Наследие

Глава 29 Ариан Де Шай

Тонкие невидимые нити протянулись между ними, обновляя ослабевшие связи их аур. Многое случилось после помолвки, Мирра вернулась в свое тело, а он потерял сердце. Он чувствовал ее, но не мог четко уловить эмоции. Ариан усмехнулся, подхватывая со стола остатки напитка в бокале. А они у нее довольно занятны. Какой коктейль возмущения!

— Ах ты, ты... Шайн! — стиснув кулаки, зашипела она не хуже банши, будто этим словом пыталась смертельно его оскорбить. Ариан сделал глоток и поморщился, снова поражаясь гадкому вкусу зелья.

— Какое точное наблюдение, — невозмутимо откликнулся он. Девушка покраснела от обуревающих е чувств.

— А это не ты банши наслал случайно? Сердца у тебя нет! — подытожила она.

Помедлив, Ариан опустил руку с бокалом и пристально посмотрел на нее. Подрагивая от возмущения, девчонка ответила ему мрачным и обиженным взглядом. Если бы она знала, насколько права...

Порой он забывал о подарке Ашреи. Новое сердце ничем не отличалось от настоящего. Только эмоций у него становилось все меньше, а ярости все больше. Тьма текла по его венам, иногда казалось, что он уже мертв.

Только рядом с Миррой он иногда ощущал искры чего-то настоящего... Пусть даже это отзывалось болью в искусственном сердце, он готов был отдать все за моменты рядом с ней.

Но не до такой степени, чтобы насылать банши. Ариан помрачнел и поднялся, чтобы подойти к окну. Дождь хлестал по подоконнику, унылый и тяжелый, как слова нечисти.

«Аши-тай ур-рса тас-с».

«Грядущие смерти приведут к твоей».

Возможно, он что-то перевел неправильно? Демонический язык, которым пользовалась любая нечисть, не так прост для понимания. «Грядущие» смерти его мало волновали, но что значит, «приведут к твоей»? В свете турнира и козней богини — это тревожило и сбивало с толку. Ариан сделал глоток и хмуро взглянул на Мирру.

Ей говорить не стоит. Предсказания банши трудно изменить, а зная невесту, она обвинит себя, если кто-то действительно умрет. А кто-то умрет, банши никогда не ошибаются, и умрет скоро — предсказания этих тварей сбываются быстро.

Мирре понадобится защита, если его вдруг не окажется рядом. Судя по игле от Клариссы, фениксу ожидаемо не дадут покоя в стенах академии. Он наложил защиту на одежду, которую ей заготовил, но не накладывать же чары на стандартную форму? В этой своей нелепой одежде она и правда, как общипанный воробей. Вряд ли будет долго скорбеть по обноскам.

— Касательно формы, Мирра... — буднично заметил он, и девушка обхватила себя руками, верно уловив намек.

— Вот только попро... — Ее яростное предупреждение сменилось вскриком, когда он щелкнул пальцами. Ее форма вспыхнула, как свечка, занялась багровым пламенем: безобидным для тела, но губительным для одежды.

Сдержав довольную улыбку, Ариан тактично отвел взгляд, слушая ругань и звон безделушек с камина. Кем только девушка его не называла! Некоторые слова были совершенно незнакомыми, некоторые мило—безобидными. Посмеиваясь, Ариан цедил напиток и рассматривал ночь за окном.

— Да ты с ума сошел! Да я тебя, если только попробуешь!...

Ариан невозмутимо перевел взгляд на подпрыгивающую от возмущения девушку. Стиснув у груди скатерть с камина, она судорожно пыталась замотаться в нее, но от волнения у нее никак не получалось. Форма стремительно осыпалась с нее пеплом, исчезая на глазах и тая сверкающими искрами у босых ног невесты...

Вот такой она нравилась ему больше. Пожалуй, из одежды больше всего ей шло ее отсутствие. Ариан не смог отказать себе в оценивающем взгляде на невесту, особенно на стройные ножки, которые скатерть норовила продемонстрировать во всей красе.

