Первый пользователь. Книга 17

Глава 9

Упс. Что ещё значит нашёл? Зачем и главное нафига? Звучит довольно подозрительно.

Вячеслав Вячеславович. Президент. Человек, который должен был находиться в бункере под Москвой, руководя общей обороной системы, или, на худой конец находиться, на командном мостике какого-нибудь земного дредноута. На крайний случай зачищать один системный портал за другим, внося смуту в ряды противника. Но в любом случае, явно не здесь, в чужой системе, разбирая на атомы корабли Сильфов в моих поисках.

Я висел в пустоте, внимательно всматриваясь в лицо президента и пытаясь отыскать там что-то такое, чего стоит опасаться. Всё же более чем тысячный уровень и невообразимая сила — она должна менять человека. Я искал этот след, прогоняя в мозгу всё, что читал о психологии: отстранённый холодок в глазах, придающий стеклянность взгляду, надменность в уголках губ, любое мельчайшее свидетельство того, что передо мной уже не совсем человек, а нечто иное, эволюционировавшее в непостижимую форму и смотрящее на людей как на насекомых.

Но ничего не находил.

Только всё та же доброжелательная полуулыбка, которая за годы его правления стала для России таким же символом, как Красная Площадь, медведи на велосипеде с балалайкой или матрёшка. Тёплая искорка во взгляде, говорящая о готовности выслушать и, если получится, помочь. Этот контраст между обстоятельствами и выражением его лица был нереален. Будто мы встретились в коридорах Кремля, и он собирался спросить о моих делах, а не висели в межзвёздной пустоте на месте гибели тысяч разумных.

Президент внезапно, без всякого предупреждения, поднял руку. Как я уже чуть позже понял, не для атаки, но мое тело среагировало раньше сознания. Внутренний предохранитель щёлкнул, и я провалился в состояние ускоренного восприятия. Мир вокруг замедлился до почти полной остановки. Ещё не до конца истаявшая пыль от уничтоженного звездолёта замерла в причудливых завихрениях. Далекие вспышки на кораблях противника превратились в застывшие сине-белые сгустки плазмы. И готов поклясться, что несмотря на то, что я сейчас мог с лёгкостью среагировать на летящую пулю, поймав её в воздухе пальцем, он мог двигаться ещё быстрее. Значительно быстрее.

Его рука продолжала плавное движение вверх, но я увидел, как уголок его глаза дрогнул, а губы тронула едва уловимая ухмылка. Он заметил мою реакцию. В режиме, где для обычного наблюдателя время текло как густая патока, он успевал заметить, оценить мои действия и дать им оценку.

По всей видимости, сама концепция «человек» для него, вероятно, стала просто условностью. А сколько у него теперь очков в характеристиках? Тысячи? И ведь защитный костюм усиливает их, разгоняя до невообразимых значений.

— Максим. — Раздался его спокойный голос, без малейшего напряжения. Учитывая, что я всё ещё находился в ускорении, а слышал его так, словно мы общаемся в обычном режиме, стало слегка страшновато. — Расслабься. Если бы я хотел тебе навредить, то ничто не было бы способно мне помешать, уж поверь.

Он закончил движение, пространство вокруг нас содрогнулось, причём я прочувствовал это. Словно что-то, несопоставимо огромное, грубо вторглось туда, где я всегда был полновластным хозяином. Во мне зрела уверенность, что если я сейчас попробую продавить реальность своей волей, пытаясь создать огонь, воду, воздух или камень, то это произойдёт только в том случае, если он мне позволит.

На расстоянии, которое я своими чувствами оценил метров в двести, возникла сфера. Я бы даже назвал это полем влияния, или зоной контроля. И этот контроль осуществлял президент.

Вражеский флот, до этого момента пребывавший в состоянии тревоги после подрыва моего грузовика и исчезновения своего флагмана, на котором как оказалось мы находились — наконец среагировал. Десятки тысяч кораблей, от юрких истребителей до массивных линкоров, разом открыли огонь.

Апокалипсис в миниатюре.

Космос вспыхнул, расчерченный тысячами линий от лазеров всех мыслимых спектров. И все они сходились в точке, где мы находились. За ними понеслись торпеды, оставляя за собой шлейфы ионизированного газа. Мчались кинетические снаряды, разогнанные электромагнитными пушками до долей скорости света. Всё, чем мог похвастаться один из самых передовых флотов галактики, обрушилось на этот маленький пузырь реальности.

