Море волнуется два…

Глава 6

Николетта

На обратном пути я успокоилась достаточно, чтобы уже не реветь, но еще не настолько, чтобы продолжать диалог. Даже если учесть, что мне по-прежнему было интересно содержание письма, которое Гутя оставила Ловцу, как и сам факт того, что она его в принципе написала. Что такого она не успела или не захотела сказать ему на словах в свой последний вечер?

Кемстер сказал, что мне это не понравится. Вполне возможно, поэтому, наверное, поступление неприятной информации стоит как-то дозировать. Тем более, что мы уже въезжали в ворота особняка Кали.

— Вы чего так долго? — взволнованно спросила Лилит, поджидавшая нас на террасе.

— Так получилось, — пробормотал Кемстер, решительно проходя мимо ведьмы.

Лилит вопросительно изогнула бровь, встретившись со мной взглядом:

— Ты ему что, хвост подпалила? — иронично хмыкнула она.

Я в ответ усмехнулась и пожала плечами.

— Вроде бы нет, — мы сели в кресла, и старая ведьма ободряюще сжала мою руку своей худой жилистой ладонью. — Знаешь, как-то мне сейчас не до того, чтобы разбираться с тонкой душевной организацией Ловцов.

— Охотно верю, — хмыкнула Лилит. — Тем более, что никакой души у них и нет.

— Серьезно? — мне послышалось какое-то брезгливое презрение в голосе старухи.

— Считается, что так, — она ушла от прямого ответа. — С древних времен марены считали их выродками, оружием своего божественного Отца, не способным ни мыслить, ни анализировать, ни чувствовать. Честно сказать, наш общий знакомец — первый, до кого снизошла дочь Океана. Не то, чтобы он был прям каким-то особенным красавцем или умельцем по любовной части, — неожиданно ухмыльнулась старая ведьма, — просто она была ужасно зла на своего жениха, а совсем юный Джехен ходил за ней, как привязанный.

Я понимающе хмыкнула, хотя представить Кемстера юным и влюбленным моей фантазии не хватало. Спросить бы у кого-нибудь о своих снах, что-то подсказывало мне, что и тут не все так просто — ведь Габриэль что-то говорил про связь марены и идущего по ее следу Ловца!

Единственный день общения показал, что этот скрытный и довольно жесткий тип хоть и небезнадежен, добыча хитрая и изворотливая. Только понять бы еще, насколько оно того стоит!.. Я покосилась на дорожку, ведущую за дом, где происходили сборы в дорогу. Ведьмы явно не собирались отказывать себе в комфорте, и стойко переносить все тяготы и лишения пути.

— Впрочем, это к делу не относиться, — пробормотала себе под нос Лилит и снова посмотрела на меня. — Все это было очень, очень давно... Смотри, детка, я смогу проводить вас не дальше Древней Пущи. Точнее, городишки недалеко от нее. Дальше начинаются исконные земли Океана, а злить сейчас твоего божественного папашу — не самая удачная идея. Ему, конечно, до моего ого-го, как далеко, но в вашем случае даже такие мелочи могут сыграть роль.

Не сразу поняв о чем она говорит, я открыла, было, рот поинтересоваться, но быстро сообразила. Океану действительно может прийтись не по вкусу присутствие огненной дочери, тем более, такой могущественной. Поэтому я спросила другое:

— А ведьмак, эльф, Фенрир? Они-то чего ради согласились?.. или эти их обязательства действительно так серьезно тяготят?

— Летта! Да им просто любопытно поглазеть на твою Великую Праматерь, — фыркнула ведьма. — Неужели ты не понимаешь, и для Габриэля, и для Иммераля путешествие с тобой — первое приключение за десятки лет! Можно очень любить спокойную жизнь и искренне хотеть, чтобы она продолжалась как можно дольше, но устоять перед остротой ощущений, которые придают ей совершенно новый вкус... Я тебя умоляю! Никуда они от тебя не денутся!

— Иммераль же там, вроде бы жениться собирался, — просто для уточнения хмыкнула я.

— Я тебе больше скажу, — подхватила Лилит. — На твоей подруге и собирался! Но, видишь ли, общение с тобой и Габриэлем, видимо, и на нем плохо сказывается — эльф уже тоже начал подумывать жениться по любви.

— С одной стороны, в этом ничего плохого нет, — рассудительно заметила я. — С другой — Лира очень хочет замуж, я не могу ее так подвести!..

