Отставникъ

Глава 8 ЗНАКОМСТВА

Глава 8. ЗНАКОМСТВА

Господа заметили, что мы чувствуем себя не в своей тарелке и точно тут впервые. Одежда на нас недорогая, ведем себя неправильно и скованно. Знать бы еще какой в поездах этикет и отличается ли он от обычной жизни. Думаю, господа слишком заскучали, не успев далеко от Львова отъехать. Так почему бы им не пообщаться и не утвердиться за наш счет! Заодно и глупышку-красотку попытаться завоевать. Нет, они должны понимать, что мы способны оказаться аферистами. О таком в газетах не раз писали, что на вид скромные и неопытные парочки втираются в дороге к богатеньким пассажирам в доверие, а у тех вскоре обнаруживаются пропажи. Да только их новых знакомых уже не найти. Те на какой-то станции незаметно сошли и словно растворились.

— Очень рад знакомству! — с улыбкой на лице, сказал господин Сухарев. — Уверен, мой деловой партнер думает точно также, он граф Быстров Матвей Артурович. Так вот-с, в связи с тем, что вышел указ о запрете продажи спиртного в вагоне-ресторане, то предлагаю знакомство отметить в нашем купе! Познакомимся поближе, пообщаемся и скоротаем время. Учтите, никаких отговорок не принимаю и смертельно обижусь, — произнес Платон Игоревич, как бы невзначай демонстрируя золотые часики, которые вытащил из карманчика жилетки и щелкнул крышкой, якобы посмотреть сколько времени. — Купе под номером пять, ждем вас после ужина в гости, — он склонил голову, а у самого в глазах азарт разгорается.

Похоже, оценил, что на моей спутнице нет ни грамма косметики и дорогих украшений. Нас явно посчитали случайными попутчиками, каким-то образом оказавшимися в вагоне первого класса.

— Михаил, думаю, нам не следует принимать приглашение, — чуть слышно произнесла Настя, когда промышленник вернулся к своему компаньону.

— Почему бы и не развлечься, — усмехнулся я. — Что, если ошибаюсь и у господ самые что ни на есть хорошие намерения? Боюсь, в пути развлечений много не окажется и будем скуку испытывать.

— Так мы к ним пойдем? — нахмурилась Исаева. — Давай без меня, сошлись, что мигренью страдаю.

— Без тебя мне будут не рады, — покачал я головой. — Не делай поспешные выводы, гнили в господах не заметил, но своего они не упустят.

Действительно, первое впечатление далеко не всегда верное. Исключения случаются, когда внутри все протестует против какого-то человека и впоследствии убеждаешься, что интуиция не подвела. Однако, случается и так, когда кажется, что нашел друга, а тот подлянку готовил и все время за спиной козни строил. А налаживать связи, пусть и случайные — необходимо, никогда не знаешь, кто поможет в трудную минуту.

— Хорошо, посетим господ, а еще хочу посмотреть их купе, сильно ли оно от нашего отличается, — задумчиво произнесла Анастасия, а потом добавила: — Господин поручик, обещайте обо мне позаботиться.

— С чего такая просьба? — удивился я. — Настя, разве мы не сблизились? Ответственность за тебя ощущаю, не переживай.

Из вагона-ресторана вскоре ушли, встретили проводника, которого попросил приобрести для меня газет.

— Брать только свежие или сразу за несколько чисел? — уточнил Яков. — Какие есть предпочтения?

— Обзор о столичных новостях, ситуация на фронте и промышленности, — подумав, очертил я круг интересов, а потом посмотрел на свою спутницу: — Анастасия Николаевна, а вам что-нибудь интересно? Журналы какие-нибудь, может быть желаете почитать о развлечениях в светском обществе или студенческой жизни?

— Что-нибудь про веяния моды, — задумчиво произнесла девушка и поинтересовалась у железнодорожника: — Господин проводник, это возможно?

— Без проблем, — пожал тот плечами, — как только окажемся на станции уездного города, то сразу приобрету для вас прессу. Если надумаете еще что-либо, то обращайтесь, — он улыбнулся, явно чего-то от меня ожидая.

