Лекарь из Пустоты. Книга 4

Глава 16

Российская империя, пригород Новосибирска, усадьба рода Серебровых

— Это… неожиданно, — признался я.

— Мы понимаем, барон. Такие вопросы с ходу не решаются, — произнес Краснов.

— Вы правы. Мне нужно время, чтобы обдумать ваше предложение.

Все трое одновременно кивнули.

— Разумеется. Мы готовы ждать. Но позвольте добавить — мы не просим милости, а предлагаем честную сделку. Наши земли, наши ресурсы, наша лояльность — в обмен на вашу защиту и справедливое обращение, — произнёс Орехов, и остальные бароны согласились с ним.

Три баронских рода под моим началом. Не думал, что подобное случится так скоро.

Если я соглашусь — это изменит всё. Я перестану быть просто главой небольшого целительского рода и стану полноценным региональным лидером с собственными вассалами.

Это власть. Но и ответственность. И немалый риск, учитывая, что во время войны все трое дрогнули и нашли поводы бросить Мессинга, когда стало тяжело.

Бароны не торопились уходить. Видимо, решили, что мне нужно больше аргументов.

Я уже собирался попрощаться с ними, когда Денис Орехов снова заговорил:

— Позвольте добавить, ваше благородие… Мы понимаем, что наше предложение звучит… странно. Бывшие вассалы врага просятся под крыло победителя. Но посмотрите на это с другой стороны.

— С какой же? — уточнил я.

— Вы стали главой рода. У вас есть подданные — слуги, работники, гвардейцы. И вы обращаетесь с ними хорошо. Мы это видели. Ваши люди вас уважают, а не боятся.

— К чему вы клоните?

— К тому, что под вашим началом нам будет проще, чем было под Мессингом. Александр Викторович был… требовательным сюзереном. Выжимал всё, что мог. Втягивал в авантюры, не спрашивая нашего мнения. Мы терпели, потому что альтернативы не было, — произнёс Краснов.

— Теперь альтернатива есть, — подтвердил Аврамов.

— К тому же мы хотим заслужить ваше прощение. Да, мы были вассалами Мессинга. Да, мы участвовали в войне против вас. Но мы вышли из конфликта, как только поняли, к чему приведёт это безумие, — добавил Орехов.

— Только давайте без лицемерия, господа. Вы вышли из войны, когда стало ясно, что ваша сторона терпит поражение. В начале, когда Мессинг окружил мои владения, вам это не казалось безумием, — заметил я.

— Мы были вынуждены воевать, поскольку так приказал сюзерен, — не моргнув глазом, ответил Орехов.

— И мы готовы доказать свою верность делом! — с жаром добавил Краснов.

Я помолчал, обдумывая их слова. После чего встал и сказал:

— Хорошо, господа, я услышал вас и сообщу о своём решении. Благодарю за визит.

— Ждём с нетерпением, Юрий Дмитриевич, — подытожил Краснов, и все трое вышли из гостиной.

Три вассала сразу. Звучит заманчиво. Это и дополнительные силы, и новые связи, и укрепление экономики, доходы от налогов, в конце концов…

Но есть одна проблема.

Эти люди бросили своего сюзерена в разгар войны. Да, Мессинг, по их словам, был тираном. Да, война была уже фактически проиграна. Но всё равно — они отступили, когда их господин ещё сражался. Какая гарантия, что они не сделают то же самое со мной?

Нужно узнать подробности об этих родах и с кем-то посоветоваться. С Дмитрием — обязательно. Я хоть теперь и глава, но не хочу принимать столь важные для рода решения в одиночку. Он имеет право высказать своё мнение.

Тем же днём я засел за изучение досье на всех троих. Часть информации нашёл в свободном доступе, часть оперативно добыли для меня Василий и Ефим.

