Первый пользователь. Книга 17

Глава 17

Нет. Это действительно проклятие. Другим способом, никак не объяснить происходящее. Я не дошёл до апартаментов родителей буквально несколько шагов, когда прямо перед дверью, из пустоты соткался президент.

— Вячеслав Вячеславович? Что-то случилось?

Я задал вопрос, повисший в воздухе, хотя прекрасно осознавал, что просто так меня бы беспокоить не стали. Так и оказалось. Президент, не отвечая, развернулся к стене и буквально начал рвать пространство на части, хватаясь за него пальцами и растягивая в стороны. Выглядело это жутковато. Бетон искажался, плыл, сквозь него прорывалось непонятное изображение: огонь, много огня и слышались звуки боя.

Происходило что-то явно не очень плохое. У меня когда-нибудь будет передышка?

По лицу человека тёк пот, он скривил его в злобной гримасе. Я не удержался, делая шаг вперёд.

— Да что чёрт подери, происходит?

Президент коротко выдохнул, поясняя.

— Прорыв Тварей. Десятки тысяч особей в районе Анарктиды. Думали, что смогут остаться незамеченными, но на Земле больше нет ни одного уголка, который не мониторится в режиме двадцать четыре на семь. Сейчас. Дай мне минуту. Эти уроды создают поле блокировки, не дающее открыть портал.

Дверь распахнулась и на пороге появился отец, услышавший шум.

— Слава? Максим? Что происходит?

За его спиной маячил брат, на заднем фоне гавкал Тимоша, появилась обеспокоенная мама.

— Проблемы. — Коротко бросил я. — Пап, Дима, собирайтесь, по всей видимости нужна помощь. Мам, присмотри за псом и девушками.

Вот уж кому, кому, а им сейчас явно не стоило лезть в грядущую мясорубку. Да и пёс, несмотря на то что обладал внушительной силой, не был покрыт защитным костюмом, а значит твари могли в любой момент поглотить его. Поэтому останется дома.

Вячеслав Вячеславович выпрямился, и пространство перед ним наконец стабилизировалось, превратившись в полыхающую призрачным огнём трещину. Сквозь неё виднелись искорёженные остатки какого-то сооружения вдали и море огня.

— Твари уничтожили станцию «Восток», перебив почти всех её обитателей. Но по счастью, она не была заброшена, на ней велись кое-какие разработки, ещё со старых времён и исследования по влиянию холода на организмы пользователей, поэтому там был отряд спецназа, он ещё держится, но это ненадолго.

Я понимающе кивнул.

Долбаное поле подавления… Глушащее всю технику и навыки, делающую зону слепым пятном для Системы. Если слова президента правда и там десятки тысяч Тварей проникли на Землю, то Антарктиде капец. И проблема в том, что там нельзя применить отработанный приём по противодействию, про который мне рассказывал президент.

Огненный столб диаметров в несколько километров растопит лёд, и возможно даже расколет многокилометровый толщины ледяной панцирь. Последствия будут ужасны: наводнение, цунами высотой в десятки метров, изменение климата. Человечеству и так сильно досталось в последнее время.

Телекинез президент тоже использовать не может и всё из-за поля подавления. Вот же срань. Главное, гонять рукотворной дубиной по космосу звездолёты может, разобрать на атомы спутник с орбиты тоже, а применить сверхсилу против Тварей — нет.

— Значит, работаем по старинке. — Ответил ему за меня Дмитрий, уже активировавший защитный костюм. Он крутанул в руке топор так, словно тот ничего не весил.

Отец кивнул, перехватил Сайгу поудобнее.

— Я могу жахнуть по этим уродом. Добрая порция свинца, вернее вольфрама — никому здоровья не добавляет.

— Андрей, это слишком опасно. — Качнул головой президент, озвучивая мои мысли вслух. — Аналог атомного взрыва в Антарктиде чреват глобальными климатическими последствиями. Образовавшееся цунами смоет половину побережья Африки и Южной Америки, про Мадагаскар и вовсе нечего говорить. Бить на полную мощность можно только если всё покатится к чёрту и встанет вопрос о выживании планеты в целом.