— Яков, скажи, сколько с нас за такую услугу? В том числе приплюсуй к сумме и за свои хлопоты, — доставая портмоне, сказал я.

— Трех рублей, думаю, хватит, — ответил тот и пояснил: — Журналы нынче дороги.

Гм, такой суммы никак не ожидал, но не идти же пятками назад! Отдал проводнику деньги, прикидывая, что такими темпами в Москве окажемся без гроша в кармане. Ну, нет, не совсем уж на мели, но на оставшиеся деньги не разбежишься.

— Господин поручик, постойте! — окликнул меня недавний знакомый из вагона-ресторана.

— Платон Игоревич, вы что-то хотели? — спросил я, дождавшись, когда к нам тот подойдет.

— Не забыли про мое приглашение? Как насчет того, чтобы не откладывать дело в долгий ящик? — он посмотрел на Настю и приложив руку к груди заверил: — Не бойтесь, даже в мыслях не имеем, чтобы такую красивую барышню обидеть. Если пожелаете, то даже дверь в купе закрывать не будем. Понимаю, остаться одной в компании троих мужчин не каждая девушка согласится.

— Вы считаете, что я испугаюсь? — удивилась моя спутница.

— Слухи-с, — пожал плечами промышленник.

— Их давно уже не боюсь, — буркнула Настя, непроизвольно на меня посмотрев.

Неужели камень в мой огород? Быть того не может! Впрочем, в гостинице мы жили в двухместном номере, и обслуга могла нафантазировать невесть что.

Мы прошли в купе, которое занимали деловые партнеры. Матвей Артурович не ожидал нашего прихода, он просматривал какие-то бумаги и делал расчеты. Даже не сразу отреагировал на гостей. Зато потом развил бурную деятельность.

— Мадмуазель, рад вас видеть! — граф склонил голову перед девушкой. — Позвольте вашу ручку.

— Мы же не на высокосветском приеме, — буркнул его компаньон, а Матвей Артурович не отступает и ждет.

— Простите, но мы еще с вами не знакомы, — уклонилась от сомнительной чести, чтобы ее рука оказалась облобызованной, буркнула Анастасия.

— Как? Не может такого быть, чтобы Платон Игоревич обо мне не упомянул! Мы же заочно друг другу представлены. Не так ли, господин поручик? — граф обратился за помощью ко мне.

Хитер господин Быстров, не даром такую фамилию носит.

— Предлагаю отметить наше знакомство, — провозгласил Сухарев. — У нас есть пара бутылок вина, вишневая настойка и даже водка, — он вопросительно на меня посмотрел.

— Если только по бокалу, — неожиданно согласилась Анастасия.

— Вы просто чудо! — потер ладони граф, с восхищением осматривая девушку.

— Не преувеличивайте, — отмахнулась та осматриваясь.

Обстановка в купе практически идентична нашему, если не считать, что тут цвет обивки диванов другого цвета и добавлен небольшой письменный стол у окна, а также два кресла. Интересно, им повезло или билеты стоят дороже? Хотел об этом спросить, но Анастасия опередила. Оказалось, что господа специально приобрели места для работы.

— Вы не знали, что в первом классе этого поезда есть возможность выбора? — удивился граф и пояснил: — Пассажирам предлагают еще и детские места, там имеется некое количество игрушек. Есть купе и для новобрачных, спальное место одно, но широкое.

Это явилось для меня откровением, никогда о таком не слышал.

— Удивлены? — усмехнулся Сухарев, доставая из шкафа бутылку вина, штопор и четыре бокала. — Представьте, как мы с Матвеем Артуровичем поразились, когда нас в купе с одной кроватью заселили, — он усмехнулся, а граф рассмеялся и продолжил:

— В кассе только и уточнили, за какую стоимость мы готовы билеты купить. Разумеется, заплатили максимум, привыкли путешествовать в комфорте и не уточнили из чего он складывается. Удивление проводника проигнорировали, но поняли, когда тот нас стал размещать и тогда-то возмутились, да уже ничего поделать не могли. Поезд стоял под парами, а свободных мест не было. Это случилось три недели назад, когда во Львов ехали.

