Не пара

Глава 7

Услышав, что грохнула входная дверь, в прихожую выскочила мама:

— Настя?

— Ничего, мама, — обессилено прислонилась к стене девушка. — Он ушел.

— Может быть, ты зря так? Надо было как-то подипломатичнее, пусть бы думал, что ты не против, покормила бы его завтраками, а там, глядишь, ему или надоело бы или уехал.

— Не умею и не люблю притворяться и врать. Причем, это ты меня так воспитала, — улыбнулась Ася. — Подурит и отстанет.

— Ой, не знаю, дочка. Смотри, конечно, сама, но я боюсь, что он теперь воспримет твой отказ, как вызов и примется добиваться своего всеми способами. Не хотелось бы, чтобы ты опять из-за него ночей не спала, да и Кате не нужны потрясения.

— Ничего не будет, не успеет никого потрясти. Я резюме разослала.

— Думаешь, так легко найти в Москве работу?

— Нелегко, но у меня, как-никак специальность есть. Должно же мне повезти в кои-то веки? Уедем и он нас никогда не найдет, — Ася помолчала и продолжила. — И не вспомнит.

Мать печально посмотрела на нее:

— Ох, дочка. Хочется верить, но он упертый. Как бы не пожалеть потом.

— Мама, ну что ты такое говоришь? Где это он упертый? Семь лет не вспоминал и припеваючи без нас жил и вдруг отцовские чувства проснулись? Верю, верю! Пошли лучше на самом деле чай пить и давай больше не будем о Владе, ладно?

— Ладно. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

— Знаю! Катя! Котенок, беги к нам, мы чай пить собираемся!

Ася старалась, чтобы ни дочь, ни мама не заподозрили, что у нее кошки на душе скребут, она что-то рассказывала, смеялась и облегченно вздохнула, когда чаепитие подошло к концу.

— Ма, я хочу гулять. Можно?

— Мама, сходишь с ней, — спросила Ася мать. — Я хотела ванну принять.

— Да, конечно, схожу! Куда пойдем, Котенок?

— Не ходите никуда, — занервничала Ася. — Пусть Катя во дворе погуляет, у нас тоже есть качельки. А ты на лавочке посидишь.

— Да, хочу на качельки! — запрыгала Катя.

Проводив дочку с бабушкой, Ася залезла в ванну, открыла набираться воду и, наконец-то отпустив сжавшийся в груди ком, дала волю слезам.

Как же больно! Столько лет прошло, казалось, давно надо успокоиться и выкинуть его из головы. Но еще вчера, когда руки Влада обнимали ее за талию, когда она ощущала жар его тела и смотрела в ненавистные и любимые глаза, она поняла, что не только ничего не забыла и не простила, но и что очень скучала. Что еле сдержалась, чтобы не рассказать о дочери, о том, как она ждала. Сначала каждый день ждала, что Влад позвонит, скажет — Аська, ну, куда ты уехала? Я же не могу без тебя!

И приедет за ней с букетом красных роз.

Почему именно с красными розами, она не знала. Так мечталось.

Как он будет трогательно просить прощения, скажет, что она для него самая-самая и единственная и они поженятся. И плевать, что его родители против, Влад никому не даст ее в обиду! Потом поняла, что скоро он не приедет, и просто ждала звонка. Таскала телефон с собой везде, боялась хоть на минуту выпустить его из вида. Но время шло, а Влад все не звонил, и однажды Ася поняла — он никогда ей не позвонит и не приедет. У него своя жизнь, в которой нет места ни Асе, ни будущему малышу.

И тут же память услужливо напомнила ей тот день, когда она еще была счастлива. Как приехала на дачу последней электричкой, хотя обещала вырваться не раньше следующего утра. И шла по темному поселку, улыбаясь до ушей в предвкушении, как обрадуется ей Влад и потом у них будет целая ночь нежности и страсти. И сначала недоумение, а потом невыносимую боль от нечаянно подслушанных слов.

Она вошла, никем не замеченная и сразу пошла на кухню, поставить в холодильник торт, однако не успела дойти, как услышала разговор. Не веря своим ушам, Ася остановилась в дверном проеме и пораженно смотрела на пьяненьких парней: своего любимого и троих одноклассников.

— Что, так и будем сидеть, словно пятиклассники? — подал голос Сергея. — Влад, надо девочку пригласить и развлечься «на брудершафт». Когда еще погудим вместе? Будет, что вспомнить.

Парни дружно заржали.