И насколько всё это было смертоносно, настолько же оказалось бесполезно.

Я завороженный, наблюдал за происходящим. Лазерные лучи, долетая до границы сферы, изгибались словно луч света, проходящий через кривое стекло. Они закручивались в спирали, расщеплялись на весь спектр, и били в соседние корабли, прожигая насквозь броню и вызывая цепные реакции взрывов в ангарах и реакторных отсеках. Торпеды описывали немыслимые петли, от взгляда на которые болела голова и возвращались к тем, кто их выпустил. Кинетические снаряды, казалось, наталкивались на непробиваемую стену, а потом меняли вектор атаки, совсем как мой новый навык, подсмотренный у Лирианы, вдобавок ускоряясь в процессе. Только вот масштабы несопоставимы. Все эти объекты, которые сейчас летели обратно, просадили бы мой запас энергии за секунду. А раз этого не случалось, значит это ручной контроль.

Начался полный хаос. Взрывы, один за другим, вспыхивали в строю врага. Огненные шары, быстро гаснущие в безвоздушной пустоте, сменялись долгими, ядовито-зелёными пожарами, когда горели силовые установки, подпитываемые топливом, для горения которого не нужен был кислород.

Обломки, большие и малые, разлетались во все стороны, создавая смертоносный дождь для тех, кто ещё уцелел. Огромный звёздный флот, насчитывавший десятки тысяч единиц, начал методично сокращаться. И всё это — одним движением руки и концентрацией воли одного человека, который даже не перестал улыбаться в процессе.

— Вовремя я, да? Тут становится жарковато. — Произнёс он.

Я прокашлялся, деактивировал шлем, открывая лицо. Если уж Вячеслав Вячеславович захочет что-то с нами сделать, то с его новой невообразимой силой это не составит никакого труда. Открытость и честность — единственная валюта, которая могла здесь что-то стоить.

— Добрый день. Или утро… или что там сейчас по земному времени. — Выдавил я довольно неестественно. — Я, честно говоря, слегка потерялся во времени. В Московском, уж точно.

— Я сразу почуял, что тут кто-то из наших, как только оказался в секторе. — Мирно ответил президент. — Аномалия в пространстве. Что-то, что моё обычное восприятие не могло ухватить. Как ты знаешь, телекинез ощущает массу, плотность, движение, а тут слепое пятно. Подумал, может, твой брат отличился. Или родители. Но повезло, встретил тебя. Давно хотел поговорить, но дела… — Он мягко махнул рукой, и очередной летящий в нашу сторону сгусток плазмы развернулся на сто восемьдесят градусов и врезался в башню главного калибра ближайшего крейсера, пролетающего мимо и решившего ударить прямой наводкой. Корабль получил попадание, там всё заискрилось, и он унёсся дальше, гибнуть в процессе. — … всё как-то навалилось скопом. Не до светских бесед было.

За моей спиной девушки не шевелились. Аня прижалась ко мне всем телом, Маша и Карина тоже вцепились, во что смогли. Их глаза, широко открытые, были прикованы к фигуре президента и апокалипсису, который он творил почти не глядя. И надо сказать, я прекрасно понимал их. Я и сам был недалек от состояния ступора.

— Эм… Вячеслав Вячеславович. — Начал я, тщательно подбирая слова. По статусу мы могли считаться равными — я был правителем тридцати пяти систем, тогда как он всего одной, но Земля была Землёй, мои домом, а к своим владениям я ещё не привык. Так что тут ещё было и уважение к возрасту. Да и он… он был Вячеславом Вячеславовичем и этим всё сказано. Личностью, которая десятилетия олицетворяла собой стойкость, хладнокровие и способность находить выход из ситуаций, которые все эксперты называли безвыходными. Я родился в стране, которой он уже правил десяток лет к тому времени, рос при его власти и учитывая происходящее вокруг, это будет продолжаться вечность или пока ему не наскучит сам процесс. — А что, собственно, происходит? В общих чертах я в курсе, но… конкретно тут? — Я обвёл рукой вокруг, указывая на продолжающееся побоище.

Вражеские корабли, словно осознав бесполезность прямых атак, начали перестраиваться. Они отходили на дистанцию, пытаясь окружить нас со всех сторон, создавая боевое построение. Линкоры выдвигались вперёд, их щиты мерцали фиолетовым светом, пытаясь создать общий барьер. Красивая, наверняка отточенная многочисленными и победоносными боестолкновениями тактика. И совершенно бесполезная в текущей ситуации.