Я проверял готовность. Хотя что там проверять. Костюм активируется усилием мысли, топор тоже. А больше ничего толком работать не будет. Я хоть и тренировался противодействовать полю подавления в космосе, пока летел с Тварью к границе Солнечной системы, но если их там десятки тысяч, то поможет только грубая сила и скорость.

— Выдвигаемся.

Вячеслав Вячеславович, прерывая мои мысли шагнул в портал, подавая пример и нам, не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ним.

Переход отличался от обычного. Меня словно перекосило, и вывернуло наизнанку. Ощущение было такое, будто протащили через мясорубку, а потом собрали обратно, но что-то перепутали. Было так плохо, что меня чуть не стошнило, чего я уже даже не могу припомнить.

Мы приземлились на покрытый копотью лёд. Следы пожарищ и разверзнувшегося ада были даже так далеко от эпицентра, на расстоянии в несколько километров.

И звук. Снова этот звук. Помимо звука боя, рёва тварей, визга рвущегося металла, хрипов, криков людей и выстрелов — многоголосый людской хор, какофония симфонического ада.

Я, наконец справившись с тошнотой, поднял голову и замер. Мы словно стояли на краю реальности. Перед нами расстилалась гигантская ледяная равнина, испещрённая кратерами и трещинами. А в её центре, в нескольких километра зияла Бездна.

Порталом это можно было назвать лишь с огромной натяжкой. Скорее рана, разрыв ткани мироздания. Что-то подобное тому, что делал президент, только в разы больше и с таким ощущением, что это скверна. Что такого не должно быть.

Портал Тварей висел в воздухе, метров триста в диаметре, пульсируя тёмно-багровым светом. Вокруг него искажался свет, проникающий от редких проблесков солнца сквозь пелену дыма, а лёд и вовсе, испарялся, образуя гигантскую воронку. Из этой раны, как кровь из открытой артерии, непрерывным потоком лились твари.

И все разные. Часть, привычные двуногие, гуманоидные, но с непропорционально длинными руками, заканчивающимися длинными когтями, способными рвать танковую броню как бумагу. Другие передвигались на четвереньках, напоминая помесь пантеры и скорпиона, с хвостами увенчанными шипами, хлеставшими во все стороны. Проще сказать, кого не было. Но так навскидку, преобладали звериного типажа.

Они захватывали тела зверей?

Президент был прав — их были многие тысячи. Десятки тысяч. Море черных, хитиновых, шипастых тел, бурлящее у подножия портала. Причём в бой рвались не все, они что-то копошились на месте. Охраняли разрыв реальности?

И в одном месте, против этого моря стоял последний островок человечества на континенте. Тонкая, ломаная линия из белых фигурок в защитных костюмах и экзоскелетах. Спецназ станции Восток. Возможно, где-то были и другие, но их скорее всего либо поглотили, либо сожрали.

Вояк было, как и сказал президент, всего пара сотен. Они отступали, метр за метром, поливая наступающих тварей огнём из всего, что у них было: начиная от ручных пулемётов и заканчивая более высокотехнологичным оружием.

К моему удивлению, оружие на них действовало, и меня слегка отпустило. Эти твари не чета той, с которой я уже был знаком. Огонь выкашивал десятки, может, сотни, но на их место сразу же выливались из портала новые.

Плохо было то, что некоторым тварям было плевать на пули. Я увидел, как здоровенная тварь, похожая на гориллу, приняв на грудь целую очередь, лишь покачнулась, а затем ударила в лёд двумя руками. Раздавшийся взрыв подкинул вверх целую глыбу льда, и она, поймав её, швырнула её в позицию бойцов. Сразу несколько фигурок снесло как кегли, а подняться сумело меньше половины, остальные остались лежать изломанными линиями.

