Останусь, клянусь

Глава 12

Бриттани

Я никогда не чувствовала ничего подобного, и нет, я не имею в виду любовь. Совсем нет. Просто... я никогда раньше не хотела находиться рядом с мужчиной. Мужчины настораживают, у них всегда есть скрытые мотивы, и по своей природе они опасны. Особенно я не выношу тех, кто гораздо крупнее меня, но Киран доказывает, что он может быть исключением, а не правилом. С ним я просто чувствую себя так комфортно. Его присутствие успокаивает меня, а еще у него просто офигенно большой член.

Ну а что? Девушке можно же ценить все стороны своего партнера по перепихону.

Мы ведь просто спим друг с другом… да? Только почему тогда мы валяемся в обнимку по полдня и смотрим кино? Вряд ли обычные «друзья по сексу» так делают. Но ничего, все нормально. Как сказал Киран – правила устанавливаем мы.

Из сладкой дремы меня выдергивает стук по столу. Я поднимаю глаза и встречаюсь взглядом с мистером Холлом. На его красивом лице, довольная, почти насмешливая ухмылка.

– Мечтаете на рабочем месте, мисс Митчелл?

– Попалась. Простите, мистер Холл, чем могу помочь?

– Ну, для начала вы могли бы наконец-то называть меня Джексон. Или Джакс. Я с первого дня об этом прошу.

Теперь уже я улыбаюсь в ответ:

– Кроме этого, мистер Холл?

Он громко, от души смеется:

– Ладно, сдаюсь. Попробую снова завтра. Я просто хотел уточнить, готовы ли мои материалы к заседанию в понедельник?

– Да, они здесь. – Я передаю ему папки с документами, все промаркировано и разложено строго в том порядке, в котором он будет это использовать.

– Бриттани, ты каждый день спасаешь мне жизнь.

– И буду продолжать, если вы разрешите мне по-прежнему звать вас мистером Холлом.

Он перелистывает документы:

– Хм, вряд ли, но твой энтузиазм мне нравится. Какие-нибудь грандиозные планы на выходные?

– У нас выходные?

Это я слышу впервые.

– Сюрприз. – Мистер Холл театрально разводит пальцы в стороны, как будто только что исполнил магический трюк, и весело улыбается мне.

Джексон Холл сам по себе красивый мужчина. Ростом под метр девяносто пять, светло-русые волосы, глаза цвета виски и безупречно выглаженные костюмы. У него четко очерченная челюсть, и на ней всегда тень щетины, будто по расписанию, в пять часов вечера. Он действительно чертовски привлекателен.

Мы в хороших отношениях, и, стоит признать, он отличный начальник. Между нами нет никаких чувств, ни с одной, ни с другой стороны. Он спрашивает не из подката, а потому что ему реально интересно. Обычно у нас не бывает больше одного выходного в неделю, и меня это вполне устраивает, мне нужны деньги. Так что внезапные выходные – вещь, мягко говоря, нетипичная. Но я точно не та, кто будет кусать руку, которая дает лишний день отдыха.

– Ну, наверное. Завтра у меня свидание с другом, а кроме этого... я, скорее всего, буду спать, пока сон сам не сбежит. А ты что? Почему у нас вдруг выходные?

– Свидание с другом? Звучит драматично. Я буду заниматься делами, о которых моей сотруднице знать совсем не обязательно. Особенно если она практически ребенок. А выходные у нас, потому что я так решил. Думаю, нам нужно перезагрузиться, мы вкалываем без остановки. Я устал, так что могу только представить, каково тебе.

Я не сдерживаю ехидный смешок:

– Ты едва ли старше меня.

Он разворачивается и уходит к себе в кабинет, отмахиваясь:

– Победа есть победа, Митчелл. Победа есть победа.

* * *

Остаток дня проходит со скоростью улитки. Все уже сделано, и к семи я полностью готова уходить. Что, честно говоря, прогресс – раньше раньше восьми вообще не вырывалась.

Проходя мимо кабинета Джексона, стучу в дверь и машу ему рукой на ходу. Слышу, как он поднимается, а за этим – его голос у меня за спиной:

– Эй, Бритт, уже уходишь?

– Да, все готово. Если вдруг что-то упустила, то просто напиши мне, я все сделаю из дома на выходных.

– Отлично. Я тоже выхожу. Пойдем вместе, уже темнеет.

Мы живем в одном жилом комплексе. У меня обычная двухкомнатная квартира, у него – пентхаус. На языке вертится фраза «все нормально, увидимся в понедельник», но мысль о том, что Роберт где-то рядом, заставляет меня передумать.

