Кричи, моя Шион

Глава 68. Черное

— Корини еще более двинутые, чем я думал, — закрывая дверь, Моран ладонью потер лицо. Он выглядел злым. Даже хуже.

Во мне гнева не было, но все-таки некоторые негативные эмоции дали о себе знать. И они были достаточно мощными, чтобы я почувствовала еще более острое отторжение к своим родственникам по линии отца. Хотя и казалось, что хуже уже некуда.

В остальном я испытывала недоумение и была согласна с Конорм в том, что Корини ненормальны. Неужели они все это говорили всерьез?

Я промолчу о том, что они мне ничерта не семья.

Но в любом случае нет связи более важной, чем истинность. Она выше всего и для всех считается священной. В новостях только об этом и говорят.

Даже Ивон, который важнее для меня, чем я сама, не заставил меня предстать перед выбором. Несмотря на то, что он до сих пор терпеть не мог Морана. Единственное – брат спрашивал, точно ли я хочу быть с ним.

У Корини совести нет. Я это уже давно поняла, но чем они вообще думали, когда затребовали отдать меня им обратно по такой надуманной, идиотской причине? Они вообще не имели права говорить что-либо подобное.

— Они точно тебе ничего не сделали, пока ты была в их доме? — Конор перевел на меня взгляд. Вновь медленно, слишком пристально осматривая. Будто пытаясь убедиться, что со мной точно все в порядке. Даже несмотря на то, что перед этим часами видел меня полностью голой.

Но я не могла отрицать того, что мне это нравилось – то, что Моран волновался обо мне.

— Да. Точно. Во всяком случае, физически. В основном они просто пытались манипулировать, но, как видишь, у них не получилось.

Моран положил ладонь мне на талию, сжал кофту, после чего притянул к себе и поцеловал в макушку.

— Я поищу информацию про твоих родственников. Уверен, у них должно быть что-то грязное.

— Ты так думаешь? – я подняла голову, пальцами сжимая футболку альфы. В таком положении моя грудь соприкасалась с его торсом и, несмотря на то, что для этого сейчас не время, но тело мгновенно отозвалось. Черт, наверное, я действительно никогда не смогу насытиться Конором.

Учитывая то, что сейчас мне в живот упирался каменный член, я предполагала, что Моран испытывал что-то такое же.

Наверное, я никогда не смогу полностью понять альф. Даже несмотря на то, что я выросла со старшим братом. Во-первых, сейчас это совершенно не помогало. Во-вторых, альфы и омеги сами по себе слишком разные, поэтому я вообще не могла предположить, что сейчас творилось в голове Конора, но все-таки я прекрасно чувствовала, что Моран постоянно жадно прикасался ко мне. Поцелуями осыпал все тело при любой возможности. Прижимал к себе. Жаждал. Так, словно то, что было между нами, не позволяло даже мгновения быть по отдельности. Оно тянуло друг к другу. Нестерпимо. Безумно.

Мы это не обговаривали, но, наверное, вдвоем понимали, что мы стараемся сдерживаться. Иначе бы до сих пор не поднялись с кровати. Но пока что у нас получалось паршиво.

— У твоих блядских родственников что-то происходит, — Моран подхватил меня под бедра и усадил на стол. Раздвинул мои ноги и встал между ними. – Учитывая масштаб гребанной чуши, которую они извергают и то, насколько навязчиво, даже одержимо пытаются получить тебя обратно, несмотря на то, что я уже дал понять, что они могут сходить нахрен, возможно, ты им нужна не только ради денег. Думаю, есть еще что-то и я узнаю, что именно.

— Может, дело в том, что они просто боятся испортить свою репутацию? – предположила. Хотя раньше, я уже об этом говорила Морану. Репутация являлась главной причиной, по которой Корини месяц держали меня и Ивона у себя. Разными манипуляциями, они пытались навязать нам выгодные нам мысли и убедиться, что прижурналистах мы не скажем лишнего. – Они опасаются того, что пресса узнает про их отказ от меня и Ивона. И то, что из-за этого мы оказались на улице низшего района. Да и все последующие годы жили, как бездомные.

Я любила свою жизнь насколько бы она не являлась бедной, но касательно Корини дело было не только в их отказе. Еще в угрозах и во многой другой грязи, о которой, если журналисты прознают, Корини будут растоптаны.

