Неугодная жена, или Книжная лавка госпожи попаданки

Глава 37. И все равно еще ничего не кончено..

Я вернулась с детьми в книжную лавку. Постоянные покупатели, что захаживали в лавку за разной мелочевкой, продавцы в сувенирных лавках и магазинах, куда мы сбывали открытки Нины, и преподаватели Академии, которые с нетерпением ждали заказанных книг, были этому рады.

И вроде бы все было хорошо, но тоска точила изнутри. На приеме во дворце Даниель был рядом, внушая спокойствие, и благодаря этому я не ударила в грязь лицом. Уроки этикета и танцев не прошли даром. Правда, попробовать себя в танцах не удалось, прием был деловым и увеселений не предусматривал. Но в остальном я держалась достойно, и у меня даже хватило сил быть милой, любезной и улыбаться весь вечер. А Даниель, как я уже говорила, был рядом и пресекал неудобные вопросы и высказывания. Но после приема мы сним так и не поговорили. Король настоятельно посоветовал вернуться и я так и поступила.

Слухи о том, что я книгочей, просочились за пределы кабинета его Величества и аристократы подходили, якобы для того, чтобы выразить восхищение, что мне довелось поучаствовать в раскрытии заговора, а на самом деле, чтобы в вежливом разговоре пригласить в гости и намекнуть, что у них есть “очень интересные вещи”.

Мы договорились говорить, что дар выгорел в обителе, чтобы не было желающих использовать меня в своих целях. Его Величество даже официально упомянул об этом в своей благодарственной речи, но каждый из приглашающих в гости на что-то надеялся. И, насколько я знаю, их сразу брали на заметку, потому что его Величество намерен был всерьез выяснить, какие еще описания обрядов и ритуалов гуляют по рукам придворных. Также была создана комиссия, которая должна была изучить положение дел с учетом фактов, описанных в дневнике Карбалана Первого. А меня попросили исчезнуть.

Даниель не проводил меня, ему с отцом и дознавателями поручили разобраться с обитателями сестер и выяснить, чего те хотели на самом деле и есть ли способы ликвидировать последствия прошлых ритуалов. Герцогиня Болкан только качала головой, собирая нас в дорогу, но молчала, зато герцог позаботился об отряде сопровождения.

Добрались мы благополучно, но на душе было пакостно. Как будто я сбежала. Хотя почему “как будто”? Как есть сбежала, от разговора, от объяснений. Дан сказал, что собирается подтвердить брак, и я испугалась. И теперь мне было плохо.

Даже возвращение Йониса не принесло облегчения. Мужчина извинился за свою протеже и покаялся, что это он довел ее до такого. Сообщил, что на прием в управу со мной не пойдет. Предлагал денег, как компенсацию за причиненные неудобства, но я отказалась. Гордость взыграла. Но высказывать ничего не стала, постаралась сохранить лицо и добрососедские отношения, все-таки в Мыкандаре мне еще жить и работать.

Еще и секретарь сообщил, что сделал для меня все, что требовалось, и теперь увольняется.

Так я осталась одна с детьми в лавке. Я бы справилась, обязательно. Как я уже говорила, наши товары покупали.

Вот только однажды утром пришли люди из управы и сказали, что моя лавка портит окружающий вид и не соответствует облику района. И вручили предписание провести реконструкцию. Даже сметы приложили от разных подрядчиков. Чиновники были вежливы, общались со всем уважением и заботой, и если бы у меня были деньги, то я бы даже поблагодарила их за такое участие. Но, увы… Лечение Яниса и все остальное дорого мне обошлось.

Как вариант, мне предложили… продать лавку. Потому что, как выяснилось, благодарный монарх снял ограничение на проведение мною сделок с недвижимостью. Еще он оплатил Янису полный курс восстановления и лечения, а детям дальнейшее обучение в пансионе. И мне передали документ, по которому я тоже могла отправится на лечение в поместье “Три ключа”.

То есть его Величество позаботился о моем будущем. Но меня волновало настоящее, ведь нужно было начать реконструкцию, а на это денег никто не выделил. И это стало проблемой.