Род Красновых — старинный, но небогатый. Основной доход — сельское хозяйство и производство полуфабрикатов. «Красновские» котлеты, сосиски и всё такое прочее продаются по всей Сибири. Глава рода — Игнат Владимирович Краснов, пятьдесят два года, женат, трое детей. Честный, но не слишком амбициозный. При Мессинге выполнял роль «рабочей лошадки», поставляя продовольствие и древесину.

Род Аврамовых — помоложе и побогаче. Торговля, несколько магазинов в Новосибирске, коммерческие помещения в аренду, доля в транспортной компании. Глава — Виталий Сергеевич Аврамов, сорок четыре года, разведён, один сын. Нервный, суетливый, но дело своё знает. Занимается логистикой и снабжением.

Род Ореховых — самый молодой и самый перспективный. Глава — Денис Олегович Орехов, тридцать шесть лет, женат, двое детей. Умный, расчётливый, амбициозный. Бизнес — производство строительных материалов и небольшой кирпичный завод. При Мессинге был, похоже, главным советником среди вассалов.

Интересно. Разные люди, разные ресурсы. Вместе они образуют неплохую экономическую базу. Сотрудничество между ними налажено: Аврамов обеспечивает логистику, Краснов поставку продуктов питания, Орехов строительство и ремонт. Их бизнес тесно связан перекрёстными контрактами, потому они и не хотят расставаться, а предпочитают найти себе нового сюзерена.

Я позвал в кабинет Дмитрия и кратко изложил ситуацию. Он выслушал, потом надолго задумался.

— Это серьёзное решение, Юра. Вассалы — не просто подчинённые. Ты должен будешь их защищать, разрешать их споры, помогать в трудностях, — наконец, произнёс он.

— Я понимаю.

— И ещё — эти люди служили Мессингу. Они привыкли к определённому стилю управления. Ты уверен, что сможешь перестроить их под себя?

— Уверен. Хотя это, конечно, займёт немало времени и сил, — ответил я.

— Что ж, раз ты готов к такому… Думаю, надо посоветоваться с Некрасовым. Он лучше разбирается в юридических аспектах, — предложил Дмитрий.

Дельный совет. Я сразу же набрал номер адвоката.

— Вячеслав Андреевич, добрый день. Есть срочный вопрос.

— Слушаю вас, Юрий Дмитриевич, — с готовностью отозвался Некрасов.

Я описал ситуацию с баронами. Адвокат слушал внимательно, изредка задавая уточняющие вопросы.

— Интересно, — протянул он, когда я закончил.

— Ваше мнение?

— Это может быть именно тем, что вам нужно.

— В каком смысле? — спросил я.

— В смысле титула. Юрий Дмитриевич, вы сейчас владеете землями графского рода, но формально остаётесь бароном. Чтобы получить титул графа, нужно либо получить его в награду от короны, либо наличие вассалов.

— То есть, если я приму этих троих…

— То сможете подать заявку на графство через Совет родов. Они направят ходатайство императору, и при нынешних обстоятельствах — победа в войне, расширение владений, появление вассалов — отказ маловероятен, но возможен, — объяснил Вячеслав Андреевич.

Я задумался. Графский титул открывал много дверей. Другой уровень влияния, другие возможности, другое отношение со стороны дворянских родов и чиновников

Я поблагодарил Некрасова и повесил трубку. Пересказал наш разговор Дмитрию. Тот выслушал и нервно поправил очки.

— Стать графским родом? Это кажется мне какой-то фантастикой, — признался он.

— Вполне логичный рывок после всего случившегося, — пожал плечами я.

План вырисовывался. Принять вассалов — но на своих условиях. Использовать их для получения графства. А дальше — постепенно обрабатывать, добиваясь настоящей лояльности.

Кнут и пряник. Старый проверенный метод.

Нужны ли мне вассалы, которые бросили своего сюзерена в бою? Сомнительно. Но вот графом стать нужно. Так что приму их пока под своё крыло, но особо надеяться на них не стану.

