Останусь, клянусь

Глава 18

Бриттани

Я пытаюсь оторваться от Кирана примерно на две мили, но этот упертый придурок, похоже, решил рискнуть жизнью, лишь бы не отставать. Я злюсь на него, злюсь до дрожи, но и мертвым видеть его не хочу, так что сбрасываю скорость и еду домой, прекрасно зная, что он окажется прямо за мной. Когда я, наконец, паркуюсь на своем месте, внутри все кипит.

И следа не осталось от той эйфории, с которой я шла после того, как отсосала ему за домиком у бассейна. Или от сладкого счастья, когда рассказывала Кларе, что мы с ним теперь вместе. Он дал мне поверить, будто мы держим все в тайне, а на деле – все давно в курсе. Более того, он сам перестал разговаривать с братьями, если только это не касалось дел. Я тянусь к ручке двери, но не успеваю, ее резко распахивает никто иной, как мистер высокий, мрачный и охрененно наглый.

– Какого хрена, Бриттани?! – Ого, он опять назвал меня по имени. – Ты что, решила проверить, на что способен мой байк? Уверяю тебя, он разгоняется быстрее чем твоя машина.

– Вот именно, какого хрена, Киран?! – выпаливаю я, голос к концу фразы срывается на крик, но мне плевать. – Я ясно сказала, что хочу пока держать все в секрете. А ты, значит, решил просто умолчать о том, что вся твоя семья давно уже в курсе?

Он бесится не меньше меня, если не больше. Его тело дрожит от злости, пока он сдергивает шлем с головы.

– Прости, что не счел нужным сообщить тебе это, – огрызается он. – Я, блядь, последние недели только и делаю, что пытаюсь остаться в живых на работе, построить с тобой что-то настоящее и при этом выследить и убрать самых отмороженных ублюдков на побережье. Прости, что не поправил тебя в тот момент, когда ты решила спрятать меня, как чертову игрушку, с которой стыдно показаться на людях.

– Это неправда, и ты это прекрасно знаешь. И, судя по всему, мои причины были более чем обоснованными. Ты не разговариваешь со своими братьями из-за меня. Именно этого я и боялась.

– Ага, конечно, ты волновалась из-за моих, блядь, братьев, – рявкает он, но его перебивает звонок телефона. Он достает его из кармана и тут же принимает вызов.

Я не слышу, что говорят на той стороне, но мне и не надо, все и так понятно по выражению его лица и интонации. Особенно когда он четко говорит:

– Ага, отлично. Заберу Райана, и мы будем на «Яме» за двадцать минут до начала.

Он сбрасывает вызов, глядя мне прямо в глаза.

– Я не могу сейчас этим заниматься. Мне нужно быть в другом месте.

– Киран, если ты сейчас уйдешь драться, можешь вычеркнуть мой номер, – говорю я тихо, но четко.

Он отвечает слабо улыбнувшись, грустно, почти нежно, и кивает:

– Береги себя, Бриттани. Надеюсь, тебе не будет стыдно за следующего мужика, с которым ты будешь.

Его замечание задевает глубоко, именно так как он и хотел. Мне никогда не было стыдно за него. И уж точно не сейчас. Жизнь Кирана находится в поле зрения общественности, а у меня есть прошлое. Свои демоны. И я почти уверена, что они до сих пор где-то там, ищут меня, не собираясь останавливаться, пока не добьют то, что начали много лет назад. Но Киран об этом не знает. Потому что ему никогда не было достаточно важно остаться и выслушать. Мы просто так и не успели дойти до этого разговора.

Киран засовывает наушники обратно в уши, натягивает шлем – и прежде чем я успеваю сказать хоть слово, он срывается с места и исчезает в тоннеле паркинга. Я могла бы позвонить Кларе. Или кому-то из его братьев. Но я не могу так его предать. Что бы ни происходило между нами, как бы я ни злилась, он доверил мне эту информацию. И есть еще одна мелочь, они считают, что я ему не пара. Именно поэтому между ними такая глухая стена злости. Клара наверняка рассказала им то, что знает о моем прошлом.

Я даже не могу по-настоящему злиться на нее. Это ее настоящая семья. А вот на него – могу.

Потому что он не остался.

Он же поклялся.

* * *

Вы когда-нибудь заходили в комнату и сразу чувствовали, что взгляды всех присутствующих мгновенно устремлены на вас? Это неприятное ощущение, будто вас моментально начинают разглядывать и оценивать. Как будто вот-вот побежите в туалет проверять, не заправилось ли платье в стринги. Вот ровно так я себя чувствую, когда захожу в этот обшарпанный склад. Женщины – будто нарочно забыли надеть одежду. Все, что на них есть, – пара ниточек и капля самоуверенности. Мужчины – кто в спортивках, кто в шортах, кто в чем попало, лишь бы можно было драться и не сдохнуть от жары.

Я узнала об этом месте, просто спросив у коллеги – Симоны. Она родом из Джерси и сразу поняла, о чем я. Мы часто пересекаемся, она работает с адвокатом через коридор от кабинета Джакса, так что видимся регулярно. Она предложила пойти со мной, но я сказала, что в другой раз, даже пообещала ей. Сказала, что встречаюсь тут с кем-то, но у него, мол, связь пропала.

