Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 10

Глава 19 Дети войны

В Домене Войны, месте, где время и пространство переплетались в бесконечный узор, царила тишина, но тишина эта была обманчивой, словно затишье перед бурей. На своем троне, выкованном из металла, добытого в сердце угасающей звезды, и костей великих воинов прошлого, восседал Малахай. Бог Войны, чье имя заставляло трепетать целые миры, сейчас выглядел разгневанным.

Его глаза, обычно пылающие яростью битвы, сузились, превратившись в две раскаленные щели, сквозь которые сочилось холодное, расчетливое презрение.

Перед ним, на коленях, склонив головы, стояли семеро. Его сыновья Полубоги.

Они были похожи на отца, как отражения в кривом зеркале — каждый унаследовал часть его мощи, но ни один не обладал его величием. Высокие, широкоплечие, с кожей цвета бронзы и железа, они излучали силу, от которой воздух вокруг них дрожал и искрился. В их жилах текла божественная кровь, смешанная со смертной, даруя им возможности, недоступные обычным людям, и амбиции, способные сжечь вселенную.

— Вы знаете, зачем я вас призвал, — голос Малахая был подобен грохоту камнепада в глубоком ущелье. — Мир смертных, Ориат, стал занозой в моем теле. Там появился выскочка, который посмел бросить мне вызов. Дарион Торн.

При упоминании имени в зале словно стало холоднее. Сыновья переглянулись. Они слышали об этом человеке. Слухи доходили даже до их ушей, искаженные, но все же пугающие. Смертный, который вошел в Чертоги без приглашения, унизил богов и ушел, хлопнув дверью. Поговаривали, что он посмел ударить Малахая. Но кто же посмеет пойти против самого Бога Войны. В подобное попросту не верили.

— Отец, — осмелился подать голос старший из них, Валос, чье тело было покрыто шрамами, словно картой завоеваний. — Кодекс запрещает нам вмешиваться напрямую. Если мы нарушим закон, Судья…

— Я знаю закон лучше тебя, щенок! — рявкнул Малахай, и его аура вспыхнула, заставив полубогов вжаться в пол. — Я не посылаю вас как носителей моего слова или как своих сыновей. Я посылаю вас как смертных. Вы рождены от смертных матерей. Ваша плоть уязвима, ваша жизнь конечна. Формально вы принадлежите миру людей так же, как и миру богов. Кодекс на вас не распространяется, пока вы не используете полную божественную форму.

Он поднялся с трона, и его тень накрыла сыновей, словно грозовая туча.

— Вы пойдете в Ориат. Вы найдете «Последний Предел», организацию этого выскочки. И уничтожите его филиалы, сожжете его склады, убьете его людей. Вы заставите его выйти из тени. А когда он появится… вы раздавите его.

Малахай усмехнулся, и эта улыбка не предвещала ничего хорошего.

— Покажите ему, что значит настоящая сила. Покажите ему, что такое гнев бога. И не возвращайтесь, пока его голова не будет лежать у моих ног.

Сыновья поднялись. В их глазах горел огонь, отражение отцовской ярости. Они жаждали битвы, жаждали славы и хотели доказать свою ценность. Для них это был не просто приказ, это был шанс возвыситься, стать чем-то большим, чем просто тенью своего отца.

— Мы не подведем, отец, — произнес Валос. — «Последний Предел» падет. Торн умрет.

Малахай махнул рукой, открывая портал.

— Идите. И пусть война начнется.

Западный филиал «Последнего Предела» располагался в портовом городе, на стыке торговых путей. Это был важный узел, через который шли поставки редких материалов и артефактов. Складские помещения, офисы, казармы для охраны, все было организовано с безупречной эффективностью, присущей стилю Кайдена.

Утро началось с грохота.

Ворота склада, укрепленные магическими барьерами и стальными плитами, просто взорвались внутрь, словно сделанные из картона. Осколки металла и камня разлетелись шрапнелью, раня охранников.

В облаке пыли стояла фигура.

Торг, один из сыновей Малахая. Гигант, закованный в шипастую броню из материала, которого никогда не было в этом мире, с огромным молотом в руках. Он шагнул вперед, и земля под его ногами задрожала.

— Жалкие черви! — проревел он. — Я разнесу это место! Сровняю с землей!