Хотя… если правильно выстроить отношения, можно добиться многого. Эти люди хотят сильного лидера. Хотят стабильности и защиты. Если я дам им это — они будут служить верно.

Что ж, посмотрим… А торопиться с ответом не стану. Посмотрим, будут ли они покорно ждать или побегут искать другого покровителя. Это тоже о многом скажет.

Российская империя, пригород Новосибирска, усадьба рода Серебровых

Бизнес тем временем не стоял на месте.

Бывший завод Мессингов постепенно приходил в рабочее состояние. Ремонт шёл полным ходом, инженеры разбирались с оборудованием, юристы — с документацией.

Кстати, я решил сменить название завода. Теперь он будет носить гордое имя «Аргентум», что с латыни переводится как «серебро». Изящно и в то же время понятно, кому принадлежит предприятие.

Во время очередного совещания, которое проходило в узком кругу в моём кабинете, Некрасов доложил:

— Юрий Дмитриевич, у меня для вас интересные новости насчёт завода.

— Что именно?

— Часть сотрудников готова остаться и работать на вас. Примерно шестьдесят процентов. Остальные либо уже уволились, либо хотят уволиться, — ответил юрист.

— Шестьдесят процентов — это хорошо. Предложите им новые контракты с улучшенными условиями. Пусть видят, что смена владельца — к лучшему. Но на позиции контролирующих необходимо назначить новых сотрудников, — я посмотрел на Дмитрия.

— Сделаем, — кивнул тот, после чего достал бумаги по эликсирам.

Производство «Бодреца» и «Лунной росы» продолжало расти. Новый цех возле усадьбы вышел на полную мощность, городской цех тоже наращивал объёмы. Поставки основы князю Бауму увеличились вдвое, и наш эликсир уже вовсю продавался в европейской части России.

— Баум просит ещё больше. Говорит, спрос превышает предложение, — добавил Дмитрий, когда мы пробежались по цифрам.

— Сможем? — уточнил я, прикидывая в уме запас нашей производственной мощности.

— Если запустим третью линию — да. Но нужны инвестиции.

— Вложим те самые средства, что поступают от продажи основы Бауму. Прибыль пока что на втором месте, главное — развитие, — ответил я.

Лев Бачурин, который по праву занял пост главного технолога, тоже не сидел без дела. Он разрабатывал новые формулы, экспериментировал с ингредиентами, искал способы улучшить существующие продукты.

Мы запустили ограниченное производство эликсира «Щит», изобретённого Львом во время войны. Пока что он создавался только для внутренних нужд, а часть мы поставляли Строговым и Курбатовым.

И, конечно, «Боец».

Усиленная версия «Бодреца» для военных была готова к массовому производству. Как и «Щит», пока он создавался лишь для нас и союзников. Но я уже раздумывал над расширением рынка.

Продавать его другим дворянским родам — сомнительная затея. А вот если поставлять короне… Это совсем другое дело.

И судьба сама подкинула шанс.

Однажды вечером мне позвонил Гордей Васильевич. Мы немного поболтали о разном, после чего Строгов перешёл к делу:

— Послушай, Юрий, я хочу предложить кое-что. Что скажешь, если я представлю твой «Боец» своим знакомым из Министерства обороны? — предложил он.

— С какой целью?

— Что значит с какой? Хочу помочь тебе выйти на государственный контракт! Уверен, генералы заинтересуются возможностями твоего эликсира, — ответил Гордей Васильевич.

Я задумался. Министерство обороны — это совсем другой уровень. Огромные объёмы, стабильный доход, плюс протекция короны над нашим бизнесом. Но есть и минусы — бюрократия, проверки, возможные утечки формулы.

— Хорошо, я согласен. Но с условием — представлять эликсир я буду сам, — подумав, ответил я.

— Думаю, мы это с лёгкостью устроим. Но организация презентации займёт время, сам понимаешь.

— Конечно. Я никуда не тороплюсь, — согласился я.