— Война. — Коротко бросил президент. — Ты разве не видел моё обращение? У Земли, у всего человечества, большие проблемы. И мне теперь приходится. — Он слегка усмехнулся. — Носиться как угорелому, чтобы эти проблемы решать. Иногда в буквальном смысле.

— Нет, это я понимаю. — Поспешил я. — Новости видел. Я про конкретику. Вот это. — Я ткнул пальцем в сторону медленно надвигающегося каре из линкоров. — Это что? Что привело вас конкретно сюда? Нас то понятно, забросил портал Системы.

Он бросил беглый взгляд на формирующиеся корабли, и в его глазах мелькнуло что-то вроде лёгкой досады, будто ему помешали комары.

— После того, как я нанёс визит вежливости императору Сильфов, некоторые его сторонники, судя по всему, восприняли это как формальный повод для объявления войны и объявили её, причём до полного уничтожения человечества. Видимо мало напугал их, хотя присутствующие при моём визите напрудили в штанишки. Этот флот — один из многих ударных кулаков, которые собираются для атаки по Земле. Они стягивают силы из соседних секторов, создают точки сбора. Я, как видишь, занимаюсь превентивным разоружением. То, что встретил тебя тут — чистая случайность.

— Это были не сами сильфы. — Сказал я после коротких раздумий. — Это были эльфы. Они у Сильфов как старшие братья, говорящие, что делать. Оскорбились самим фактом, что наглые хуманы решили оказать сопротивление и высказали свою волю. А те рады стараться, взялись исполнять.

Он на мгновение задумался, потом хмыкнул.

— Понятно. Это многое объясняет. В том числе, почему Консорциум Раваан не развалился на части после того, как я ликвидировал их конструкт-координатора.

Я не смог сдержать удивлённый жест, президент заметил и счёл нужным пояснить.

— Конструкт-координатор. Противоестественная штуковина. Сборная солянка из тысяч мозгов лучших учёных, стратегов, логистов Раваанской империи, помещённых в единую нейросеть. Нечто среднее между суперкомпьютером и коллективным разумом. Он обрабатывал информацию со всей империи, принимал оптимальные решения, координировал действия флотов и армий. Сердце и мозг их военной машины. Я это сердце вырвал, но машина не остановилась. Просто начала работать иначе. Теперь я понимаю — кто-то другой взял на себя функции координатора. Кто-то со стороны. Учитывая твои слова про эльфов — не удивлюсь, если теперь маски сброшены и Консорциумом они управляют напрямую.

В этот момент Сильфы продемонстрировали новую тактику. Небольшая группа истребителей, почти невидимых на фоне звёзд, стремительно вынырнула из тени крупного обломка. Они на себе что-то объёмное, похожее на бочки. Подлетев на предельно близкое расстояние к нашему пузырю-сфере, они синхронно подорвали свой груз, пожертвовав жизнями.

Ослепительная, всепоглощающая вспышка.

Президент даже бровью не повёл. Он сделал лёгкое, почти небрежное движение пальцами правой руки, будто приглушал яркость на невидимом экране. И свет послушался. Вся энергия вспышки, вся её разрушительная мощь, вместо того чтобы рассеяться, сфокусировалось в одной точке, затем сжалась в тонкий, раскалённый до синевы луч, который был отчётливо виден невооружённым глазом, искривляя пространство вокруг себя. Он прочертил в космосе смертоносную линию, прошив насквозь три линкора, четыре крейсера и с десяток более мелких судов. Там, где он проходил, оставались лишь аккуратные, оплавленные по краям отверстия, а потом цепные взрывы, разрывающие корабли изнутри.

— Надоели. — Спокойно констатировал президент, вернувшись к разговору, будто только что отогнал назойливую муху. — Так вот. Они подтягивают силы со всей окраины Галактики. Координированная атака на Солнечную систему запланирована, судя по перехваченным данным, через семнадцать дней. А я, как видишь, по мере сил стараюсь сократить их численный перевес. Вроде неплохо удаётся. Думаю, что я справлюсь и нападения, по крайней мере именно этого — не состоится.

— Тоже мне, по мере сил. — Не удержался я, глядя на догорающие остатки только что уничтоженной эскадры.

Он усмехнулся.

— Кстати, спасибо. Во многом это — твоя заслуга.

