Мёртвая душа

Глава 12

Сяору вдохнула тяжёлый горячий воздух. Сон начал медленно сходить. Затылок ныл, но терпимо, а вот глаза открываться не хотели.

В кромешной тьме она не сразу разобрала, где находится, попробовала пошевелиться, ощущая тесноту, запаниковала. Пришлось замереть, успокаиваясь.

Так, она в спальнике. Поэтому тесно. А нос её упирается в Лея.

Сяору полежала ещё немного. Вполне комфортно, даже, кажется, приятно, можно ещё поспать…

Нет. Что за глупости только в голову не приходят. Если проснулась, надо вставать.

Да.

Она аккуратно пошевелилась, боясь разбудить соседа, и с трудом выбралась наружу. Обернулась к Лею — спит. Хорошо.

Три спальника на шестерых — даже звучит страшно. Впрочем, спальники оказались двуместными, но это не помешало всем спать в обнимку. Судя по силуэтам лежащих на земле мешков, что Ян с Джианджи, что Фен-Фен с Тао — все они проснуться в том же положении, что и Сяору.

Ещё не рассвело, но она так много спала, что продолжать это дело было уже невозможно.

Вчера, в полусознательном состоянии и под действием целебных трав она не особо задумывалась о том, с кем делит своё личное пространство. И ей ведь так хорошо спалось… А сейчас возвращаться под тёплый бок соседа казалось чем-то ужасно неправильным.

Из-за ночной сырости костёр потух, трава, поваленные брёвна и стволы деревьев стали влажными. Сяору допила чай, оставшийся в котелке и принялась разжигать костёр по новой.

Древесина не поддавалась, но у них имелась газета, которая ярко вспыхнула, освещая всё вокруг. Только сейчас Сяору осознала, что в лесу слишком темно, она подняла голову, пытаясь разглядеть небо, но видела лишь едва подсвеченную черноту. Пасмурно.

Будет дождь?

Она поскорее развела костёр и поставила нагреваться воду, чтобы было чем прогреться за завтраком. Она чувствовала, что вот-вот наступит рассвет, а значит, скоро будить остальных.

Взяв фонарь, Сяору решила накрыть чем-нибудь костёр, чтобы защитить от возможного дождя, но не нашла вокруг ничего подходящего, а потому, с рюкзаком и винтовкой наперевес, направилась в сторону горы на поиски камней и крупных листьев.

Она была уже далеко, когда громыхнуло. Улыбнулась, почувствовав лёгкий ветерок, навевающий воспоминания о бейской прохладе, и продолжила путь.

*****

Юноши подскочили, услышав громыхание. Им показалось, что где-то пустили снаряд. Каждый из них ещё помнил огни революции, падающие самолёты и летящие со всех сторон пули. Они осоловело осматривались, пытаясь разглядеть окружающее. Небольшой костёр чадил, из котелка выплёскивалась кипящая вода, с шипением падая на угли.

— Это гром, — хрипло проговорил Ян. Они с Джианджи одновременно начали вылезать из спальника, но запутались.

— Бао нет, — Лей оглянулся.

— Может, отлить ушёл? — Фен-Фен широко зевнул и снова лёг, позволяя соседу первым вылезти из спальника.

— Ужасное пробуждение… — сказал Тао и подошёл к костру, чтобы снять котелок. — Как заботливо с его стороны. И как только в такую сырость костёр умудрился разжечь?

— Он из Бея, — Джианджи потянулся, хрустя всеми костями. — Там всегда сыро.

— Чёрт, а если он заблудится?

— Лей, — Джианджи не сдержал смешок. — Робао понимает лес лучше, чем мы все вместе взятые. Всегда смешно смотреть, как вы его недооцениваете.

— Как разговорился-то! — пробурчал Лей и начал собирать вещи.

— Почему не поговорить, когда есть о чём.

Началась лёгкая морось, необычная для этих краёв. В Донге дождь наступал внезапно и так же внезапно заканчивался.