Охранники открыли огонь. Пули и заклинания ударили в броню полубога, но отскочили, не причинив вреда. Торг лишь рассмеялся, взмахнув молотом. Ударная волна смела защитников, разбросав их как куклы.

— Слабаки! — крикнул он, продвигаясь вглубь комплекса. — Несите мне достойного противника!

Но достойный противник уже был здесь.

Хлоя Монклер вышла из тени контейнеров. Она прибыла всего пару часов назад, чтобы продлить контракт ее семьи и «Последнего Предела» на поставку товаров из Западной Федерации. Хотела просто все решить на месте и решить еще парочку сопутствующих дел, чтобы помочь отцу. Но кто же знал, что все выйдет именно так.

На ней было ее любимое фиолетовое платье, которое выглядело странно неуместно среди хаоса и разрушений, но в руках девушки сверкали кинжалы, окутанные аурой Немезиды.

— Ты ошибся дверью, громила, — произнесла она холодным, спокойным голосом. — Это частная территория. И здесь не любят незваных гостей.

Торг остановился, разглядывая девушку.

— Ты? — он фыркнул. — Женщина? Ты думаешь, что сможешь остановить сына Малахая?

Полубог даже не думал скрывать свою природу и от кого он пришел. Чего ему бояться смертных?

— Я думаю, что смогу вырезать твое сердце и скормить его собакам, — улыбнулась Хлоя, и в этой улыбке было столько же тепла, сколько в леднике.

Полубог взревел и бросился в атаку. Его молот опустился, намереваясь расплющить наглую смертную.

Хлоя шагнула вперед и исчезла.

Распалась на вихрь фиолетовых лепестков, пропустив удар сквозь себя. Молот врезался в бетон, оставив кратер, а Хлоя возникла за спиной Торга, уже в прыжке.

Ее кинжалы вонзились в сочленение доспеха на шее.

Торг взвыл, пытаясь достать ее рукой, но Хлоя уже отскочила, оставив глубокие раны.

— Ты быстрая, — прорычал полубог, разворачиваясь. Кровь текла по его броне, но рана уже затягивалась. Божественная регенерация работала, как всегда, безупречно. — Но этого мало!

Он ударил молотом по земле, вызывая землетрясение. Пол склада пошел трещинами, контейнеры посыпались, создавая лавину.

Хлоя взмыла в воздух. Ее глаза вспыхнули фиолетовым светом.

— Правосудие Немезиды! — провозгласила она. — Ты приперся сюда и решил, что имеешь право устанавливать свои законы. Непростительно!

Сотни лепестков ликориса, острых как бритва, закружились вокруг Торга, образуя смерч. Они резали его плоть, пробивали броню, находили уязвимые места. Полубог махал молотом, пытаясь разогнать рой, но лепестков было слишком много.

— Ты всего лишь тень своего отца, — голос Хлои звучал отовсюду. — Ты полагаешься на силу, которую тебе дали, но не умеешь ею пользоваться. Ты жалок. Знай свое место!

Торг, разъяренный до безумия, сконцентрировал энергию в молоте. Красное свечение окутало оружие.

— Я РАЗДАВЛЮ ТЕБЯ!

Он метнул молот. Оружие летело, вращаясь, разрушая все на своем пути.

Хлоя же вскинула руку в сторону, призывая Весы Судьбы. Призрачные весы возникли перед ней. Молот ударился о чашу и… остановился. Его инерция, его сила, его ярость были взвешены и признаны недостаточными.

Девушка сжала кулак.

Весы наклонились. Энергия молота отразилась обратно, ударив в Торга.

Полубог отлетел, пробив стену склада и вылетев на улицу. Он упал в грязь, оглушенный и изломанный.

Хлоя вышла следом, ее платье развевалось на ветру, временами обнажая бедро. Она подошла к поверженному врагу, приставила кинжал к его горлу.

— Я бы хотела передать папочке, что его детишки плохо воспитаны, — сказала она. — Но у меня нет привычки оставлять врагов в живых.

Хлоя вскинула кинжал, лепестки ликориса тут же собрались вокруг него, формируя большой меч. Всего один удар, и жизнь жалкого полубога оборвалась.

— Чёртов дилетант. Даже демонюги Ферруса посильнее будут, — разочарованно выдохнула девушка.

На севере, в горах, где располагались шахты «Последнего Предела», другой сын Малахая, Бронн, решил устроить свое шоу.