Теперь, когда я уже здесь, я начинаю сомневаться в своем плане. Я пришла только ради одного – найти Кирана, уговорить его уйти и спокойно вернуться домой. Мы не можем быть вместе, но я и представить не могу, что с ним что-то случится. Я медленно пробираюсь сквозь толпу, оглядываясь по сторонам, как вдруг помещение заполняет голос ведущего:

– А теперь – то, чего мы все так ждали. Киииииииранннннн Биииирнннннн!

Блядь.

Киран выходит из-за кулис, наверное, там у них раздевалки, и, черт возьми… Я видела его в разных видах. Поверьте, их было много. Но вот этот… Черно-серые спортивные шорты, перевязанные запястья, волосы взмокли от пота, торс голый – грудь, пресс, все на виду, и в нем бушует чистый адреналин. Кажется, я только что проглотила собственный язык.

Киран выходит в центр ринга, пружинит на носках, разминается, потом уходит в свой угол. Райан что-то выдавливает на палец и размазывает ему по брови, какая-то прозрачная хрень. Они переговариваются, я не слышу слов, но по их виду видно: спорят. Причем с поддевкой, как всегда. Я даже не замечаю, что уже вызвали соперника Кирана. Осознаю это только тогда, когда тот оказывается в своем углу.

Я пытаюсь пробиться поближе к рингу, но врезаюсь прямо в чью-то грудь, жесткую, как бетон. Бормочу под нос:

– Простите, – и уже собираюсь идти дальше, как вдруг чья-то рука обхватывает меня за предплечье.

– Бриттани?

Вот дерьмо. Двойное дерьмо. Не может быть. Какова вообще вероятность? Неохотно поднимаю глаза, и, конечно, узнаю этот голос. Глаза цвета виски встречаются с моими.

– Эм... Привет, босс?

Джексон стоит прямо передо мной, в мешковатом худи, баскетбольных шортах и кроссовках. Черная кепка натянута до самых бровей.

– Мисс Митчелл, вам здесь не место, – говорит он, быстро окидывая взглядом мои джинсы, широкий свитер и неряшливый пучок. Я замечаю тот момент, когда его взгляд останавливается на моих красных, опухших глазах, его грудь сразу подается вперед, будто он готов кого-то защищать.

– Ты плакала?

Я даже не успеваю открыть рот, как до меня доносится знакомый до дрожи звук, когда кожа врезается в кожу. Хлопок, от которого у меня перехватывает дыхание. Звук, моментально возвращающий меня в кошмар, в те первые четырнадцать лет моей жизни. Я резко оборачиваюсь к рингу, и вижу Кирана. Он стоит с раскинутыми руками, даже не пытаясь защищаться.

– Какого хрена он творит? – шепчем мы с Джексоном одновременно.

Мои глаза становятся по-настоящему круглыми, когда соперник Кирана резко наносит удар ногой и с силой попадает ему в ребра. Киран отшатывается назад.

Вокруг все орут, рев толпы сносит крышу, и я точно знаю, что он не может услышать сдавленный, испуганный всхлип, что вырывается из моей груди. Но ровно в этот момент он поворачивает голову. И его зеленые глаза впиваются в мои.

Что-то в его взгляде меняется, темнеет, словно внутри него щелкает переключатель. И он начинает драться по-настоящему. Когда раунд заканчивается и их разводят по углам, Киран буквально бросается к Райану, размахивает руками и орет, судя по всему, от злости.

Джекс что-то говорит мне, но я даже не различаю слов. Потому что его зеленые глаза снова находят меня в толпе. И теперь в них не просто злость, там бешенство, с трудом сдерживаемое, будто вулкан на грани извержения. Но сквозь весь этот гнев вдруг проступает боль. Такая откровенная, что она светится, как маяк во тьме. Тянет меня к нему, даже если я сама не понимаю, что делать.

Райан тоже взрывается, размахивает руками, что-то кричит и уходит прочь от Кирана… прямо ко мне. Я судорожно оглядываю помещение в поисках выхода, и вдруг мои ноги сами начинают двигаться. Только через пару шагов до меня доходит: это Джекс ведет меня.

– Так вот почему ты плакала? – спрашивает он тихо, напряженно. – Бритт, тебе нужна помощь? Я могу увезти тебя отсюда, как можно дальше от него. Но нам надо уходить прямо сейчас.

Я резко замираю и смотрю на него с полным непониманием:

– Да. Нет. То есть… – Мотая головой, пытаюсь собраться с мыслями. – Да, я плакала из-за Кирана. Нет, мне не нужна помощь.

Джексон изучает мое лицо в поисках любого признака моей лжи, когда позади меня раздается голос Райана.:

– Ты слышал ее, Хилл, помощь ей не нужна. На твоем месте я бы убрал руки от девчонки Ки, прежде чем он сойдет с ринга. Ты ведь помнишь, что случилось в прошлый раз, верно?