— Сезон дождей, — морщась, проговорил Фен-Фен в небо. — Надо торопиться. Который час?

— К шести уже, — Ян сверился с часами, — поедим, и надо собираться.

Лей хмуро осмотрелся. Спокойствие остальных было ему непонятно. Бао, пришибленный на голову в самом прямом смысле этого выражения, в темень и с наступающим дождём шастает один где-то в лесу. Это ли не повод для беспокойства?

— Я поищу Бао, — решил он.

— Давайте вместе уж. Только сначала разольём воду по флягам… Что у нас по еде? Есть, что нужно готовить? — Ян быстро закидывал вещи в рюкзак.

— Если только банку тушёнки в костёр закинуть, — предложил Фен-Фен.

— Холодной поедим. Так, хлеб, вроде, ещё пригоден… Ладно, собираемся и идём.

— Бао, наверное, ушёл в сторону горы, — Лей посветил фонарём на землю. — Он же умный… вроде.

— Ты как озабоченная мамаша, — хохотнул Фен-Фен.

— Вон, следы его, успокойся, — Джианджи похлопал Лея по плечу.

Наполнив фляги, они на всякий случай выложили из камней стрелку в сторону горы, и пошли дальше. Дождь усиливался, морось превратилась в крупные капли, и юношам пришлось прикрываться огромными листами подорожника.

Бао и правда шёл в сторону горы, очень скоро они догнали его. Прикрываясь листами, щурясь от льющейся по лицу воды, они молча наблюдали за бейцем, смеющимся и кружащимся под разразившимся ливнем.

Расставив руки в стороны, Робао подставил дождю облепленное мокрыми волосами лицо. Вода стекала с его тела ручьями, а он и не пытался прикрыться, наоборот скинул китель, оставшись в одном лишь комбинезоне, тоже промокшем, и кружился, кружился, кружился.

— Бао! — первым окликнул его Лей. Смотреть на столь счастливого соседа было приятно, но с каждой секундой риск потерять этого самого соседа всё увеличивался. Что там может быть? Ларингит, воспаление лёгких, пневмония, отит, ангина…

— Лей! — обернулся Робао. — Это дождь!

— Я вижу! — им приходилось кричать, вода билась о листья и землю, создавая оглушающий шум.

— Первый дождь, который я вижу в Донге! Это невероятно! Капли такие крупные!

— Вот же… — пробормотал Лей и приблизился к другу. — Всё же по башке тебе надавали не без последствий… Совсем крышей поехал? Ты как собрался в таком виде в гору идти?

— Так ведь всё равно все промокнем, чего ждать? — хмыкнул Бао и вытер лицо руками. — Я китель в рюкзак убрал, он сухой, потом накину.

— Если не помрёшь по пути. Идём, уже время рассвета, мы можем подниматься.

Бао, довольный, помахал остальным, и достал из-под куста свои вещи.

— Я пошёл собрать камней, чтобы печку из них построить. Но вряд ли бы она помогла — так льёт! — он снова улыбнулся и покачал головой, словно удивляясь чему-то, только ему известному. — Идём?

— Идём, идём, — устало вздохнул Лей. Робао зашагал впереди всех, будто заведённая механическая кукла.

— Ты ему что за чай вчера давал? — тихо спросил Фен-Фен у Джианджи, а тот только плечами пожал. Они ускорились, пытаясь догнать своего младшего товарища.

У горного пути и правда стояли офицеры. Они казались искусно вылепленными статуями — были бездвижны, даже зонтики в их руках не шевелились, несмотря на ветер и тяжёлые капли. Курсантов пропустили без вопросов, и они быстрым шагом направились вверх, иногда поскальзываясь, но неизменно вставая.

Через час дождь прекратился, а ещё через час черноволосые головы нещадно пекло — земля парила, создавая душный туман, настолько вдруг стало жарко.

