берег Ловати, где и закрепилась.

Причины приостановки наступления были основательными. Наши части в период длительного наступления оторвались от своих тылов и не могли быть в то время усилены: отсутствовало необходимое количество резервов. Фронт на великолукском участке стабилизировался.　

Гитлеровцы использовали это обстоятельство и начали строительство оборонительных сооружений на подступах к городу. Приказом Раппарда для горожан вводилась трудовая повинность. Ежедневно великолучан в возрасте от 15 до 60 лет силой выгоняли на эти работы. Одновременно в зоне оборонительной полосы гитлеровцы создали пояс выжженных деревень. В течение февраля — марта ими были сожжены Заподорье, Лахны, Липенка, Козулино, Максимиха, Золотково, Крюково, Меленка, Пучково, Андрюково.　

С целью «улучшения оборонительных позиций» такую же тактику выжженной земли фашисты проводили и в самих Великих Луках, уничтожая на городских окраинах отдельные дома и целые кварталы. Так, в феврале оккупанты сожгли дома в районах лесозавода и Новоселенинской улицы. При этом фашисты выгоняли жителей из собственных жилищ, не позволяя взять с собой хотя бы самое необходимое, а тех, кто не мог идти, расстреливали на месте.　

Зверствам оккупантов в Великих Луках и в его ближайших окрестностях не было предела. В Золоткове они расстреляли почти всех жителей деревни. Более 30 женщин, стариков и детей пали от рук фашистских убийц в Крюкове, около 20— в Меленке, почти 400 — в Санниках и Малиновке. С февраля по ноябрь 1942 года карательные отряды гитлеровцев расстреляли и заживо сожгли свыше 2500 советских граждан…　

Советские войска, занявшие оборонительные позиции в непосредственной близости от Великих Лук, готовились к штурму города. По указанию командира 257-й стрелковой дивизии полковника А. А. Дьяконова в полках штурмовые отряды проводили тренировки на местности. Были изготовлены специальные сани, боковые стенки которых делались двойными и заполнялись мешками с песком и камнями, чтобы предотвратить излишние потери личного состава. Такие десантные сани предусматривалось в период атаки буксировать танками. Создавались также истребительные отряды, в задачу которых входило проникновение во вражеские тылы для действий на его коммуникациях. Нередко они планировали и в последующем осуществляли свои решения во взаимодействии с местными партизанами. Таким был, например, удачный налет на Насвинский гарнизон гитлеровцев, в результате которого было уничтожено до 200 фашистских солдат и офицеров, а также подорваны паровоз и несколько платформ с военными грузами.　

В свою очередь, и гитлеровцы делали попытки проникнуть в наш тыл отдельными группами, а иногда и целыми подразделениями.　

Во время одной из таких попыток, предпринятых противником 14 февраля 1942 года на участке обороны нашей 31-й стрелковой бригады, совершил подвиг 86-летннй житель деревни Куракино Великолукского района Матвей Кузьмич Кузьмин.

М. К. КУЗЬМИН　

В ночь на 14 февраля 1942 года в деревню Куракино нагрянул крупный отряд гитлеровцев. Он пытался выйти в тыл нашим подразделениям, которые обороняли Малкино, и неожиданным ударом уничтожить их. Но без надежного проводника гитлеровцы не отважились добираться до намеченной цели. А в покинутом жителями Куракине им удалось найти лишь престарелого Матвея Кузьмина и его младшего сына Василия.　

^{Герой Советского Союза М. К. Кузьмин.}

Начался психологический поединок между вражеским офицером и 86-летним местным колхозником. Офицер посчитал, что победил он.　

Но русский крестьянин не продался врагу, а поступил как истинный русский патриот: идя на самопожертвование, повел гитлеровцев не в обход позиций наших войск, а прямо под огонь советских воинов. Наших бойцов должен был своевременно предупредить об этом посланный Матвеем Кузьминым сын Василий.　

На рассвете 14 февраля отряд гитлеровцев появился перед позициями наших войск и был встречен сильнейшим огнем. «Сынки, не жалейте старика! Бейте фашистских гадов!» — выкрикнул проводник и тут же упал, сраженный выстрелом немецкого офицера. Но убийца не ушел от возмездия. Спустя минуты вражеский отряд перестал существовать: более 200 трупов фашистов осталось лежать в болоте перед Малкинской высотой.　