— С третьей... — усмехнулась моя собеседница, поднимая глаза на вышедшего из дома Михаила с подносом. — С третьей, никто понятия не имеет, по какому принципу, если он вообще есть, эльфийский Оракул формирует пары. Может, как раз-таки по любви?

Я вздернула бровь. Не исключено, что она права, чем эта версия хуже любой другой? Тем временем, заботливый здоровяк расставил на столе тарелки с чем-то пахнущим очень вкусно, аккуратно подхватил стол и четко поставил его между нам.

— Давайте ужинать, вам выдвигаться скоро, — спокойно проговорил он. — А ты, теть Лиль, — он внимательно посмотрел на старую ведьму, — скорее всего права. Я в одной книжке древней читал, что в незапамятные времена Оракул отправлял эльфов искать предназначенную ему пару, в качестве инструкции выдавая только имя. Но автор упоминает, что ни один из них не ушел обиженным... то есть, — бородач клыкасто усмехнулся, — недолюбленным... в общем, вы поняли!..

Было видно, что слова Михаила Лилит озадачили, но не особенно встревожили. Она пожала плечами и кивнула.

— Тем более, Михайлушка, тем более... Надо нам помочь Летте добраться до кулона матери поскорее, да выпустить любовь обратно в наш мир... хм-хм... А не хочешь ли взять с собой кого-нибудь из ребят, да помочь Деверелю поскорее добраться до этой его банковской ячейки? Ить только тебе и сможем мы этого вампиреныша доверить!

— Теть Лиль, да я... — Михаил нахмурил кустистые светлые брови, несколько раз провел по бороде, разглаживая густую растительность, и, наконец, вынес вердикт: — Надо подумать мне.

Я хотела было язвительно полюбопытствовать, чем же он занимался только что, но побоялась услышать ответ, что все продемонстрированное было лишь подготовкой к мыслительному процессу. Тем временем, Михаил развернулся и пошел по дорожке, огибающей дом, в сторону заднего двора. Лилит склонилась ко мне и пояснила:

— У Михаила лет в двенадцать проснулась способность предсказывать будущее, но видения его так метафоричны, непонятны и зыбки, что частенько понять, что он видел, можно только после того, как событие произошло, — ведьма раздраженно поджала губы и двинула бровями. — Из-за этого малыш очень редко в последние годы заглядывает в будущее. Это ж и травы воскурить, и силу внутреннюю выпустить, чтобы она все тело заняла, и в собственные мысли по-особенному заглянуть... А там такое, бывает, встречается!..

Старуха с разочарованием махнула рукой и посмотрела вслед скрывшемуся за углом парню. Ого! Очень хорошо понимаю ее — такой полезный дар, а использовать себе во благо можно только с очень большим трудом! Но это не точно.

На ужин были тушеное мясо с овощами и салат из какой-то незнакомой мне зелени. Только проглотив первый кусочек, я поняла, как безумно проголодалась, поэтому поддерживать диалог даже на текущем уровне было невозможно.

Лилит с усмешкой смотрела на меня, с явной неохотой ковыряясь в собственной тарелке. В ответ на мой вопросительный взгляд, старуха пояснила:

— Ненавижу полезную еду, — она с подозрением покрутила вилку с насаженным на нее кубиком кабачка. — Совсем Кали с ума сходит с этим своим здоровым образом жизни — даже котлеты не жареные у нее, а на пару!

Лилит скривилась в абсолютном омерзении.

— Она скоро так и гонять бросит, и с мужчинами встречаться перестанет, — еще более печально продолжила дочь огня, все-таки прожевав кабачок. — И что мне тогда делать прикажешь? С кем дружить?

— Со своей кукушечкой? Ой... — вырвалось у меня прежде, чем я успела осознать кому и что я говорю.

Да уж, Николетта! С детства мне все говорили, что язык мой — мой же и злейший враг. И, хотя работа в конторе Готлиба с блеском доказала обратное, я все рано, как говорится, нет-нет, да и да. Вопреки моим опасениям, Лилит надтреснуто рассмеялась, кивком головы подтверждая мою правоту.

Ловец

— И каким же образом, а главное, о чем, мы можем с тобой договориться, ведьма? — усмехнулся я, откидываясь на спинку стула.

Странно, что стихийница заговорила об этом сама. Или я совсем разучился разбираться в людях, или ей от меня было нужно что-то такое, что пиритка совсем не одобрит. При этом, Кали не выглядела смущенной. Значит, интересы старухи не сильно расходится с интересами остальных. Что ж, послушаем.