— И как же вы спали? — закусив нижнюю губу, спросила моя спутница. — Неужели вместе?

— Господь с вами! — отмахнулся Платон Игоревич. — Чтобы я с ним, — он указал на графа, — ложе делил? Да ни в жизнь! По секрету, скажу вам, что мой компаньон похраповать изволит.

— А ты громко сопишь и с кем-то во сне беседуешь! — парировал тот и спохватился: — Гости дорогие, да вы присаживайтесь, в ногах правды нет. А спать нам пришлось попеременно, одну ночь в кресле, вторую на кровати.

— Долго поезд шел? — задал я вопрос.

— Около трех суток, — ответил Платон Игоревич и нахмурился, — Но сейчас, в свете определенных событий, думаю, задержимся.

Бизнесмены, как оказалось, знакомы и дружат с детства. Друг друга понимают с полуслова и к подколкам относятся с пониманием. Закуски к вину у них тоже оказались с собой, проводника беспокоить не пришлось. В том числе и показывать, что сухой закон мы намерены нарушить. Не так давно Николай Второй издал указ, что в поездах запрещено не только распивать, но и продавать алкоголь. За появление в нетрезвом виде в поездах и даже на перронах теперь штраф. Правда, приобрести крепкий напиток не так и сложно, распить его можно из чайной чашки, и никто слова не скажет. Насчет же штрафа, то его получит тот, кто уж совсем переберет. Впрочем, и последнее далеко не факт, если полиция видит, что взять у гражданина нечего, то зачастую закрывает глаза на его состояние. Ну, если тот не дебоширит. Вот и получается, что закон есть, вроде бы выполняется, но с оговорками.

— Не хочу осуждать государя и его министров, но с сухим законом далеко не все так хорошо, — разливая по бокалам вино, произнес граф и на меня посмотрел: — Поручик, вот вы в армии служите, как к такому там относятся?

— Долго в госпитале провалялся, — уклончиво ответил я.

— Вот как? Ранение получили, серьезное? — заинтересовался Платон Игоревич.

— Попал с солдатами под артиллерийский обстрел, — сказал я ему и попросил: — Не хочу вспоминать. Но, признаюсь, последствия оказались таковы, что в армии уже служить не смогу.

— Вот оно как, а по вашему виду не скажешь, — удивился Сухарев. — Значит вы в отставке?

— Еще не оформил бумаги, — честно признался я и поинтересовался: — Простите, а что входит в сферу ваших интересов?

Компаньоны переглянулись, граф с любопытством на меня глянул, а моя спутница чуть нервно вздохнула. Черт, не тот слог я избрал, для простого офицера! Предстоит как-то выкручиваться.

— Дело в том, что прикидываю варианты, чем бы заняться на гражданке, — продолжил я, не дожидаясь ответа от господ промышленников. — Имея время на восстановление прочел много разных финансовых книг по развитию бизнеса. Нахватался оттуда цитат и много другой полезной информации.

— Михаил Юрьевич, знания в нашем деле полезны, но если нет деловой хватки, то начинать не стоит, — сказал Сухарев, а граф его поддержал:

— В том числе и в это смутное время. Инфляция ускорилась, проблемы с поставками и сбытом. Мы вам тому живой пример! Во Львове осматривали пару производств и вели переговоры о вложении средств. Хорошо, что не успели договора подписать и оплату произвести. Точно бы в минусе остались.

— Да, отвечая на ваш недавний вопрос, то наша деятельность связана с изготовлением, — Платон Игоревич взял паузу, подбирая слова, а потом продолжил: — металлических конструкций разного назначения.

— Начиная от выплавки стали, — усмехнулся граф.

Да перед нами настоящие олигархи этого времени!

— Сколько же у вас заводов? — не удержался я от вопроса.

— Десятка два и еще пяток, в которых являемся акционерами с большой долей акций, но не имея контрольного пакета, — невозмутимо ответил Быстров. — Лучше скажите, как вам вино, понравилось? — он посмотрел на Анастасию.

— Вкусное, — коротко сказала та.