Терять лавку не хотелось, я к ней душой прикипела. И нашим домашним бумажным обижулькам тут нравилось. Я когда их по полкам расставила, то у всех настроение поднялось сразу. Прямо чувствовалось, как они довольны. Хотя как иначе, мы их от пыли протерли, странички проветрили, выставили, как они просили, чтоб и дружно, и не тесно. И силой я их подпитала, не без этого. В общем стой, красивая такая, в рядочке и радуйся, что в хорошей компании время проводишь.

Еще я предложила книгам сходить в гости к желающим почитать их, и они согласились. Приосанились и от пыли лишней сами избавились. В общем, лавка нравилась нам всем и продавать ее я не собиралась.

А вот кто не нравился, так эта та книга, которая чуть не убила Яниса. Поэтому я хотела ее продать. Силой я ее питать не буду, просто почищу корешок, подклею странички и попрошу господина Йониса за процент помочь мне найти на нее покупателя. Это если его Величество не ответит, которому я собиралась написать в первую очередь.

Но тут меня терзали сомнения. Король наш был несколько… авторитарен. И желание взять все книги с ритуалами под контроль могло привести к том, что книгу у меня просто изымут. Без оплаты. Поэтому я собиралась попросить Айвена Йониса по-соседски помочь составить прошение к его Величеству. Но сначала книга.

Я собиралась закрыть давку, взять лопату и отправиться в сад, но чуть чуть не успела. Звякнул колокольчик и в лавку вошел господин Тазур, второй сосед. Остановился, огляделся, размял толстую шею.

— Ну, это, давай договариваться, что ли, — сказал он. — Я слыхал, что ты лавку продаешь. Короче, вот бумаги, подписывай.

И он сделал движение, будто хочет сплюнуть на пол. Во мне такая ярость поднялась внутри, что на кончиках пальцев искры вспыхнули.

Увидел. Остановился.

— А погодь, смотри, че у меня есть.

Он положил на прилавок маленький, обитый кожей чемоданчик, похожий на дипломат.

Я ничего смотреть не собиралась, поэтому даже не двинулась с места. Если это еще одна книга, то…

Я не успела придумать, куда я пошлю навязчивого соседа. Он открыл чемоданчик и достал оттуда браслеты. Широкие, с искусной чеканкой и украшенные камнями. Демонстративно положил их на прилавок.

— Ну как? — спросил. — Видала такие?

Покачала головой.

— А то, — довольно залыбился. — Спецзаказ из Шимирата. Еще на шею есть. Ну че стоишь, примеряй давай красоту.

Он открыл один из браслетов и протянул мне.

Снова покачала головой, отказываясь.

— Ну че ты такая сложная, а? — он с быстротой, которую я от него никак не ожидала, схватил мою руку и защелкнул на ней браслет. И тут же схватил меня за вторую руку и зафиксировал ее на прилавке. — Если я чего решил, не надо со мной спорить. Это просто чтоб ты магией своей тут не баловалась.

Он надел второй браслет. И я поняла, что это вовсе не украшение, как показалось сначала, это блокираторы. Искры тут же погасли и не отзывались.

— Ну вот, другое дело, — довольно сказал Тазур. — Отличный подгон мне ребята сделали, да? Это специально для непослушных магичек в Шамирате придумали. Если они не захотят делать то, для чего их привезли. Ну и поиграть можно. Ща, погоди, тут еще на шею такое же только с цепью.

Он достал из чемоданчика ошейник, покачал им в воздухе и глумливо усмехнулся:

— Ну че, пошалим?

Я отпрянула и огляделась, ища чем можно защититься, и это не укрылось от мужчины:

— Ну не трепыхайся, зачем? С Йонисом можешь, а со мной нет? Чем я хуже? Иди сюда!

Он поманил меня к себе.

— Послушайте, Тазур, — в руки себя взяла с трудом, страх буквально сковывал руки и ноги. — Я же вам даже не нравлюсь, зачем вам это?

Мужчина понял, что я из-за прилавка к нему идти не собираюсь, вздохнул и обошел его. Толкнул меня к стене и сам подошел вплотную.