— Не хами, дружок, — почему-то обиделась на "ведьму" Кали. — Думаешь, я не вижу, как ты на нашу внучку смотришь?

Улыбка стихийницы стала настолько похожа на оскал, что я невольно поежился. Вот, значит, на чем она меня подловила. Умно. А ты, Кемстер, если б лучше за собой следил, не оказался бы снова между двух огней. Причем, в прямом смысле слова — Лилит явно взялась опекать девчонку, несмотря на то, что та явно больше тянется к Кали, которая неприятно меня удивила своей осведомленностью. Уже смирившись с тем, что ты — последний, очень не хотелось поддаваться пустым надеждам. Да и решать такие вопросы, как мне всегда казалось, следует двоим, без участия старой сводницы.

— Что ты предлагаешь? — я вопросительно приподнял брови, внимательно следя за ведьмой.

— Женись на Летте, — тихо бросила она, перегнувшись через стол. — До того, как она предстанет перед Праматерью. Мы понятия не имеем, что за игру ведут высшие силы, а Лилит — хоть и любимая дочь старика Огня, но далеко не единственная. Мы можем пообещать Праматери вернуть недостающую стихию, но вот насколько она нужна в сложившемся равновесии? Почти сто лет — срок не маленький, высшие силы вполне могли договориться между собой о чем угодно. Поэтому ваш брак будет всяко надежней, чем то, что мы придумали...

— Ты простая такая, — насмешливо фыркнул я. — Женись! А ничего, что это должно быть добровольное решение со стороны девушки?

Я-то, конечно, не против, марена оказалась очень... необычной. По нашим меркам, тридцать лет — совсем детский возраст, а в том мире, где он выросла, насколько я понял из объяснений Алекса, она считалась взрослой женщиной, способной принимать решения. В том числе, в вопросах брака.

Только несмотря на то, что между нами пропасть прожитых лет и граница между мирами, было кое-что еще, в чем признаваться старухе я не собирался. Как на зло, в голове замелькали воспоминания о то ли снах, то ли видениях, в которых неизменно присутствовала беловолосая девчонка. "Значит, вот такая я особенная девочка" — эхом прозвучали ее слова из последнего видения, посетившего меня в Древней Пуще. Я помотал головой, сосредотачиваясь на том, что там говорила стихийница.

— ...Еще я взрослого мужика не учила, как соблазнять невинных дев, — ехидно бормотала Кали. — Правда, Летта уже не безголовая девица, а умная состоявшаяся женщина, но тем интересней должно быть... Если согласен, я заберу вас в свою машину и мешать не буду.

— Ты так и не сказала, в чем твой интерес, — осторожно проговорил я.

От одной мысли, что Николетта могла бы действительно начать испытывать симпатию ко мне, есть расхотелось окончательно. Кали все говорила и говорила, а мои мысли потекли в совсем уж невероятном направлении... От одного воспоминания, как она посмотрела на меня при первой встрече, становилось жарко. Я вспомнил, как она вырывалась на берегу и мысли окончательно покинули голову. Да что с тобой, Кем? Ну не было у тебя женщины давно, но с каких пор это — достаточный повод расплываться?!

— А вот это уже не твоего ума дело, Ловец, — тем временем покачала головой Кали. — Шевели мозгами живее, мне нужно идти собираться!

— Да сговорились вы что ли! — неожиданно для себя, я разозлился. — Может, это как раз не вашего ума дело?!

Никогда меня вопрос отсутствия стихии не интересовал, а вот сейчас прям заело — чего ради столько сильнейших магов охотится на одну несчастную девчонку!

— Гертру-у-уда, — понимающе протянула Кали. — Умничка моя! Она же тебе об этом в письме написала!..

— И еще кое о чем, — мстительно добавил я, бросив взгляд на дверь, за которой скрылся ее воспитанник. — Так что давай детиться...

— Я тебе что, амеба одноклеточная? — усмехнулась старуха, вставая. — Или ты думаешь, только женишься и злые чары спадут? Мы не в сказке живём, что бы там ни думала себе Николетта. Так что поедешь со мной и я глаз с тебя не спущу, Джехен. Будешь хорошо себя вести, помогу. Обидишь мою внучку — никакая Праматерь не поможет. Даже самая великая...

— Угрожаешь?