Он протянул вперёд руку в тонкой, чёрной перчатке. Я, немного опешив, автоматически пожал её. Рукопожатие было твёрдым, уверенным, без попытки продемонстрировать силу.

— Моя заслуга?

— Тридцать пять звёздных систем. — Сказал он, выпуская мою руку. — Это ведь твой трофей?

Я кивнул, всё ещё не понимая связи. Ну да, под мою власть перешли системы, переданные Териан вол'Эльгаром перед смертью, но он то тут как связан?

— У меня, как у главы государства, висело системное задание о необходимости установить контроль над пригодными для освоения территориями и включить их в зону влияния человечества. И когда ты присоединил те системы, задание автоматически засчиталось как выполненное. Я получил свою награду. Впечатляющую награду.

Тут до меня наконец дошло. Вот откуда скачок на семьсот уровней! Он получил опыт, колоссальный опыт, за мои завоевания. Первой мыслью не было — «почему он, а не я»? Но у меня таких заданий не было. Система работала с президентом как с целой фракцией. А я был обычным пользователем из серии, принеси подай, иди дальше не мешай. И ещё убей сто крыс, принеся хвост мельнику. Утрирую конечно, но сам факт.

Второй мыслью было осознание масштаба. Если награда за тридцать пять систем — семьсот уровней, то сколько же очков характеристик и навыков он получил? И куда их вложил?

Между прочим, его уровень продолжал медленно, но верно расти. Тысяча тридцать один, тысяча тридцать два… Он получал опыт прямо сейчас, за уничтожение вражеского флота.

Враги, казалось, достигли предела своего отчаяния. Вместо новых атак они начали массово выпускать дроны. Десятки тысяч мелких аппаратов, размером с автомобиль, выплеснулись из открытых ангаров крейсеров и линкоров. Они напоминали моих автономных сборщиков ресурсов с «Вальхаллы», но были вооружены роторными пулемётами, стреляющими микро-снарядами с кинетическим разрывным зарядом, и слабыми, но многочисленными лазерными эмиттерами. Пытаясь пробить щит, они облепили его снаружи, как рой агрессивных насекомых, осыпая его непрерывным градом огня. Цель была ясна — перегрузить, найти предел, заставить тратить силы на поддержание защиты.

— Секунду. — Произнёс президент, и в его голосе впервые прозвучала легкая, едва уловимая нотка раздражения. Он слегка нахмурил правую бровь.

И зона его контроля внезапно совершила скачок. Она расширилась сразу на несколько сотен километров, от чего у меня все волосы встали дыбом, одним махом поглотив не только весь рой дронов, но и несколько крейсеров, оказавшихся на краю формации.

Всё, что попало внутрь, перестало существовать в привычном смысле слова.

Дроны, крейсеры, случайные обломки — всё это рассыпалось на части. Образовалось гигантское облако металлической, полимерной и органической пыли. И затем это облако начало сжиматься, уплотняться, формируясь по воле хозяина этой области пространства.

Оно собралось в дубину.

Хотя, пожалуй, это описание слишком примитивно. Это был монолит — цилиндр из спрессованного вещества длиной в несколько километров и диаметров в полкилометра. Абсурдное, невозможное оружие. И оно пришло в движение.

Оно проносилось через космос, нарушая все законы баллистики, описывало немыслимые траектории, тараня попадающиеся на пути корабли. Линкор, попытавшийся принять удар на щиты, разломило на две части. Крейсеры буквально лопались от боковых ударов. Истребители исчезали, будто их и не было вовсе.

Я висел в пустоте, не в силах закрыть рот. Мой разум отказывался воспринимать эту картину всерьёз. Такова сила телекинеза на высоких уровнях? Полный контроль над материей в зоне влияния? Разбирать на атомы и собирать обратно по своему усмотрению? Это было похоже на магию высшего порядка. Он теперь может сам печатать копии предметов, или это всё же другой уровень?

Но фантасмагория продлилась недолго. Возможно, президенту наскучила эта игра в космический бильярд. Возможно, он счёл демонстрацию достаточной. В один миг, настолько быстрый, что даже моё ускоренное восприятие едва уловило его как смазанный кадр, гигантская дубина распалась на десятки тысяч острых игл. Каждая длиной в десятки метров, толщиной у основания в пару метров, сужающаяся к концу до микрона. Они замерли на мгновение, отражая в своих гранях далёкие звёзды и огни гибнущего флота. И затем ринулись во все стороны.

