Одержимость Тиграна. Невеста брата

Глава 5

Я смотрела, как мой паспорт превращается в пепел. Тигран стоял рядом, его лицо оставалось холодным, только челюсть напрягалась от сдерживаемых эмоций. Сердце стучало в груди глухими ударами — будто в клетке.

— Ведите её в машину, — его голос был низким, почти ласковым. — Не слишком грубо. Девочка пережила потерю личности. Может, и имя тебе новое придумаем. Мусульманское.

— Лучше сдохнуть, — попыталась вырваться, но хватка охранников была железной.

Тигран приблизился ко мне вплотную, схватил за подбородок, заставляя смотреть прямо в его тёмные, опасные глаза.

— Это можно устроить, — прошипел он. — Но это будет долгая мучительная смерть, перед которой ты станешь дыркой для каждого брата в моей диаспоре.

Его палец скользнул по моей щеке, по губам, и он наклонился так близко, что я чувствовала его горячее дыхание.

— Так что не подавай мне идей, — усмешка в его голосе пронзила меня ледяной дрожью.

Я сжала зубы, но страх, стучавший в груди, уже не был единственным чувством. Внутри всё горело от унижения, от злости на себя за слабость.

Меня потащили к машине, но ни один прохожий даже не посмотрел в нашу сторону, словно я была невидимкой. Закричать? Но страх снова быть униженной, раздетой, изнасилованной сковал меня сильнее кандалов.

Я села в машину, напряжённо сжав пальцы на коленях. Тигран обошёл машину, сел рядом. Охранники молча завели двигатель.

Моего рюкзака больше не было. Как и всех мелочей, которыми я так дорожила. Цепочка с кулоном от мамы… Теперь это было неважно. Я делала всё ради нас с братом, но в этом уже не оказалось смысла.

— Куда мы едем? — спросила я, не поворачивая головы.

— Увидишь, — коротко ответил он.

Дорога заняла около двадцати минут. Когда машина остановилась, я увидела перед собой большое здание с витринами, на которых висели детские рюкзаки, куклы, плюшевые мишки. Над входом горели буквы: "Семейный".

Может, здесь я смогу попросить помощи? Пусть не сразу, но кто-нибудь поможет…

— Это магазин, — пробормотала я скорее для себя.

— Один из моих, — подтвердил он, выходя из машины.

Я тоже выбралась наружу, недоумевая, зачем он привёз меня сюда. Внутри пахло пластиком, новой одеждой, парфюмом из секции косметики. Полки аккуратно расставлены, одежда висела рядами: детские куртки, женские платья, мужские костюмы. В углу мягкие игрушки, в другом — обувь.

Тигран молча пошёл вперёд, жестом приказав мне следовать за ним. Я нехотя двинулась следом, охранники шли за нами.

— Будешь продавать одежду, консультировать клиентов, — сказал он, остановившись у отдела женской одежды.

Я моргнула, не понимая.

— Что?

— Можешь выбирать себе любые шмотки. Никаких открытых частей тела, — его взгляд окинул меня с головы до ног. — Платок носить не заставляю, только потому что все должны видеть, что ты чужая. А чужим мы не помогаем.

Я сжала губы.

— Ты забрал мой паспорт, а теперь хочешь, чтобы я стояла за прилавком? Я собиралась учиться на учителя!

— Тебе нужно отрабатывать долг, — спокойно ответил он. — Думаю, года через три мы целиком рассчитаемся. Если будешь брать дополнительные смены.

— Ты всех работников так нанимаешь?

Он шагнул ближе, и в его взгляде сверкнула тьма.

— Нет. Ты первая у меня такая. Да и первая, кто будет работать за еду. Наличку ты ещё долго не увидишь. Хотя смотря как стараться будешь.

Я судорожно вздохнула, отступая. Паника снова поднималась, но уже не слепая, а холодная, пронизывающая. Он развернулся и пошёл дальше, вдоль рядов, к стене с надписью «Примерочные».

Этот магазин я знала. Чего греха таить, у меня почти вся одежда была отсюда — дёшево и удобно. И вот теперь я не просто покупатель… даже не продавец. Теперь я его пленница.

Тигран уверенно шёл вперёд.

Я чувствовала на себе взгляды — тяжёлые, изучающие. Женщины в платках украдкой переглядывались, некоторые даже шептались, но быстро опускали глаза, когда Тигран проходил мимо. Мужчины, расставлявшие товар, смотрели прямо, но без лишней дерзости — скорее с уважением к нему и с любопытством ко мне.

Я опустила голову. Всё здесь пропитано его властью. Каждая коробка, каждая вещь, даже воздух. Глупо надеяться на помощь.

За шторой оказался длинный коридор. Несколько мужчин поприветствовали Тиграна на своём языке, а женщины склонили головы.

Какой-то дворец шейха в русских реалиях.

Он пошёл дальше, к самой дальней двери, открыл её своим ключом.

— Снаружи будьте, — бросил он охранникам и толкнул меня внутрь.