Не пара

Глава 23

После звонка Насти, Мария Алексеевна успокоилась. Нет, она по-прежнему много думала о дочери и внучке и надеялась, что все у них будет хорошо, но вот тянущая выматывающая тревога отошла, отпустила.

У Насти получилось!

Что будет, когда Владислав обнаружит исчезновение, она старалась не думать. В любом случае, помочь ему она ничем не смогла бы, так как сама не знает, где девочки сейчас живут.

Чтобы занять себя, женщина принялась за генеральную уборку и за два дня перемыла всю квартиру.

А сегодня она решила перегладить все, что накопилась — пока руки заняты, и голове легче и время не так тянется.

Звонок на Настин телефон раздался примерно в девять утра. Мария Алексеевна зачем-то вытерла и так чистые руки о передник и поднесла трубку к уху.

— Ты издеваешься? — рявкнуло оттуда. — Сколько машина должна тебя ждать?

— Владислав, — проговорила женщина. — Вы почему кричите?

— М… Мария Алексеевна? — удивился собеседник. — Позовите Асю, ее уже час машина ждет.

— Я не могу ее позвать, — вздохнула мать.

— Почему? Что случилось? Она заболела? — напрягся Влад.

— Насти нет дома, — нырнула с головой в сугроб Мария Алексеевна.

— Постойте, я не понял… Как это — нет? Куда она ушла, мы же договаривались, что в восемь за ней заедет Денис! — недоумевал Влад. — Если она ушла, то почему ее телефон дома?

— Она уехала, Владислав, — твердо проговорила женщина. — Ее нет в городе.

— Что? — тихо переспросил Морозов. — Она уехала??? Когда? Куда?

— Двадцатого числа уехала. Куда, мне не сказала.

— Постойте, я сейчас сам приеду, — Влад отключился.

Мать посмотрела на трубку в руке и осторожно положила ее на гладильную доску.

Ну, вот и все, теперь он знает. Началось!

Прошла на кухню, немного подумала и накапала себе корвалол. Лишним точно не будет.

Сидеть, нервничать и ждать, когда Морозов приступит к допросу, не хотелось, и женщина принялась за проверенное успокаивающее — глажку.

Влад отключился и тут же набрал другой номер

— Доброе утро! Мы на месте, объект не выходил, — отчитался Никита.

— Я только что звонил и мне сказали, что объект два дня назад покинул город, — нервно ответил Владислав. — Мне очень хочется услышать объяснения.

— Она не могла уехать, мы ни на минуту не отходили, кто-нибудь обязательно смотрит, — запротестовал детектив. — Мы записываем всех, кто входит или выходит из подъезда!

— Посмотрим. Я сейчас туда сам приеду.

Он понял — она играет с ним! Хочет, чтобы он за ней побегал и еще раз попросил. Точно! Ну, да, он виноват перед ней, чего уж скрывать. Сорвался. Значит, цветы ее не смягчили? Ладно, он не переломится, съездит за Асей лично. Наверное, так даже лучше, она обижена, а тут он сам приедет, она растает и будет более покладистая. А уж когда он сообщит ей о поездке в Европу!

Потом ему еще надо будет как-то объяснить ей создавшуюся ситуацию с отцом и Мариной, но там не горит, он расскажет Асе попозже: через день-два, а лучше, когда купит квартиру ей и перевезет. Черт, Катя болеет, он забыл! Надо каких-то фруктов купить, не ехать же с пустыми руками!

Мужчина развернул машину и направился к видневшемуся издалека «Магниту».

На что там еще у его дочери аллергия? А, на клубнику. Значит, клубнику не берем, а все остальное сгребаем: яблоки, манго, ананас, персики, груши.

Подходя к квартире, Влад мысленно хохотнул — в какой раз он здесь и опять с полными руками пакетов. Прямо, как примерный отец семейства!

Мария Алексеевна открыла почти сразу, будто заранее стояла под дверью.

— Доброе утро! — доброжелательно поздоровался Влад и шагнул в квартиру. — Я сразу на кухню все это, — потряс он пакетами. — Как Катя? Я слышал, что она приболела?

— Владислав, Кати здесь тоже нет. Они с Настей уехали два дня назад.

Влад поставил пакеты на стол и повернулся к женщине:

— Как это — уехали??? Куда?