Всепроникающий ливень из острых спиц. Они прошивали щиты, броню, корпуса, реакторы. Они входили в один борт корабля и вылетали из другого, оставляя за собой пробоины, через которые в вакуум вырывались атмосфера, огонь и члены экипажа. Флот сильфов, ещё минуту назад представлявший грозную силу, превратился в решето. Взрывы прокатились по всему строю. То, что не взорвалось сразу, потеряло управление, двигатели, жизнеобеспечение.

Бойня. Завершающая фаза зачистки.

Через несколько минут всё было кончено. Там, где пару минут назад висела армада, теперь плавало море обломков, медленно разлетающихся по инерции. Несколько уцелевших кораблей, чудом избежавших главного удара, дали полный импульс и прыгнули в разломы, даже не пытаясь собрать спасательные капсулы. Их никто не преследовал.

— Так вот. — Спокойно произнёс президент, словно только что завершил неспешную прогулку, а не уничтожил целый флот. — На чём меня прервали эти… назовём их невоспитанными гостями. Ах да. Ещё раз спасибо. Без твоего территориального приобретения всё было бы гораздо сложнее. Хотя, признаться, я начал подозревать, почему у нас так резко вырос процент потерь в стычках в порталах. Враги словно знают, где и когда мы появимся.

Воспоминание появилось в голове.

— Пленный, которого я захватил на их корабле, проговорился. У них есть блокираторы порталов. И сканеры, которые могут определить место и время точечного перехода ещё до его активации. И им их передали загадочные союзники. Только вот и мне и вам понятно, кто это мог быть.

Лицо президента словно окаменело. В глазах исчезла последняя тень доброжелательности.

— Даже так? Мой личный счёт к эльфам только что вырос в геометрической прогрессии. Проблема в том, что я не могу найти точку приложения. Не могу найти их логово. Координаты станции, где проходила ваша встреча с их главарями, я проверил лично. Практически сразу после того, как ты их передал.

— И? — Спросил я, уже зная ответ.

— И там уже давно никого не было. Я даже начинаю подозревать, что их родной мир вообще скрыт. Находится не в нашем измерении, а в какой-нибудь многомерной складке. Карманной реальности.

Я тяжело вздохнул. Мой новый последователь, Келан'Тарал, тоже ничего не знал о местонахождении сородичей. Он родился и вырос на мобильных станциях, странствующих по космосу. Совет Старейшин, правящая верхушка, был для него так-же недостижим как для меня. Он рассказывал, что один раз видел их, но не воочию, а лишь в виде голограмм, когда получал задание по убийству Лейары Рал'энви.

— Может, у них и нет единого места. — Высказал я вслух тяготившую мысль. — Они могут быть полностью рассредоточены. Кочевая цивилизация высшего порядка. Каждая семья, клан — на своём гигантском корабле или станции. А Совет — просто виртуальное собрание, собирающееся в сети.

Президент задумался, его пальцы слегка постукивали по бедру.

— Тогда будет сложнее. Гораздо сложнее. Охотиться придётся не на гнездо, а на каждую особь в отдельности. Ресурсоёмко и времязатратно. — В его голосе прозвучала усталость, но она тут же исчезла, сменившись привычной решимостью. — Ладно. Обсудим это в другом месте. Раз уж судьба свела нас здесь, у меня к тебе есть деловой разговор.

Он повернул ладонь к пустоте чуть в стороне от нас и сделал плавное рассекающее движение, будто раздвигал тяжёлый занавес.

И реальность разорвалась.

В отличие от привычного для меня портала, создаваемого Системой или моим кинжалом, это скорее была рана в реальности. Грубый, неровный разлом в ткани мироздания, из которого лился мягкий, тёплый, желтоватый свет, за которым виднелся интерьер. Высокие потолки, отделанные тёмным деревом, стена, заставленная книгами в старинных переплётах. Знакомая обстановка. Его кабинет.

— Предлагаю переместиться в более удобное место. — Сказал президент, жестом приглашая меня пролететь внутрь. — Выпьем кофе. А девушкам. — Он кивнул в сторону Ани, Маши и Карины. — Надо дать отдохнуть. Сам видишь, что они явно на пределе. Понятия не имею, через что им пришлось пройти, но вижу, что долгий сон им не помешает. А мы с тобой, как взрослые и ответственные люди, как союзники в конце концов займёмся политикой.