Героя похоронили у ее подножия с воинскими почестями. Вскоре вся страна узнала о подвиге великолукского Сусанина из корреспонденции Бориса Полевого в газете «Правда».　

13 июля 1953 года прах Михаила Кузьмича Кузьмина перенесли на братское воинское кладбище города Великие Луки. На плите высечена надпись: «Матвей Кузьмич Кузьмин (1856–1942). Колхозник сельхозартели им. Чапаева. Геройски погиб в феврале 1942 г., защищая священную русскую землю от немецко-фашистских захватчиков». У деревни Малкино в июле 1965 года в торжественной обстановке открыта мемориальная доска, посвященная герою. Указом Президиума Верховного Совета СССР М. К. Кузьмину присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно). Его именем названа улица в Великих Луках.　

…С 10 ноября на великолукское направление стали прибывать новые наши части и соединения. Вместе с державшими здесь оборону войсками им предстояло разгромить великолукскую группировку противника, овладеть городом и создать предпосылки для последующего освобождения Прибалтики. Своими действиями они должны были сковать резервы фашистских войск, не давая возможности использовать их на других направлениях, особенно на сталинградском, где 19 ноября 1942 года начался завершающий этап исторической битвы на Волге.　

Важность великолукского плацдарма понимало и гитлеровское командование: в обстановке, сложившейся к зиме 1942 года, он имел не только оперативное, но и стратегические значение. Противник мог использовать его для того, чтобы, сосредоточив здесь крупные силы, нанести удар во фланг и тыл нашим войскам. Великолукский плацдарм прикрывал рокадные железные дороги Дно — Витебск и Полоцк — Невель, которые широко использовались фашистами для маневра. Не случайно в приказах германского командования в то время Великие Луки именовались то «поворотным кругом» всей сети их железнодорожных коммуникаций, то «западным редутом фюрера».　

Фашисты были убеждены, что именно здесь советское командование готовит крупнейшую военную операцию зимней кампании 1942/43 года. «Активные действия наших войск летом и осенью 1942 года на западном направлении против немецкой группы армий «Центр», — вспоминал Маршал Советского Союза Г. К. Жуков, — по расчетам Ставки, должны были дезориентировать противника, создать впечатление, что именно здесь, а не где-либо в другом месте мы готовим зимнюю операцию. Поэтому в октябре гитлеровское командование начало большое сосредоточение войск против наших западных фронтов. В район Великих Лук из-под Ленинграда были переброшены танковая, моторизованная и пехотная дивизии»[29].　

Готовясь к нашему наступлению на западном направлении, гитлеровцы придавали особое значение созданию мощных укрепленных районов. Система обороны Великих Лук состояла из двух оборонительных рубежей. Первый из них располагался на подступах к городу. Второй рубеж обороны проходил непосредственно по поселкам, примыкавшим к городским окраинам и железнодорожному узлу. Оборону усиливало большое количество искусственных препятствий — минных полей, рогаток, проволочных заборов.　

Внутри города противник приспособил к длительной обороне крепость, станционное здание и железнодорожный узел, церкви, монастырь, школы, бани и другие крупные каменные здания. Непосредственно в городе находилось около 10 тысяч неприятельских солдат различных родов войск. Возглавлял гарнизон с 1 ноября подполковник фон Засс — барон, фашистский фанатик.　

Решающее наступление советских войск началось 25 ноября 1942 года, а уже 28 ноября было замкнуто внешнее кольцо окружения Великих Лук.　

Предстоял трудный штурм города. Приступить к нему немедленно в тот момент не было возможности. Сражение, разгоревшееся в районе Новокольников и на флангах 3-й ударной армии, вынудило наше командование перебросить туда части сил из под Великих Лук. Лишь в конце ноября на помощь 257-й стрелковой дивизии А. А. Дьяконова прибыла 357-я стрелковая дивизия А. Л. Кроника, а 10 декабря — 7-я эстонская стрелковая дивизия.　

В 12 часов дня 13 декабря начался общий штурм Великих Лук. Ему предшествовала двухчасовая артиллерийская подготовка. Густой туман мешал атакующим выявлять оставшиеся вражеские огневые точки, затруднял наблюдение за ходом боя, связь с соседями и руководство артиллерийским и минометным огнем. Да и авиация из-за плохих погодных условий не могла в тот день оказать атакующим частям существенной помощи.

