Не пара

Глава 11

Мать в переднике и с луковицей в руках выглянула в коридор на звук открывающейся двери.

— Настенька! Я пельмешки затеяла, тесто готово, фарш накрутила уже, осталось лук слегка обжарить и смешать и можно лепить. И Катя тоже помогать хочет! Переодевайся и присоединяйся скорее!

Что может быть лучше тихого домашнего вечера, когда твои любимые рядом? Раскатывать тесто, перепачканными руками мазнуть по дочкиному носику и вместе рассмеяться, держать свои руки поверх ее ручек, и показывать, как правильно заворачивать пельмени и смеяться над получающимися кракозябриками. Потом поставить пельмешки вариться и вместе перемыть посуду, расколотить чашку и ни капли не расстроиться — на счастье же!

Ася временами ловила на себе озабоченные взгляды матери.

Чувствует. Мамы всегда чувствуют, когда их ребенка что-то беспокоит или у него душа не на месте. Асина душа определенно была не на месте, а или витала, ангел знает в каких облаках или погружалась на самое дно Мариинской впадины.

Беспокойный день подошел к концу, Катя, зевая, посмотрела очередную порцию «Спокойной ночи, малыши» и отправилась в кровать. Ася посидела с ней немного, поцеловала и вышла.

— Ты куда ездила? — задала мать мучавший ее вопрос. — К Морозову?

— Да. Но ты не дергайся и заранее ничего себе не напридумывай — мы просто поговорили. Он предложил мне работу.

— Работу? — растерянно протянула мама. — А… А Катя как же?

— Одно другому не мешает. Я буду работать его личным помощником, к Кате он будет приезжать, в общем, детали мы еще не обговаривали.

— Ничего не поняла, ты у Морозова будешь работать личной помощницей? Только в Энске или поедешь за ним, когда он закончит здесь дела?

— Мама, я же говорю, детали мы не обговорили еще, — раздраженно ответила Ася. — Я спать пойду, очень устала.

Мама с тревогой проводила дочь взглядом.

Что же это делается-то? Настя будет работать с… ним? Да, догадывается она, какая у дочки там получится работа, как бы потом еще один ребенок не случился.

Она поможет дочери и прямо сейчас даст на авито объявление о продаже квартиры, а завтра пойдет собирать все справки, чтобы, когда появится покупатель, ни дня не ждать.

Ася лежала без сна и думала.

Влад решил добиться своего — вернуть Асю, но в качестве кого? Видимо, просто постельной игрушки, о женитьбе он даже не заикается, что и понятно, ведь его родные никогда не примут ни ее, ни Катю. Ей тоже не нужны косые взгляды и обещанный его отцом персональный ад.

Блин, как же она его любила, тогда, в колледже! Украдкой смотрела, какой он необыкновенный, как он заразительно смеется и так трогательно сдувает со лба прядку волос. Обращался к ней Владик редко, только если что-то списать или спросить, и она потом до мельчайших подробностей перебирала каждое такое мгновение.

А потом он однажды подошел, взял ее портфель и сказал, что проводит домой. Ася умерла на месте, возродилась и еще раз умерла. Боже, что это было за время! Они гуляли после уроков, она подтягивала его немецкий, ели мороженое и… целовались. Класс притих и с плохо скрытым любопытством наблюдал за их взаимоотношениями. Девочки пару раз попытались наехать, мальчишки — позубоскалить, но Влад умел быть убедительным и Асю оставили в покое. Временами она ловила злые взгляды, но дальше взглядов дело не шло, а ей было так хорошо, она готова была весь мир любить, что никакие взгляды не могли испортить ей такое необъятное счастье.

Первая близость… Нет, оргазма она тогда не получила и больно было не только в первый раз, но и во второй и на четвертый. Ася даже переживала, что с ней что-то не так, ведь в книжках пишут, что в первый раз капелька боли и все — потом одно сплошное наслаждение от каждой близости. Наслаждение было только от нежности Влада, его рук и губ, от ласковых слов и страстных поцелуев, но того самого, о чем пишут в романах и шепчутся девчонки — фейерверка, салюта и неземного блаженства — не получалось.

В конце концов, ей было приятно просто от того, что приятно было Владу и только незадолго до ее последнего счастливого дня, разделившего ее жизнь на «до» и «после», Ася начала получать оргазмы. Сколько их на ее долю перепало? Десяток, наверное. А потом самый любимый лучший мужчина на свете растоптал ее, унизил и исчез, а она семь лет собирала себя по кусочкам. Если бы не Катя, неизвестно вообще, получилось ли у нее не сломаться.

Катя. Котенок.

Влад отнял у нее счастье, любовь и способность доверять, но зато подарил ей дочь. Ей было очень трудно учиться, работать и растить ребенка, но она смогла. Наверное, надо было ей познакомиться с хорошим мужчиной или завести отношения «для здоровья», но Ася так и не смогла переступить через себя. Нет, вниманием она не была обделена, даже наоборот, но ничего не вышло. Даже два раза она почти дошла до постели, но как только ее начинали целовать и раздевать, откуда-то изнутри поднимался протест, быстро перерастал в панику и Ася сбегала. После последней попытки она принялась игнорировать все знаки внимания от мужчин, а проблемы, связанные с отсутствием секса, снимала в душе и плакала потом от стыда, что все у нее не так, как должно быть.

И вот опять Влад. По-прежнему, красивый и уверенный в себе, к нему тянуло магнитом — на уровне физиологии. И не менее интенсивно отталкивало — на уровне психологии.

Он изменился, вернее нет, не он изменился — Влад всегда вел себя, как барин, изменилось его к ней отношение. Раньше он никогда не позволял себе давить на Асю или угрожать. Правда, раньше она никогда с ним не спорила и сразу соглашалась со всеми его идеями и предложениями.