Девушке явно не по себе, она не дура, смогла сложить дважды два. Но забывает об одной небольшой детали, что слова наших знакомых ничем не подкреплены и могут лишь такими остаться. Нет, они действительно промышленники, в этом уже не сомневаюсь. Но так ли богаты и влиятельны? Заводом можно назвать и кузню, при большом воображении и наглости. Господа не пытаются кичиться и показать, что богаты и влиятельны. Им от нас или что-то нужно, либо просто решили развлечься.

— Как насчет перекинуться в картишки или сыграть в шашки либо шахматы? — после часовой, примерно беседы, поинтересовался господин Быстров и поспешно заверил: — Только поймите правильно, если прекрасная Анастасия Николаевна будет участвовать, то на кон ничего ставить не будем.

— Возможно в другой раз, мы сегодня с госпожой Исаевой вымотались и хотели бы отдохнуть, — вежливо отказался я.

— Жаль, — огорчился граф.

— Если заскучаете, то в любое время стучитесь, — сказал Платон Игоревич.

Мы с Настей откланялись, пообещав продолжить знакомство позже. Девушка о чем-то глубоко размышляет и уже когда подходили к нашему купе, попросила:

— Михаил Юрьевич, простите, а не могли бы вы подождать в коридоре, пока вас не позову?

— Что-то не так? — не понял я мотив своей спутницы.

— Мне надо переодеться, — пояснила та.

— Прости дурака, не догадался, — легонько хлопнул себя по лбу. — Конечно, иди, а я полюбуюсь тем, что происходит за окнами вагона.

— Спасибо, — выдохнула Исаева и юркнула в купе, прикрыв за собой дверь и запирая ту на внутренний замок, который отчетливо щелкнул.

И чего смущается? Могла бы попросить, чтобы отвернулся и не смотрел, когда будет переодеваться! Наверное, держит в уме, как на нее мой организм реагирует. Впрочем, молодость она такая, было бы странно, не проявись гормоны, когда рядом красивая девушка.

— Господин, не угостите даму папироской? — раздался позади меня мелодичный женский голос.

Обернулся и увидел позади себя даму, ей от силы лет двадцать, которая казалась

неприступной в вагоне-ресторане.

— Простите, не курю, — развел руками.

— Жаль, — печально вздохнула та. — А не могли бы поискать для меня папироску среди пассажиров? Вы же уже обзавелись с кем-то знакомствами, а даже если и нет, то скажите, что я вас попросила.

— Но мы с вами, если мне не изменяет память, друг другу не представлены, — осторожно заметил я.

— Ваша правда, — покивала дама, поправляя соболиный воротник, — не знаю вашего имени-отчества. Но ведь вы-то меня знаете, не так ли?

— И вновь простите, — отрицательно покачал головой.

— Не может такого быть! — не поверила та. — Уверена, вы лжете!

Сказала без кокетства, констатируя факт. А это уже наглость с ее стороны и нарушение этикета. Говорить в лицо незнакомцу, что тот врет — дурной вкус. При этом, дама не вульгарна, ее взгляд умный, а сама она не чувствует какого-либо дискомфорта. Я тоже не смущен и с интересом рассматриваю незнакомку.

— Поверьте, если бы встречал вас ранее, то непременно запомнил. Вы очень обаятельны и женственны, — сделал комплименты, при этом давая понять, что не знаю кто она.

— Вы не посещаете театр и не смотрите фильмы? — повернулась ко мне боком девушка.

Изначально думал, что ей лет двадцать пять, но сейчас вижу, что она даже моложе меня.

— Последнее время было недосуг, а чуть ранее учился в военном училище, — честно сказал ей, а потом запоздало представился: — Поручик, Голицын Михаил Юрьевич, направляюсь в Москву, где предстоит расстаться со службой в армии из-за предписания доктора из госпиталя, в котором провел последние пару месяцев.

Срок нахождения в беспамятстве приуменьшил, точнее, не стал говорить конкретно.

— А в каком полку служили? — задала неожиданный вопрос дама.

— В 146-м пехотном Царицынском, — ответил ей и не удержался от замечания: — Впервые вижу, чтобы мадмуазель интересовалась такими подробностями.

— Я замужем, — невозмутимо ответила моя собеседница.

