Первые перелеты через Ледовитый океан

Неожиданная беда

«АНТ-25» стоял в начале взлетной полосы, которая была построена в 1934 году специально для разбега этого самолета, когда Михаил Михайлович Громов готовился к рекордному полету на нем на дальность по замкнутому маршруту.

Сегодня намечен короткий полет для проверки пилотажных приборов. Беляков остался готовить маршрутные документы, а мы с Чкаловым выехали на аэродром, где с рассвета интенсивность полетов не уменьшилась: испытатели научно-исследовательского института делали свое дело...

Мы были уже недалеко от красавца «АНТ-25», когда вдруг увидели, что самолет «И-5», планируя на посадку, идет прямо к краснокрылому кораблю. Не успели мы ахнуть, как истребитель в какое-то мгновение зацепился колесами шасси за правое крыло «АНТ-25» и, перевернувшись в воздухе через нос, упал вверх колесами на бетонную полосу.

Чкалов остановил автомобиль, и мы бросились к месту происшествия. Видим, под вой аэродромной сирены уже мчатся пожарные и санитарные машины. Подбежали к разбитому истребителю и стали вместе с товарищами потихоньку приподнимать его, чтобы вытащить летчика из кабины...

Вскоре примчался грузовик с мотористами и механиками. Летчику помогли выбраться из кабины искалеченного истребителя.

Мы с Чкаловым подошли к своему самолету. В консоли правого крыла зияла огромная дыра.

Забрались на верх поломанного крыла и принялись подробно изучать размеры беды.

— Ну, что, Ягор? Значит, слетали через полюс...— спросил Валерий.

Чкалов лег на крыло и стал осматривать и ощупывать рваные края образовавшейся пробоины.

— Повезло ему,— вздохнув, сказал Валерий.

— Хорошенькое дело — повезло!

— Конечно, Ягор, повезло! Ведь он перевернулся на спину и шлепнулся с такой силой.

— Центроплан спас...— заметил я.

В это время примчались Стоман, Бердник и мотористы Караганов и Авданкин. На глазах Евгения Карловича были слезы.

— Вот беда, вот беда...— повторял он, задыхаясь.

Наш ведущий инженер, худой, изведенный бесконечными сложными и срочными работами по подготовке нашего самолета к перелету, был потрясен случившимся.

— Да не горюй ты так безнадежно...— с грустью в голосе успокаивал его Чкалов.— Слава богу, жив человек...

Даже предварительный осмотр машины не предвещал ничего хорошего. Инженер, механик и мотористы заявили, что авария серьезная и самолет нужно немедленно разбирать и отправлять на завод.

Вскоре на аэродром приехал главный конструктор А. Н. Туполев со своими специалистами; они уверяли, что через неделю мы уже сможем опробовать самолет в воздухе. Но энтузиазм туполевцев мало изменил настроение Валерия Павловича. Он мало верил, что последствия такой серьезной аварии можно ликвидировать за неделю, а затянись ремонт на более длительное время, может наступить погода с высокими утренними температурами, при которых взлет на «АНТ-25» будет невозможен. И тогда неизвестно, сколько придется ждать благоприятного утра.

Еще 5 июня была создана группа наиболее опытных синоптиков из метеорологов военно-воздушных сил и Центрального института погоды. Большую помощь для составления прогнозов оказывали сведения, регулярно, по четыре раза в сутки, поступавшие с дрейфующей станции «Северный полюс». С 7 июня через каждый час начали поступать сведения от нескольких десятков метеорологических станций как советских, так и американских, находившихся по пути предстоящего перелета. - - ......

13 июня все метеорологические «боги» во главе с генеральным синоптиком перелета В. И. Альтовским, на основании анализа обширных материалов, в том числе отдела долгосрочных прогнозов Ленинградского института, пришли к выводу, что наиболее благоприятным временем для вылета является 18—24 июня.

Когда Чкалову сообщили заключение синоптиков, он стал еще более мрачным и до предела резким. Отделавшегося легким ранением виновника происшествия Чкалов ругал не стесняясь.

Мы с Беляковым успокаивали нашего друга, хотя в душе полностью с ним соглашались и понимали, что виновник беды с «АНТ-25» самый обычный разиня, несобранный человек и летчик ниже заурядного ранга.

Настроение Чкалова и нашего экипажа стало известно многим. Валерий Павлович был приглашен к начальству, перед ним извинились за проступок, совершенный неразумным летчиком, и заверили, что самолет будет готов к полету даже раньше, чем предполагалось.

Действительно, уже 14 июня Чкалов слетал на «АНТ-25», воспрянул духом и торопил всех с окончанием подготовки.

На радостях мы съездили к своим семьям и сообщили, что скоро отправимся в далекий путь.