Он был мастером копья, быстрым и смертоносным. Его атака на шахтерский поселок была стремительной. Охрана была сметена за секунды, здания горели. Бронн стоял на центральной площади, вызывая на бой любого, кто осмелится выйти.

— Выходите, крысы! — кричал он. — Где ваш хваленый защитник? Где Торн?

Вместо Торна к нему вышел Леон Монтильяр.

Южный Клинок был одет в простую меховую куртку, на поясе висела катана. Он выглядел спокойным, даже расслабленным, но его глаза были холодными, как лед вокруг.

— Торн занят, — сказал Леон, останавливаясь в десяти метрах от полубога. — Придется тебе довольствоваться мной.

Бронн рассмеялся.

— Ты? Какой-то мальчишка с зубочисткой? Да я тебя пополам сломаю!

Он метнулся вперед, копье превратилось в размытую линию. Удар был нацелен в сердце.

Леон не двигался до самого последнего момента, когда попадание казалось неминуемым. Потом, одним плавным движением он извлек меч. Раздался звон стали.

Копье Бронна было отбито в сторону. Леон сделал шаг вперед, войдя в ближний бой.

— Слишком широко замахиваешься, — заметил он.

Бронн попытался ударить древком, но Леон уже был сбоку. Ледяное Жало описало дугу, оставляя морозный след в воздухе.

Порез на боку полубога мгновенно покрылся инеем. Бронн зашипел, отскакивая.

— Магия льда? — он ухмыльнулся. — Я растоплю твой лед своей яростью!

Его тело окуталось красной аурой. Температура вокруг него поднялась, снег под ногами начал таять. Бронн атаковал снова, быстрее, агрессивнее. Копье наносило десятки ударов в секунду, пытаясь пробить защиту Леона.

Но Леон был подобен айсбергу, на пути которого тонут огромные корабли. Непоколебимый и холодный, словно настоящая крепость. Он парировал удары, уклонялся, контратаковал. Его движения были экономичными, выверенными. Школа Дариона, умноженная на собственный опыт выживания на севере.

— Ты дерешься как зверь, — сказал Леон, блокируя очередной выпад. — Но у зверя нет техники.

— Мне не нужна техника! У меня есть сила бога!

Бронн вложил всю мощь в удар, целясь в голову. Копье светилось от переполняющей его энергии.

Леон вздохнул.

— Скучно.

Он использовал Доминион Дуэли. Золотой круг вспыхнул на земле, охватывая их обоих.

Бронн почувствовал, как его сила… исчезает. Его божественная мощь, его ярость, скорость — все это было подавлено правилами поединка. Он остался один на один с мастером меча, лишенный своего главного преимущества.

— Что ты сделал⁈ — заорал полубог, паникуя.

— Уравнял шансы, — ответил Леон. — Теперь только мастерство.

Бой закончился через три секунды.

Леон проскользнул под копьем, ударил рукоятью меча в солнечное сплетение, выбивая воздух, а затем нанес рубящий удар по ногам.

Бронн рухнул на колени. Ледяное Жало замерло у его шеи.

— Ты проиграл, — констатировал Леон. — Уходи. И скажи своим братьям, что этот мир закрыт для вас.

Он убрал меч и отвернулся, даже не проверяя, послушается ли враг. Бронн, униженный, лишенный силы, пополз прочь, проклиная тот день, когда решил прийти сюда.

В деловом квартале столицы третий сын, Аргус, решил ударить по финансам. Он ворвался в банк, контролируемый «Последним Пределом», круша сейфы и распугивая клерков. Он всегда любил устраивать набеги, а потом купаться в золоте и сейчас решил не отказывать себе в удовольствии.

— Деньги — это кровь войны! — кричал он, швыряя золотые слитки в окна. — Я обескровлю вас!

Его остановила Зара.

Она вошла в банк через главный вход, одетая в деловой костюм, который, впрочем, не скрывал ее огненную натуру. Рыжие волосы были собраны в хвост, в руках она держала папку с документами. Это место девушка не очень любила, но что поделать, раз в месяц приходилось разбираться с отчетами ее клуба.

— Не могу поверить… — в ее глазах мелькнуло веселье. — Я уж думала, что этот день безвозвратно потерян, но нет, все же в мире остались настолько тупые люди, что готовы напасть на банк «Последнего Предела»!

Аргус, вооруженный двумя мечами, обернулся.