— Сударыня, простите, — чуть склонил голову, а потом поспешно добавил: — Не уверен, что и это обращение правильное. Пусть лучше будет — госпожа!

— Поручик, на ваше усмотрение, — чуть кокетливо повела та плечиком и склонила голову к своей меховой накидке. Вздохнула и добавила: — Мой супруг отправился добровольцем на фронт, он в звании подпоручик, но служит в гренадерском полку. Ездила его навестить, — она вдруг загрустила и добавила: — Заодно и несколько представлений дала, в том числе во Львовском театре. А вообще, я не только актриса театра, но и в кино снимаюсь, а еще неплохо пою. Вот и удивилась, что вы меня не узнали. Ой, чуть не забыла, — она протянула ладошку, — меня зовут Вера Холодная.

— Очень приятно, — не покривил я душой, вспоминая о ней заметки в газетах.

Склонился, взял руку и прикоснулся губами к коже, при этом непроизвольно оценив украшения на длинных пальчиках. Камни настоящие, стоят состояние, а сама дама слишком уверена в себе. При этом муж в звании подпоручика и на фронте. Какой-то нонсенс по моим понятиям, правда, это касается другого мира и реальности. Здесь есть настоящие патриоты, готовые проливать кровь за страну, а не за кошелек. Ну, если на то пошло, то и в прошлой жизни таких знал, да и сам таковым считался. Другой вопрос, что похвастаться не мог ни большим состоянием, ни активами, ни драгоценностями.

— Теперь-то узнали? — сдерживая улыбку, спросила известная актриса.

— Видел ваши фотографии в прессе, но на них вы не настолько красивы и очаровательны, — ответил ей и спросил: — Неужели не боитесь путешествовать без охраны?

— Мое лицо является таковым, — она дотронулась пальчиком до своей щеки. — Или думаете, что у меня не найдется защиты? — Вера рассмеялась и продолжила: — Поручик, вы такой наивный, у меня же толпы поклонников! Каждый мечтает стать ближе и готов на многое за обычный разговор. А если пропадет чей-то подарок или меня кто-то обидит, то такому человеку не поздоровиться.

Хм, прозрачно намекает, что за нее вступятся из различных слоев общества? Скорее всего на это есть основания, но необходимо застраховаться от тех, кому ее красота и актерская игра не важна. Об этом не стал вслух говорить, покивал, мол согласен.

— Михаил Юрьевич, правильно? — посмотрела на меня дама.

— Верно, но вашего отчества не знаю, — спокойно сказал я и тут нас прервали.

Дверь купе отворилась и на пороге появилась Анастасия, которая, оценив обстановку, сказала:

— Простите, что прерываю, господин Голицын, когда пожелаете, то можете зайти и устраиваться на ночь, я уже ложусь.

— Позвольте вас познакомить, — произнес я. — Это, — чуть кивнул в сторону бывшей сестры милосердия, — госпожа Исаева Анастасия.

— Очень приятно, меня зовут Вера Холодная, — сказала моя новая знакомая, оценивающе осматривая Настю с ног до головы.

— Взаимно, — буркнула моя компаньонка по путешествию. — Прошу извинить, очень устала и с вашего позволения пойду спать, — она чуть заметно кивнула и закрыла за собой дверь.

— Как грубо, — поморщилась Вера. — Или она тоже меня не узнала? Быть того не может, а значит, — перевела взгляд на меня и спросила: — Ваша невеста или любовница?

— Спутница, которой многим обязан, — ответил, а до этого отрицательно махнул перед собой рукой.

— Странно, — задумчиво сказала актриса. — Впрочем, сама делю купе с мужчиной. Правда, он мой импресарио и женщины для него существуют лишь те, кто способен принести прибыль. Кстати, его зовут Жуков Иван Сергеевич, если потребуется в будущем со мной связаться, то его найдите и попросите о встрече. Так же он и контрамарку вам всегда даст, как герою, вернувшемуся с фронта.

— Спасибо.

— Ой, не благодарите, — отмахнулась Холодная. — В Москве у меня будут спектакли, но точные даты надо узнать у Ивана Сергеевича. Правда, долго там не задержусь, неделю-две, а потом съемки и уже представления в Петрограде. Кстати, а какова конечная точка вашего маршрута? — она оценивающе на меня посмотрела, словно что-то взвешивая и решая.

