Кухарка для лорда, или Магия поместья Эверли

Глава 3. Первое испытание

Ножи и разделочные доски взлетают сами по себе и выстраиваются на столе в нужном порядке. Продукты вылетают из кладовой и дружно купаются в специальном корыте с прозрачной свежей водой.

Под моим руководством (или, скорее, при моем неумелом участии) ножи сами по себе шинкуют овощи для супа, мясо для ростбифа приобретает аппетитную корочку в старинной печи, а яблоки для крамбла превращаются в ароматную начинку, сдобренную корицей.

Наблюдаю за тем, что делают помощницы, и понемногу меня отпускает паника.

Блюдо под красивым названием «консоме» оказывается просто крепким прозрачным бульоном, а страшный крамбл — запеченными под песочным тестом фруктами.

Пока Марта руководит процессом, словно опытный дирижер оркестром, я пытаюсь угнаться за ее проворными руками. Она показывает между делом, как правильно мариновать мясо, как взбивать тесто для пудингов до идеальной консистенции и как добиться хрустящей корочки на крамбле.

Ее советы бесценны, а ее юмор — просто спасение в этом хаосе.

— Не переживай, дорогая, даже если леди Эверли решит, что суп слишком оранжевый и не подходит по цвету к ее наряду, мы найдем в себе силы смириться с этим, — подмигивает она, вытирая руки о передник.

Форель получается нежной, а мусс — воздушным.

Когда все блюда готовы, я чувствую себя выжатой, как лимон. Ноги гудят, руки дрожат, а в голове пульсирует только одна мысль: «Неужели так будет каждый день?!»

— Ну, дорогая, теперь твой черед, — Марта снова подбадривает меня легким хлопком по плечу.

— Ах да, магия…

Смотрю на всю эту красоту и понимаю, что на самом деле моя основная задача — не испортить то, что сделано. А вот как — большой вопрос…

Лихорадочно перебираю в голове все известные способы сымитировать магию.

Хлопнуть в ладоши и сказать «вуаля»? Слишком банально.

Шептать заклинания над каждым блюдом? Как-то абсурдно.

В отчаянии мой взгляд падает на банку с ароматными травами. Точно!

Подхожу к большой супнице с крем-супом, беру щепотку сушеного розмарина и, стараясь придать лицу загадочное выражение, рассыпаю траву над супом. Затем с видом знатока добавляю несколько капель оливкового масла, делая вид, что под моим воздействием оно приобретает особенные свойства.

— Для усиления вкуса и придания неповторимого аромата, — бормочу себе под нос, надеясь, что никто не заметит моего замешательства.

Повторяю эту процедуру с каждым блюдом, импровизируя на ходу.

Щепотка паприки для ростбифа, немного цедры лимона для форели, и, наконец, ванильный сахар и корица для яблочного крамбла. Стараюсь двигаться уверенно и не подавать виду, что понятия не имею, что делаю.

А потом…

Вижу, что Марта наблюдает за мной с хитрой улыбкой, как будто все понимает.

Чувствую, как краска заливает мои щеки.

Неужели она догадалась?

Но Марта молчит, и это дает мне надежду. В конце концов, главное — создать видимость, а там будь что будет.

— Все будет хорошо, дорогая, — ободряюще шепчет Марта. — Ты справишься.

Блюда, одно краше другого, выстраиваются на тележках, ожидая своего часа.

Дворецкий, появившийся на кухне, кивает, оценивая результат. Украдкой вытираю лоб и стараюсь принять уверенный вид.

Лакеи под руководством дворецкого увозят тележки, а Марта предлагает:

— Можно пойти одним глазком глянуть, как там господа ужинают.

Поднимаюсь следом за ней по лестнице и прохожу в коридор до входа в столовую.

Дверь приоткрыта, и хорошо видно, как торжественно выносят блюда, а члены семьи Эверли чинно ужинают.

Леди Эверли, молодая худенькая девушка, по виду — моя ровесница, громко комментирует ужин. Ее строгое лицо немного морщится каждый раз, когда она глотает очередную порцию консоме. И от ее замечаний становится немного по себе.

Внутри все сжимается от страха. Кажется, провал неминуем.

Лорд Эверли, красивый темноволосый мужчина лет тридцати пяти, ест молча, сдержанно кивая. Близнецы, девочка и мальчик лет семи, с одинаково озорным выражением лиц, постоянно переговариваются и смеются. Их, похоже, все устраивает.

Внезапно леди Эверли откладывает вилку и восклицает, указывая на супницу:

— Ричард, это крем-суп? Это у него такой странный аромат?

Все взгляды обращаются к крем-супу.

А у меня от волнения перехватывает дыхание.

Неужели я все-таки испортила блюдо?!