И все же штурм развивался успешно. Штурмовым отрядам 257-й дивизии с помощью специальных саней, транспортируемых танками, удалось ворваться на северо-западную окраину города. На первом же отвоеванном у врага доме на Коломенской улице старший сержант Винатовский, разорвав красный кисет, укрепил его вместо флага и воскликнул: «Отныне город наш!» Это был первый красный флаг в пока еще занятом гитлеровцами городе.

^{Г. А. Винатовский}

Кандидат в члены партии Г. А. Винатовский отличился и в последующие дни. Участвуя 15–10 декабря в штурме здания Пятницкой церкви и здания школы № 1, он вместе с товарищами уничтожил 43 фашиста, 4 дзота и захватил 10 автомашин с боеприпасами, продовольствием и штабными документами. 17 декабря Генрих Александрович Винатовский был тяжело ранен и спустя девять дней умер в Калининском госпитале. Имя героя носит ныне в Великих Луках Коломенская улица — та самая, где в первый день штурма алый флаг старшего сержанта Г. А. Винатовского символизировал начало освобождения старинного русского города от оккупантов.　

В штурмовые декабрьские дни свидетелями доблести воинов-освободителей стали известные всей стране писатели, а в то время военные журналисты Александр Фадеев и Борис Полевой. Благодаря их записям мы имеем теперь возможность взглянуть на свершавшееся глазами очевидцев. Слово Б. Полевому:　

Александр Фадеев был лаконичен в своих заметках того времени. Зачастую это просто точно по дням, а иногда и по часам зафиксированные события и эпизоды. Приведем здесь некоторые из заметок писателя:　

«14 декабря.　

Ожесточенный характер уличных боев, атаки малыми группами дали основание западногерманским военным историкам называть сражение за Великие Луки «карманным Сталинградом».

В великолукской «мышеловке» (выражение тех же историков) окруженная вражеская группировка была обречена. Советское командование, руководствуясь гуманными соображениями, предлагало противнику прекратить бесполезное кровопролитие и капитулировать.　

В 14 часов 15 декабря огонь с нашей стороны был прекращен, а спустя еще 20 минут после объявления по радио советских предложений к позициям противника в восточной части города направились наши парламентеры с белыми флагами — старший лейтенант М. Д. Шишкин и лейтенант И. В. Смирнов. На четырехсотметровом пути им несколько раз приходилось падать в снег под автоматными очередями с вражеской стороны. Парламентеры добрались до проволочных заграждений. Им завязали глаза и провели в штаб, где они вручили начальнику вражеского гарнизона условия переговоров о капитуляции.　

— Проводить господ русских офицеров к месту встречи на их переднем крае без единого выстрела, — таков был ответ фон Засса: он даже не стал вскрывать пакет.　

Визит советских офицеров-парламентеров в окруженное логово врага (М. Д. Шишкин и И. В. Смирнов были награждены орденами Красного Знамени) был первым (но далеко не последним) гуманным актом в Великой Отечественной войне. 16 декабря советское командование по радио обратилось вторично и уже непосредственно к солдатам и офицерам противника с призывом сложить оружие и гарантировало при этом условии сохранение жизни. А в последующие дни с тем же призывом неоднократно обращались немецкие военнопленные-антифашисты обер-лейтенант Фридрих Аугустин и ефрейтор Франц Гольд.　

На что же надеялся, оказавшись в «мышеловке», начальник гарнизона фон Засс, отвергая предложение о переговорах и продолжая ожесточенное сопротивление? Гитлер не раз лично радировал фон Зассу. Он требовал держаться до последнего солдата и до последнего патрона. В случае успеха сулил всем солдатам и офицерам гарнизона награды и всевозможные блага. А тех, кто предпочтет капитуляцию, стращал репрессиями в отношении их родственников в Германии[34].　

В наставлениях фюрера содержалось также обещание скорого вызволения из «котла».　

Попытка деблокирования окруженного гарнизона была предпринята противником в конце декабря — начале января. На выручку войск фон Засса рвались из района Насвы 8-я танковая и 93 я пехотная дивизии, из района станции Чернозем — полк 5-й гренадерской дивизии, из района станции Опухлики — 20 я моторизованная дивизия, части 6-й авиаполевой дивизии, 1-й бригады СС и два полка 3-й гренадерской дивизии. Однако этот натиск не принес гитлеровцам желаемого результата.　

