ЛОГОВО ТЬМЫ

Глава 19

Дарси рысью пробиралась сквозь темноту, одной рукой держась за плечо Грега, другой хватаясь за металлический прут перил.

Ремень на ее груди начал сползать. Перед тем как они покинули причал, Грег обмотал ее ремнем, чтобы закрепить сложенный платок на ране. Она возражала против этого, не желая тратить время на наложение импровизированной повязки, но он настоял.

- Если ты потеряешь много крови, упадешь в обморок, - сказал он ей, - это еще больше замедлит наше движение - мне придется тебя нести.

- Кровь не так уж сильно течет.

- Мы никуда не пойдем, пока я тебя не подлатаю.

- Ладно, - согласилась она.

Стоя в кромешной темноте, Дарси расстегнула ветровку и сняла пояс. Достав из переднего кармана брюк свой промокший носовой платок, она протянула его Грегу. Девушка почувствовала, как его пальцы осторожно исследуют ее кожу, и вздрогнула, когда он коснулся края раны.

- Мы уже потеряли так много времени, - прошептала она.

- Еще пара минут ничего не изменит.

- Может изменить.

- Признай, Дарси, мы их не догоним. - Он приложил платок к ее ране. - Подержи. - Она так и сделала, отдав ему ремень. - У них слишком большая фора, - сказал парень. - Они доберутся до остальных еще до того, как мы пройдем половину пути. А когда они поймут, с каким количеством им придется иметь дело, вероятно, вообще не станут нападать. Просто понаблюдают какое-то время, или сразу повернут назад. И тогда наткнутся на нас.

- Мы должны пойти за ними.

- Я знаю.

- Пусть они уже и у лифтов, но мы должны попытаться.

Ремень опоясывал ее тело, чуть ниже груди. Грег коснулся ее пальцев.

- Вот так, - прошептал он и затянул пояс. Ремень обхватил ее, как жгут, и она зашипела от боли, когда он надавил на рану. - Если он будет слишком свободным, толку не будет.

Дарси кивнула, а потом поняла, как глупо было кивать в такой темноте.

- Все в порядке.

Она нащупала его плечи и притянула к себе. Его холодная кожа соприкоснулась с ее грудью и животом. Девушка чувствовала, как вздымается и опадает его грудь, как бьется его сердце. Грег погладил ее по волосам.

Если мы пойдем туда, - подумала Дарси, - он может погибнуть. Да и я тоже.

- Если мы не сможем догнать дикарей, - сказала она, обнимая его, - то, по крайней мере, сможем присоединиться к остальным и попробовать дать им отпор.

- Ты уже достаточно сражалась, - сказал ей Грег.

- Мы можем спасти жизни. Даже если мы спасем только одну...

Но что если это будет стоить Грегу и мне жизни?

Может, нам лучше где-нибудь затаиться?

- Что бы мы ни делали, - сказал Грег, - нет смысла оставаться здесь. - Он отстранился от нее. На мгновение его руки слегка коснулись ее груди. Затем нашли ее лицо. Парень притянул ее к себе, поцеловал в нос, затем в губы.

- Готова? - спросил он.

- Да.

Дарси услышала тихий щелчок.

- Что это было? - спросила она.

- Я вытащил кость из своих трусов.

Она засмеялась и не могла поверить, что может смеяться в такой ситуации.

- Ты действительно... держал эту штуку в трусах?

- Прямо там, рядом с другой штукой.

- Извращенец.

- Давай пойдем уже.

Ее смех утих.

Грег пошел впереди, Дарси вцепилась в его плечо.

Каким-то образом им удалось пройти по причалу, не упав в озеро. Когда бетонная дорожка оказалась под ногами, он повел Дарси влево, пока они не дошли до перил. Опираясь на металлический прут, Грег прибавил скорость.

- Быстрее, - торопила его Дарси.

Вскоре они уже бежали трусцой в полной темноте.

Ремень крепко держался на ее груди, пока Дарси не начала тяжело дышать. Каждый раз, когда она выдыхала, он немного сползал вниз. Теперь он висел у нее на талии, и она чувствовала, как теплые струйки крови стекают по животу.

Это меня не убьет, - подумала она.

Мы должны быть хотя бы на полпути.

На полпути.

- Грег?

Он остановился.

- Давай попробуем покричать. Мы достаточно близко, они должны услышать нас, если мы их предупредим.

- Ты так думаешь?