Наивно было бы считать, что он не попытается добраться до меня. Именно из-за меня его посадили. Именно я прикрыла лавочку его так называемого "многомиллиардного" бизнеса по торговле людьми.

– Вообще-то, это было бы идеально. Ты же знаешь, насколько по вечерам в этом городе может быть неспокойно.

Он кивает и начинает собирать вещи.

– Да, мне не нравится, что ты ходишь домой одна после таких поздних смен. Это небезопасно.

– Все нормально, если что, я могу постоять за себя.

Он качает головой, и в его взгляде мелькает что-то, чего я не успеваю распознать.

– Верю, Роузи³, ты справишься. Но мне будет спокойнее, если ты позволишь мне проводить тебя.

Он ведет нас из офиса домой, к нашему жилому комплексу. По дороге болтаем о работе и делах, которые вот-вот свалятся на нас с головой.

Когда мы входим в лобби, прощаемся и идем каждый своей дорогой. У него отдельный лифт прямо в пентхаус, а мне – в тот, что для простых смертных.

После того, как я захожу в квартиру, я разуваюсь, бросаю сумочку на кухонный остров и наливаю себе большой бокал вина. Устроившись на диване, проверяю телефон – два пропущенных от Роуэна.

Нажимаю на его имя и подношу трубку к уху. Долго ждать не приходится – он берет с первого гудка.

– Бриттани.

– Роуэн. С моими любимыми все в порядке?

В его голосе слышится теплая улыбка, когда он отвечает:

– Все отлично. Я только что ушел от них, они на заднем дворе. Но вообще я звонил по поводу того, что было на прошлой неделе.

У меня тут же все внутри напрягается:

– Хорошо.

Он глубоко вздыхает, а потом медленно выдыхает:

– Послушай... Я вел себя как мудак. Было несправедливо грубить тебе или плохо с тобой обращаться только потому, что я сам не уверен в себе.

– А чего тебе бояться, Роуэн? У тебя есть они. Они – твои. Ты вытащил их из ада, из боли и разрушений. Честно говоря, это вообще главная причина, по которой я тебя терплю.

Он фыркает:

– Терпишь меня? Да что я такого сделал?

Думаю, будет честно говорить прямо, раз уж он сам решил быть откровенным.

– Ты забрал их у меня. Я не знаю, что тебе обо мне рассказывали, Бирн, но у меня почти нет семьи. Я не из таких мест, как ты. Но у меня были они. Моя сестра и племянник, по выбору, не по крови. А потом появились вы с братьями, такие большие, угрюмые, грубые и чертовски притягательные. И вы все вдруг решили открыть свои добрые, скрытно-милые сердца семье, которая вам вообще-то не принадлежала. Они были моими. Но вы все равно их забрали. И теперь я, как грустная семейная собака, которую оставили под дождем. Просто смотрю в окно с улицы, пытаясь радоваться тому, что у них все хорошо. Так что да, Роуэн. Я тебя терплю.

Роуэн так долго молчит, что я даже проверяю, не сбросил ли он звонок. Нет, все еще на линии.

– Я не знал, что ты так себя чувствуешь. Клара знает? Мне правда жаль. Ты не собака под дождем, Бритт. Во-первых, мы Паркеру не даем мокнуть под дождем.

Он позволяет себе легкую усмешку, но почти сразу возвращается к привычному деловому тону.

– Ты для меня такая же семья, как и они. Они не бросили тебя ради меня. Они взяли тебя с собой. Просто ты слишком упряма, чтобы это признать. Я чувствую себя неуверенно, потому что ты знала их раньше, чем я. Это ты их спасла, Бритт, не я. Ты знаешь такие вещи, о которых я и понятия не имею. Важные вещи. Например, про его мигрени. Что еще я упустил только потому, что появился в их жизни слишком поздно?

В его голосе столько уязвимости, что у меня сжимается сердце. Он и правда тяжело переживает все это. Я уже собираюсь что-то сказать, как телефон подает сигнал – входящий вызов. Смотрю на экран: Киран. Странно. Отклоняю и возвращаюсь к разговору с Роуэном.

– Ты не можешь винить себя за то, что с ними сделал Престон. Это не твой крест. Ты любишь их и помогаешь им залечивать раны с того самого момента, как появился в их жизни. Да, ты был груб со мной, и я этого не заслуживала. Но в то же время ты не заслуживаешь того, чтобы терзать себя из-за того, что ты не мог контролировать.

