Наследие

Глава 76

Он был обречен, еще когда вступил в договор с богиней. Но больше всего на свете Ариан желал, чтобы Мирра жила, даже если его не станет. С ним или нет, что угодно, лишь бы она продолжила свой путь.

Ариан запрокинул голову, подавляя крик. Сцепил зубы, не позволяя себе слабости.

— А ведь ты мог стать моим князем... Правой рукой... — прошептала богиня, усиливая хватку. Ариан перехватил ее запястье, пытаясь подавить магию Ашреи, перехватить ее.

Но внезапно... боль исчезла, словно разорвался обруч вокруг его груди. Выдохнув, Ариан упал на колено, жадно глотая воздух. Всплеск магии захлестнул его.

— Не смей его трогать!!! — Мирра налетела на Ашрею маленьким сгустком пламени. Она полыхала ярче солнца, прекрасная в своей ярости.

Только не она! Предчувствие накатило внезапно, сердце закололо в ожидании неминуемого. На короткий миг он почти увидел, как рука Ашреи обрывает жизнь феникса...

Мгновение минуло, а с ним и само видение. Но осадок горечи и страха за бесценную для него девичью жизнь остался, тягостно ложась на сердце. Магией призыв посох, Ариан решительно вскинул голову, выискивая слабое место богини. Должен быть способ ее уничтожить!

Ашрея закричала, атакованная пламенем феникса. Плоть сползла с ее костей от соприкосновением с огнем. Зарычав со злобой и болью, богиня наотмашь ударила вихрем тьмы, и Ариан чудом успел выдернуть девушку из-под удара.

Обхватив жену за талию, Ариан прижал ее к себе, защищая своим телом. Хрупкая, уязвимая. бесконечно его! Он готов был отдать ради нее тысячи жизней, разве она не понимает, что у него нет ничего ценнее и важнее ее самой?

Ночь вдвоем вознесла его на вершины небес... а пробуждение обрушило в пучины ада. Поняв, что она намерена сделать и с чем может столкнуться, поняв, что может потерять ее. шайн готов был выть от отчаяния. Разве мог он не последовать за ней?

Не она должна рисковать собой. Он сам связался с Ашреей, это его вина.

Девушка удивленно вскинула голову, не поняв, в какой опасной близости от смерти находилась только что.

— Мирра, не вмешивайся, прошу тебя! — прошептал он, встретившись с фениксом взглядом. Что бы она ни делала с чарами на саркофаге, это сильно истощило ее. Ашрее не составит труда расправиться с Миррой сейчас, девушка и так едва держалась на ногах, умудряясь еще и воевать. — Уходи отсюда! Беги!!!

Ариан оттолкнул Мирру и вскинул руку, чтобы закрыть жену барьером, но вскричав, Ашрея атаковала его. В злобной, отчаянной ярости, она посылала в его сторону атаку за атакой, снова и снова, тесня к стене. Посох поглощал большую часть магии, с жужжанием он блокировал большинство атак...

Однако, почувствовав настоящую угрозу, Ашрея пришла в неистовство. Ее сила раскрылась в полной мере, Ариан зашипел, прижав ладонь к задетому плечу. Кровь заструилась, напитывая одежду; рука повисла безвольной плетью. как это не вовремя!

Ашрею не назовешь плохим воином. Пожалуй, она была лучшим магом и лучшей воительницей. Наклонив голову, богиня прожгла его взглядом. На ее разведенных в стороны рук заплясала кровавая тьма. Она разрасталась, ширилась, готовая сорваться с ее пальцев.

— Прощай, мой раб! — зловеще прошептала она.

Но Ариан, схватив посох, видел вовсе не ее ..

— Нет, Мирра! — закричал он. Но девушка, не слушая, прыгнула на спину Ашрее, ее руки охватило пламя феникса. С остервенеем она пыталась расправиться с богиней, уничтожить!

Магия слетела с рук богини, развеявшись без остатка, Мирре удалось отвлечь ее, хотя Ариан просил не вмешиваться. Непослушный феникс! Ариан крепко стиснул зубы, когда Ашрея сбросила девушку и, чтобы не позволить наброситься на феникса, ударил посохом прямо в ее черное сердце.

Магия завертелась шипящей тьмой, усиливаясь с каждым мгновением... она ударила Ашрею, отбрасывая ту на несколько шагов; богиня выгнулась, задохнувшись на шаге. Тьма охватывала ее, расползаясь щупальцами по ее груди, пульсировала, прожигая плоть.