Даже после провала попытки деблокировать гарнизон генерал-фельдмаршал Клюге прислал в Великие Луки на самолете ящик с наградами. Каждом солдату от имени фюрера вручался железный крест II степени, каждому офицеру — крест I степени, а фон Зассу был пожалован рыцарский крест. Начальнику гарнизона было также обещано в случае удачного исхода сражения назвать Великие Луки его именем — Зассенштадт[35]. Все это имело целью поддержать падавший день ото дня боевой дух солдат и офицеров окруженного гарнизона.　

К 1 января 1943 года лишь две разъединенные вражеские группировки — в крепости и на железнодорожном узле — продолжали оказывать сопротивление. Но фон Засс по-прежнему, словно бы ничего особенного не произошло, отвечал отказом на предложения советского командования о капитуляции (1 и 8 января). Он продолжал варварскую тактику выжженной земли. Еще в декабре гитлеровцы сожгли дома на улицах Рабочей, Торопецкой, Новослободской, Тимирязевской, Лазавицкой, Пионерской, Соломенской, Ботвина. 31 декабря фон Засс отдал приказ взорвать мост-виадук через реку Лазавицу, а 11 и 12 января были взорваны цехи паровозовагоноремонтного завода. Огнем тяжелых орудий фашистские вандалы разрушили здание спиртзавода.　

В дни ожесточенных боев за освобождение Великих Лук от фашистской нечисти немало славных подвигов совершили бойцы и командиры 257-й стрелковой дивизии Героя Советского Союза А. А. Дьяконова,　357-й стрелковой дивизии А. Л. Кроника, 31-й курсантской стрелковой бригады С. П. Горбунова и 8-го эстонского стрелкового корпуса под командованием генерала Л. А. Пэрна.　

Заместитель командира 921-го полка по политчасти майор Я. С. Арно лично повел свой полк в атаку и геройски погиб. Боец-комсомолец из полковой батареи Г. Лиллепеа оставил в своем дневнике такую запись, навеянную горькой утратой:　

С 1963 года одна из улиц Великих Лук носит имя Яана Арно.　

Мужество и отвагу проявил в боях за город и командир пулеметного взвода младший лейтенант А. А. Каристе. На позиции его взвода двигались два вражеских танка, сопровождаемые автоматчиками. Укрываясь за танковой броней, гитлеровцы подобрались к окопу наших пулеметчиков вплотную и стали забрасывать его гранатами. И вот здесь-то в полной мере проявились исключительные выдержка и хладнокровие коммуниста Каристе. Первую же брошенную в окоп гранату он перехватил на лету и швырнул обратно. Затем он повторял тот же рискованный прием снова к снова, пока седьмая по счету вражеская граната, пролетев левее, не ударилась о заднюю стенку окопа. Отважный командир еще успел нащупать ее на дне окопа и схватить, но в это мгновение раздался взрыв.　

Смельчаку оторвало кисть левой руки, осколки поразили голову и правую руку во многих местах. Весь окровавленный, он сделал попытку подняться, упираясь в стенку окопа, но силы оставили героя. Каристе позволил младшему сержанту Тинту перевязать раны, но наотрез отказался покинуть бойцов до окончания боя.　

За этот подвиг А. А. Каристе был награжден высшей наградой Родины — орденом Ленина. Герою-эстонцу присвоено звание почетного гражданина города Великие Луки.　

Героизм советских воинов был поистине массовым. За мужество и отвагу, проявленные в период освобождения Великих Лук от врага, свыше 14 000 бойцов и командиров 3-й ударной армии были награждены орденами и медалями Советского Союза.　

Ныне на восточном валу крепости возвышается двадцатишестиметровый обелиск — памятник воинской славы в честь воинов 24 национальностей, принимавших участие в освобождении Великих Лук. Памятник представляет собой установленные на полукруглом постаменте пилоны, возносящие граненую колонну, увенчанную звездой. Проект памятника принадлежит эстонскому архитектору Марку Поорту.　

Каждый дом, квартал, улицу, поселок нашим доблестным бойцам приходилось брать с бою. Им на помощь нередко приходили великолучане.　

