Кричи, моя Шион

Глава 11. Подвал

Тишина не просто затянулась. Она стала глубокой, плотной. Пропиталась тем, что чернотой, ожогами проходило по нервным окончаниям. И растворяясь в секундах, казалось, уже длилась вечность.

Я рвано выдохнула, но почему-то не могла даже пошевелиться. Откуда-то взялось ужасающее ощущение того, что на моей шее сомкнулись острые клыки монстра.

— Моран… — позвала его. В полной темноте я даже очертаний альфы не видела, но чувствовала то, что он все еще не двигался и его рука на моем бедре стала еще более напряженной. Будто превращаясь в горячую сталь.

И мне это не нравилось. Это же ненормально? Да? В обычных случаях альфы ни с того ни с сего не замирают, словно превращаясь в камень.

— Моран, пожалуйста, умоляю, убери руку, — прошептала быстро. Испуганно.

Альфа не убрал ладонь, но в еле уловимом движении воздуха, я почувствовала, что он наклонился ко мне и, кажется, сделал медленный, глубокий вдох.

Его ладонь на моем бедре сжалась сильнее, уже теперь точно причиняя боль. Я зашипела, испуганно дернулась. Резко попыталась отстраниться, в то время, как Моран рукой скользнул выше. Уже теперь пальцами задевая ткань трусиков. Кожа в тех местах тут же вспыхнула. Сердце пропустило несколько ударов. Я начала панически вырываться. Попыталась свести ноги, но альфа второй рукой сжал мою коленку и отбросил ее в сторону. Грубо. Даже больно. Словно намек, чтобы я не смела этого делать.

Я закричала, а он навис надо мной, уже теперь ложась между моих раздвинутых ног. Своим весом вжимая в диван. Наклоняясь к шее и делая еще один вдох. Опять поддевая мою ногу под коленкой, но на этот раз забрасывая к себе на бедро. Я тут же попыталась ее убрать, но Моран сжал ее так, что я закричала от боли. Еще один ужасающий, жестокий намек на то, что я должна быть послушной.

Моран наклонился ниже. К моей шее. Делая еще несколько глубоких, жутких вдохов, второй рукой поднимаясь выше и сильнее задирая мое платье. Уже теперь практически до талии.

Его пальцы поддели ткань моих трусиков и я закричала от страха. Судорожно начала вырываться. Вот только это совершенно не действовало на Морана.

Но все-таки, дернув мои трусики вниз, альфа почему-то остановился. Даже в полном мраке, я почувствовала оскал Морана, с которым он отстранился от меня настолько же резко, как и все это началось.

Мое сердце билось гулко, обрывками. Мысли плавились и руки горели болью от того, как я пыталась освободить их.

Моран окончательно отстранился от меня и поднялся с дивана. Вскоре я услышала его отдаляющиеся шаги. Скрипнула деревянная лестница. Затем хлопнула дверь.

Альфа покинул подвал?

Эта мысль врезалась в сознание, пытаясь дать хоть какое-то облегчение, но ничерта не получалось. А вдруг Моран сейчас вернется.

Я судорожно ерзала на диване. Пыталась развязать руки и, наверное, если бы не длинные рукава платья, разодрала бы себе запястья до крови.

В моей жизни многое происходило, но я с уверенностью могла сказать, что эта ночь была одной из самых ужасных.

Моран больше так и не пришел, но легче мне от этого не становилось. Во-первых, я не могла быть уверенной в том, что это не произойдет в любой момент. Во-вторых, жуткое, царапающее нагнетание повисшее в воздухе давало понять, что теперь мое положение настолько ужасно, что даже на мгновение мне расслабляться не стоит. Уже теперь, кажется, меня вообще ничего хорошего не ждет.

Я так и не смогла освободить руки, но натерла запястья до такой степени, что пальцы онемели. И, чувствуя опустошающее, медленно убивающее отчаяние, я попыталась сделать хотя бы так, чтобы подол платья опустился обратно вниз. Это было настолько сложно, как казалось, невозможно. Я часами ворочалась, но смогла добиться того, что платье опустилось до колен. Хотя бы так. При этом я все еще чувствовала, что мои трусики находились ниже, чем следовало.

Чертов Моран. Он ведь готовил, что не будет меня трогать!

Хотя… Я для него, как грязь под ногами. Такие, как он вообще не разговаривают с такими, как я. Просто делают то, что хочется.

Меня еще долго пробирало ужасом от того, что произошло ночью. В обычной жизни Моран бы и не взглянул на меня. Тем более, на меня вообще нечего смотреть. Но тут, взаперти, после того, как он полгода провел без секса, что для альф было критично… Меня серьезно ужасом пробирало.

Ночью, поняв, что не смогу освободиться, я еще долго неподвижно лежала на диване.

Тут пахло сыростью и пылью. А еще в подвале было настолько холодно, что уже вскоре я начала дрожать.

Я понятия не имела, как в таком состоянии смогла заснуть, но, наверное, все равно проспала не больше пары часов, а само пробуждение было настолько адским, словно по мне поезд проехался.

Я даже не сразу поняла, где именно нахожусь. Лежала, практически не дыша, часто моргала, до тех пор, пока спустя несколько секунд, по мне валунами не ударили воспоминания о вчерашней ночи. Захотелось громко взвыть, закричать, но я лишь закрыла глаза и какое-то время делала быстрые, рванные вдохи.

Мои руки заныли и невыносимо болели, но, пытаясь хоть немного перевернуться, чтобы облегчить эту муку, я взглядом скользнула по помещению и тут же застыла.

Оказывается, тут ближе к потолку находится небольшое окно. Ночью я его не заметила. И сейчас оно тоже много света не давало, ведь было закрыто кустами, но теперь я хотя бы могла рассмотреть помещение.

Подвал огромный. Очень. Стены серые. Видно, из-за того, что за домом толком не ухаживали, они частично покрылись плесенью.

И тут складывали кое-какие вещи. Около правой стены стояло несколько коробок. С левой стороны, в кучу сложенные стулья, словно их туда просто побросали. И, наверное, из-за ненадобности, сюда спустили три кресла и два дивана. Как раз на одном из них я лежала.