Он отодвинул мать Аси в сторону и помчался в комнаты. Оббежал всю небольшую квартиру, заглянул в ванную и кладовку и вернулся к Марии Алексеевне.

— Но, как? — растерянно спросил он. — Куда? Зачем?

— Настя для тебя письмо оставила, — спохватилась женщина. — Сейчас принесу.

Письмо было коротким до неприличия.

Влад прочитал его один раз, потом еще и еще.

Уехала?! Но как же? Чем занимались его детективы, он вообще, за что им деньги платит??? Ладно, это не сейчас, он потом разберется, кого ему Корсак подсунул. Сейчас есть более важное дело.

— Мария Алексеевна, — спокойно обратился он к женщине. — Куда они уехали? Дайте мне номер телефона Аси. Я правильно понял, что старый телефон она дома оставила?

— Да, вон он лежит, — женщина махнула рукой в сторону комнаты. — Я не знаю, куда они уехали, Настя мне не сказала.

— Да ну? — поднял брови мужчина. — Отпустили дочь и внучку неизвестно куда? Номер телефона давайте.

— Да, неизвестно куда, — вскинула голову мать. — Причем, уже второй раз из-за тебя она вынуждена все бросать и уезжать! Нет у меня ее номера телефона. Сказала, когда устроится — сама позвонит.

— Мария Алексеевна, пожалуйста, не надо со мной шутить! Я прошу Вас по-хорошему, дайте номер телефона Аси и скажите, в какой город они уехали!

— Я тебе еще раз повторяю — не знаю! Настя не сказала — куда. Знала, что ты будешь спрашивать, а если человек не знает, он не сможет проговориться. И номера у меня ее нет, повторяю, если ты не расслышал — Настя сказала, как доберется, сама мне позвонит.

— Дайте телефон Аси и ваш тоже, — катая желваками, приказал мужчина.

Мать серьезно посмотрела на него.

— Пожалуйста, — скрипнул зубами Влад.

Вздохнув, женщина направилась в комнату и Владислав за ней.

— Вот и вот, — ткнула она в лежавшие трубки.

Влад схватил и принялся изучать списки вызовов и контактов.

— Мария Алексеевна, — обратился он к ней. — Почему в этом телефоне пусто?

— Это мой, — ответила она. — Катя играла и что-то нажала, все удалилось.

Влад про себя покачал головой — она его за идиота держит? «Куда-то нажала, и вся информация удалилась»!

— Я заберу оба, — Влад вытряхнул из одного пакета фрукты и положил в него оба телефона. — Когда Ася должна позвонить?

— Не знаю, — пожала плечами мать. — Она так тебя боится, что ничего мне не рассказала, лишь бы у тебя не было возможности узнать.

— Я все равно узнаю и найду их, она что, не понимает этого? Только больше добрым не буду.

— Ты, — кинулась на него с кулаками женщина. — Убирайся из моего дома! А до этого ты добрый был??? Что ты сделал с моей девочкой, что она сорвалась, будто за ней чудовище гонится? Ты уже столько горя ей принес — за что ты над ней издеваешься?

— Я не издеваюсь, — запротестовал Влад. — Я хотел забрать их с собой, купить квартиру, обеспечивать.

— В качестве кого забрать? Любовницы? Содержанки? Ты в своем уме? Ты так и не понял, что она любила тебя, ты для нее свет в окошке был. Только тобой и жила, а ты сначала унизил, а теперь решил облагодетельствовать — в любовницу превратить? Да что за мать тебя воспитала?? Уходи, видеть тебя не желаю!

— Куда уехала Ася? Поймите, я не отступлюсь и рано или поздно все равно ее найду. Для Аси будет лучше, если найду рано, нежели поздно.

— Оказывается, у тебя не только сердце глухое, ты и на ухо туговат?

Я. НЕ. ЗНАЮ! Так расслышал? А угроз я твоих не боюсь, и Насте с Катей ты ничего не сделаешь. Думаешь, если богатый, можно над людьми измываться? Что тебе надо от моей девочки?

— Мария Алексеевна, Катя моя дочь и я имею право видеть ее, воспитывать, поддерживать, и, в конце концов, я хочу это делать!

— Ах, про права вспомнил??? А где ты был, когда ее твой отец прессовал? Где ты был, когда восемнадцатилетняя девчонка укатила через пол страны одна и одна выживала там, рожала и растила твоего ребенка?

