Отставникъ

Глава 12 ЗВАНЫЙ УЖИН

Глава 12. ЗВАННЫЙ УЖИН

У дома припарковать Руссо-Балт оказалось невозможно. Уже три автомобиля стоят и аж четыре пролетки. Мало того, там проехать-то тяжело, еще и какие-то гости бродят, которых очень много. Что это господин Жуков за такой прием организовал? Оказалось, я этот вопрос задал вслух, импресарио, сидящий на заднем диване, начал объяснять:

— Михаил Юрьевич, чем известнее и популярнее Вера Васильевна, тем у нее не только больше поклонников, но и деловых предложений. Увы, это не только праздник, но и работа. Тут есть журналисты, политики, промышленники, режиссеры и сценаристы. При этом каждый тащит с собой сопровождающих.

— Иван Сергеевич, это в какую же сумму мне такой званый ужин обойдется? — вдруг задала вопрос девушка.

— Еще не подсчитывал, — уклончиво буркнул господин Жуков и сказал мне: — Господин поручик, остановите авто, а потом его за дом отгоните и сразу приходите, не оставляйте надолго Веру одну.

— Михаил, я вас дождусь перед крыльцом, — шепнула актриса, когда выходила.

К ней сразу же подошел официант с подносом, на котором стоят фужеры с шампанским. Госпожу Холодную окружили гости, а господин Жуков стал отдавать какие-то распоряжения служанке. Чем-то Иван Сергеевич недоволен, возможно резкими вспышками от фотоаппаратов. Осторожно еду, чтобы никого из гостей не задеть и ищу, где лучше припарковать автомобиль. Указание импресарио вряд ли возможно исполнить, куда он предложил поставить машину не проехать, там слишком узко. Наконец-то остановил автомобиль, заглушил, вышел и прислушался к дару, который уже не так активно сигнализирует об опасности. Дамы и господа прогуливаются, некоторые не спешат засвидетельствовать свое почтение хозяйке приема. Тут и там слышится смех, звон бокалов и почему-то вспомнились окопы. Где-то далеко идет война и гибнут офицеры с солдатами, сестры милосердия выхаживают раненых, доктора падают с ног от усталости и проведенных операций. Два разных мира! Пожалуй, подпоручика, мужа Веры, где-то могу понять, точнее, посочувствовать. Тот не совладал с эмоциями, не понял, что не только боевые действия способствуют победе над врагом. Необходимы спектакли и такие вот приемы, чтобы кто-то отвлекся от тяжкого бремени, другой же заключил выгодный контракт и выделил средства на армию. Если рухнет экономика, народ окажется за чертой бедности, то защищать от супостата родную землю будет в разы сложнее.

— Михаил Юрьевич, я вас уже заждалась! — воскликнула Вера и помахала мне рукой, когда я подошел к крыльцу.

Девушку все так же окружают гости, но она прервала с ними беседу и направилась ко мне. Взгляды присутствующих сошлись на моей персоне, кто-то смотрит с любопытством, другие безразлично, а некоторые в предвкушении грядущих сплетен и слухов. Ощутил парочку взглядов, если не больше, полных ненависти, но кому они принадлежали выяснить невозможно, слишком много вокруг людей.

— Вы почему так долго? — беря меня под локоть, спросила Вера.

— Простите, искал место, где запарковать автомобиль, — задумчиво ответил я.

— Простите, делали что?

— Место для стоянки Руссо-Балта, — ответил девушке.

— Идемте в дом, там уже подготовлены закуски, а вы у меня голодны, — потянула меня Вера в сторону особняка.

В большом зале оказалось не так много гостей, как ожидал. Большинство из них преисполнены чувством собственного достоинства. Дамы тщательно скрывают морщины, демонстрируя драгоценности и наряды. Господа вальяжны, у многих есть трости, которыми они даже не пытаются пользоваться по назначению. Вера кому-то улыбается, приветливо кивает, но к ней никто не подходит, как и она. Мы подошли к накрытому столу, на котором в вазочках расставлены канапе с различным наполнением, имеются всевозможные фрукты, пирожные, мармеладные дольки и другие сладости.

