Первый пользователь. Книга 17

Глава 4

Створки герметичной капсулы распахнулись, и из её чрева вверх высунулась обнажённая рука, зацепившаяся за бортик.

— Вячеслав Вячеславович? Всё в порядке?

Голос особенно доверенного помощника по особым поручениям, обычно уверенный и ровный, чтобы не случилось — сейчас звучал с осторожной интонацией. И это было чертовски необычно, потому что даже когда на Красную площадь падала ядерная бомба — он держался с хладнокровием британских дворецких.

Но его можно было понять, всё-таки проводимая операция была не из рядовых и вызывала у него опасения, хотя вроде как технологию успешно отработали. Но главное — кто подвергался изменениям.

Президент медленно поднялся, открыл глаза и сделал глубокий вдох. Освещение в кабинете, где была установлена медкапсула, было приглушённым, чтобы не вызвать у пациента светобоязнь.

— Да, Виктор. Я здесь.

— Как самочувствие? — Помощник стоял чуть в отдалении, не приближаясь, давая пространство. В его руках был планшет с медицинскими показаниями, но смотреть на него он не стал, и так знал, что там было выведено на экран, успел десятки раз изучить за время операции. Он смотрел на президента. Внимательно, оценивающе. Получилось или нет?

Президент прислушался к ощущениям, как всегда, прислушивался к докладам подчинённых, отделяя главное от второстепенного, полезный сигнал от фонового шума. Вроде всё было нормально. Ничего не болело и не ныло. Впрочем, после получения первого же навыка: регенерации с функцией контролируемого омоложения и выхода из портала, вернувшего здоровье — у него больше никогда и ничего не болело. За исключением момента, когда в него попали выстрелом из танка, но даже там это воспринималось скорее как лёгкое неудобство.

— Вроде нормально. — Наконец произнёс он. — Ничего особенного, чувствую себя как обычно.

Его помощник, позволил себе лёгкую, сдержанную улыбку.

— Тогда замечательно. Процедура, прямо скажем, всё же проведена беспрецедентная. Но, судя по датчикам медкапсулы, все показатели в норме. Даже значительно лучше нормы. Просто базовая модель, ставшая эталоном — и близко не обладала подобными показателями.

— Рассказывайте. — Президент провёл рукой по лицу, собираясь с мыслями.

Он сам инициировал процедуру изменения. Когда стало ясно, что ставки в галактической игре возросли до слишком высокого уровня, полумеры перестали работать. Космические корабли, экипажи — всё тлен. Старые галактические цивилизации, имеющие в своём подчинении десятки тысяч миров и просто невообразимое число разумных, в любой момент могли выставить такое количество военных, что на каждого землянина пришлось бы по сотне врагов. И это не было преувеличением.

Надеяться на искусственный интеллект, создавший щит вокруг Солнечной Системы? Глупо — эльфы уже показали, что могут обходить его, впрочем как и совсем отключать так называемую Систему. А неведомая Тварь, которую не смог убить даже Андреев? А Рой, пожирающий целые звёздные системы? Благо, сейчас находящийся слишком далеко и вроде как двигающийся в другую сторону. Так словно этого было мало, ещё как чёрт из табакерки вынырнул Чарль Карлингстон с какой-то игрушкой непредставимой мощи, способной гасить звёзды.

В галактике слишком много опасностей, с которыми не справиться с текущими возможностями. Нужно было наращивать личную силу и как удачно, что вовремя подвернулся проект с исследованием маркера в ДНК, выводящим человека на новую ступень развития. Именно то, что и нужно было ему, так как он чувствовал, что уперся в некий порог развития.

— Технологию отработали на добровольцах из спецконтингента. — Начал Виктор, переходя в деловой режим. — Тканевая совместимость порядка девяносто восьми и семи сотых процента. Побочные эффекты в пределах расчётных, подавлялись введёнными ингибиторами. Ключевым был ваш собственный навык регенерации. Судя по экспресс анализу, он аккуратно вплел чужеродный код в вашу ДНК, выступив в роли интеллектуального катализатора. Навык регенерации почистил его от возможных примесей, сконцентрировал полезные сегменты. Анализы, которые мы брали каждые два часа, пока вы были под наблюдением, показывают идеальную картину. Ген Андреева — точнее, его очищенная и усиленная версия — интегрирован, стабилен и работает.

Президент кивнул, продолжая прислушиваться к своим ощущениям.

— Понять бы ещё, как это должно действовать. — Тихо произнёс он.

— Судя по докладам. — Начал говорить Виктор. — Теперь всё зависит от вашего личного желания и концентрации на…

Он не договорил, остановленный поднятой рукой президента, требующего молчания. Не то, чтобы помощник говорил что-то неважное, просто произошло нечто не прецедентное.

Перед внутренним взором президента, прямо поверх изображения кабинета, вспыхнуло информационное окно с лаконичным текстом. Не мешающее видеть реальность, но тем не менее, захватившее всё его внимание.

*КВЕСТ ОБНОВЛЁН*

*УСТАНОВИТЬ КОНТРОЛЬ НАД 20 ЗВЕЗДНЫМИ СИСТЕМАМИ*

*НАГРАДА: +400 УРОВНЕЙ*

*ПРОГРЕСС: 36/20*

*ПРОМЕЖУТОЧНАЯ НАГРАДА ЗА КАЖДУЮ ЗВЕЗДНУЮ СИСТЕМУ: 20 УРОВНЕЙ, 50 ОЧКОВ ХАРАКТЕРИСТИК, 30 ОЧКОВ НАВЫКОВ*

* ВЫПОЛНЕНО*

*ВНИМАНИЕ — ЦЕЛЬ ПРЕВЫШЕНА *

*РАСЧЁТ НАГРАДЫ…*

Президент замер. Тридцать шесть. Не одна, не пять, не десять и даже не двадцать. Тридцать шесть мать его, звёздных систем! А ведь он ещё даже первую систему, некогда находившуюся под контролем Тар'Као, не сумел привести под контроль — продолжалось сопротивление ящеров, плюс Консорциум Раваан и Империя Сильфов ставила палки в колёса, подпитывая революционные настроения и снабжая оружием, отчего он не мог продвинуться в выполнении квеста.