Через несколько дней мне пришло письмо от Краснова. Он, видимо, выступал формальным лидером их троицы. В письме Игнат Владимирович осторожно поинтересовался, не успел ли я подумать над их предложением.

Поразмыслив немного, я пригласил их к себе в усадьбу следующим утром.

Они приехали все втроём, как и в прошлый раз. Те же костюмы, те же выражения лиц. Будто и не уезжали.

Мы опять расположились в гостиной. Слуги подали чай, но никто не сделал ни глотка, все выжидающе смотрели на меня. Поэтому я без предисловий начал:

— Господа, я обдумал ваше предложение.

Они напряглись.

— Я готов принять вас под своё покровительство.

Краснов выдохнул с облегчением. Аврамов улыбнулся. Орехов сохранил невозмутимое выражение лица — видимо, ожидал продолжения. Умно.

— Но на определённых условиях, — добавил я.

— Мы слушаем, — сухо произнёс Орехов.

— Вы не просто принесёте клятву верности. Вы передадите мне в управление часть своих ключевых активов.

Троица переглянулась, и Краснов уточнил:

— Каких именно?

— Вашу скотоферму, Игнат Владимирович. Вашу транспортную компанию, барон Аврамов. И ваш кирпичный завод, барон Орехов, — перечислил я.

По комнате прокатилась волна напряжения. Я попал точно в цель — назвал именно те активы, которые являлись ключевыми для каждого из них.

— Это… серьёзное требование, — осторожно сказал Аврамов.

— Я ничего у вас не отбираю. Активы останутся вашими, я лишь буду управлять ими через доверенных людей и получать небольшой процент прибыли — скажем, пять процентов с каждого. Мне много не надо. Но решения по этим активам будут приниматься с моего одобрения. Я и мои люди должны будут введены в совет директоров.

— Зачем вам это? — прямо спросил Денис Олегович.

— Гарантии. Вы были вассалами Мессинга и вышли из войны, когда он ещё сражался. Я не осуждаю — это было разумное решение. Но мне нужна уверенность, что со мной такого не случится, — честно объяснил я.

Орехов медленно кивнул, и в комнате повисла тишина. Бароны переглядывались, как бы молча совещаясь.

— Это довольно жёсткие условия, — наконец, сказал Краснов.

— Скажу откровенно: других не будет. Ваша лояльность под вопросом, и потому я принял такое решение. В дальнейшем, если мы станем друзьями, условия могут быть пересмотрены, — ответил я.

— А что получим мы? — прочистив горло, спросил Аврамов.

— Защиту. Стабильность. Новые контракты. Возможность развивать свой бизнес под крылом сильного сюзерена. И, если будете служить верно, мы станем развиваться, становиться сильнее и богаче все вместе, — заключил я.

Снова молчание. Краснов хмурился, поглаживая бороду, Аврамов нервно теребил запонки, Орехов что-то просчитывал в уме.

— Нам нужно посовещаться, — сказал, наконец, Денис Олегович.

— Конечно. Ваше право, — я демонстративно налил себе чаю.

Они отошли в угол комнаты и зашептались. Я слышал обрывки разговора — «слишком много», «а что мы хотели», «другого выбора нет»…

Через пять минут они вернулись.

— Мы согласны, — объявил Краснов от имени всех троих.

— Отлично. Мой адвокат подготовит всё необходимое. Думаю, обойдёмся без торжественной церемонии присяги и просто подпишем документы, что скажете? А потом организуем совместный ужин, — предложил я.

— Как скажете… господин, — кивнул Орехов.

Мы пожали руки. Бароны, конечно, понимали, что отдали мне рычаги контроля над собой. Но понимали и то, что альтернативы у них особой нет. Рано или поздно другой графский род захочет взять над ними контроль, и это может оказаться не слишком приятно. Даже болезненно, во многих смыслах.

Когда они ушли, я связался с Некрасовым.