— Угощайся, — предложила Вера, выпуская мой локоть и беря канапе, с красной и черной икрой.

Последовал ее примеру, при этом осознавая, что нормально поесть не получится. Тут голод не утолить, его не заглушить, а аппетит только разгуляется. Нет, если забыть про этикет и рамки приличия, начать поглощать все подряд, то насытиться легко.

— Вера Васильевна, дорогая, вы прелестны! — воскликнула рыжеволосая красотка, подходя к нам и при этом стреляя в меня глазками. — А как сегодня играли на сцене, это просто божественно!

— Госпожа Зуева, рада вас видеть, — ответила хозяйка вечеринки. — Как поживаете, все ли в порядке? Смотрю, у вас новый бриллиантовый гарнитур, он очень хорош.

Не та ли эта дама, про которую Вера говорила? Скорее всего она, раз моя спутница обратилась к ней по фамилии, чтобы меня предупредить. Впрочем, от рыжеволосой красавицы угрозы не чувствую, если не считать, что она мной заинтересовалась. Украшения на девушке, которой лет двадцать пять, и в самом деле необычные, и дорогие. Насчет того, когда они сделаны сказать ничего не могу, тут следует доверять актрисе, раз она сказала, что гарнитур новый, то так оно и есть.

— Да, супруг меня балует, — покивала Зуева и дотронулась до серьги. — Продукция пользуется повышенным спросом, дела идут отлично. Почти каждую неделю Андрей Макарович мне дарит то одно, то другое, — с беспечным видом произнесла наша собеседница, а потом поинтересовалась: — Верочка, вы не представите поручика? Похоже он не случайный гость в вашем доме.

— Михаил Юрьевич Голицын, к вашим услугам, — произнес я, увидев, что госпожа Холодная сделала вид, что не услышала просьбу своей знакомой.

— Меня зовут Анна Яковлевна, фамилию уже слышали, а обращаться можете только по имени, раз вы дружны с Верочкой, — ответила Зуева и уточнила у актрисы: — Дорогая, я же не нарушая никаких границ?

— Аня, вы сама непосредственность, — заметила госпожа Холодная, но потом добавила: — Разве могу указывать, как к кому обращаться и с кем дружить?

Она еще что-то хотела сказать, но подошел представительный господин в идеальном костюме. Ему лет тридцать пять — сорок, небольшая бородка и немного закрученные вверх усики, идеальный пробор, правильные черты лица, внимательный и оценивающий взгляд. На такого господина дамы наверняка западают и падают штабелями к ногам! С учетом того, что он далеко не беден и интеллигентен. Впрочем, последнее утверждение основано на внешнем виде, а оно зачастую обманчиво. Правда, мой дар не протестует.

— Александр Алексеевич, рада, что вы тоже почтили мою вечеринку своим присутствием, — тепло улыбнулась гостю Вера и поспешно меня представила: — Мой личный шофер и учитель вождению, поручик Голицын Михаил Юрьевич, недавно с фронта, оправился после ранений. А это, — кивнула на подошедшего господина, — Господин Ханжонков, владелец торгового дома «А. Ханжонков и Ко», занимающегося кинопроизводством и всем, что с ним связано.

— Очень приятно, — произнес я.

— Рад знакомству, — протянул мне руку Александр Алексеевич.

Мы обменялись рукопожатием, после чего Ханжонков извинился и увел Веру, с которой намеревался обсудить пару важных вопросов и предложений, как он выразился.

— Не переживайте, Александр Алексеевич увлечен кинематографом, артисток оберегает от посягательств и романы на рабочем месте не заводит, — сказала Анна Яковлевна, делая небольшой глоток шампанского.

— С чего вы решили, что у меня есть такое право? — поинтересовался я у госпожи Зуевой.