И как ей теперь выкручиваться из ситуации? Коню понятно, что Морозов не отстанет, его, что называется, закоротило на идее вернуть школьную подружку. На одну ночь или на один месяц — не суть важно, важно другое — как избавиться от его внимания так, чтобы никто из ее семьи не пострадал?

Работу он ей нашел, угу. Зажмет в углу и вся ее работа.

Про ее поиски места знает, наверное, Сорокин слил. Как он тогда ловко в ее компьютер заглянул, она не успела ни свернуть, ни переключить. Велесов не поможет, он ясно дал понять, что не может идти против Морозова, а больше ей и обратиться не кому. Вернуться в Томск, там худо-бедно остались знакомые. Тоже не вариант, Влад же ее там первым делом искать станет. Один выход — Москва или Питер. В большом городе невозможно отследить всех, Морозов же, несмотря на все свои деньги и связи, все-таки помощью КГБ заручиться не может.

Но с Велесовым она еще раз поговорит, может быть, он хоть наводку даст, посоветует кого, а дальше она сама. Эдик, Эдуард Николаевич лучше знает всю кухню большого бизнеса и сферы, на которые Морозов влияние не имеет.

Решено, завтра она позвонит.

«Букет выкинула» — в десятый раз проговаривал Морозов, меряя шагами комнату.

Как там, в «Кавказской Пленнице»: — «Суп шорпо — разлила, шашлык, три порции — выкинула в окно»?

Это было бы смешно, если бы не было так грустно.

Совсем голова не варит уже, какой личный помощник, какая, на х. р, работа у него? Кстати, о работе — Сорокин явно дергается и темнит, видимо, есть, за что его вздернуть. Надо связаться с агентством Корсака, пусть пришлет пару толковых сотрудников, и они проведут полную и тщательную ревизию энского производства. Несмотря ни на какие обстоятельства, пускать все на самотек Влад не собирался, деньги любят счет. Если Сорокин залез в карман предприятия, а он залез, Морозов это нутром чуял, то это все равно, как если бы Серега залез в личный карман Влада. То-то он лебезит и дергается. Ладно, Серый, пока не трону, но после проверки — извини, сам виноват.

Еще надо пару ребят на наблюдение и хорошего компьютерщика, хакера. Сдается Владу, что с Асей не будет просто, поэтому он должен подстраховаться и знать о каждом ее шаге, как в реальном мире, так и в виртуальном. Корсак и с этим поможет.

И он не станет откладывать звонок на завтра.

— Виктор? Морозов. Есть дело, когда я могу тебе перезвонить, чтобы обсудить детали?

— Рад слышать, Владислав, — пророкотал Корсак. — Я весь внимание.

— Мне нужны люди для плотной ревизии энского производства, там явно нечисто. Дотошные люди, компетентные и неподкупные. Ты меня понимаешь.

— Есть такие.

— Хорошо. Еще мне нужна пара человек для внешнего наблюдения, и один талантливый хакер.

— Как срочно они все тебе требуются? На какое время понадобятся те, что не ревизоры?

— Вчера. Сроки — пара недель.

— Завтра вылетают, с кем им связываться по прибытию?

— Со мной, вот этот номер. Расценки и условия и номер счета у тебя прежние?

— Да.

— Хорошо, отправь договоры курьером Стукову. Деньги переведу в течение десяти минут.

— С тобой приятно иметь дело.

— Взаимно.

Эх, Ася, Ася. Ну, вот что ты уперлась? Нам же хорошо было вместе! Ты выросла и уже не ждешь от жизни сказок, взрослая женщина должна смотреть на вещи трезво и рационально. Только смерть необратима, все остальное можно исправить. Ведь не случайно же мы опять встретились?

Знала бы она, как он переживал и корил себя за те глупые и жестокие слова. Почему тогда ему вдруг стало важно, как он выглядит в глазах приятелей, ему же всегда было наплевать на чужое мнение?

А, что ворошить прошлое, которое не вернешь и не повернешь? Надо жить настоящим, и в настоящем у него новая, еще более красивая и желанная Ася.

Раздался звонок телефона. Мужчина взял трубку и поморщился — мать.

— Да, здравствуй, мама. Что-то случилось?

— Разве обязательно должно что-то случиться, чтобы мать позвонила сыну? Я волнуюсь. Скоро ты назад? Много еще дел?

— Не знаю, я только начал. Там авгиевы конюшни за несколько лет разгребать, — ответил Влад. — Что дома? Как отец?

— Все нормально. Марина заходила сегодня, скучает, — мать многозначительно помолчала и, не дождавшись реакции от сына, продолжила. — Позвонил бы своей девушке.

— Она не моя девушка и я не хочу ей звонить, — спокойно ответил Влад. — Если это все, что ты хотела мне сообщить, то доброй ночи!

— Погоди! — торопливо сказала мать. — Ты там с кем-нибудь встретился уже, из одноклассников и … одноклассниц?

— Встретился, — слегка напрягся Морозов. — Тебя кто-то конкретно интересует?

— Да нет, просто интересно, какие все стали и тебе, наверное, интересно. Столько лет не виделись.

— Мам, я устал и спать хочу. Давай, предадимся ностальгии по Энску, когда я вернусь домой?

— Хорошо, Владик, поговорим позже, не буду сейчас тебя напрягать. Целую! — и она отключилась

Влад несколько секунд таращился в окно.

Кто-то слил информацию родителям или она просто на всякий случай?

Странный звонок, странный разговор.

Ладно, утро вечера мудренее. У него есть дела важнее, чем разгадывать мамины ребусы.