— Где ты здесь девочку возьмешь? — удивился Эдик. — Вот в городе да, есть номерочки — звякнул и готовь траходромчик, через полчаса девочка прибудет.

— Вызвонить и сама на такси приедет, — предложил Сергей. — И не одну, а парочку, нас же четверо! Влад, оплатишь заказ?

— Да на фиг связываться? — отмахнулся Влад. — Еще подцепим что-нибудь. У меня презиков пара штук всего осталась.

— Ну, да, сам-то хорошо устроился, — возмутился Серега. — Уши девке залил, и она тебе в любое время ноги раздвигает. Нам тоже девку хочется. Давай, звони в «досуг»! У проституток всегда презики есть, поделятся.

— Кто тебе мешает тоже уши заливать и иметь потом? Девчонок полные улицы, причем, домашних, а не после сотни чужих палок, — ответил Влад.

— Ну, не у всех же такой талант, как у тебя, — хохотнул Эдик. — За тобой всю жизнь они сами бегают, тебе только пальчиком поманить остается.

— Влад, ты Асю на дачу звал? Может, не надо девок, а то неловко выйдет? — поинтересовался Женька.

— Звал. Завтра утром приехать обещала. А неловко — это ты про что, я не понял?

— Как про что? Он про Асю. А то приедет твоя краля, а у нас тут субботник, — подхихикнул Сергей. — Проредит тебе шевелюру и нам может перепасть. Но девку конкретно хочется, если на ночь не оставлять, то твоя и не узнает ничего. Звони уже!

— Ого, Владик у нас уже подкаблучник? Еще не женился, а уже свободу потерял? — подкольнул Эдик.

— Не родилась еще та девка, которая мне указывать будет, что делать или не делать, — завелся с пол оборота Влад.

— Все спросить хотел — почему Ряднова? Зубрила эта? На тебя пол школы вешается, мог бы любую выбрать, на фига тебе она-то сдалась?

— Просто захотелось.

— Да ты втюрился, что ли? О, новость века — неприступный Влад Морозов отказывал всем принцессам и герцогиням с графинями и пал к ногам дочки уборщицы!

— Что, реально втюрился? Ой, не могу — тили-тили-тесто?

— Вы охренели? Про женитьбу вообще речи нет, ты хоть думай иногда, что говоришь! Кто я и кто она? Отца у нее нет, по шапке никто не настучит, что дочку испортил. Вон, подкати я, например, к Ритке, Ритка-то не откажет, но ее папаша мигом к моему прискачет, и меня тут же окрутят, мяу сказать не успею. А оно мне надо? И про любовь — на мордочку Ряднова ничего, но тело не в моем вкусе: сиськи маленькие, жопа плоская. Я с ней чтобы в «досуг» не звонить, она безотказная давалка и не больше. Ясно?

— Ну, ты циник, Владелло! Не ожидааал! — протянул Евгений. — Аська-то знает, что ты ее только временно пользуешь?

— Тебе какое до этого дело?

— Ну, как какое? Ты сваливаешь из города скоро, она не у дел останется. Я бы подобрал на месяц — другой, пока не надоест.

— Чего это — ты бы подобрал? — возмутился Серега. — Она забита уже — Влад свалит, я ее пялить буду. Владик, она в рот берет?

В этот момент Эдик повернулся к двери и увидел застывшую столбом Асю с глазами на пол лица.

— Э- э… Влад, кажется, пипец твоей шевелюре, — он дернул Морозова за руку, так, что тот чуть не упал.

— Ты что делаешь? — рявкнул Владислав, неловко развернулся и увидел Ряднову. — А… Ася? А почему сегодня, ты же завтра собиралась?

Анастасия стояла, сжимая коробку с тортом, не сводила глаз с лица парня.

— Ась, ты когда приехала?

Девушка выпустила из ладони веревочку и коробка глухо шмякнулась на пол, крышка слетела, и сладкие ошметки вывалились на ковер. Ася осторожно переступила через останки торта и все также молча, направилась к выходу.

— Ася! Я с тобой разговариваю!

Ася, как под заморозкой переставляя ноги, медленно шла к двери. Сзади раздалось хихиканье Сергея:

— А говорил, что не подкаблучник. Вон, хрен на тебя положила, а ты и сделать ничего не можешь!

— Ты никуда не пойдешь! — Влад в два прыжка догнал девушку, крепко ухватил ее за руку и потащил назад в комнату. — И отвечай, когда я тебя спрашиваю!

Ася посмотрела на него и прошептала:

— Отпусти меня, я домой поеду.