Он аккуратно оттягивает меня за спину, прижимая ладонь к моему бедру, не грубо, но очень даже собственнически.

– В прошлый раз просто не повезло, – ухмыляется Джексон. – И, если уж на то пошло, в итоге мы-то посмеялись последними. На твоем месте я бы пошел к своему мальчику, у него, похоже, руки совсем ослабли.

Он кивает в сторону Кирана, который в этот момент больше смотрит на нас, чем на соперника, и из-за этого ловит удары один за другим, даже не пытаясь ответить. А потом Джексон снова смотрит на меня, с той же теплой, мягкой улыбкой, которую я знала всегда.

– Увидимся через пару дней, Митчелл. Если вдруг я понадоблюсь раньше, у тебя есть мой номер, – бросает Джексон и, не дожидаясь ответа, разворачивается и исчезает в толпе.

Райан тут же переводит на меня взгляд, и лицо у него такое, будто он сейчас будет допрашивать с пристрастием.

– Объясни мне, какого хрена ты вообще его знаешь? И какого черта ты тут с ним?

– Нет, – отвечаю, отчетливо выделяя последнюю букву и бросаясь к рингу, расталкивая людей. Райан, естественно, плетется за мной. Кажется, я слышу, как он что-то бурчит себе под нос… Кажется, «проблема». Ну да, конечно. Игнорирую. Это вообще все из-за Кирана.

Райан мягко, но настойчиво направляет меня в тот же угол, где стоял минуту назад.

Складываю руки на груди и встаю так, будто готова царапаться, если кто-то сунется. Максимум дерзости, на который только способна. И просто смотрю. Как Киран, наконец, начинает по-настоящему драться. Честно? Не могу поверить, насколько он грациозен. Он ныряет, уклоняется, будто танцует. Даже удары у него – это не просто грубая сила. Они красивые. В каждом движении есть что-то… завораживающее. Мощь и точность. Клянусь, я моргнула всего на секунду, а он уже валяется на полу, соперник под ним. Они перекатываются пару раз, пока Киран не оказывается сверху, зажав того в удушающий захват.

Не прошло и пяти секунд, как парень сдается, хлопая рукой по мату, и Киран, словно победный трофей, поднимается с него, благодаря самозваному рефери⁶. Тот поднимает ему руку, как в настоящем бою, и в этот момент Киран разворачивается ко мне всем телом.

В его глазах – огонь, вожделение, радость... и чуть-чуть сомнения.

А я ведь собиралась строить из себя недотрогу. Не потому что хотела играть в игры, а потому что мне до сих пор больно. Я проревела весь день, просто потому, что стало слишком очевидно, что я задела его за живое. А от этого мне, как ни крути, еще хуже. Сколько бы я ни делала вид, будто мне все равно, – на самом деле мне невыносимо грустно от того, что я ранила его чувства.

А Ки, черт побери, выглядит как настоящий бог секса, с этой ровной, золотистой кожей, даже сейчас, в самом конце зимы. В его глазах сверкает нечто такое, от чего у меня в животе все скручивается в узел. А эта его фирменная улыбка, от которой я обычно просто таю, заставляет меня сомневаться в себе. В конце концов, он сам все между нами порвал. Что, если он пришел сюда просто развлечься перед боем, с какой-нибудь случайной девчонкой? Что, если эта улыбка, вовсе не для меня? Нет. Я не переживу, если окажется, что это правда.

Резко разворачиваюсь на каблуках, собираясь уйти тем же путем, что пришла. Но чья-то рука – крепкая, но ласковая, обхватывает меня за предплечье. Киран. Он рывком разворачивает меня обратно, и я буквально врезаюсь в его голую грудь, мокрую от пота, натянутую как струна, переполненную адреналином. Воздух с шумом вылетает из моих легких, а взгляд прочно сцепляется с его. Он смотрит на меня, как будто стоит на грани, между вспышкой ярости и болезненным, неудержимым возбуждением.

– Не так быстро, мое сокровище. Нам нужно поговорить.

Он медленно проводит ладонью вниз по моей руке и переплетает наши пальцы. А потом наклоняется к самому уху и шепчет:

– Мне жаль, Бриттани. Правда. У меня куча вопросов, и нам нужно все обсудить, но прямо сейчас… мне просто нужно, чтобы ты знала: я должен был остаться. И я чертовски жалею, что ушел.

– Остаться?.. Ты обещаешь? – Голос срывается, а в глазах тут же застилается пелена слез.

– Да, детка. Я остаюсь, клянусь.

Он прижимает губы к моим, одновременно поднимая меня за бедра так легко, будто я невесомая. Когда отстраняется, на его лице появляется та самая, настоящая улыбка.

– Я знаю, нам надо поговорить, но у меня сейчас в крови столько адреналина… – он обрывает фразу, и я лишь качаю головой, смеясь.

– Тогда сгоняй прокатись на своем байке, Бирн. Потому что я пока что закрыта на техобслуживание, пока не проясним все между нами.

Он надувает губы, будто хочет поторговаться, но в итоге сдается и направляется в раздевалку:

– Ладно, справедливо.