— Еще одна шлюха Торна? — он сплюнул. — Убирайся, пока я не сделал тебе больно.

Зара аккуратно положила папку на уцелевший стол. Сняла пиджак, оставшись в легкой блузке.

— Шлюха? — переспросила она, и воздух в помещении начал нагреваться. Бумага на столах пожелтела, пластик начал плавиться. — Какое грубое слово.

Ее глаза вспыхнули золотом.

— Я Апостол Лисары, богини Первородного Огня. И ты только что разозлил меня. А это обычно плохо кончается.

Аргус бросился на нее, но не успел сделать и пары шагов. Зара щелкнула пальцами. Пол под ногами полубога взорвался столбом белого испепеляющего пламени.

Аргус отскочил, его броня дымилась.

— Огонь? — он рассмеялся. — Я сын бога войны! Я рожден в огне битвы!

— Твой огонь — это искра от удара меча, — сказала Зара, шагая к нему. Вокруг нее распускались огненные цветы. — Мой огонь — это сердце звезды.

Она подняла руки, и зал превратился в инферно. Огненные хлысты, шары плазмы, волны жара. Зара управляла стихией, как дирижер оркестром.

Аргус пытался пробиться сквозь стену огня, но каждый шаг давался ему с болью. Его кожа покрывалась ожогами, волосы тлели, мечи раскалились так, что жгли руки.

— Слишком горячо? — спросила Зара с улыбкой. — А я только начала.

Она сжала ладони, и пламя вокруг Аргуса сжалось в кокон. Он оказался в ловушке, в печи, температура которой росла с каждой секунду.

— Сдаюсь! — заорал он, когда броня начала плавиться прямо на нем. — Сдаюсь!

Зара развеяла огонь. Аргус упал на пол, красный, обгоревший, дымящийся.

— Умный мальчик, — она подошла к нему, присела на корточки. — Вали отсюда. И передай папочке, что ему стоит лучше выбирать место, куда отправлять своих заморышей.

Аргус выполз из банка, оставляя за собой мокрые следы. Зара посмотрела на разгромленный зал, вздохнула.

— Кайден будет не в восторге от счета за ремонт…

Брина Синкроф встретила своего противника в лесу, на границе владений ее клана. Четвертый сын, Гарет, пытался провести диверсионный отряд через тайные тропы.

Гарет был осторожен, он чувствовал, что за ним следят. Но Брина была Апостолом Скади. Она была самим лесом. Стрела прилетела из ниоткуда. Она пробила плечо Гарета, пришпилив его к дереву.

— Засада! — крикнул он, пытаясь вырвать стрелу.

Вторая стрела ударила в ногу. Третья выбила меч из руки.

Гарет ревел от боли, но не видел врага. Брина двигалась бесшумно, меняя позиции, стреляя с разных углов. Она играла с ним, как кошка с мышью.

— Покажись! — орал он в пустоту.

— Я здесь, — ее голос прозвучал прямо над его ухом.

Гарет поднял голову и увидел ее, стоящую на ветке дерева. Лук натянут, наконечник стрелы смотрит ему в глаз.

— Уходи из моего леса.

Гарет, истекающий кровью, понял, что шансов нет. Он выдернул стрелы, с трудом встал и побрел назад, оставляя за собой кровавый след.

Брина проводила его взглядом, затем исчезла в листве.

И это был не единичный случай. Так по всему Ориату сыновья Бога Войны терпели неудачи. Один за другим.

Малахай в своем тронном зале рвал и метал.

— БЕЗДАРНОСТИ! — его рев сотрясал стены. — ВЫ ПОЗОР МОЕЙ КРОВИ! ВАС ИЗБИЛИ СМЕРТНЫЕ! ЖЕНЩИНЫ! МАЛЬЧИШКИ!

Его сыновья стояли перед ним, побитые, униженные. Они не смели поднять глаз.

— Отец, они… они сильные, — пробормотал Валос, который только что вернулся после неудачной попытки штурма штаба «Последнего Предела» в столице, где его встретили объединенные силы охраны и магические ловушки Арии. — У них есть апостолы. И они действуют слаженно.

— Мне плевать! — Малахай ударил кулаком по трону. — Я хочу голову Торна! Я хочу видеть, как его империя горит!

Он посмотрел на оставшихся сыновей. Тех, кто еще не вступал в бой.