— Атакуем!

Произнёсший это президент не стал ждать ответа. Просто рванул с места.

И это было нечто.

Если раньше я видел лишь отголоски его силы, а то, что происходило в космосе просто было за гранью и выглядело как магия, то теперь увидел его силу как человека. Он буквально исчез из восприятия, даже несмотря на то, что я привычно провалился в режим ускорения. Воздух с грохотом разорвался, лёд под нами треснул веером трещин. Вячеслав Вячеславович возник в ста метрах впереди, уже посреди тварей, как чёрная молния.

Первая тварь, прямоходящая, но с клешнями вместо рук, даже не успела повернуть голову. Кулак президента, обёрнутый в чёрную броню, прошил её насквозь и часть туловища просто испарило от силы удара. Он схватил ещё шевелящиеся останки двумя руками и бросил их в толпу, сбив с ног ещё десяток.

Он за долю секунды успел убить порядка трёх сотен тварей, хотя тут непонятно, применимо ли слово смерть к существам, способным ожить даже после таких повреждений, перетекая в живое существо, оказавшееся рядом. Пожалуй, пингвинам сюда лучше не соваться, как, впрочем, и белым медведям.

В момент, я даже подумал, что этого хватит. Что он один справится. Просто за счёт своих зашкаливающих характеристик и более чем тысячного уровня — справится на голой силе. Ну кто может сопротивляться человеку, который двигается так быстро, что я не усеваю отслеживать его передвижение, и способен зашвырнуть многотонный танк на орбиту?

Голыми руками перебьёт всю толпу, а потом напряжётся, прямо как в коридоре, и закроет чёртов разрыв в реальности. Это же его работа.

Но, я ошибался. Поле подавления по какой-то непонятной причине действовало на него тоже. Не на технику, или экзоскелеты как у бедных бойцов, которые один за одним сбрасывали внезапно превращающиеся в оковы усилители, и не на энергетическое оружие, как у них же, а на самого человека.

Поле подавления действовало исподволь, я видел, что президент замедляется. Его следующее движение стало на долю секунды медленнее. Всё ещё мощный и сокрушительный удар, но тело очередной твари уже не распылило на атомы, а он просто вырвал трепыхающее сердце из её груди.

И этой доли секунды хватило.

Из беснующейся толпы выскочила очередная тварь на четвереньках. Большая, размером с кабана, которого я прикончил, пока сидел в тюрьме, казалось, в другой жизни. Высотой в пару этажей, со спиной покрытой костяными пластинами и нервно хлещущим по бокам хвостом. Она, наклонив увенчанную рогами голову, понеслась на президента.

Вячеслав Вячеславович встретил её ударом кулака прямо в лоб. И не сумел пробить защищающую голову костяную пластину. Осадил тварь на задние лапы, ошеломив, и в этот момент на него набросилось ещё пятеро. Они пусть и не обладали феноменальной силой, но их было много. На него бросались ещё твари, висели на нём гроздьями, впивались когтями, пытаясь прогрызть броню, свалить, завалить массой.

— Слава! — Закричал отец.

— Надо помочь! — Рявкнул я, и рванул вперёд.

Дима обогнал меня.

Да уж… Он был быстрее. Гораздо быстрее. Видимо он так и продолжал основную массу характеристик вкладывать в ловкость. Только вот как и почему он не терялся в пространстве как я? Это же такой сенсорный шок и нагрузка на тело, зрение, вестибулярный аппарат. Какой-нибудь пассивный навык? Или в нём тоже есть искра Творца? Хотя мы вроде проверяли, и он был обычным человеком.

Для брата, практически как для президента, пространство между нами и местом схватки просто перестало существовать. Он появился рядом с гроздью тварей, облепивших президента, и его топор описал в воздухе широкий, сметающий полукруг.