- Звук здесь разносится далеко.

- Ладно. Но это выдаст наше местоположение. Как только мы это сделаем, нужно будет уйти с дорожки. Не хочу, чтобы эти...

- Неееет! – раздался вдалеке женский крик.

Следом до них донеслись другие голоса, слишком слабые, чтобы их различить.

- Отпусти меня! Что тебе нужно? – отчетливо послышался тот самый женский голос.

По спине Дарси пробежал холодок.

- Они уже там, - прошептал Грег.

Кто-то закричал.

Тьма сотрясалась от криков и воплей.

* * *

Кэти начала плакать.

- Кто-то просил о помощи? - прошептала Джин срывающимся голосом, - Что-то произошло.

- Нападение, - прошептал Уэйн. - Что-то вроде... Я не знаю.

Он слышал рычание, вздохи, удары, даже смех. И плач своей дочери.

Они сидели втроем, сохраняя молчание, понимая, что молчание - это убежище, скрывающее их от захватчиков. Теперь же плач дочки грозил выдать их.

- Кэти, - прошептал он. - Не надо. Тише. Пожалуйста, милая. Если нас услышат, они нас схватят!

- Кто? Кто нас схватит?

Когда это началось - минуту назад? пять минут? - казалось, что это длится уже вечность, - подумал он. - Что это шутка? Кто-то воспользовался темнотой, чтобы напугать кого-то?

Затем кто-то закричал:

- О, Господи, он мертв! - и Уэйн понял, что это не шутка. Через несколько секунд вокруг стали раздаваться крики страха и боли.

Это скоро прекратится, - говорил он себе. - Просто закончится, как землетрясение в Лос-Анджелесе, - в 1972 году, будучи аспирантом, он пережил этот катаклизм. Когда произошло землетрясение, он думал, что умрет, но ничего не сделал для своего спасения, просто сидел на кровати, и все вскоре закончилось. - Так будет и сейчас. Если мы будем сидеть тихо и не издавать ни звука, все прекратится, и с нами все будет хорошо.

Но это не проходило. Все становилась только хуже.

Уэйн чувствовал себя так, словно его затянуло в сюжет одного из его собственных мрачных романов.

И подумал: это не книжный сюжет. Вот же дерьмо!

Она должна перестать плакать!

Потянувшись в темноте, он дотронулся до Кэти, и она вскрикнула.

- Все в порядке, милая, - прошептал он. Мужчина погладил ее по щеке, потянулся за ее спину и нащупал Джин. Кэти, должно быть, сидела на коленях у матери, как и до пожара в лифтах. - Не волнуйся. Ничего...

- Не дай им убить нас, папа.

Что я могу сделать? - подумал он. - Я чертов писатель, а не Чак Норрис.

Чертов слабак.

- Папа.

- Ложись, молчи и не двигайся, - сказал он. - Вы обе. Джин, закрой ее собой.

Затем Уэйн крутанулся на месте, и его тут же омыло брызгами крови, которая хлестнула в его лицо, в глазах защипало, и мужчина стал отплевываться.

Кровь толстухи, - подумал он.

Они близко. Чертовски близко. Мы следующие!

Капли крови орошали его лицо, как моросящий дождик. Он подполз к толстухе, нащупав ее толстые ноги. Женщина дрыгалась в конвульсиях, словно ее било током. Уэйн пошарил руками по ее телу и нашел сумочку. Вскрикнул и отпрянул в сторону, когда что-то резануло его по уху и щеке, но не выпустил сумочку из рук. Он открыл ее, покопался внутри и достал спичечный коробок.

Дрожащими пальцами он вырвал спичку и чиркнул ею.

На мгновение вспыхнул свет.

Мужчина увидел сидящую перед собой толстую женщину, которая билась в конвульсиях, закатив глаза. Из ее перерезанного горла хлестала кровь. Брызги крови затушили спичку, но прежде чем тьма опустилась, Уэйн увидел, как мимо него пронеслась скрюченная фигура.

В сторону Кэти и Джин!

Он сунул спичечный коробок в зубы, освободив руки, и рванулся вперед, повалив толстую женщину на спину. Ее голова ударилась о каменный пол. Стоя на коленях на ее мягком, вздрагивающем теле, он нащупал на ее плечах шаль и сорвал ее с нее.

- УЭЙН! - закричала Джин.