— Даже если и нету, то вы бы не отказались его получить, верно? — пожала та плечиками. — Вам с господином Ханжонковым лучше дружить, он очень влиятелен среди банкиров и его торговый дом с каждым днем богатеет.

— Честно говоря, никогда о нем не слышал, — заметил я.

— Это неудивительно, киноиндустрия только-только развивается, но стремительными темпами. Мой муж вложился в акции Александра Алексеевича и еще сетовал, что не успел их много приобрести. А господин Зуев, являясь моим любимым супругом, которому, — она искоса на меня посмотрела, — недавно исполнилось шестьдесят два года, умеет чувствовать и предугадывать взлет и падения прожектов. Удивительно, но он не сразу поверил, что кино способно принести прибыль. Однако, мнение переменил, построенная кинофабрика показала хорошую прибыль. Сейчас вот господин Ханжонков строит фабрику по производству киноаппаратуры. Да и вообще, он не скрывает того, что намерен построить русский Голливуд, а потом последний превзойти. Поэтому-то ему не до романов. А жаль, очень хотелось бы с ним поближе познакомиться. Меня в этом начинании и супруг поддержал, да ничего не вышло. Мои чары на Александра Алексеевича не подействовали, — попивая маленькими глотками шампанское, неторопливо поведала моя новая знакомая.

И ведь как ловко фразы построила, что почти все по полочкам разложила. Дала понять, что ее супруг влиятелен и богат, но очень стар и молодую жену балует, позволяя ей развлекаться и заводить любовников. Или он ее под нужных людей подкладывает? Наблюдал такое, но, похоже, не в этом случае. Госпожа Зуева упряма и своенравна, если чего-то не захочет, то ее не заставить. Уверен, она господина Ханжонкова добивалась упорно, но в итоге сдалась, о чем даже сейчас сокрушается. Или дает понять, что рассматривает мою кандидатуру?

— Михаил Юрьевич, а это правда, что вы Верочкин шофер и ее учите управлять авто? — задала вопрос рыжеволосая красавица, явно что-то для себя решив.

При этом она кокетливо поправила прическу и немного выставила вперед ножку, которую облегает платье и подчеркивает, что та длинная и точеная.

— Да, госпожа Холодная не соврала, — подтвердил я и взял у проходящего мимо официанта с подноса бокал шампанского и сделал глоток.

— Ой, а вы не могли бы и меня научить? Не беспокойтесь, я щедро с вами расплачусь, — широко улыбнулась Анна Яковлевна и чуть понизив голос, чтобы слышали только мы двое, добавила: — Чем и как вам будет угодно, вы точно не пожалеете.

— Простите, плохо осведомлен о планах госпожи Холодной, — чуть пожал плечами и добавил: — Боюсь, ничего не получится, поищите другого учителя.

— Михаил, можно ли мне к вам обращаться по имени?

— Без проблем, — кивнул я, стараясь определить почему не отпускает напряжение и ощущаю угрозу.

Нет, не из-за госпожи Зуевой, в зале есть тот или те, кому перешел дорогу.

— А вы меня зовите Анной, — сказала дама и продолжила: — Господин поручик, сейчас сложно найти порядочного человека, способного не только развлечь даму беседой и показать ей что-то новое. Как понимаю, вы на это способны, иначе бы Верочка вами не увлеклась.

— Госпожа Зуева, извините, но ваши намеки неуместны, — холодно произнес я.

— Но в этом же ничего такого, — невинно похлопала веками моя собеседница.

И как от нее отвязаться? А еще непонятно, какую преследует цель. На вульгарную особу не похожа, с финансовой точки зрения ей не интересен. Или желает Вере таким образом насолить? Но не стоит забывать, что заочно обо мне пыталась разузнать, а сейчас почему-то не спрашивает о моем боевом прошлом.

— Михаил Юрьевич, у меня с несколькими господами возник спор насчет машины, — подходя к нам, сказал господин Жуков. — Не могли бы вы помочь мне?

