Легион

Глава 11: Ферма ​

Ферма. Достойные. Каег.

Высокий адепт с белой, без единого пятнышка, кожей висел в красном тумане. Настолько плотном, что его можно было потрогать руками. Скорее, он напоминал кисель, а не туман…

С момента бегства от Разрушителя еще и месяца не прошло, но Каегу казалось, что минуло как минимум несколько лет. Хотя главным сейчас было даже не ощущение времени, а направление, в котором двигались Достойные. К сожалению, ничего хорошего ни для себя лично, ни для окружающих бывший лидер Достойных уже не видел.

И собраний с воодушевляющими речами больше не проводил, а если бы попытался, вряд ли бы к нему пришло много народа. Потому что их мечта не просто сбылась, а даже сбылась с большим запасом – из Достойных они стали избранными! Вот только это уже совсем не радовало. Скорее, пугало, однако свернуть с избранного пути они уже не могли. Разве что избавиться от некоторых уродств, как Каег от третьей руки, но с риском набрать новых…

– Каег, – просипел сбоку женский голос.

– Что тебе, Долла? – бросил он, не оборачиваясь.

– Фест зовет. Пора!

– Бездна! Опять? Мы же несколько дней назад проходили… процедуру.

– Лучше называй это Возвышением Бесформенного или просто милостью, – хмуро добавила Долла. – Как это все делают.

– Это не Возвышение, а отбраковка неугодного материала. Проклятье! Я не уверен, что выдержу еще одну попытку.

– Никто не уверен, но выбора у нас нет. Поторопись, а то знаешь, что будет.

– Знаю, – поежился Каег, с отвращением вспоминая скорчившихся от боли товарищей.

Так бывало с недовольными, которые не слушались приказов Феста. Возвышение все равно заставало их. Просто это происходило снаружи подготовленного места и проходило гораздо тяжелее. В лучшем случае все заканчивалось уродством. В худшем – потерей разума или даже смертью.

Поэтому нарушителей порядка почти не осталось. Разве что среди совсем новичков…

– Хорошо, пойдем, – произнес Каег.

– Сразу бы так, – с облегчением выдохнула Долла.

Два адепта медленно поплыли через красный туман. Ошибиться они не боялись – внутри каждого по-прежнему работал Призыв, который, как стрелка компаса, указывал направление. Когда-то именно эта сила привела армию Достойных на Ферму…

Каег прекрасно помнил тот момент – они несколько дней путешествовали по серой зоне, потом натолкнулись на Ось, а потом поднялись в Тихую Заводь, полную титанов. Старшие братья, как их называл Хемет, ставший из главного энергетического хирурга полноценным лидером Достойных. Правда, титаны тогда даже не взглянули на «младших», и адепты полетели дальше, следуя Призыву. Позже выяснилось, что его источником был загадочный Фест…

Кстати, Хемет за это время и сам прошел небольшую часть пути по превращению в монстра – его большая голова стала еще больше, а сухие руки и ноги немного вытянулись. В результате он почти перестал напоминать гуманоида. Правда, на этом его изменения затормозились.

Однако многие адепты изменились куда сильнее, причем без своего на то желания – это было еще одним побочным результатом Возвышения Бесформенного. Название должно было символизировать путь Троих, но Каег считал это слово неудачным выбором. Однако держал это мнение при себе. Он вообще в последнее время редко говорил…

Больше всего пугало, что некоторые Достойные вместе с изменением формы начали хуже соображать. Хотя это не уменьшило их боевых и других способностей. Фест объяснил это тем, что разум иногда не может удержаться в пропитанной Бесформенностью плоти. Особенно если его хозяин не старался. Хоть как тут можно стараться? Тебе либо повезло, либо нет.

При этом Фесту тоже не нравились безмозглые адепты, и он даже пару раз называл их отбраковкой, но велел заботиться о несчастных. К сожалению, их становилось все больше…

Что интересно, Хемет не демонстрировал ни малейших признаков безумства или умственной слабости. Каег не знал, радоваться этому или печалиться. С одной стороны, Хемет был одержим опасными идеями, а с другой – лучше всех понимал, что происходит на Ферме, и иногда делился своими соображениями с бывшим боссом. Причин такой откровенности Каег не понимал…

Они с Доллой влетели в область более плотного тумана. Центр Фермы! Так Каег называл существо с красной плотью, внутри которого они все сейчас жили. Скорее всего, это был специальный титан или очень-очень разросшийся гигант. Снаружи его никто не видел, так как покидать Ферму запрещалось.