Он попятился назад, сворачивая шаль в клубок. Закружился вокруг. Чиркнул спичкой и увидел в дрожащем свете пламени спички свою жену, заслонившую Кэти, лежащую на земле (хоть раз она сделала то, что ей сказали), и мужчину, склонившегося над ними с каким-то острым оружием в руках.

Мужчину с лицом, белым, как мел, спутанными черными волосами и кустистой бородой. Он был одет в стеганый розовый халат, отделанный кружевами, спереди пропитанный кровью.

Когда спичка вспыхнула, он зажмурил глаза и отвернул голову.

Казалось, он был ошеломлен светом.

Затем он прикрыл рукой глаза, и занес оружие для удара, но шаль в руках Уэйна уже превратился в огненный шар, когда тот поднес ее к пламени спички. Когда острие стало опускаться на Джин, Уэйн бросился к нему и метнул пылающую тряпку ему в лицо.

Тот вскрикнул. Уэйн отбросил его назад, приземлился на него сверху, перекатился, поднялся на четвереньки и рывком повернул голову к пламени.

Нападавший, с пылающей бородой и волосами, корчился на спине и кричал, борясь с пылающей шалью на своем лице. Казалось, она запуталась в его руках. Когда он смог отбросить ее в сторону, рукава его халата уже горели. Незнакомец вскочил на ноги, завертелся и захлопал руками, затем проскочил мимо Джин и пустился бежать. Он пронесся мимо распростертых трупов, мимо людей, сжавшихся в ужасе, мимо кого-то на земле, кто протянул руку и подставил ему подножку. Он споткнулся, упал, поднялся и, пошатываясь, побежал дальше.

Наверное, надеется добраться до воды, - подумал Уэйн.

Когда он скрылся из виду и все снова погрузилось в темноту, Уэйн подполз к Джин и Кэти.

- Вы в порядке? - задыхался он.

- Да, - дрожащим голосом ответила ему Джин. - Да.

- Ты поймал его, папа?

- Еще бы.

* * *

Когда Кайл перерезал ей горло, кровь хлынула по его руке. Он отпустил ее волосы и отступил назад от ее содрогающегося тела. Мгновение спустя ее голова ударилась о каменный пол пещеры.

Зажав перочинный нож между зубами, парень двинулся вперед. Ее кровь забрызгала его брюки, его торчащий из ширинки член. Оказавшись за пределами брызг, он повернулся к тому месту, где она, должно быть, лежала, и опустился на колени. Потянувшись вниз, малолетний убийца коснулся ее голой ноги. Голени. Она дрожала.

Еще жива. Трахни ее быстро, пока она еще жива и дрожит.

Пока они не появились.

Он переполз через тело и оказался у нее между ног.

Позади него продолжался хаос. Безумные звуки борьбы и резни.

Все тело Кайла дрожало от ужаса и нетерпеливого возбуждения.

Безумцы были там, погружали мир в кошмар, и никто не знал, что он был здесь с Полой. Он был невидим для них, для всех. Он мог делать с ней все, что хотел. И никто и никогда не узнает об этом.

Все подумают, что это сделали безумцы.

Парень скользнул руками по ее дрожащим бедрам, просунул их под влажную юбку.

Юбка?

Что...?

Вытащив руки из-под юбки, Кайл потянулся выше и коснулся еще более влажной ткани.

Блузка?

Парень сжал мягкие бугры ее грудей через ткань. Судя по ощущениям, лифчика на ней не было, но...

Где, черт возьми, она взяла эту одежду?

Он успел снять с нее практически все, когда схватил ее у ручья.

Пола должна быть голой!

Это не Пола!

Он вспомнил, как преследовал ее в темноте. Он был прямо за ней. Она была совсем рядом, когда он перелез через перила, и протянул руку, вцепившись в ее волосы... чьи-то волосы.

Я убил не того человека.

Теперь я никогда ее не поймаю, - подумал он, - хотя, какая теперь разница?

Кайл распахнул блузку и зажал в ладонях большие, теплые груди. Затем задрал юбку и нащупал трусики. На ней их не было.

Отлично.

Кто она?

Кого это волнует.

Кайл сложил нож и сунул его в карман. Наклонившись, он потерся лицом о ее грудь. Размяв одну грудь, он взял сосок другой в рот и глубоко засосал.

Раздался высокий крик. Не этой женщины. А откуда-то позади него.

Еще одного прирезали.

Он укусил грудь, и почувствовал, как кровь наполняет рот.