— Разумеется, — кивнул я, поставил на стол фужер с недопитым шампанским и обратился к Анне Яковлевне: — Прошу простить, надеюсь, еще побеседуем.

— Буду ждать, — прикрыла та глаза.

Мы с Иваном Сергеевичем направились в сторону выхода, но в холле тот свернул в один из коридоров. Господин Жуков выглядит встревоженно, он чем-то обеспокоен, но идет молча. Завел меня в небольшой кабинет и указал на одно из кресел:

— Поручик, присаживайтесь.

— Автомобиль оказался предлогом? — поинтересовался я, располагаясь в кожаном кресле.

— Разумеется, — пожал плечами импресарио, — иначе бы вас увести не сумел.

— И, о чем вы хотите поговорить?

— С вами желает встретиться помощник английского посла, — чуть нервно произнес Иван Сергеевич. — Причина мне неизвестна, но он настаивал, чтобы никто об этом не знал.

— Хм, чем же это моя скромная персона его заинтересовала? — задумчиво спросил я, не ожидая ответа. — Это ведь Джек Вилсон, правильно?

— Он вам известен? — насторожился Жуков, нервно расхаживая по кабинету. — Мне не нравится то, чего не понимаю!

— Вера Васильевна рассказывала, что он мной интересовался, но и она причины не знала, — пояснил я.

— Вы согласны с ним переговорить? Учтите, он настырен и от своего не отступится, лучше это сделать здесь, а не тогда, когда он этого добьется.

Не понял, Жуков пытается намекнуть, что у англичанина большие возможности? Но куда смотрит контрразведка? Или считают, что союзники не будут вредить и выведывать секреты? Ну, в Российской империи Разведочное отделение Главного управления Генерального штаба создано лишь в 1903 году. Нет еще больших наработок в этой области, опыт приходит с годами. Сейчас же, основная роль отводится работе на фронте, со штабами и военными секретами. Каких-либо громких успехов ждать нет смысла. Уверен, за союзниками, действующими при посольствах, приглядывают, но не уделяют им должного внимания. А в той же Германии похожая структура получило начало своей деятельности в 1889 году. Четырнадцать лет разницы в таких вещах очень ощутимый срок.

— Интересно узнать, что от меня хочет помощник английского посла, — утвердительно кивнул, мысленно ругнувшись, что оставил дома Бульдога.

Второй, да еще компактный, револьвер мне бы не помешал. Мелькнула мысль достать из кобуры оружие, но делать этого не стал. Вряд ли начнется стрельба, шпионы, если Джек таковым является, так топорно не работают. Это по себе знаю.

— Тогда я приглашу господина Вилсона?

— Жду, — кивнул я и поднялся из кресла, оно удобное, но из него плохо контролировать ситуацию.

Подошел к окну, чтобы лучи заходящего солнца светили в спину. Цепко осмотрел кабинет, подмечая предметы, которые помогут, если начнется драка. Привычка просчитывать различные варианты не раз выручала. Вилсон появился минут через пять, коротко стукнул в дверь и вошел.

— Господин поручик, — чуть заметно кивнул, — думаю, представляться нет нужды.

— Наслышан, что искали со мной встречи, господин Вилсон, — вернул ему небрежный кивок.

— Вам неинтересно для чего?

— Вы об этом сами расскажите, — пожал я плечами, ощущая, как на плечи наваливается тяжесть.

Дар внутри меня тревожно запульсировал. Передо мной одаренный, в этом нет сомнений! А ведь об этом варианте не подумал, как-то еще не свыкся с тем, что у многих в этом мире разные сверхспособности присутствуют. Какие они у моего оппонента? Ментальное воздействие в купе с голой силой! В данный момент Джек пытается проломить щиты, выставленные комочком и, надо признать, ему это удается.

— Мне необходимо понять, как вы выжили. Получить амулет генерала и заставить вас подчиняться! — произнес Вилсон и выставил перед собой правую ладонь.