Естественно, Каег так называл свой новый дом исключительно про себя и даже при Долле не упоминал это имя. Слишком опасно. А кроме Доллы Каег почти ни с кем и не общался, так как многие отвернулись от бывшего лидера…

– Зачем ты меня вообще держишься? – вдруг спросил он Доллу.

– Привыкла… и верю в твою удачу, – тихо призналась та.

– Ты все еще считаешь меня удачливым? После всего этого?

– Одну мечту ты уже выполнил. Может, повезет со второй. Ты знаешь, о чем я.

– Гм… неожиданно это услышать. Но о таком лучше молчать.

– Я уже ничего не боюсь! – зло бросила Долла, впрочем, защитного полога она не снимала. – Точнее, боюсь, но не того, что меня подслушают.

– Все равно, лучше здесь и сейчас это не обсуждать.

Сам Каег себя удачливым не считал и даже в получении врат уже не видел ничего уникального, потому что на Ферме постоянно появлялись новые Достойные из других отрядов. Они прибывали поодиночке или отрядами, но все с уже открытыми вратами Бесформенного. В общем, их главная «мечта» перестала быть редкостью – Достойные трансформировались направо и налево.

И не только они…

Точного числа обитателей Фермы Каег не знал – туман мешал сканированию, но по подсчетам здесь находилось не меньше нескольких сотен тысяч адептов…

– Достойные! Примите милость нашего Господина! – раздался тихий шелест Феста.

Больше голос ничего не сказал. Фест вообще был довольно немногословен. Каег догадывался, что тот расположен где-то очень далеко. Во Втором Радиусе, Дальних Рубежах или еще дальше. Но точно не рядом. Поэтому его команды были такими короткими.

Никаких тебе длинных речей, даже в самые ответственные моменты…

Фест был еще одной загадкой Фермы. Кто он такой и какие у него цели, не знал никто. Однако он имел полную власть над Фермой, а главное – контролировал Призыв. Все это делало Феста главным, и даже Хемет беспрекословно подчинялся бестелесному голосу.

Поэтому Каег не бросал попыток разобраться с этой загадкой. Ведь любому идиоту было ясно, что никто не может говорить от имени Бесформенного. Это был даже не вопрос личной силы, удачи, таланта или возможностей, а простая логика. Да, пусть источники не нашли, но они точно не имели своих глашатаев или посольств на территории Радиусов. Силы просто давали адептам энергию. Молча и никогда ничего не объясняли и не просили взамен.

Разве что некоторые счастливчики получали откровения.

Разговоры же от их имени нарушали порядок Мироздания, в котором разумный был пылинкой на песчинке и просто пытался выжить. Бесформенный, как и другие Силы, являлся обезличенной стихией, что бы ни твердили о нем некоторые фантазеры. И говорить от его имени – это все равно, что говорить от имени ветра или моря.

В общем, это все было понятно. Вот только огромный монстр по имени Ферма подчинялся Фесту. Парадокс, который Каег не мог объяснить…

В сферу для трансформации набились все адепты, обитающие на Ферме.

– Похоже, сейчас начнется, – с тоской произнесла Долла.

И действительно, пространство заполнила мощная вибрация. Каег тут же застонал и перестал обращать внимание на все остальное – вибрация выворачивала внутренности и заставляла тело меняться. Главное сейчас – не потерять сознание, иначе станешь полумонстром…

Целью «процедуры» были не мучения или изменение плоти, а «переформатирование» существующих врат. Не тех, что Достойные получили от Бесформенного, а тех, что когда-то дала им Сила. Фест утверждал, что их тоже можно соединить с Бесформенным.

Собственно, подобная трансформация иногда проводилась в школах и не только у них. Даже в кластерах умели менять привязку к источнику. Но лишь в рамках одной Концепции. В смысле, огневик мог поменять источник, но все равно оставался огневиком. Опытные хирурги говорили, что меняется даже не источник, а только «угол», под которым адепт смотрит на Силу.

Исключение – счастливчики, коснувшиеся великой Концепции. Они сразу видели все пути конкретной Силы. Но все равно это был вопрос восприятия, а не смены Силы. Источник оставался прежним.