Подавившись, богиня выплюнула сгусток черной крови, хлынувшей изо рта. Ее взгляд почти обиженно обратился к шайну. На мгновение Ариан поверил, что остался лишь последний удар, поверил, что дыхание Ашреи может оборваться, и сильнее стиснул посох, наполняя его мощью для решающего удара.

И это короткая, секундная заминка стала его глубочайшей, непоправимой ошибкой! Ашрея раскинула руки, с треском рассыпаясь на искры…

…Чтобы соткаться позади Мирры еще более сильной, чем до того. Богиня не колебалась и не дала ни секунды передышки, ни единого мгновения! За волосы вздернув фениса на ноги, она резко вонзила в ее спину руку, и Мирра выгнулась от боли, расширив глаза.

— Я же говорила... вы игрушки для меня, — прошипела богиня, выдергивая руку. Кровь стекала с ее пальцев, с грохотом падала на мрамор. сердце билось и рвалось в ее ладонях.

Время будто остановилось, ток крови ударил в ушах, заглушая его собственный крик. Душа рвалась на части, с каждым мгновением, уносящим чужую жизнь...

Судорожный вдох сорвался с губ Мирры, глаза закрылись, и девушка осела вниз, будто марионетка с подрезанными нитями. Темные волосы подхватил ветер, она застыла, пугающе неподвижная...

— Вы всего лишь пыль!!! — рявкнула Ашрея и сжала кулак, дробя кровоточащее сердце Мирры прахом. Ветер подхватил полыхающие искры, вплетая в бурю.

Закричав, Ариан стиснул посох. Тьма волнами прокатывалась по нему, требовала, звала, и Ариан дал ей волю! Бросившись вперед, он отшвырнул богиню к стене и вогнал в ее тело посох, прямо в сердце!

Ему хотелось защитить Мирру, спасти любой ценой, хотя он знал, что это уже невозможно. Ярость и отчаяние, горе затопили его. Ослепили, лишив разума!

Ашрея дернулась, но Ариан крепче потянул за ее волосы, посылая через посох рвущуюся на волю тьму. Богиня кричала, но магия иссушала ее, сжигала в прах!

Было все равно, он лишь хотел убить ее за то, что сотворила. Хотел поступить с ее сердцем так же, как она поступила с сердцем феникса!

— Твое время закончилось, Ашрея. — Зарычав, он вонзил посох еще глубже в мертвую плоть богини, вырвав у той крик боли. Магия проходила сквозь его ладони, сквозь него самого, будто пронизывала до краев!

Вложив в удар всю свои силы, Ариан провернул посох, раскрывая его лезвием. Ашрея зарычала, чужая магия, смешанная с магией посоха, рвала ее на части, разнося пеплом. Вскрикнув, она рассыпалась туманом, чтобы рухнуть двумя шагами далее на колени. Из ее горла исторгалась черная кровь, она кашляла и сгибалась от боли, содрогающей ее...

Плоть богини разрушалась. Кости к костям, туда ей и дорога!

Ариан крутанул в руках посох, готовый добить ее... Тьма отравляла Ашрею, всполохами прокатывалась под кожей. Холодно и безмолвно, Ариан наблюдал, как богиня задыхается, судорожно хватая ртом воздух, будто рыба, выброшенная на берег.

— Ариан! Пожалуйста, пощади меня! — захныкала она, протягивая к нему руки и привставая на колени. — Я сделаю для тебя все! Верну, кого захочешь! Просто будь со мной, и я верну ее!...

Ариан зарычал, ведь богиня знала, чего он хотел больше всего на свете! Любую цену за вздох жены, любую, какую только пожелает. Пальцы стиснули посох, кровь ударами стучала в ушах. Безумная, нелепая надежда цеплялась за него острыми когтями.

Он не мог ее убить! Если она может вернуть Мирру. он готов был на все ради этого.

Пальцы разжались, отпуская посох, Ариан знал, что делает величайшую ошибку, доверяясь той, которая так безжалостно оборвала жизнь Мирры. Знал, что богиня не даст им покоя, но чувство потери, отчаяние заставляли его хвататься за любой шанс, лишь бы посмотреть в любимые глаза снова!

Посох с глухим стуком покатился по полу. Ашрея замерла, вглядываясь в него. И вдруг метнулась вперед, проворно хватая оружие.

— Прости, дорогой, за обман! Ее теперь ничто не вернет! — злобно прорычала она, тяжело дыша.

Она сжала посох, протягивая его к Ариану, и шайн не стал ее останавливать, понимая, что это тщетно. Если Мирру нельзя вернуть… ему тоже нечего здесь делать. Магия заискрила по оружию, готовая ударить в него, испепелить. в руках Ашреи оружие, казалось, приобрело еще большую силу.