Робао расстегнул комбинезон, оставив верхнюю часть висеть вдоль ног, и теперь ходил в рубашке, прилипшей к рукам и спине. Идущие за ним друзья с доброй усмешкой рассматривали узкие плечи и худые руки.

Ян же высматривал корсет. Все знали, что Робао никогда его не снимает — что-то со спиной, кажется, упал с лошади? Подозрительная причина, разве рабы ездят верхом? Но, вспоминая тёплые отношения Робао и бейского принца, может, это и правда…

Корсет был почти незаметен — Робао носил несколько слоёв одежды — только на плечах через рубашку проступали толстые лямки.

«Интересно, Робао от него не устаёт?» — пронеслось в голове Яна. Он на секунду нахмурился и потряс головой — нечего об этом думать.

До самого конца пути Робао шёл впереди. Он ни разу не попросил воды, не остановился передохнуть — шёл и шёл, странно воодушевлённый. Словно тотем, там, на вершине, звал его к себе.

Он остановился только у огромного бесформенного камня, испещрённого письменами, и согнулся, переводя дыхание.

— Дошли наконец, — выдохнул Робао и повернулся к остальным с усталой улыбкой. — Странная глыба.

— Это единственный тотем, которому поклоняются и сподвижники учения Вейла, — Ян встал рядом. — Тотем Духа, энергии Ци.

— Наш, — Фен-Фен вытащил флаг, вставленный между ветвей одного из ближайших деревьев. — Что будем делать с последним жетоном? Где искать?

— Предлагаю прочесть заповеди духа, — Ян провёл ладонью по камню.

— Я не понимаю, — всмотрелся Бао. — Странные иероглифы, вроде и донгские, а вроде и нет.

— Да, это старый язык, им никто не пользуется, но в древних семьях детей обучают ему в рамках освоения каллиграфии.

— М-да, — Бао расстроенно вздохнул и посмотрел на старшего. — Я здесь не помощник, видимо.

— Попробуй прочесть, много схожих иероглифов. Да и округу надо осмотреть…

— Один он никуда не пойдёт! — тут же предупредил Лей.

— Курица-наседка, — шепнул Фен-Фен Тао, и они оба тихо захихикали.

— Идите вместе, — Ян закатил глаза.

— Да я бы и тут… — пробормотал Бао, но Лей уже тащил его в сторону. — Ну да, действительно, зачем интересоваться моим мнением…

— Накинь китель, уже холодно. Меня не прельщает мысль делить комнату с парнем, который сопли на кулак наматывает.

— Ты прав, — на удивление мирно ответил Бао и через пару минут, застёгнутый на все пуговицы, поднял на Лея глаза. Лей молча кивнул, и они медленно пошли вдоль деревьев, рассматривая каждое, а особенно те, в ветвях которых были флаги.

Вскоре к поискам присоединились и другие команды — все искали свои жетоны и никак не могли их найти. Когда на гору поднялся Кай, Лей увёл Бао подальше, а сам подумал — как хорошо было бы спустить этого урода обратно с горы. Кубарем.

Сяору

Увидев Кая, я, наконец, смогла выдохнуть. Живой и даже ходит сам — какое облегчение. Возможно, я переоцениваю свои силы, но было правда страшно, что я нанесла какой-то непоправимый вред. Я уже собиралась справиться о здоровье сокурсника, как Лей потащил меня подальше от тотема и общей толпы, мы оказались в небольшой роще.

— Кажется, мы никогда не найдём этот треклятый жетон, — вздохнув, я села под одно из деревьев. — Слышал, что Дун сказал? Они узнавали у офицеров — внизу жетона точно нет, значит, он где-то на горе.

— «Где-то», — хмыкнул Лей и сел рядом. Наши плечи соприкоснулись, и мне бы отодвинуться, но я уже так удобно устроилась…

— Не могут же закинуть жетоны в какое-то непонятное место? Гора огромная, логично, что спрятали где-то рядом с тотемом. Расскажи мне про него подробнее, — я слегка пихнула Лея плечом, привлекая внимание. Он сверлил взглядом мелькающих за деревьями сокурсников.