— Ты никуда не поедешь, пока я тебя не разрешу, — больно встряхнул ее за руку парень.

— Я не твоя собственность! — задергалась Ася. — Отпусти, мне больно!

— Ты. Моя. Собственность, — раздельно, с нажимом на каждом слове, ответил Влад. — И пока я не разрешу, ты никуда не пойдешь.

— Влад, ты пьян! И я не твоя раба, а такой же человек, — со слезами в голосе проговорила Ася. — Я все слышала, дай мне, пожалуйста, уйти!

— Морозов, — окликнул Сергей. — Кончай волынку, мы же хотели в «досуг» звонить, ты-то нашел, кем кровать согреть, а нам что делать? Или ты с нами поделишься?

— Серега, что ты говоришь, — попытался одернуть Сорокина Эдик. — Влад, уведи ее отсюда.

— Ха, да тебе все, кто хочет, указывают, — отбиваясь от пытающегося его увести Эдда, заржал Серега.

Влад стиснул зубы и еще раз грубо встряхнул девушку:

— Зачем нам звонить в «досуг», если «досуг» уже сам пришел? Что, Асенька, порадуешь нас? Тебе и делать ничего не надо будет, просто лежи и ножки пошире, а? — покачиваясь, заглянул в лицо девушке Морозов.

— Э, Влад, брось, ты что? — заволновался Эдуард.

— Ася, он шутит, мы все шутили, — в унисон с ним вступил Женька.

Девушка, вне себя от ужаса, опять задергалась, пытаясь освободиться, и тут к Владу подскочили Эдд с Жекой и подхватили его под руки.

— Аська, вали! — велел ей Эдик, и Ася рванулась и понеслась к двери.

— Куда? Стой, я сказал! Бл. дь, я тебе ноги вырву. Сууука! — неслось ей в спину.

Сжимая руль до боли в пальцах, Влад гнал автомобиль. Проскочил весь город насквозь и сейчас спускал пар на объездной.

Ни одна женщина никогда так с ним не разговаривала и ни одна еще не отказывалась от его денег и подарков. Начиная со школы, он привык видеть обожающие глаза заранее на все согласных девчонок.

Влад вспомнил, с каким щенячьим выражением раньше смотрела на него Ася, как радостно соглашалась со всеми его идеями. Куда все это девалось, скажите на милость? Рассказать — никто не поверит, что какая-то… секретарша, у которой кроме квартиры в хрущевке нет больше ничего, только что отшила Влада Морозова. Сама она ребенка обеспечит, ага. Хотя, в ее представлении, обеспеченность, это если есть крыша над головой, какая-нибудь одежда и еда.

Нет, так он это не оставит. И дочь. Рождение ребенка пока совершено не входило в жизненные планы мужчины, но поскольку этот уже есть, то отказываться от него Влад не собирался. Тем более что к ребенку прилагалась мама, от одной мысли о которой брюки становились тесными.

Беременность определенно пошла Асе на пользу, при общей стройности и изяществе сложения, ее фигура приобрела более соблазнительные формы, появилась какая-то неуловимая изюминка. Владислав представил, как это гибкое тело плавится в его руках, как глаза Аси заволакивает томная нега, вот она обхватывает губками его палец… Черт! Нашел время мечтать, едва не оказался в кювете, причем, со стороны встречки. Чудо, что в этот момент не было других машин.

Морозов вышел из автомобиля, походил вдоль дороги, успокаиваясь, потом сел и поехал обратно в город.

Поскольку Ася явно не торопится сама падать в его объятия, ее следует подтолкнуть в них.

— Серый, подготовь-ка по-быстрому мне все по Велесову, на чем сидит, под кем ходит, в общем, ты меня понял.

— Влад, ты определись уже, чем мне по-быстрому заниматься — подготовкой документации по производству, подбором для тебя девочки или Велесовым? Я везде не успею.

— Займись Велесовым, документы пусть зам готовит, а девочку не надо. Я уже сам нашел.

— Ок. Тебя когда ждать?

— Я еще отчитываться перед тобой должен? Приеду, когда сам решу.

— Да нет, Влад, я имел в виду, чтобы повара напрячь к приезду, и все готово было.

— Серый, я не шучу, и если к вечеру ты меня полным досье на Велесова не порадуешь, то не обижайся — что имею, то и введу по самые помидоры и тебе, и повару и всем, кто подвернется. Понял?

— Понял. Уже занимаюсь, — и Сорокин отключился.