Топор Дмитрия, движущийся со скоростью, которую мой глаз едва успевал зафиксировать, просто испарил две твари, оставив от них лишь трепыхающиеся куски плоти. Ещё несколько он сдёрнул с тела президента, рухнувшего на колени. Защитный костюм каким-то чудом держался и, наверное, только это спасло его от того, чтобы его просто и банально сожрали.

Меня больше волновал другой вопрос. Ранее костюм защищал от любых видов излучения, сканирования и прочее. А тут получается поле подавления, генерируемое тварями, проникает сквозь него. Но тогда почему я ничего не чувствую? Да и Димка с отцом, выглядят внешне вполне нормальными. И отряд ещё держащихся каким-то чудом бойцов, хоть и несущих потери, но отступающих в нашем направлении?

Обдумывая всё это на ходу, я следом влетел в образовавшийся проём, преследуя своей целью очистить пространство.

Мой первый удар пришёлся по очередной твари, пытавшейся вцепиться президенту в спину. Топор вошёл в хитиновый панцирь с сухим хрустом, как в гнилое дерево, на меня брызнула чёрная жидкость, больше похожая на нефть. Я не стал выдёргивать топор, просто рванул в сторону, рассекая тело пополам, и, используя инерцию, нанёс следующий удар, сметающий, по ногам другой твари.

Вокруг воцарился хаос, в котором я просто перестал думать. Мысли уступили место голым рефлексам. Я видел когти, летящие в лицо, отклонялся, бил в ответ. Видел бросающееся на меня чёрное тело, встречал его лезвием. Слышал свист хвоста сзади, приседал, позволяя удару пролететь над головой, и вонзал топор в мягкое подбрюшье.

Мой мир сузился до круга диаметром в несколько метров. Движение, удар, блок, поворот. Я чувствовал удары по броне, очень тяжёлые. Как будто по мне били кувалдами. Чёртовы твари были очень сильны. В меня периодически словно врезалась машина на полной скорости.

Сбоку сверкнула чёрная молния, это пробежал Дмитрий, вытаскивавший президента из самой гущи. Он держал его одной рукой, другой работал топором, расчищая путь назад. Скорость была невероятной. Он буквально исчезал в одном месте и появлялся в другом, и за ним оставался лишь веер из чёрных брызг и разлетающихся частей тел.

Где-то рядом со мной дрался отец. Я впервые видел, как сильно он изменился. Если так подумать, мы всего несколько раз ходили в порталы на зачистку и в основном он выступал в роли стрелка, но теперь то у него был такой же топор, как и у меня. И он действовал им чертовски хорошо, показывая мастер класс. Видимо кто-то натаскал его в технике боя.

Каждый взмах нёс в себе две задачи. Отрубить что-нибудь, кому-нибудь и заодно защитить его тело обратным движением, отбивая удар.

Отец искусно двигался, медленно наступая и рубя врагов. А второй рукой держал Сайгу за цевьё и лупил её как дубиной. Зрелище полное сюрреализма, особенно если знать, что она способна стрелять с такой силой, будто это ядерное оружие.

Получается — он дрался ядерной дубиной.

Не удержавшись, я хмыкнул и это не осталось незамеченным для него.

— Ты там что? Веселишься?

— Есть немного… И, признаю… По всей видимости ты был прав насчёт проклятья. Мы как собираемся куда-то сходить, сразу появляются такие проблемы, что тут бы человечеству выжить…

Отец нанёс очередной удар, хекнув при этом от натуги, но развалил на две части тварь, похожую на того бычару, что выдержал удар президента. Значит это правда — поле подавления действовало на него, значительно ослабляя, а не сама тварь так сильна, раз у отца получилось вывести её из строя.

— Ну значит будем без тебя добывать эти очки гильдии. Главное, что у тебя получилось скопировать амулеты телепортации.

Я, продолжая рубить налево и направо, начал отвечать.

— Это да… Было бы интересно их сейчас проверить, действуют ли они в поле подавления. Но призывать сюда кого-то из членов гильдии, значит отдавать на съедение тварям.