— Ну а че, ему можно, а мне нет? Вот ты и участок свой мне отпишешь и сама ко мне переберешься, Йонис же че-то в тебе нашел, может и я разгляжу. А даже если нет, так все равно, и удовольствие получу и участок мой будет.

При этом он ощупал меня взглядом и возложил лапищу на грудь.

Попыталась оттолкнуть, но Тазур неожиданно ловко вывернул мне руку и прижал к стене всем телом.

— Брыкайся, крошка, брыкайся, — промурлыкал, слюнявя мое ухо. — Не люблю легких побед.

И я замерла, не в силах ничего сделать. Ну почему так, если надо защищать кого-то из близких, то во мне и силы, и решительность откуда-то берутся, а вот как себя защитить, так только страх и отупение находят?

— А может не надо? — спросила, уворачиваясь от его назойливых губ.

— Надо, Катюха, надо. Не могу я Йонису проиграть, это дело чести, — вздохнул мужчина, решительно задирая мне подол.

Я трусиха. Какая же я бесполезная и слабая трусиха! Я зажмурилась, и все, на что меня хватило — ударить коленом в пах. Думала, что после этого, сосед меня как минимум покалечит, но… хватка исчезла. Открыла глаза.

Даниель Фортман, прижав господина Тазура к стене, методично душил его.

— Д-дан? Не надо, пожалуйста! Ты же убьешь его!

— Тебе жалко эту тварь? — Даниель посмотрел на меня, и я испугалась, не стану ли я следующей. Столько в его взгляде было ярости. — Или он настолько дорог тебе?

— Нет! Но он переселенец. У тебя будут неприятности, — прошептала я.

Мужчина тут же успокоился, спокойно и оценивающе посмотрел на соседа, коротко замахнулся и ударил его куда-то в шею. Тазур рухнул на пол, Даниель оглядел поверженного, потом подошел и притянул меня к себе.

— Испугалась, — сказал он. — Прости, я настрою защиту так, чтобы к тебе даже подойти никто не мог. Сейчас она срабатывает на угрозу жизни.

Погладил меня по щеке и усадил на стул.

— Чай? — спросил, как будто минуту назад не он был душащим соседа чудовищем.

Кивнула машинально. Помялась и спросила:

— Даниель, а ты что тут делаешь?

— Приехал к жене. Муж я или кто? — подмигнул, скрываясь на кухне.

Опешила на миг. Да нужен ли мне такой муж? Который еще и знает, что у меня где находится? Покосилась на соседа, сползла со стула и отправилась следом. Прояснить недоразумение.

— Дан, ты не можешь тут оставаться! Ты не настоящий муж!

— Ты про то, что мы не до конца завершили обряд? — он вполне уверенно управлялся с чайником и чашками и достал травы для заварки. На моей кухне! В моем доме! Хозяйничал чужой мужчина. — Так я не против, давай закончим.

— Ты с ума сошел? Нет! Да я тебя вообще не знаю. Мы виделись всего пару раз. Давай заканчивай тут, забирай соседа и уходи.

— Ну, я предполагал что-то подобное, — пробормотал он под нос, взял меня за руку и вновь усадил. На этот раз за стол. Поставил передо мной чашку с чаем. — Катрин Фортман, прошу принять меня на службу. У меня приказ и рекомендательное письмо есть, вот.

Он вынул из кармана и положил передо мной бумаги.

— Я? — растерялась. — На службу?

— Ну, это же твоя книжная лавка? — спросил серьезно, а в глазах смешинки.

Подставу попой почуяла, но медленно кивнула.

Даниель небрежным жестом подтолкнул мне письма и отвернулся, занимаясь бутербродами.

Читала медленно. Сложила. Убрала в карман.

— Даниель Фортман, вы приняты на службу секретарем, — процедила сквозь зубы.

Приказ его Величества и письмо от дедушки Яниса выбора мне не оставили.

Дан же поставил передо мной тарелку, на миг обнял и чмокнул в макушку.

— Ты не пожалеешь, Катрин. Кстати, как будем избавляться от тела в лавке? Неприятности же нам не нужны? — деловито спросил секретарь.

Я поперхнулась чаем. Вот за что мне это все, а?