— Корини самые высокомерные ублюдки, которых я знаю. Естественно, им важна репутация, — Конор руками оперся о стол, по обе стороны от моих бедер и губами прикоснулся к виску. – Но я уверен дело не только в ней. И не только в деньгах. Они ведут себя, как загнанные крысы, значит есть еще что-то.

Я не могла не согласиться с тем, что поведение Корини действительно было, каким-то слишком странным. Я считала их полнейшими идиотами, но во многом мое мнение опиралось на ненависть к ним. Только, это не означало, что они действительно глупые люди.

Нет, это не так. Корини имели власть и влияние. Опыт, возраст, понимание. Они всю жизнь находились в определенной среде и понимали, как стоять на вершине. Ошибок супруги Корини тоже допустили достаточно. Например, то, что настолько быстро истратили наследство моего отца. А еще – воспитали разбалованных детей, которые и стали основной причиной растраты денег. И, которые, как казалось, помимо, как развлекаться, больше ничего не умели.

Но сейчас Корини вели себя чересчур опрометчиво. Словно слишком спешили. Будто им срочно, критично следовало хоть что-нибудь придумать. Даже вот такую чушь.

Эти мысли, завязываясь в голове, прошли по нервам. Так или иначе, но у Корини есть власть. И… если им что-то срочно нужно, на что они будут готовы пойти?

— Думаешь, Корини могут быть опасны? – эта мысль холодом скользнула по спине. Я постоянно думала о том, что по сути воспользовалась Конором, чтобы спрятаться за его спиной. И я сожалела об этом. Сильно. Настолько, насколько вообще возможно. Наши отношения должны развиваться совершенно не так. Но вся эта чертова ситуация, в которую я была загнана, будто кислород перекрывала.

И уж тем более, я не желала, чтобы из-за меня у Морана были хоть какие-то проблемы. Я ему их уже и так создала достаточно.

— Нет, — Моран наклонился и губами прикоснулся к шее. Вернее, к вечной метке. Я задрожала. Опять пальцами сжала его футболку.

— Но… они же не простые люди и… если им что-то сильно нужно… — черт, насколько бы важными не были эти мысли, они начали выветриваться из головы, стоило Конору жадными поцелуями опуститься ниже. Он пальцами поддел воротник кофты, оттянул ее и языком провел по моему плечу. Моран был похож на голодного зверя, жаждущего меня сожрать и я уже не удивлялась тому, что совершенно не была этому против. Наверное, я уже давно сдалась ему.

— Они лишь никчемная пиль, — Конор рукой пробрался под кофту и сжал мою грудь. Она от его грубого, жесткого прикосновения, тут же вспыхнула. – Даже, если все так оставить, единственное, что Корини смогут сделать, это бегать по кругу, — Моран задрал кофту обнажая мои бедра. – Но с хрена ли я должен их вот так оставлять?

Он пальцами зарылся в мои волосы. Сжал их, заставляя поднять голову и посмотреть ему в лицо.

— Поговорим о них позже. Сейчас я хочу кое-что с тобой сделать, — Моран опустил руку и расстегнул ширинку.

Ближе к обеду мне привезли одежду. Новую, хоть я и говорила, что можно просто кого-нибудь послать в нижний район к дому моей «семьи», чтобы они передали мои вещи. Да и вообще можно было воспользоваться доставкой. Она не дорогая и достаточно быстрая.

Я могла бы попросить у Фии, чтобы она собрала мои вещи, а брат через посыльного передал их. Правда, на самом деле, я очень сильно хотела увидеть его лично. Как и всю семью.

Сегодня я уже созванивалась с Ивоном. Учитывая то, что наши телефоны до сих пор были у Корини, связались мы через людей Морана.

Брат сказал, что у них все отлично. Как и всегда, но шестерки Корини к ним все-таки приезжали. Охрана оставленная Конором не позволила им что-либо сделать, но, учитывая то, что наши «обожаемые» родственники предприняли шаг в эту сторону, меня подобное слишком сильно напрягло. Даже начало тревожить.

Сегодня вечером мы с Конором собирались поехать в нижний район к моей семье. Моран и Ивон планировали поговорить и решить, что делать дальше.

А до тех пор Конор полностью обеспечил им защиту. Он считал, что раз Корини так себя ведут, значит, у них происходит то, что их разрушает. Если подождать, что-то сожрет наших с Ивоном родственников.

Но ждать Моран не собирался.

— Почему практически вся одежда черная? – спросила, разбирая, купленные и привезенные вещи.

В основном там были платья. Разные. Единственное, что их объединяло – цвет. Нижнее белье тоже черное.