— Согласен. Не время и не место. Двигаем прямо! — Отец указал топором в сторону горстки бойцов, держащихся только чудом и то, только из-за того, что у них были просто горы огнестрельного оружия, работающего за счёт обычной химии, и они, понимая, что иначе они просто умрут — не жалели боеприпасов, заливая пространство перед собой стальным ливнем. — Нужно спасти выживших.

— Самим бы не помереть. — Буркнул я себе под нос, но с отцом согласился.

Вопрос, что нам делать потом, невысказанным повис в воздухе. Дима убежал уже километров на десять от нас, превратившись в едва различимую чёрную точку на белом льду, но не спешил возвращаться. У президента проблемы? Не может его оставить? Впрочем, брат избавил меня от мук раздумий, сам выйдя на связь. Она сбоила, еле работала, как с очень сильными помехами, но пока держалась.

— Макс. У нас проблемы.

Я, разрубая очередную тварь на две части, хмыкнул.

— И почему я не удивлён?

— Вячеславу Вячеславовичу очень плохо. Он весь посинел, с трудом дышит. Я не знаю, чем мне ему помочь. — Не обращая внимания на моё ёрничанье, ответил он.

— Беги Дима… Беги так быстро и так далеко, как сможешь. А затем вызывай эвакуационную команду. Свяжись с моими на станции, пусть отправят челнок, но предупреди, чтобы не вздумали даже приближаться, чёрт его знает, какая дальность. Что же по поводу его плохого самочувствия, мне кажется, что это так на него воздействует поле подавления от тварей или от разрыва реальности.

— А на нас тогда почему не действует? — Нашел он время на вопрос.

— Есть у меня предположения… — Обтекаемо произнёс я, вспоминая парня из Гвадалахары, превратившегося в огненную стихию, но озвучивать их не стал. Не то время и, не то место.

Правда вопрос, почему поехавшего пироманта не накрыло полем подавления от первой Твари? Хотя, он в основном висел высоко в воздухе, превратив окружение в такое пекло, находиться в котором физически было невозможно без защитного костюма. Да и поле подавления от одного монстра не такое сильное, как от десятков тысяч и портала. И если я правильно думаю, то президент сам уже не человек, а скорее нечто, притворяющееся им, и он настолько всеобъемлющ, что его зона влияния это и есть он сам, а защитный костюм же защищает только то, что внутри.

В итоге он пал жертвой собственной силы.

Мы пробивались к остаткам отряда, и с каждой секундой становилось всё тяжелее. Твари не кончались, разбегаясь широким фронтом, захватывая плацдарм, и мы дрались, по сути, с теми, кто на нас случайно натыкался. Монстры перли сплошным потоком, будто сам портал был родовыми путями какого-то хтонического чудовища, рожающего бесконечный поток своих детей.

Отец работал как заведённый. Сайга в его руках ходила ходуном, разнося черепа тем тварям, до которых не доставал топор. Мы двигались клином: я на острие атаки, а отец прикрывал спину и фланги. Тактика до жути примитивная, но в такой мясорубке только она и работает. Не до изящества, когда на тебя со всех сторон лезут враги.

В голове продолжала крутиться одна и та же мысль. Почему? Почему Система не приходит на помощь, раз позиционирует себя защитником человечества? Не откроет миллион порталов в эту ледяную пустошь. Ведь был же случай с Кремлём, когда напали американцы. Они подтянули свои лучшие отряды, наёмников, технику, мобилизовали своих пользователей, открыли портал на Красной площади, думая, что смогут взять штурмом сердце нашей страны.

А Система ведь тогда подыграла именно нам, открыв порталы. Оттуда даже вылез чёртов динозавр, атакующий танки и сотни более мелких монстров. Были же и другие случи, когда вспыхивали беспорядки и мир балансировал на грани общей войны. Когда полыхали города, а люди громили всё вокруг, обезумев от страха и отчаяния. Тогда порталы открывались прямо в эпицентрах хаоса, и монстры Системы выкашивали всех без разбора: бунтовщиков, полицию, случайных прохожих. Просто зачищали территорию под ноль. Жестокая, но действенная тактика. Когда слухи о подобном распространились, количество беспорядков значительно уменьшилось.