— Вячеслав Андреевич, они согласились. Готовьте бумаги.

— Прекрасно. И ещё — я уже подал заявку на графский титул в Совет родов. С тремя вассалами и вашими нынешними владениями Совету отказать вам будет сложно. Так что ваше прошение с большой долей вероятности попадет на стол к его императорскому величеству, а дальше все будет зависеть от него.

— Отлично. И ещё кое-что — подайте заявку на субсидии на лечение малоимущих. Клиника начала работу, нам это понадобится.

— Да, я помню про это, Юрий Дмитриевич. Мои помощники изучают детали, скоро всё будет, — пообещал адвокат.

Я повесил трубку и улыбнулся. Ну вот. Теперь у рода Серебровых есть три вассала. Скоро появится и графский титул.

Неплохо идут дела…

Российская империя, пригород Новосибирска, усадьба рода Серебровых

Бароны вышли из усадьбы Серебровых и направились к своим машинам. Некоторое время шли молча.

— Зачем ему управлять нашими активами? У него своих дел полно, — не выдержал Аврамов.

Орехов остановился и посмотрел на него как на идиота.

— Дурак ты, Виталий Сергеевич.

— Что⁈ — возмутился тот.

— Он попросил конкретные активы. Ключевые для каждого из нас. Скотоферму Краснова — без неё встанет производство полуфабрикатов. Твою транспортную компанию — без неё твоя торговля загнётся. Мой кирпичный завод — основа всего моего бизнеса.

Аврамов нахмурился.

— И что?

— Он взял нас под контроль. Понимаешь? Если мы что-то не так сделаем — Серебров может разом обрушить всю нашу экономику. Одним решением. Без войны, без крови, просто остановит ключевые активы. Даже если он устроит проблемы только в одном месте, это ударит по всем нам. Серебров наверняка изучил, как мы связаны, — терпеливо объяснил Денис Олегович.

Краснов крякнул.

— Да уж, хитро.

Орехов пожал плечами:

— Но справедливо. Если будем служить ему верой и правдой — поднимемся вместе с ним. Вы сами видели, до каких высот он поднялся из наследника нищего баронского рода. Какими союзниками обзавёлся. А ещё мы сами вот-вот сделаем из него графа.

Аврамов открыл рот, потом закрыл. Крыть было нечем.

— Серебров и правда крутой парень. Молодой, а соображает лучше многих матёрых дворян, — задумчиво произнес Игнат Владимирович.

— Именно, — кивнул Орехов.

Они дошли до машин. Краснов уже взялся за ручку двери, когда Виталий Сергеевич снова заговорил:

— И всё-таки… Получается, мы теперь полностью в его руках?

Денис Олегович пожал плечами.

— Получается, так. А что ты так переживаешь? Мы же сами хотели сильного лидера. А с сильным лидером не забалуешь. Так что наслаждайтесь, господа. Потому что я уверен — Юрий Дмитриевич приведёт нас к светлому будущему. Если не будем ему мешать, — с этими словами Орехов сел в свою машину и уехал.

Краснов и Аврамов переглянулись, пожали плечами и последовали его примеру.

Российская империя, пригород Новосибирска, клиника Серебровых

Клиника работала, и результаты превосходили ожидания.

Я стоял в холле и наблюдал за потоком пациентов. Люди из окрестных деревень, жители Новосибирска, даже несколько человек из соседних областей — слух о новой клинике с хорошими целителями разошёлся быстро.

Ко мне подошла девушка-администратор: милая красотка с рыжими кудряшками. Но обладающая цепким аналитическим умом, несмотря на кукольную внешность. За это Дмитрий и взял её на должность.

— Юрий Дмитриевич, вы просили уточнить… На сегодня записано сорок семь человек. Плюс экстренные случаи.

— Справляемся?

— Пока да. Но если поток увеличится, понадобятся дополнительные специалисты.

— Ищите. Бюджет на зарплаты я увеличу, — кивнул я.