— Предупреждаю, — Кали коснулась дверной ручки и добавила: — тайна, которую знают трое, уже не тайна. Так что терять мне теперь особенно нечего.

Мы выехали спустя два часа. Старуха оказалась хитрее, чем я думал, и рядом со мной на заднем сидении оказался Габриэль Мериваль, тот самый ведьмак, сменивший в Древней Пуще свою бабку.

— Как тебя угораздило вляпаться в это эльфийское д...о? Ты ж не первый век на свете живешь?

— А тебя? — буркнул я, понимая, что он прав.

Мог бы и проверить заказчика, прежде чем соглашаться.

— Я князю-колдуну присягал, у меня и выбора-то не было, — сочувственно хмыкнул Габриэль. — А с Его Темнейшеством спорить не принято. Правда, подписывался я только проводить Летту до Рощи, но потом что-то пошло не так.

Он бросил на меня такой многозначительный взгляд, что я сразу вспомнил слова Кали про отсутствие необходимости сохранения тайны, которая и так всем известна. В подтверждение моих выводов, старуха посмотрела на нас в зеркало заднего вида.

К моему удивлению, сейчас она вела машину с нормальной скоростью и даже предложила поднять крышу. Не нам, конечно, а Николетте, но все же. Марена покачала головой, продолжая задумчиво смотреть вперед.

Алекс, эльф Иммераль и волколак Фенрир с комфортом расположились в пикапе Лилит. Михаил с нами ехать отказался, сославшись на то, что будущее не предопределено и туманно. Мол, как только появится ясность, он будет там и тогда, когда возникнет необходимость.

Очень хотелось спросить, что за бред, и не роняли ли бабки наследничка князя-колдуна в детстве. Но, наткнувшись на ехидный взгляд Кали, счел за лучшее промолчать. При этом стараясь не слишком откровенно пялиться на коленки девчонки, которая, как на зло, сменила штаны на шорты.

— Кемстер, — неожиданно подала голос с переднего сиденья марена. — А официально мне какие-то обвинения эльфы предъявляют?

— Что? — не сразу понял я ход ее мыслей.

С женщинами всегда так! Почему они уверены, что каждый мужик — Оракул, способный прочитать мысли и чувства без слов?! Вот она полчаса что-то думала себе сидела, а теперь с меня спрашивает какой-то ответ...

— Ты сказал, что этот, как его... Икиель?.. тьфу, язык сломаешь с вашими именами!.. из тайной службы эльфийского императора. Так вот, охота на меня — официальное мероприятие или он занимается шантажом и отловом девиц в свободное от работы время?

— Вряд ли Ладранель в курсе твоего существования, — с трудом понял я чего она от меня хочет. — Иначе бы в Роще ты и осталась. Стражи в первую очередь оповещаются о необходимости задержания беглых преступников.

— Ты слегка ошибаешься, — встрял в разговор ведьмак. — Мы бы в любом случае покинули бы Рощу. Просто... тогда бы одним поселком у эльфов стало бы меньше.

Девчонка обернулась, уставившись на своего спутника чуть ли не со священным ужасом.

— В отличие от тебя, — сделал вид, что не заметил этого Мериваль, — князь-колдун Василий дал мне полную свободу действий, окончательно распечатав силу кровной клятвы, когда ты переступил границу Древней Пущи...

— Так ты знал, что... — задохнулась от возмущения Николетта. — Габриэль, блин! Почему было сразу не сказать?! Что за дурацкая скрытность? С такими помощниками вредители не нужны!

Хм, а приятно, когда она орет на кого-то другого. Но ведьмак продемонстрировал завидную выдержку, спокойно подождав, пока марена выдохнется.

— Что я мог сказать — сказал. А мои домыслы в данном случае могли тебя больше напугать, чем принести пользы.

— Давай ты не будешь за меня решать, а? — она резко развернулась обратно, но ее злобное пыхтение мы и так прекрасно слышали. — Мне тридцать лет, я взрослая женщина и прекрасно могу о себе позаботиться! Да, в этом мире для меня еще много всего непонятного, — бормотал она себе под нос, но так, чтобы мы слышали, — но как я научусь адекватно оценивать опасность и реагировать на нее, если каждый будет диктовать, что для меня лучше?!

Поймав сочувственный взгляд Габриэля, я криво усмехнулся. Кажется, он все-таки нормальный мужик, хоть и ведьмак.

Воцарившуюся снова тишину нарушало только возмущенные фырканье марены и тихий ехидный смех старой стихийницы.