Борис Полевой вспоминал, как в первую советскую комендатуру в еще не полностью освобожденном городе пришли два подростка: Володя и Вася Кошкины, 14 и 15 лет. Они перешли со стороны, еще занятой противником, и не с пустыми руками, а принесли сделанный от руки в ученической тетради подробный план расположения вражеских укреплений, которые им удалось разведать. Тринадцатилетннй Коля Бороздинский выручил красноармейцев, которые неожиданно были обстреляны из замаскированного блиндажа противника. Он провел бойцов скрытыми, известными ему подходами к огневой точке, и наши воины смогли забросать ее гранатами.　

Особенно кровопролитным был штурм старинной крепости, в которой засел вооруженный до зубов враг. Исчерпывающую характеристику этого опорного пункта гитлеровцев дал бывший офицер штаба 3-й ударной армии гвардии полковник в отставке Ф. И. Паульман:　

В 18 часов 3 января в крепость в сопровождении группы пехотинцев прорвался тяжелый танк гвардии младшего лейтенанта П. И. Шеметова. Пехота была остановлена у северных ворот сильным огнем противника, а танк продолжал крушить вражеские огневые точки. Фашистам удалось поджечь его. Герои-танкисты П. И. Шеметов, П. Г. Ребриков, А. Е. Касаткин, С. А. Гуков и М. Ф. Прияткин направили горящий КВ в озерко крепости, где он и затонул.　

В последующие дни наши войска еще шесть раз штурмовали цитадель, однако лишь в ночь с 15 на 16 января советским бойцам удалось ворваться по ледяным скатам вала в крепость, закрепиться там, а затем овладеть ею.　

После этого в городе оставался последний крупный опорный пункт гитлеровцев в районе железнодорожного узла. Там же располагался бункер, в котором укрылись начальник гарнизона подполковник фон Засс и его штаб.　

Бункер — построенное в довоенное время бетонное бомбоубежище. Его перекрытие, и без того мощное, гитлеровцы усилили семью рядами железных балок, залитых двухметровым слоем бетона и засыпанных сверху землей. Вокруг убежища располагалась целая сеть огневых точек прикрытия.　

Попытка уничтожить последнее логово гитлеровцев была предпринята 10 января. 13 наших разведчиков, переодетых в немецкую форму, в сопровождении немецких военнопленных-антифашистов Ф. Аугустина и Ф. Гольда достигли бункера, но захватить врасплох его охрану не удалось. Пришлось с боем отходить[36].　

После этой неудачи для захвата бункера была выделена специальная группа из 29 бойцов под командованием офицера штаба 249-й эстонской дивизии майора Э. Лемминга. Группе придали два орудия.　

Артиллеристы уничтожили все прикрывавшие бункер дзоты. Тогда фон Засс через парламентера передал просьбу эвакуировать скопившихся в бункере раненых. Советское командование откликнулось на нее. 50 раненых были вынесены из убежища и направлены в советский госпиталь. От пленных стало известно, что не только простые солдаты, но и часть находившихся в бункере офицеров согласны были бы капитулировать, но это им строжайше запретил начальник гарнизона.　

На крыше бункера уложили и взорвали 200-килограммовый заряд взрывчатки. Но этого оказалось слишком мало. Вторично заложили уже 750 килограммов. После нового мощного взрыва в крыше образовались трещины. И моментально появившийся из убежища адъютант фон Засса сообщил о согласии барона на капитуляцию. В 15 часов 30 минут 16 января начальник гарнизона вместе со своим штабом сдался в плен.　

20 января 1943 года завершилась великолукская операция, в результате которой были освобождены　650 квадратных километров и сотни населенных пунктов. Враг потерял свыше 59 000 солдат и офицеров убитыми и ранеными, 4025 человек было пленено. Оказались разгромленными 2 пехотные, танковая и моторизованная дивизии противника, 3 отдельных полка и 56 отдельных батальонов. Враг потерял 60 самолетов, 256 танков, 468 орудий, 280 минометов, свыше 1500 пулеметов. Только в самих Великих Луках наши войска уничтожили либо захватили 20 танков, 113 орудий, 85 минометов и 203 пулемета.　

Верховный Главнокомандующий в своем приказе от 25 января 1943 года назвал освобождение Великих Лук от гитлеровских оккупантов в ряду важных событий на рубеже 1942–1943 годов.