Волковы работали в терапевтическом отделении. Их опыт и репутация привлекали пациентов. Многие приезжали специально к ним, ведь благодаря довоенному суду с Мессингами фамилия Волковых стала на слуху.

Иван, как и планировалось, возглавил отделение экстренной медицины и чувствовал себя в своей стихии. После войны мирные травмы казались ему детскими царапинами.

Я прошёлся по коридорам, заглядывая в кабинеты. Везде кипела работа — осмотры, процедуры, консультации. Людей к нам приезжало немало благодаря хорошей репутации, которую мы заслужили, сначала принимая пациентов в усадьбе, а потом — когда Дмитрий с Иваном ездили по деревням.

Одна мысль не давала покоя — транспорт. Клиника располагалась за городом, добираться сюда не слишком удобно. Многие потенциальные пациенты просто не приезжали из-за этого.

Этот вопрос легко решить, если организовать рейсовый автобус. Хотя бы от железнодорожной станции до клиники. На магопоезде добраться сюда несложно, плюс никаких пробок. А со временем, возможно, создадим ещё один маршрут.

Само собой, это потребует согласования с чиновниками, но на празднике они говорили, что готовы всячески мне способствовать. Вот и посмотрим.

Я уже собирался уходить, когда из кабинета вдруг вышел барон Волков. Увидев меня, он тут же подошёл.

— Юрий! Я как раз собирался звонить. Тут сложный случай, а вы, я слышал, великолепный диагност.

— Научился кое-чему на съезде целителей, — скромно ответил я.

— Посмотрите пациента? — спросил Геннадий Максимович.

— Конечно, — кивнул я.

Взял в ординаторской белый халат и отправился к пациенту.

Им оказался мужчина лет сорока, поступил с непонятными симптомами. Постоянная слабость, головокружения, потеря веса. Обычные методы диагностики ничего не показывали.

Я осмотрел его ауру и сразу увидел проблему.

— Интересно, — задумчиво произнёс я.

— Что там, ваше благородие? — встревожился пациент.

— Физически вы здоровы. Но есть нарушение в энергетических каналах. Блокировка в районе солнечного сплетения. Отсюда и симптомы.

— Это лечится? — ещё сильнее забеспокоился он.

— Сейчас узнаем, — я хрустнул пальцами и взялся за дело.

Сначала — стандартное целительское воздействие, чтобы стабилизировать состояние. Потом — аккуратная коррекция ауры в проблемной зоне.

Я осторожно разрезал Пустотой застоявшийся канал, создав микроскопическое рассечение, а затем восстановил нормальную циркуляцию энергии.

Не зря практиковался на себе и Свете — вся процедура заняла не больше пятнадцати минут.

— Как вы себя чувствуете? — спросил я.

Пациент моргнул, потом широко улыбнулся.

— Ничего себе… Знаете, такое ощущение, будто отлично отдохнул! Я уже забыл, каково это — чувствовать себя полным сил. Голова совсем не кружится!

— Так и должно быть. Приходите через неделю на контрольный осмотр, — улыбнулся я.

— Обязательно! Спасибо, ваше благородие! — мужчина поклонился.

Он ушёл, а я остался в кабинете, обдумывая результаты. Ауральная коррекция работала. Нужно продолжать практиковаться в этом направлении.

Со временем, возможно, я смогу не только восстанавливать, но и усиливать ауру других людей… Ведь получилось же у меня слегка доработать свой целительский дар во время экзамена? Получилось. Значит, можно попробовать усилить любой магический дар и не только.

В этот момент зазвонил мой телефон.

— Юрий Дмитриевич? Вас беспокоят из канцелярии Совета родов, — произнёс незнакомый голос.

— Слушаю.

— Вам необходимо явиться на заседание Совета. Завтра, в десять утра.

— По какому вопросу?

— Рассмотрение вашего ходатайства о присвоении графского титула. Возникли некоторые сложности…