Однако сейчас старые врата Достойных соединялись с Бесформенным. К счастью, не все – Фест требовал, чтобы хотя бы одни врата сохранили связь с начальным источником. Мол, так можно было использовать старые матрицы и удержать разум. Последнее было особенно важным, поэтому адепты концентрировались изо всех сил на своих вратах.

Не подвергались мучению только Достойные, имеющие двое врат – одни родные и подарок от Бесформенного. Вместо «перепрограммирования» их заставляли повысить уровень. Хотя от этого их даже сильнее корежило, но Феста мало волновали такие вещи. Хемета тем более.

«Зачем нас заставляют трансформироваться? – сквозь боль размышлял Каег. – Почему недостаточно одних врат? Или с несколькими вратами мы станем более послушными? Для чего?»

Так или иначе, ему и Долле пока удалось сохранить все старые врата нетронутыми, тело – в исходной форме. Но это не могло продлиться долго…

В этот момент в центре сферы для трансформации началось шевеление. Там появились монстры, несущие адептов. Не Достойных, а самых обычных адептов, от чемпионов до мастеров Линзы восемнадцатого уровня. Как правило, все они были охотниками с Глирда.

Каег уже наблюдал эту операцию несколько раз. Трансформация пленников несколько отличалась от Возвышения. Им не подсаживали кусок плоти, а либо спаивали с монстром равного уровня, либо просто пытались трансформировать избытком энергии. По каким критериям принималось решение, Каег не знал, но и то и другое было крайне опасно. Многие умирали или теряли разум. Зато некоторые получали новые врата. Часто вместе с новой внешностью.

И когда адепт просыпался от комы, то ему рассказывали, что ему очень повезло и он стал новым Достойным. Мол, теперь можно не бояться даже титанов.

Однако вся эта операция выглядела очень и очень странной. Баланс в отношениях разумных и Бесформенного сильно изменился. Так сильно, как не менялся за всю историю мира адептов. И Фест был ключом к пониманию этих изменений…

Ферма. Алекс.

Шар из монстров бережно донес пленника до границы Тихой Заводи и также бережно перенес на противоположную сторону.

– Как-то все просто получилось, – проворчала Мирам.

– А я говорил.

– Подозрительно просто!

– Главное, что титанов рядом нет.

– Подожди, я еще не провела сканирование.

– Не торопись пока…

– Опять? Я чувствую, тут что-то не так!

– Естественно, что-то идет не так. Нас же тащат против нашей воли, – справедливо заметил Алекс.

– Не сильно ты и возражаешь.

– А что ты предлагаешь?

– Дай хотя бы выяснить, что происходит снаружи, – предложила Мирам.

– Монстры поймут, что мы не пленники.

– Они и так не боятся нас.

– Вот пусть и дальше не боятся.

– Но не сидеть же всю дорогу не шевелясь! – возмутилась Мирам. – А вдруг с нами собираются сделать что-нибудь нехорошее? Вот возьмут и сбросят куда-нибудь.

– Дальше Бездны не забросят, – отмахнулся Алекс. – Самая большая опасность тут – титаны, а мы им не интересны. Так что ждем.

– Чего?

– Хм… Полагаю, что тут как с многоножками – нас донесут до какого-нибудь хранилища и оставят там. После этого мы аккуратно выберемся, осмотримся и построим план.

– А если нет? – спросила Мирам.

– Тогда примем план быстро. Но пока я предлагаю подождать. Это – самый безопасный вариант. Чего ты возражаешь, ты же всегда за безопасность.

– Ничего безопасного в этой ситуации нет! – уверенно произнесла Мирам. – У меня плохое предчувствие.

– Думающие машины не славятся интуицией, – напомнил Алекс.

– Зато у нас огромный жизненный опыт. Поэтому я должна выяснить, что происходит. Не волнуйся, я все понимаю и буду осторожна. Просто выброшу пару меток наружу и все.

– Ладно, действуй…

Мирам с энтузиазмом занялась делом, а Алекс принялся отслеживать маршрут – для этого ему не надо было ничего сканировать, хватало чутья мастера-пространства. Тем более, шар из монстров двигался медленно.

Снаружи к ним проникали эманации среды. Судя по ним, там было довольно много Бесформенности, но ничего такого, с чем бы Алекс не справился…

– Мы плывем в каком-то киселе, – объявила Мирам через пару минут.

– Живой океан?

– Нет. Тут что-то другое… Не могу пока разобраться. Кисель мешает.

– Было бы странно, если бы он помогал. Что еще видно? Монстры есть рядом?