— Ладно… — он откинул голову на ствол дерево и искоса посмотрел на меня. Я отвернулась. — Тотем духа посвящён Ци. Её ещё называют пневмой, воздухом, дыханием, энергией и жизненной силой… Всё то, что появляется в начале. Ци — основа материального мира, существует ещё его противоположность — Ли, основа нематериального мира…

— Воздух? — перебила его. В голове пролетела какая-то мысль, но я не успела её поймать.

— Ты после этой фразы не слушал, что ли? — возмутился он. — Воздух — как первоэлемент, то, что появилось раньше других природных сил.

— Я слушал… Ладно, давай дальше.

— Внимательно слушай! — лицо Лея вдруг оказалось прямо перед моим, я дёрнулась, ударившись многострадальным затылком о кору, и уставилась в его чёрные насмешливые глаза. Сердце замерло, а потом вдруг пустилось вскачь, причиняя дискомфорт, в желудке защекотало. Меня лихорадит? — Внимательно! — повторил он.

— Отодвинься, — возмущённо толкнула его и уставилась в сторону. Не хватало ещё начать на него засматриваться!

— Так вот! Ци принято понимать по-разному, выделяют три смысла — Ци как универсальная субстанция вселенной, Ци как наполнитель человеческого тела, идущий вместе с током крови, и Ци как сердце, подчинённое воле и регулирующее чувство. В культуре Донга Ци — это великое начало, с Ци началось сотворение вселенной и представляющее собой единство разного, единство всех элементов.

Единство разного…

— Может, стоит подробнее изучить жетон «воздуха»? — предложила. — Ты говоришь, что Ци — это «воздух». Вдруг там подсказка?

Лей задумался, но вскоре встал и пошёл к тотему, бросив по пути:

— Сиди тут, я позову остальных.

«Сиди тут». Вот и буду сидеть! Очень удобно, между прочим.

Сначала пришёл Фен-Фен. Он помахал удивлённой мне и сел рядом. Потом пришли Ян и Тао, за ними — Лей с Джианджи. И все молчали.

— Что за странные махинации? — не выдержала.

— Чтобы за нами никто не увязался и не подслушал, — улыбнулся Лей. Все сели на землю, сформировав круг. — Итак, у кого жетон воздуха?

Джианджи положил жетон с выгравированной птицей на середину.

Долго сверлила его взглядом, но идей всё не было.

— Я просто предположил, что на нём может быть какая-то подсказка… — взяла жетон в руки и посмотрела со всех сторон. Ещё раз посмотрела. Передала по кругу. Жетон вернулся ко мне. — Чёрт…

Хотела было уже вернуть его Джианджи, как сквозь ветви прямо мне на ладонь упал луч солнца, и стала заметна тонкая полоска на ребре жетона. Я присмотрелась, переворачивая жетон и так, и этак. Теперь полоска была видна отчётливо. И как же мы раньше не заметили?..

— Смотри, — я показала находку сидящему ближе всех Лею, потом Фен-Фену. Остальные придвинулись к нам.

— Может, он делится на два? — Лей забрал у меня жетон, а я одёрнула руку. Да что это со мной? Как будто боюсь его. А я ведь не боюсь!

Лей попробовал раскрутить жетон, но у него ничего не вышло.

— Давай ты, у тебя пальцы тонкие, — он сунул его мне в ладонь. И ведь оказался прав, я обхватила кончиками пальцев обе стороны жетона, покрутила в разные стороны и у меня действительно получилось!

— Вейла! — воскликнул Фен-Фен и подскочил.

— Тихо ты! — зашипел на него Тао и так же шёпотом продолжил: — Ты гений, Бао! Мы теперь победим!

— Молодец! — Лей потрепал меня по голове, и за ним повторили все остальные, а я рассматривала жетон с выгравированным на нём анатомическим сердцем.