Поставив бокал, он сделал к Мирре шаг, медленный и вкрадчивый, позволяя девушке сориентироваться. Крупно вздрагивая, она кусала губы и пятилась к двери ванной так, словно на нее надвигалась ледяная буря. Глаз с него не сводила и мяла скатерть, судорожно пытаясь не поворачиваться к нему обнаженной спиной.

— Н-не подходи!..

Он вежливо не стал смотреть в зеркало, где, наверное, все прекрасно отражалось, хотя соблазн был велик. Протянув руку, он заставил девушку вжаться в дверь.

— Не приближайся! — запаниковала она и кубарем ввалилась в ванную, когда он нажал на ручку. Шлепнувшись на пол, она зашарила по ткани скатерти, прикрывая все стратегически важные места; дождавшись, когда у нее это получится, Ариан молча подхватил ее под ноги, поднимая в воздух.

На его плечи обрушились тысячи ударов, но он, хмыкнув, разжал объятия, позволив девушке бултыхнуться в заготовленную воду. Она ушла под нее с макушкой, а когда вынырнула, посмотрела на него так, словно готова придушить.

— Ты чертов!.. — сдавленно выругалась она, отплевываясь от пышной пены. Ариан с усмешкой облокотился на край ванной.

— Прости, но от тебя банально воняет, — вежливо прокомментировал он и бросил на бортик ванной платье. — Твоя домашняя форма, мой феникс. Если не нравится, можешь воспользоваться скатертью...

Он зажмурился, когда девчонка от души плеснула ему в лицо водой. Воинственная! И забавная. Он скользнул взглядом по ее фигурке, скрытой пеной. Уязвимость и обнаженность ей к лицу. Захотелось забыть о том, как правильно, и поступить так, как хочется. Провести ладонью по ее округлым бедрам, коснуться красивой кожи... Она была красива всегда, но сейчас особенно желанна.

Возможно... Однажды?..

Он постучал пальцами по краю ванной и выпрямился. Девушка настороженно и почти не дыша, следила за ним. Ее сотрясала мелкая дрожь.

— Принимай ванну. Жду тебя к чаю, — сухо приказал он, а заметив, как девушка удивленно вскинула брови, зловеще улыбнулся. — Нальешь его, — пояснил он. — Очень в горле пересохло, дорогая. Так что поторопись, я быстро теряю терпение.

Невнятное рычание и шипение прозвучало ему вслед. Кажется, девушка его проклинала, либо ругалась, на чем свет стоит. Закрыв дверь, он услышал короткий звук удара, будто форма полетела вдогонку.

— Хм...

Хорошо, что он не сказал насчет ночной сорочки, новых форм и корсетов. Носить она будет то, что выбрал он и на что наведены чары защиты. Но, кажется, девушка не выдержала бы подобных новостей.

Вздохнув, Ариан вернулся в кресло, ожидая возвращения мокрого феникса, и помрачнел. Ее участие в турнире может стать большой проблемой. Он был бессилен что-то изменить, но предсказание банши обеспокоило его. Он швырнул сахар в чашку чая, помедлив, добавил еще кубик. Любит ли она сладкий чай? Все девушки любят сладкое или нет? Он сам ненавидел сахар в чашке, но ради феникса приобрел сахарницу, пусть порадуется.

Ее ждут непростые времена, ей понадобятся силы. Все, что он может сделать, это выгнать ее из турнира. Первые испытания будут не такими сложными, но из последних выйти можно только через смерть. Там начнется совсем другая игра...

Пока турнир не вышел в финальную стадию, она должна оказаться в выбывших любой ценой. Если придется действовать жестко, он пойдет на это. Те команды, которые войдут в финал, не станут ее жалеть, как и многочисленная нечисть — без сомнения, последние испытания будут кишеть тварями разных видов.

Ариан прищурился, наблюдая за дождем. Что-то подсказывало, Мирра не оставит идею добыть Маску. Отказаться от турнира она не сможет, требовать этого от нее — значит, навлечь на нее гнев богов. От Оракула никогда и ничего не скрывалось, ее добровольный отказ от турнира могут расценить, как бегство.

Что ж, есть и честные методы... он заметил, что в задумчивости отхлебнул из чашки, и поморщился, решив, что зелье было лучше по вкусу… если придется, он выгонит Мирру из отбора, хочет она того или нет.