– Пока нет, но мы уже к чему-то приближаемся. Там точно есть живые.

– Тогда подготовлюсь, – произнес Алекс, переключаясь на матрицы.

Он не использовал боевые навыки, поэтому большая часть матриц лучилась накаченной энергией. А вот резервы оказались частично истраченными, потому что слишком много ресурсов ушло на форсированный разгон Капсулы и борьбу с аномалией-ловушкой.

Да, обычно энергия восстанавливалась быстро, но для этого желательно было включить Домен, и тогда личная аномалия облегчала связь с Силой. Однако Алекс сейчас старался не «шуметь». Хотя и без Домена энергия должна была уже восполниться. Но по какой-то причине она текла через врата медленнее обычного.

«Место непростое… – размышлял Алекс. – Видимо, это действительно тюрьма для адептов. Вот только что с ними тут делают?»

Кстати, монстры по-прежнему не пытались «вырубить» пленника. Так и тащили. Впрочем, он не сопротивлялся, так что все были довольны…

– Мы уже совсем близко! – предупредила Мирам и тут же растерянно добавила: – Здесь очень много адептов.

– Какой у них уровень? – быстро спросил Алекс.

– Не выше мастера Линзы. Но они странные.

– Видимо, это пленники.

– На пленников они не похожи. Я не вижу, чтобы их что-то удерживало.

– Ты меня заинтересовала…

Адепты часто представляли большую опасность, чем монстры, но в данном случае армия любого размера точно уступала тридцати титанам в Тихой Заводи. Да, даже одного титана хватило бы…

«Все любопытнее и любопытнее…» – подумал Алекс.

В этот момент монстры остановились, расцепились и куда-то исчезли. Он оказался один. Все вокруг заполнял красный туман… Хотя не один – рядом виднелись силуэты. Приглядевшись к ближайшему, Алекс увидел, что это адепт, к которому словно пиявка, присосался небольшой монстр.

– Хм… это не простая тюрьма, – пробормотал он, раздумывая, нарушить ли ему режим тишины и просканировать территорию или пока подождать.

По правде говоря, он уже не знал, что делать. Не этого он ожидал от противника. С одной стороны, на него никто не нападал и вообще не обращал внимания, а с другой – вокруг было много монстров. Но мелких, и они ничего не делали лично Алексу.

– Этих адептов ты видела? – уточнил он.

– Не этих. Вокруг нас полно других, и от них разит Бесформенным, – ответила Мирам.

– Как от Достойных?

– Гораздо сильнее! Даже Каег так не вонял.

– А что происходит с тем бедолагой? – спросил Алекс.

– Адепт рядом с нами без сознания, и в него вливают Бесформенность! Бездна, наверное, это какая-то изощренная пытка.

– Во время пытки жертва должна быть в сознании. Иначе нет смысла.

– Ха! Вот сейчас мы это и узнаем. Тут по твою душу прилетели. Встречай!

Рядом с Алексом появился монстр – небольшая клякса с кучей мелких щупалец. Но она не пыталась как-то повредить, вместо этого монстр сделал очень странную вещь – выбросил одни врата наружу и взорвал их.

– Чего это он? – удивилась Мирам. – Сдохнуть решил? Зачем?

Однако Алекс не отвечал – до него уже начало доходить, что тут происходит.

– Это не пытка и не плен! Это – энергетическая операция!

Доказательством были не столько действия монстра, сколько тонкая вибрация в пространстве. Она казалась незаметной, однако Алекс не так давно проводил трансформацию тысяч адептов, поэтому пытался экспериментировать с Бесформенностью. Он хотел выделить из нее наиболее тонкие вибрации, которые, с одной стороны, не ранят, а с другой – ускоряют эволюцию адепта.

Так вот, пространство вокруг заполняла настолько тонкая вибрация, что она частично проникала даже через защиту Алекса. Поэтому-то монстру не пришлось резать его тело. А врата… это было просто топливо для поддержки той тончайшей вибрации, которую сам Алекс никогда бы не сумел выделить. Потому что Бесформенность была чуждой ему Силой.

Но сейчас кто-то очень сильно старался его изменить. И что было особенно странно – никто при этом не контролировал пленника. Как будто результат не слишком интересовал неведомого экспериментатора.

Вот такое сочетание высокого профессионализма и потрясающей беспечности.

«Меня точно не пытаются убить», – догадался Алекс.

Разумеется, подобным шансом нельзя было не воспользоваться…