Крик рядом стал громче.

Затем вспыхнул свет.

Оранжевый, трепещущий свет.

Кайл вскочил на ноги, запаниковав, и уже собирался оглянуться, когда кто-то с горящей головой и в пылающем одеянии рухнул на пол пещеры рядом с ним.

Не более чем в метре от него.

Парень почувствовал жар пламени и подумал:

Господи, теперь меня все видят!

Безумцы могут увидеть меня!

Он начал отходить в тень.

И тут увидел лицо женщины, которую убил.

Лицо блестело от крови.

Но он узнал это лицо, хотя не видел его уже несколько лет.

Его сознание перевернулось.

Поскуливая, он слез с тела матери и побежал в темноту.

* * *

Кельвин, стоя на обломках внутри кабины лифта, наблюдал, как охваченный пламенем человек пробежал в сторону ручья и упал через перила рядом с мальчишкой, который тут же слез с кого-то и убежал.

Другие тоже позажигали спички, последовав примеру того парня, который поджог нападающего. В свете пламени спичек Кельвин увидел, как люди срывают с себя свитера и рубашки и поджигают одежду. Через несколько секунд площадка перед лифтом осветилась множеством самодельных факелов.

Множество людей лежало ничком – некоторые прикрывали головы руками, подобно страусам видимо полагая, что такая поза – я не вижу, значит, и меня не видят – защитит их от убийц, некоторые были уже мертвы.

Если бы мы остались там, - подумал Келвин, - были бы сейчас в самом пекле.

Когда Келвин понял, что все серьезно, а не просто чей-то розыгрыш, он протащил Мэвис сквозь толпу в темноте и затащил ее в лифт. Там они были в безопасности, защищенные с трех сторон стенами кабинки. Заблокировав вход, он размахивал тростью из стороны в сторону до тех пор, пока не стали зажигаться огни, и старик не увидел, что к ним никто не подбирается.

Он обозревал кошмарную сцену в толпе. Обнаженную безоружную девушку удерживал один из экскурсантов, а его беременная жена визжала так, словно ее укусила собака. Девушка билась, корчилась и пиналась в его хватке, пытаясь укусить удерживающего ее мужчину.

Девушка, одетая в шикарное бальное атласное платье склонилась над толстяком и била его в живот чем-то, похожим на кость, пока он ревел и брыкался. Кельвин не успел и глазом моргнуть, как двое геев набросились на нее и повалили с ног.

Справа полдюжины людей боролись друг с другом и кричали. Однако их уже начали разнимать. Келвин догадался, что это экскурсанты, охваченные паникой, сражаются друг с другом, а вовсе не против напавшей банды.

В нескольких ярдах слева от себя Келвин увидел своего старого друга Слика, попавшего в беду. Парнишка Слика, запрыгнув на спину какого-то бородатого лешего в драной одежде, пытался помешать ему убить своего отца, а тот, замахнувшись ножницами, собирался всадить из лезвия в Слика. И только мальчик, удерживающий его за запястье, до сих пор не позволил ему пробить ими плоть Слика, которого нападавший удерживал на земле, встав на его грудь коленями.

Кельвин выпрыгнул из лифта, подошел к ним и замахнулся своей тростью.

Набалдашник трости в виде медной головы лошади выбила все зубы лешему и откинула его назад. Тот завалился на спину, придавив парнишку своим весом.

Используя свою трость как клюшку для гольфа, Кельвин ударил нападавшего по яйцам.

Паренек выбрался из-под тела, выхватил ножницы из рук убийцы и вонзил их в его грудь.

Кельвин отступил назад и огляделся.

Казалось, ситуация в пещере приходила в норму.

Группа людей, которая дралась друг с другом, успокоилась и нервно охлопывала друг друга по плечам, словно извиняясь.

Геи пинали девушку в шикарном платье.

Голая девица, стоя на коленях, кивала парню, который ее схватил. Он отдал ей свою рубашку, чтобы она прикрылась.

Странно, - подумал Келвин. - Она одна из наших?

Он еще раз огляделся. Казалось, им удалось отбить нападение.

Теперь люди оплакивали погибших и ухаживали за ранеными.

Келвин, прихрамывая, вернулся к лифту. Он перешагнул через обломки и обнял Мэвис. Она тоже крепко обняла его.

- В следующий раз, когда захочешь осмотреть пещеру, Мэй, - прошептал он, - купи себе книжку с картинками.