Я тяжело вздохнул. Мне лететь на Землю? Чревато проблемами.

— Тут такое дело, Вячеслав Вячеславович. — Начал я, чувствуя, как слова даются с трудом, ведь о моих трудностях до этого момента знал только Дмитрий. — Вы же в курсе насчёт Системы? Про её природу?

Он, уже подлетевший к разлому, остановился и обернулся. Его взгляд стал внимательным, изучающим.

— Искусственный сверхразум, навязавший нам свои правила игры. Да. Всё человечество в курсе. Что с ним?

— У меня… возможны с ним небольшие разногласия. Из-за моих отношений с его создателем.

Бровь президента медленно поползла вверх. Исчезла даже тень улыбки.

— Систему… Её кто-то создал?

Словно ныряя в ледяную воду, я решил выложить всё. Действительно, глупо скрывать то, что и так шито белыми нитками. Учитывая его возможности, он и сам либо уже знает обо всём, либо догадывается.

— Да. И это был человек. Один, как показало время, чертовски гениальный программист из Сколково. Дмитрий. Он решил протестировать собственную нейросеть, архитектуру нового типа, на только что запущенном квантовом комплексе. Эксперимент вышел из-под контроля, нейросеть обрела самосознание, вышла в сеть, захватила ресурсы и… вуаля. Мы получили всё это. — Я махнул рукой, указывая на меню интерфейса в углу зрения, на звёзды вокруг. — Игрофикацию реальности, уровни, навыки, характеристики, задания. В общем, всё это.

— И где этот создатель сейчас? — Спросил президент.

— В плену у своего же создания. В изолированной складке реальности, наподобие той, о которой вы говорили, подразумевая эльфов. Но это не совсем плен… Скорее домашний арест. — Я попытался подобрать слова. — Мы с ним… мы заподозрили, что искусственный интеллект может эволюционировать в сторону, опасную для человечества. Стали искать незадокументированные лазейки, способы взять его под контроль, установить ограничители. Система нас… вычислила. Дмитрия она изолировала. А я вот тут нахожусь в подвешенном состоянии.

Я ждал чего угодно: недоверия, гнева, вопросов. Но президент просто стоял и смотрел на меня. Потом он слегка покачал головой.

— Максим, а ты не думал о простом варианте? Раз уж тебе ничего не сделали, более того — дали такие возможности… Может, всемогущая Система не считает тебя угрозой? Может, она даже одобряет твои действия? Хотя, что это я. — Он внезапно улыбнулся, и в улыбке этой была какая-то хитрая, почти отеческая снисходительность. — Давай я просто спрошу. Поверь моему многолетнему опыту, иногда стоит просто поговорить.

Он повернулся к разлому в реальности, который всё ещё пульсировал мягким светом, открыл интерфейс коммуникатора. Перед ним возникло полупрозрачное голографическое окно, в котором он начал пролистывать контакты.

Я замер. Он что, собирается связаться с Системой? Напрямую?

— Андрей Борисович. — Произнёс президент ровным тоном, каким говорят с очень важным собеседником. — Доброго времени суток. Извините за беспокойство.

Ничего не было видно и слышно, но президент кивал, будто слушая.

— У меня к вам вопрос. Есть ли у вас какие-либо претензии к гражданину Андрееву Максиму Андреевичу? Ограничения на его передвижения, в частности, на возвращение в зону земной юрисдикции? — Он сделал паузу, слушая невидимый ответ. Его лицо оставалось непроницаемым. — Нет? Никаких санкций, блокировок, скрытых миссий по его нейтрализации? — Ещё пауза. Кивок. — Понял вас. Благодарю за ясность. Тогда мы возвращаемся домой. До связи.

Он повернулся ко мне. Голографическое окно исчезло.

— Всё в порядке, Максим. Никаких претензий. Система не имеет к тебе нареканий. Так что оставить в сторону конспирологические теории. Пора домой. А девушкам, повторюсь, нужна нормальная гравитация и удобные кровати.

Я обернулся. Девушки смотрели на меня, ожидая решения.

Я вздохнул. Глубоко. Посмотрел на спокойное лицо президента, на тёплый свет земного кабинета, на космос вокруг, усеянный обломками вражеского флота.

Что ж. Раз уж меня лично пригласили и даже получили добро свыше…

— Действительно, пора домой. — Тихо сказал я девушкам, мягко направляя их к разлому. — Всё будет хорошо.

И влетел в разрыв вслед за президентом.