Какой к чертям револьвер? Пуля такого матерого волка не возьмет! Меня обволок поток чужеродной силы.

— А больше ничего не желаете? — хрипло выдохнул я и сделал жест рукой, словно стряхивая с себя грязь.

— Сильны, но не опытны и глупы, — хмыкнул мой противник и чуть изменил наклон ладони.

Поток устремился в мою голову, но на этот раз он принес боль и панику.

— Если не подчинитесь, то выжгу ваш мозг, будете слюни пускать и под себя ходить! На колени! — произнес помощник английского посла.

Убивать он меня не собирается, как и лишать разума. Ему нужен амулет, а он хранится в чемодане, рядом с Бульдогом. Что же дает тот камень, раз враг так спешит? Он к разговору плохо готов, даже не знает, где я остановился. Испугался, что его кто-то опередит? А откуда он вообще-то узнал о генерале и амулете? Вопросов много, надо бы попытаться на них ответы получить. Тянусь к своему дару и представляю ментальный поток, который необходимо напитать силой и обрушить на англичанина. В последний момент добавляю еще и удар воздушным кулаком.

— Джек, вы не правы, — нашел в себе силы произнести я, стараясь удерживать ментальный щит, который продавливает враг.

Честно говоря, не совсем понимаю, как и что делаю, большей частью интуитивно, а какие-то нюансы возникают в голове в виде образов. Словно интерактивное обучение прохожу у своего дара. Разжимаю кулак и отправляю сразу два потока во врага. Шлепок и из носа англичанина потекла кровь, а его глаза затуманились. С меня же мгновенно слетело оцепенение, дышать стало легко и ощутил некую эйфорию, словно опьянел. Сделал шаг и покачнулся, дело в том, что одновременно израсходовал большой запас дара и сразу же его пополнил, захватив чужую энергию. От этого-то и во рту образовалась кровь, которая еще и из носа пошла. Зайди сейчас кто-нибудь в кабинет и увидит странную картину. Двое господ стоят и покачиваются, один и вовсе в неком трансе, а второй пытается двигаться, но скоординировать движения не может.

— Ничья, — вдруг дернувшись, произносит Вилсон. — Господин Голицын, а вы опасный противник.

— Вы хотели сказать враг? — задал вопрос и достал-таки из кармана носовой платок, чтобы приложить его к носу.

— Нет, именно противник, — ответил Джек. — Вы уже приняли дар, как и он вас. К сожалению, я опоздал и его не отобрал. Что ж, сейчас отступлю, но оставлю за собой право, вернуть наследникам генерала, то что вы у него забрали, — он провел ладонью по лицу и кровотечение у себя остановил.

Мало того, англичанин выглядит так, словно он со мной не мерился даром. Двигается легко, но я-то знаю, что у него сейчас нет энергии даже на слабенький удар, его дар без сил. А вступать в рукопашную нет смысла, как и пытаться применить оружие. А оно у Джека имеется, револьвер в правом кармане пиджака и нож в левом. Но есть еще и перстень, представляющий угрозу. Вот только не пойму, чего от него ждать и каким свойством он обладает. О нем мне подсказал комочек, настойчиво указывая, что от драгоценности исходит смертельная опасность. Может там есть какая-то полость с ядом или выстреливает отравленный шип? Такое использовалось в древности сплошь и рядом, в наши времена подзабылось, но остается актуальным.

— Позволю себе дать вам совет, господин поручик, — взявшись за дверную ручку, произнес Вилсон.

— Вряд ли ему последую, — хмыкнул я, пытаясь создать целебный поток, чтобы остановить кровотечение из носа.

— Амулеты одаренных принято передавать по наследству. У вас пока нет личной магической вещицы, но вы ее обязательно отыщите, если не погибнете раньше. Подумайте об этом. Через пару дней постараюсь с вами встретиться и поговорить без применения силы. Еще раз извините, оказался неправ, — он вышел из кабинета и прикрыл за собой дверь.