— Но ведь Вы сами не сказали мне, куда она поехала, а про ребенка я не знал!!! — заорал Влад. — А сейчас я знаю, что у меня есть дочь и добьюсь признания отцовства и мне плевать, понравится это вам с Асей или нет.

— Хотел бы — нашел, с твоими возможностями это было достаточно просто. Настя не пряталась, регулярно звонила мне, письма присылала, но ты просто из головы ее выкинул. А теперь надо же — права у него! Уходи, Морозов.

— Мария Алексеевна, как Вы не поймете, я уже не тот, что семь лет назад и теперь не отступлюсь. Я хотел все по-хорошему, а теперь найду и просто заберу дочь.

— Какая же ты сволочь, Морозов! Люди для тебя — как вещи, как игрушки, ты никого не слышишь, ни о ком не думаешь, кроме себя и своих желаний. Дочь тебе нужна? Врешь, просто хочешь Насте сделать больно, на ребенка тебе плевать. Только попробуй, тронь их, мне терять нечего.

Влад даже попятился, когда женщина пошла на него, прожигая ненавидящим взглядом.

— А то, что Ася мне нравится, что я очень хочу быть с ними вместе, — Вы не предполагаете? — горько сказал Влад. — Что я все это время только о них и думаю?

— Какое же у тебя изуродованное представление о женщинах и чувствах! По-твоему, если ты заявил, что она тебе нравится, Настя должна сразу бежать и со всем соглашаться? Говоришь, что хочешь быть вместе, а сам угрожаешь отобрать ребенка? Думаешь, угрозы — это лучший способ пробудить в женщине ответные чувства? Хотя, кое-какие чувства пробудить этим методом можно. Например, ненависть и презрение, а еще страх. Ты этого добиваешься?

— Мария Алексеевна, я…

— Не перебивай! Я долго молчала, сейчас все скажу. Что ты сделал моей девочке, что она в среду как от тебя вернулась, на два часа в ванной заперлась, а потом вышла оттуда с пустыми глазами? Почему мою дочь уволили с работы, как только ты появился? Из-за чего ей пришлось опять срываться с места и уезжать в никуда, без денег, без поддержки, в чужой город, к чужим людям?

— Мария Алексеевна, я, правда, не хотел, чтобы Ася срывалась и уезжала одна. Я собирался забрать их с собой и жить вместе с ними!

— Ты не заслуживаешь такой женщины, как Ася и такой дочери, как Катя. Лучшее, что ты можешь для них сделать — забыть, оставить их в покое, позволить им жить нормальной жизнью. Не шарахаясь от каждого звонка.

— Я не могу оставить и не смогу забыть.

Влад вытащил свой телефон:

— Кристина, немедленно поднимайтесь вместе в квартиру.

— Кого это ты сюда зовешь?

— Мария Алексеевна, пожалуйста, не мешайте. Я сейчас не в лучшем расположении, поэтому могу сорваться и наговорить такого, о чем потом пожалею. Просто сядьте куда-нибудь и помолчите.

— Я у себя дома! — возмущенно парировала женщина, но спорить не стала, зашла в комнату и села на диван.

В дверь позвонили, Влад прошел и сам открыл дверь.

— Женщина и девочка уехали два дня назад, в квартире их нет.

— Не может быть. У нас есть все записи входящих и выходящих, мы вели круглосуточное наблюдение.

— Тем не менее, квартира пуста, можете сами убедиться.

— Из подъезда женщина не выходила, — твердо ответил Никита. — Надо проверить все квартиры. Возможно, они прячутся у кого-то из соседей.

Влад повернулся к матери Аси. Она спокойно сидела, не выдавая ни волнения, ни беспокойства.

— Проверяйте, — распорядился он. — Я подожду здесь, и лучше для вас будет, если девушка найдется.

Детективы вышли в подъезд, а Морозов прошел в комнату, придвинул стул и сел напротив Марии Алексеевны.

— Я не знаю, как объяснить, как передать, что чувствую, — начал он говорить, смотря на окно. — Ася для меня всегда была, как глоток свежего воздуха, она такая… настоящая, искренняя, необыкновенная. Я был мальчишкой и поступил недостойно. Глупая бравада перед друзьями, сам не знаю, что тогда на меня нашло, я никогда не думал об Асе так, как говорил в тот вечер.