Я перевела взгляд на Морана. Он сидя в кресле лишь еле заметно пожал плечами.

Ладно. Цвет не имеет значения. Просто меня немного удивило изобилие черного, а так, главное, чтобы одежда подошла по размеру.

До этого момента я ходила в кофте Конора. Была бы возможность, продолжила бы это делать, ведь уже теперь считала, что это самая лучшая одежда в мире – та, от которой пахло моим альфой.

Но в кофте Морана я могла находиться только в его спальне. И уж точно в таком виде я не могла поехать к своей семье.

Я выбрала одно из платьев, взяла нижнее белье и направилась в ванную комнату. Уже закрыв за собой дверь, с опозданием задалась вопросом – почему я сюда пошла переодеваться?

Перед Мораном мне уже нечего стесняться. Я вообще-то буквально пятнадцать минут назад была под ним полностью голой.

Наверное, это просто привычка.

Сняв с себя кофту, я переоделась. К моему удивлению, платье подошло отлично.

Оно длинной до колен. Плечи открытые. Очень приятная ткань. В таком точно будет удобно ходить. Или лежать на Моране.

Нижнее белье тоже моего размера. Особенно, я порадовалась лифчику, который ничего не сжимал.

Я уже собиралась выйти из ванной, как все же остановилась. Взяла кофту Конора, в которой до этого ходила. Обняла и сделала глубокий вдох. Сама себе напоминала извращенку, но, черт, каким же наслаждением для меня являлся запах Морона.

Интересно, что было бы, если бы я учуяла его запах при нашей первой встрече? Конор открыл бы дверь и я на него набросилась бы?

Я и сейчас еле сдерживаюсь, чтобы этого не сделать.

Заставив себя оставить кофту в покое, я аккуратно, бережно сложила ее и вышла из ванной.

— И как тебе? – я покрутилась, давая Морану возможность осмотреть меня со всех сторон. Естественно, делая это шутливо. – Скажи, я ведь великолепна?

Конор окинул меня медленным взглядом, затем, рукой опираясь о подлокотник, поднялся. Все еще смотря на меня, подошел ближе. Взял меня за руку и развернул к себе спиной.

— Что ты делаешь? – растерянно спросила.

— Да, Шион, ты великолепна и я собираюсь показать насколько, — Конор задрал мое платье. Расстегнул свою ширинку, после чего отодвинул ткань трусиков и приставил член к лону. Сжимая мое бедро и делая жестокий, грубый толчок. Затем сразу следующий.

У нас сегодня уже было столько секса, что я должна была привыкнуть, но, как оказалось, сделать это невозможно. Каждая наша близость, словно первый раз. Слишком горячо, безумно приятно. Пьяняще. А сейчас Конор вовсе с первых же толчков вколачивался в меня настолько нещадно, что я уже не просто стонала. Кричала. Ногтями царапая стену, прогибалась.

Моран сжимал мои бедра, целовал шею и открытые участки плеч. Вколачивался все мощнее и мощнее. Второй рукой обнажая мою грудь. Затем вовсе расстегивая платье. Кажется, он что-то говорил, но я совершенно ничего не слышала. Не понимала. Абсолютно все тонуло в обезумевшем биении моего сердца.

Я первая подошла к грани. Забилась в оргазме. Чувствуя, что Моран на нескольких последних, особенно глубоких толчках кончил внутрь меня.

Мне пришлось опять принимать душ. Наверное, уже седьмой раз за этот день.

И вновь переодеваться. То платье теперь было слишком мятым.

Когда я вышла из ванной, Моран стоял около открытой двери. С кем-то разговаривал.

— Ваш отец хочет вас видеть. Он ждет вас и мисс Долан в своем кабинете, — донесся мужской голос из коридора.

Я застыла на месте. Эти слова хорошо так по мне ударили.

То, что мне придется увидеться с родителями Конора, было ожидаемо, но с вчерашнего вечера мы были настолько поглощены друг другом, что об этом я как-то не задумывалась.

Когда Моран закрыл дверь, я спросила:

— Получается, твой отец хочет нас видеть?

— Да, пойдем, познакомлю тебя с ним, — он произнес это просто. Для Конора встреча с отцом именно таковой и являлась. Судя по всему, у них очень хорошие отношения.

А вот я напряглась. Но, пытаясь это сбросить, выдохнула и еле заметно кивнув, сказала:

— Пойдем.

Наступило время познакомиться с отцом своего альфы.