И сейчас я думал: почему этот механизм не работает снова? Почему Система не обрушит всю свою мощь на Тварей? У неё же есть эти ресурсы. Это миллиарды монстров в порталах, которые только и ждут команды. И это противоречие не давало мне покоя.

Мы наконец добрались до остатков отряда. Осталось всего десятка два измученных, перепачканных копотью и чужой кровью бойцов, сбросивших неработающие экзоскелеты из двух сотен, бывших на момент того, как мы тут появились. А ведь прошло всего несколько минут!

— Свои! — Заорал я, врубаясь в строй тварей с фланга.

Отец поддержал, сметая тройку тварей, уже занёсших когти над головой какого-то бойца. Мы пробили брешь и вклинились в их периметр. Бойцы даже не обернулись, у них не было на это времени. Они расширили круг, впуская нас внутрь.

— Кто старший? — Рявкнул я, перекрывая грохот и спешно вытаскивая из инвентаря целые ящики с боеприпасами, и выгружая пулемёты. — Разбираем оружие!

Дважды повторять не пришлось, люди, у которых заканчивались боеприпасы, с радостными возгласами начали принимать подарки и стальной дождь хлестнул с новой силой по волне тварей, выкашивая их десятками.

Ближайший ко мне вояка, плотный мужик с нашивками старшего лейтенанта, но без знаков различия, мотнул головой.

— Командир мёртв. Старший лейтенант Ковалёв, временно исполняю обязанности. Вы кто такие?

— Свои, я же сказал. — Ответил я, оборвав военного. — Как обстановка? Доклад!

Отец наконец решился применить Сайгу и воспользовавшись моментом, пока его прикрывают, произвёл выстрел. Облако дроби, вылетевшее из дула с безумной скоростью, проделало огромную просеку в рядах тварей, даровав временную передышку.

Ковалёв ошеломлённо уставился на демонстрацию силы, затем перевёл на меня взгляд и всё же решил доложиться по форме. И верно сделал, мне сейчас было не до субординации.

— Хреновая обстановка, товарищ… Извините, не знаю звания. От станции «Восток» осталось только название. Личный состав… — Он запнулся, голос дрогнул, но тут же стал жёстче. — Выжило пятнадцать процентов личного состава, гражданские погибли в полном составе. Связь отсутствует, техника не работает, экзоскелеты вышли из строя, одномоментно превратившись в ловушку. Мы отступаем к точке эвакуации, но…

Он не договорил. Какая к чёрту точка эвакуации? Техника же не работает.

И в этот момент раздался крик. Один из бойцов на краю обороны, заорал, тыча пальцем в сторону за нами.

— Товарищ старший лейтенант! Там! Смотрите! Порталы!

Я резко обернулся, забыв про тварей перед собой. И увидел ещё один огромный портал, такого же размера, как и рану в реальности, через которую в наш мир проникали Твари. На этот раз нормального цвета и расположенный километрах в пятнадцати от нас, на абсолютно ровном ледяном поле.

— Что за… — Выдохнул кто-то рядом.

А потом порталы начали открываться один за другим. Словно кто-то невидимый протыкал небо раскалённым прутом. Десятки, сотни порталов! Они расцветали над ледяной пустыней, на её поверхности, как гигантские цветы. Не привычные мне серебристые овалы, ведущие в локации для прокачки, а нечто новое. Белое, золотое, серебристое сияние залило всё вокруг, на миг затмив даже багровый свет основного разрыва.

И оттуда хлынул поток монстров. Чертовски знакомых мне по порталам монстров.

Всё тот же голос рядом, заметив одну очень выдающуюся фигуру, проговорил с ноткой истерики.

— Это что, тираннозавр в броне?