— Пьяный придурок, — Влад покачал головой, вспоминая. — Почти сразу, как Ася убежала, до меня дошло, что наделал и я бросился ее искать, но только добежал до калитки, как подъехала машина с моими родителями. Была большая головомойка, дом закрыли и всех отправили по домам. Отец не выпускал меня из дома неделю, а когда я сумел прийти, оказалось, что Ася уже уехала, и у меня внутри, что-то надломилось. Я решил, значит, так надо, значит, нам не суждено быть вместе и смирился. Но Ася не отпускала и у меня никак не получалось заполнить ту сосущую пустоту, которая поселилась в груди с того вечера. Я не был образцом нравственности, перебрал много женщин, но ни одна не смогла заменить или затмить Асю.

Мария Алексеевна слушала и молчала.

— Я был уверен, что навсегда потерял ее, что она давно вышла замуж. Когда мне пришлось приехать в Энск, первое, что я узнал, это что она в городе. Я чуть с ума не сошел от желания немедленно бежать к ней, но потом сказали, что у нее ребенок, и я испугался. Испугался, что у Анастасии есть муж, семья и я не смогу к ней подойти. Велел найти все о ее жизни и за несколько дней мне собрали всю доступную информацию. Так я узнал, что мужа нет и не было, а по дате рождения Кати понял, что она моя дочь. Я чуть не умер от счастья и сразу помчался сюда. Не знаю, почему все получилось не так, как я планировал. Мечтал бросить к ногам Аси весь мир, мечтал, что мы будем вместе, но получилось, что она сбежала. У меня были женщины, много, и я был уверен, что понимаю женскую натуру и знаю, что нравится женщинам, что они ценят и чего ждут от мужчины. Что я делаю не так, Мария Алексеевна, почему Ася избегает меня?

— Не с теми женщинами ты общался, Владислав, — ответила мать Аси. — Неужели, среди твоих знакомых нет ни одной нормальной семьи, ни одной нормальной девушки? С чего ты решил, что всем женщинам нравится, когда их покупают, когда ими командуют, угрожают? Что можно как угодно обидеть, а потом извиниться золотой побрякушкой и продолжать пользоваться? С чего ты решил, что сам по себе подарок и женщина обязана быть благодарна только за то, что ты обратил на нее внимание?

— У меня ни с кем никогда не было осечек, все девушки были довольны и вешались, отбиваться уставал. Но что нужно Асе, я не понимаю, поэтому постоянно делаю не то, что она ждет. А что она от меня ждет, подскажите, пожалуйста!

— Говорю же, не с теми женщинами ты общаешься и не с тех отношений пример берешь. Например, ты завалил Настю цветами, букетами роскошных, дорогих роз — вон они все — на балконе вянут. Думаю, если бы ты сам съездил в лес, сорвал там хотя бы один ландыш, и сам его подарил — Настя не сослала бы цветок на балкон, а поставила его в вазу на тумбочку перед своей кроватью.

Любая нормальная женщина, девушка хочет чувствовать себя любимой и желанной. Желанной не на торопливый перепих, уж прости за слово, а на всю жизнь. Каждая мечтает, чтобы любимый мужчина ее берег, считался с ее мнением, чтобы у них было не «я хочу», а «мы хотим». Ты все измеряешь деньгами, а Насте нужна любовь и надежность, ты ей этого дать не можешь, не умеешь и не хочешь. Для вас обоих будет лучше больше никогда не встречаться и каждому жить своей жизнью. Пойми, ты не сможешь измениться сам и изменить свое поведение, Настя тоже не сможет поменять мировоззрение и никогда не смирится с подобным отношением. Вы будете только мучить друг друга и, в конце концов, ты ее сломаешь. Отступись!

Владислав сидел, опустив голову, сжав руки и зубы.

— Не могу. Я услышал все, что Вы сказали, и хорошо подумаю, но отступиться не просите, этого не будет. Я найду Асю, чего бы мне это не стоило! Я забил в Ваш телефон свои номера, пожалуйста, сообщите мне, когда Ася выйдет на связь. Можете не говорить номер ее телефона и город, просто сообщите, что у нее все в порядке. Я вернусь, сегодня вечером или завтра днем, есть еще кое-что важное. До свидания!

Мужчина вышел из квартиры, закрыл дверь и прислонился к ней, ожидая, пока Никита с Кристиной завершат обход квартир.

Ася… Что же он опять натворил?

«Я найду вас, обязательно найду! И постараюсь измениться».