О чем он вообще? Разговаривает так, словно мне все известно и понятно. Черт! Он упомянул магию! А про нее мне ничего неизвестно. Или дар и магия одно и тоже? По идее сверхспособности так назвать возможно. Не употребляется же слово магия, чтобы общественность не волновалась. А про колдунов и ведьм во все времена ходили слухи, в том числе и в моем мире случались необъяснимые события, правда, далеко не мирового масштаба. Или к такой информации доступа не имел? Очень много вопросов и мало фактов, чтобы произвести анализ происходящего и сделать выводы. С другой стороны, я только обживаюсь и приспосабливаюсь. Уже немало узнал, и кое-что получается.

— А вот и кровь остановилась, — констатировал и двумя пальцами, осторожно потрогал нос.

Боли нет, не распух и это уже хорошо. В отражении стекла исследовал свою внешность и изъянов не нашел. Недавнюю стычку с англичанином, пожалуй, запишу в актив. Не проиграл ему и это уже достижение. Жаль не получилось Джека как следует к стенке прижать, такую возможность имел, но не сумел воспользоваться.

— Надо найти импресарио и узнать о планах госпожи Холодной, после чего откланяться, — сам себе сказал, понимая, что Настя наверняка волнуется и хочется верить, что ужин приготовила.

Господина Жукова отыскал в компании двух барышень, которые ему строили глазки и недвусмысленно давали понять, что готовы на все, лишь бы он их устроил сниматься в кино. И это мне знакомо, случалось наблюдать, как дамы делали карьеру, не имея никаких способностей, кроме как правильно выбирать с кем ложе делить.

— Иван Сергеевич, на пару слов, — прервал я флиртующих дамочек и чуть вспотевшего импресарио.

— Голубушки, не уходите, через минутку к вам вернусь, а потом пойдем порепетируем. Вдруг и взаправду окажитесь настоящими звездами кино, — сказал господин Жуков девицам и одну из них легонько шлепнул пониже спины.

Я никак его поведение не прокомментировал, при этом оно нарушило все нормы приличия, не говоря уже об этикете.

— Только ничего не говорите и не осуждайте, такова жизнь артистов, точнее, их путь к славе, — чуть пьяным голосом, заявил импресарио.

— Но не все же так к ней шли, — усмехнулся я.

— Поручик, вы абсолютно правы, — покивал Иван Сергеевич. — Кто-то работает в поте лица, репетирует, а кто-то, — он кивнул в сторону барышень, что-то активно обсуждающих, — талант таким образом демонстрирует.

— И вы этим пользуетесь, — поморщился я.

— Они сами приходят, нет в том моей вины, — развел руки господин Жуков. — Верочка тоже осуждает, вы с ней два сапога пара!

— Какие у нее завтра планы? Поедет куда-нибудь и во сколько? — задал ему вопросы.

— Собрались уйти и госпоже Холодной даже до свидания не сказать? — Иван Сергеевич с осуждением на меня глянул. — Экий вы, простите, салдафон-с!

— Иван, вы перебрали, — раздался ледяной голос хозяйки вечеринки.

Когда она подошла я не заметил. Вера чем-то расстроена и этого не скрывает.

— Что-то случилось? — внимательно посмотрел на нее. — Вас кто-то обидел?

— Сапог, — буркнул себе под нос господин Жуков, но я услышал.

Импресарио, покачиваясь, оставил нас с Верой и поспешил к ожидающим его девушкам. И как он в таком состоянии собрался с ними репетировать? Ведь как до дела дойдет, то уснет же и даже не оценит игру начинающих актрисулек. Или специально напился, чтобы потом ни в чем себя не упрекать?

— Господин поручик, вы обещали быть моим кавалером, а сами пытаетесь сбежать, — произнесла Вера. — При этом, — она посмотрела на свои изящные золотые часики, — вечер только начался. Прошу вас, останьтесь. Впереди танцы, а потом гости начнут расходиться.