Богиня задрожала от мощи, напитывающей посох. Ее губы растянулись в торжествующем оскале.

Но вместо того, чтобы направиться к нему, вся эта мощь обратилась против Ашреи в полной мере. Раздался взрыв, богиню отбросило к дальней стене. Посох выпал из ее рук, покатившись по мраморному полу.

...Прямо к безмолвной фигуре мужчины, соткавшемся из теней. Равнодушно призвав посох магией, бог смерти сжал его уверенным движением. Ветер отбросил его черные волосы, взметнул полы мантии.

Руэлл. Ариан догадывался, что дракон в действительности был лишь отражением бога в смертном мире. И все же лицо Ашмодея стало неожиданностью; шайн стиснул руки, не зная, чего ждать от истинного бога смерти.

Вздрагивая всем телом, Ашрея походила на девочку, загнанную и напуганную. Краски схлынули с ее лица, она открыла рот, но не произнесла ни звука, будто была не в силах.

— Любовь моя, — произнес Ашмодей глубоким, мелодичным голосом. Переместившись к богине, он протянул ей руку. — Поприветствуй своего мужа.

В его голосе сквозила теплота, искренняя радость от встречи. Так сам Ариан смотрел на Мирру, смотрел, видя лишь ее. Готовый провести вечность, наблюдая, как солнечные блики скользят в ее волосах.

Из груди Ариана вырвалось едва слышное рычание. Все это время этот божок играл с Миррой, чтобы скормить девушку большой кошке! Не похоже, чтобы Руэлл ненавидел Ашрею. Не похоже, чтобы гневался или жаждал ее смерти!

Ашмодей подхватил Ашрею за локоть, поднимая. Его взгляд был полон чувством желанной встречи. Не вместе ли они все это задумали?

— Моя драгоценная, — прошептал Руэлл, притягивая богиню к себе. Он убрал ее волосы, задержав прикосновение. Долго всмотрелся в глаза, будто что-то искал, и богиня с надеждой подняла лицо, моля о пощаде. — Моя драгоценная...

Бог смерти улыбнулся, как редко улыбался в облике Руэлла. Будто действительно счастлив видеть эту змею! Его рука поднялась, пальцы скользнули по полуистлевшей коже богини. нырнули к шее.

— Ашмодей! — Богиня задохнулась, вцепившись в сомкнувшиеся пальцы бога. Улыбка Руэлла вдруг обернулась жесткостью. Он по-прежнему смотрел только на свою богиню, только на нее, но его губы поджались, а глаза полыхнули пламенем.

— Мне будет тебя не хватать, Ашрея, — прорычал он. — Впрочем, нет. Стоило убить тебя сразу!

Богиня расширила глаза, судорожно хватая ртом воздух, но Руэлл не изменился в лице. Через его руки проходила чудовищная сила, она вливалась в богиню мощным потоком. Он пропускал сквозь себя магию, неподвластную даже Ариану, она ластилась к нему, слушалась, как верная собачонка...

Ветер рвал одежду, путал волосы, жгуче колол смертельными иглами. В зале заискрили молнии, с грохотом ударяясь о стены, тьма сгустилась так плотно, что стало трудно дышать.

— Ты недостойна моего дара, Ашрея!

— Нет... Ашмо... — Тьма бугрилась внутри богини, будто рвалась прочь. Всполохи тьмы прокатывались под кожей.

Ашрея закричала, царапая свое горло. Ее кожа горела, разлетаясь прахом, испепелялась на глазах. Тени ныряли в нее, разрывая на части изнутри, она кричала неистово, отчаянно... Они шептали, пожирая ее изнутри, будто гончие псы бога смерти. Пировали, лакомясь плотью той, кому еще недавно служили!

Пока не раздался взрыв такой силы, что зал содрогнулся. Богиню буквально разорвало на мельчайшую пыль, и яркая вспышка разошлась от места, где она стояла...

Стены дрогнули, кусками обваливаясь на пол, колонны обрушились, сметенные волной тьмы. Буря заметалась под сводом святилища.

— Прощай. Моя любовь, — с презрением выдохнул бог смерти, вонзая посох в мрамор.

Равнодушно и холодно Ашмодей смотрел, как скользит подсвеченный пламенем прах той, кого он любил. Скользит, постепенно исчезая в заревах молний, растворяясь в тенях.

Молния сорвалась вниз, расколов на куски статую Ашреи...

...будто знаменуя окончание ее эпохи.