– Спасибо. Честно, я не звонил за порцией ободрения, но не скрою – оно было кстати. Мне правда жаль, что я повел себя, как взбешенный папаша-медведь. Это было нечестно, и мне стоило разобраться с чувствами по-взрослому.

Решив принять его извинения – он звучит искренне, – я говорю:

– Ценю это. Рада, что мы можем оставить это позади. Я скучаю по твоему дивану на веранде.

Роуэн смеется в полный голос:

– Что?

– Я все правильно сказала. Он такой удобный. Каждый раз, как только я на нем устраиваюсь, глаза сами собой закрываются. А знаешь, как говорится: если не можешь быть богатой – дружи с богатыми.

– Не могу сказать, что слышал это выражение раньше.

– Конечно ты не слышал, ты ведь всегда был тем самым богатым другом.

Я улыбаюсь нашей легкой перепалке. Роуэн мне правда нравится. Да и Клара будет в восторге, когда узнает, что мы помирились.

Телефон снова подает сигнал, снова звонит Киран.

– Слушай, Роуэн, у меня еще один вызов. Но у нас все в порядке. Спасибо, что позвонил.

– Спасибо, что приняла мои извинения. Жду тебя у себя, ладно?

– Будет сделано.

Мы прощаемся, и я успеваю переключиться на Кира прямо перед тем, как звонок уходит в голосовую.

– Бритт, – выдыхает он с облегчением, – я уже начал волноваться. Ты дома?

– Волновался? Из-за такой, как я? Маленькой, но очень грозной? Я справляюсь, Бирн.

– Уверен, что справляешься. Но это не мешает мне волноваться. Как прошел день?

– Работа как работа. Еще один длинный день. Но у меня редкие выходные, так что жаловаться особо не на что. А у тебя как день прошел… эм… ну, просто как день?

Он смеется громко и заразительно, у меня аж мурашки от его смеха пробегают.

– День был насыщенный. Я только недавно домой вернулся и умылся.

– Я тоже вот только зашла.

– Уже после семи? В смысле ты только зашла?

– В смысле мне повезло уйти с работы на час раньше, и теперь я дома.

– К слову о твоем начальнике... Где ты вообще работаешь? И почему твоя начальница гоняет тебя по четырнадцать часов в день? Она что, Сатана?

Я смеюсь, потому что передо мной наконец-то настоящий Киран, не этот угрюмый и сдержанный тип, а живой, искренний, с юмором. Это прям честь – видеть его таким. И, честно говоря, приятно осознавать, что мы, похоже, перешли ту неловкую стадию.

– Вообще-то, мы не про моего начальника говорили. Но раз уж ты так вежливо спросил, я – личный помощник в юридической фирме Philips and Grant, в городе.

– Мой босс не Сатана. Он, на самом деле, довольно приятный. Просто работает до поздна, а мне нравится переработка – доплата за сверхурочные вполне ничего. И раз уж ты вот-вот спросишь, то его зовут Джексон Холл.

– Хм, он? Присвоил себе симпатичную молоденькую ассистентку на четырнадцать часов в день. Мне это не нравится.

Веселый тон исчез, вместо него – серьезный, даже чуть напряженный.

– Киран Бирн! Ты сейчас что, ревнуешь к моему боссу?

Он почти звучит так, будто дует губы:

– Нет. Я не ревную к какому-то старому мужику.

Так, отлично. Значит, возраст начальника лучше не уточнять. Потому что Джексу всего двадцать шесть, и, по-честному, он очень даже симпатичный. Но когда твое тело реагирует только на одного конкретного брата Бирна, то все остальные мужчины автоматически теряют очки.

– Ну-ну, если ты так говоришь. А вообще, я очень жду завтрашнего свидания.

– Я тоже. Нормально будет, если я заеду в четыре?

– Да, мне подходит.

Пока не передумала, потому что если быть честной, то мне правда не хватало его всю неделю, и я решаю рискнуть.

– Эй, Киран?..

Мой голос звучит нервным, и он это наверняка слышит.

– Да, Бриттани?

– Ты можешь приехать?.. Может, остаться на ночь?..

– Буду через пять минут.

Звонок обрывается, не дав мне даже ответить, и я не могу удержаться от смеха, он сам собой вырывается из груди. Решив, что этот вечер и выходные я точно поверну в свою сторону, я разворачиваюсь на каблуках и направляюсь в спальню, искать идеальный наряд к его приезду.