— Моя спутница собирается поступить в медицинский институт, — кинул на дверь в купе, за которой недавно скрылась Настя. — Помогу ей обустроиться, а потом навещу отца, после чего уже осмотрюсь и подумаю, чем заняться, — не стал скрывать своих ближайших планов.

— А не желаете стать моим партнером? — огорошила меня Вера. — У вас очень интересное лицо и харизма. Уверена, зрители оценят.

— Простите, но, нет, это не мое, — отрицательно покачал я головой.

— Жаль, — поджала губы девушка. — Поручик, а как насчет того, чтобы рассказать о жизни на фронте?

— Но ваш супруг… — начал было я, но она меня перебила:

— Он научился без меня справлять, друг друга уважаем, но расстояние не способствует близости.

Что она хочет сказать? Почему при упоминании мужа нервно себя ведет? Поругались или ревностью друг друга извели? Или, быть может, подпоручик попался с любовницей? Вряд ли госпожа Холодная поведает такие подробности, если ближе не сойдемся. А девушка мне может пригодиться. Если рекламировать с ее помощью какой-либо товар, то прогореть вряд ли получится. Да и знакомства у нее обширные, правда, сама-то ничего не решает.

— Михаил, а не хотите побеседовать за чашечкой кофе? — задала вопрос девушка. — Вагон-ресторан еще не скоро закроется.

Удивительно, но ей от меня что-то надо. Не желает отпускать! Но что ей может предложить простой поручик, да еще отставник? Я даже с ее супругом не знаком. Уж не желает ли вернуть ему долг в виде измены? Как оказалось, в своих рассуждениях был близок к истине. Вот только Вера так и не решилась сблизиться, хотя ей этого хотелось. Мы выпили по чашке кофе, и я ответил на много вопросов, в том числе и девицах легкого поведения, которые приезжают в расположение частей. Это не афишируется и происходит только тогда, когда нет активных боевых действий. Большей частью офицеры сами ездят в ближайшие городки и развлекаются, как того хотят. Случается же это редко, но судя по взгляду Веры, она это объяснение не приняла.

— Поручик, а вы сами, если честно, в такие отношения вступали? — задала вопрос актриса.

И что ей ответить? Если говорить за своего предшественника, то совру, а вспоминать свою прошлую жизнь неуместно. В ней всякое случалось, но время совершенно другое.

— Знаете, Вера, после госпиталя стал другим человеком, поэтому, что происходило чуть раньше уже не так важно, — сказал своей новой знакомой, а потом решил уточнить: — Ко всему отношусь спокойно, это выбор каждого. Однако, любовью предпочитаю заниматься по симпатии.

— Вот оно как, — задумчиво произнесла актриса. — Но вам же нравятся дамы, допустим, я одна из многих вам симпатична. Это получается, готовы переспать со всеми первыми встречными?

— Пытаетесь поймать на противоречиях? — усмехнулся ей. — Вы забыли, что и ко мне должна девушка что-то испытывать и это не благодарность или какой-то расчет. Но мой случай индивидуален, война меняет взгляды многих. В окопах или в атаке мы каждый день ходим под Богом. Рядом гибнут сослуживцы, приходится убивать врагов, чтобы защитить страну и себя. Не осуждайте тех, кто пытается забыться в ласках доступной девицы.

— На сегодня закончим! — резко поднялась Холодная, оставшись недовольной моими словами. — Я устала, пойду отдыхать. Еще успеем с вами побеседовать, время есть.

Проводил Веру до ее купе, а потом в свое пришел. Настя не спала, ждала, но пыталась сымитировать сон. Говорить со мной не пожелала и, похоже, сердится. Не стал ее разоблачать, разделся и устроился на удобном диване. День оказался длинным и насыщенным, есть о чем поразмыслить и что проанализировать. Беда же в том, что так и не определился, чем в ближайшее время займусь. Мозговой штурм так и не провел, но, если честно, вводных мало. Незаметно для себя задремал, даже не стал проверять, как там дар поживает.