— Вы! Идите и сделайте то, что не смогли эти ничтожества! Найдите его! Вызовите на бой! Убейте!

Сыновья поклонились и исчезли.

Малахай остался один, кипя от ярости. Он понимал, что теряет лицо. Другие боги смеялись над ним. Но он не сдастся. Он бог войны. И он доведет эту битву до конца.

Я сидел в парке, на скамейке и наслаждался солнечными лучами. День был спокойным. Люди гуляли, дети играли. Мирная идиллия. Тень лежал под скамейкой, грызя палку.

Я знал, что они придут. Чувствовал их приближение. Полубоги, Дети Малахая. Они искали меня, шумели, ломали все вокруг, пытаясь привлечь внимание. Но неожиданно для меня «Последний Предел» и сам спокойно справлялся с угрозой. С одной стороны, здорово, с другой… так и со скуки помереть недолго.

Поэтому я сижу здесь и жду, когда кто-то из этих полоумных придет и хоть немного меня повеселит. Ждать, как оказалось, долго не пришлось.

Из-за деревьев вышла фигура. Огромный, лысый, с татуировками на лице. В руках — шипастая булава. Он увидел меня и замер.

— Торн, — прорычал он. — Отец будет доволен мной. Наконец я покажу, что Драго на самом деле лучший его сын!

Люди вокруг закричали, начали разбегаться. Еще бы не убегать, когда здоровый детина начинает пылать кроваво-красной энергией и размахивать оружием.

— Вставай и дерись! — крикнул он. — Я пришел за твоей головой!

Тень даже не обратил внимания на противника, продолжая грызть палку. Собакен прекрасно понимал, что это даже не битва, а так, забава.

— Вы, ребята, такие утомительные, — сказал я, не вставая. — Всегда одно и то же. «Умри», «сдайся», «я тебя убью». Никакой фантазии. Наймите сценариста. Я серьезно! В дорамах неплохие речи у злодеев.

Драго взревел и бросился в атаку. Булава обрушилась на скамейку, разнеся ее в щепки.

Я уже стоял в паре метров от него, Тень тоже сместился в сторону, перекатившись через спину и продолжая грызть палку с таким интересом, словно она была намного увлекательнее полубога. Ну, в какой-то степени так оно и было.

— Ты разрушил муниципальную собственность, — заметил я. — Это штраф.

Полубог развернулся, атакуя снова. Удар сбоку, удар сверху. Он был силен, быстр для своих габаритов. Но… пуст. В его движениях не было искусства, только грубая сила и желание убить.

Я уклонялся, лениво переступая с ноги на ногу. Булава свистела в сантиметрах от меня, но ни разу не коснулась.

— Стой смирно! — орал Драго.

— Зачем? Чтобы ты меня ударил? Глупая просьба.

Он попытался использовать магию. Ударил кулаком в землю, вызывая волну силы. Асфальт вздыбился, полетел в меня кусками.

Я просто махнул рукой, рассеивая волну. Моя воля была сильнее его магии. Я был Хранителем этого мира. Я контролировал его энергию.

Драго замер, шокированный.

— Как…

— Ты в моем доме, парень, — сказал я, подходя к нему. — И ты ведешь себя невежливо. Боже, твой батя настолько туп, что думал, будто бы вы сможете хоть что-то сделать?

Я не стал доставать меч. Просто ударил его кулаком в живот. Короткий, резкий удар.

Драго сложился пополам, выронив булаву. Воздух вышел из его легких со свистом.

Я добавил коленом в лицо. Хруст носа, брызги крови. Полубог отлетел назад, упал на траву. Он попытался встать, но я наступил ему на грудь.

— Передай своему папочке, — сказал я, глядя ему в глаза, — что он мне надоел. Если он хочет драться, пусть приходит сам. А не посылает несмышленых детишек.

Я надавил сильнее, и Драго захрипел.

— А теперь убирайся. Пока я не передумал и не решил отправить тебя к нему по частям.

Я убрал ногу. Драго, униженный, избитый, пополз прочь. Он понимал, что ему повезло остаться в живых. Я смотрел ему вслед, чувствуя усталость. Не физическую, а моральную. Хотелось добротной драки.

Тень раскусил палку, отряхнулся и довольно гавкнул.

— Да, блохастый. Пошли домой. Ужин сам себя не съест.

Понравилась история? Жми лайк!

Продолжение: https://author.today/reader/556396