Его разум мгновенно прочертил связь между событием и результатом. Андреев. Это снова он — потому что больше, просто некому. Нет таких сил в галактике, способных на чудеса. Ну, или он таких не знал.

Каким-то чёртовым образом, со своим талантом оказываться в эпицентре хаоса, Андреев не просто выполнил квест, а перевыполнил почти вдвое. И так как правителем Земли, объединившим всю планету, а заодно представителем человечества был президент России, то именно ему пришло уведомление. И в этом была логика задача то была — установить контроль над двадцатью звёздными системами. Контроль установлен. Как? Неважно. Параметры квеста соблюдены — задание выполнено.

Значит, где-то там, в глубинах космоса, тридцать шесть звёзд и их миры, населённые разумными, теперь де-факто под юрисдикцией Земли. Вернее, под его юрисдикцией.

*РАСЧЁТ ЗАВЕРШЁН*

*НАЧАТО НАЧИСЛЕНИЕ НАГРАДЫ*

И пришла давно забытая боль.

Уровни. Целая волна уровней. Обычно они не приносили никакого дискомфорта, но теперь всё изменилось. Это и раньше не было простыми цифрами в интерфейсе — получение уровня — всегда было сопровождалось увеличением потенциала тела на изменения. А теперь, единомоментное получение невероятного количества уровней словно что-то нарушило в человеке.

Он не видел стремительно меняющихся цифр, чувствуя каждый из них — как горячий, и плотный поток расплавленного металла, вливающийся прямо в мозг, в кости, в кровь и в принципе, в каждую клетку тела. Президент и так достиг триста пятого уровня, невероятно высокого и судя по рейтингу, довольно далеко оторвавшегося даже от номера два в рейтинге. У него был высокий уровень, невероятно высокий для обычного человека, но всё ещё в пределах понимания. Потом он сменился на триста шестой, триста седьмой…

Плюс четыреста уровней за основной квест. И ещё по двадцать за каждую лишнюю систему. Двадцать умножить на шестнадцать, равняется триста двадцать. Итого семьсот двадцать уровней. Свалившихся на него за одну секунду.

Триста пять плюс семьсот двадцать. Простейшая задачка даже для выпускников первых классов церковно- приходской школы. Итог — тысяча двадцать пять уровней.

Более чем тысячный уровень.

Тело человека начало непроизвольно содрогаться. Оно не было готово. Никакая регенерация, никакие предварительные подготовки не могли подготовить живое существо к такому. Костяк, укреплённый бесчисленными очками телосложения, затрещал. Мышцы, способные гнуть сталь, начали рваться, как гнилые нитки. Кровеносные сосуды лопались, заполняя внутренние полости горячей кровью. Нервная система словно превратилась в паяльник, воткнутый прямо в мозг и генерирующий невероятной силы импульсы боли.

Но тут же вступила в дело регенерация. Навык, поднятый до сто пятьдесят седьмого уровня, был могущественной силой. Он зашивал, латал, восстанавливал. Кости срастались, становясь плотнее и темнее, будто из состоящие из углеродного нанокомпозита. Мышцы множили волокна, уплотнялись, превращаясь в нечто совершенно новое. Сосуды очищались от тромбов и зарастали новыми, более прочными стенками. Шла война между стремительным, взрывным ростом и способностью к мгновенному исцелению, происходящая в масштабе наноклеток, в режиме реального времени.

Президент не кричал, стискивая зубы так, что эмаль крошилась, но она тут же нарастала заново. По нему, со стороны было видно, что происходит что-то не то. Его помощник отшатнулся, уронив планшет. Он видел, как кожа на лице и руках начальника на мгновение покрывалась кровавой росой, а затем мгновенно высыхала и становилась идеальной словно фарфор. Видел, как глаза вспыхнули изнутри холодным, нечеловеческим светом, словно за ними зажглись две голубые звезды.

*НАЧИСЛЕНИЕ УРОВНЕЙ ЗАВЕРШЕНО. ТЕКУЩИЙ УРОВЕНЬ: 1025.*

*НАЧИСЛЕНИЕ ОЧКОВ ХАРАКТЕРИСТИК…*

Новая волна. Ещё больше боли. Тысяча четыреста сорок очков за семьсот двадцать основных уровней. И дополнительно: пятьдесят очков за каждую систему. Пятьдесят умножить на тридцать шесть. Тысяча восемьсот очков. Итого более чем три тысячи очков характеристик. Его собственные характеристики, и без того заоблачные, каждая за триста пятьдесят единиц, были результатом долгой прокачки, использования редких артефактов, убийства многочисленных боссов в порталах. Но внезапный душ из наград превышал всё, что было раньше. Потенциал снова множился.

Не было времени думать — тело не выдерживало. Все его знания подсказывали, что нужно усиливать организм, причём равномерно, чтобы его не разорвало на части. Сила. Ловкость. Телосложение. Интеллект. Мудрость. Он распределял очки, ощущая, как с каждым вложением реальность вокруг становится иной.

Начал чувствовать гравитацию, как податливый материал у своих ног. Ощутил мимолётное течение времени, которое можно было слегка словно замедлить для себя или ускорить для других. Ощутил материю своего тела, которую теперь можно было перестраивать мыслью. Начал осознавать информационные потоки, опутывающие планету, и считывать вероятности, ветви будущего, расходящиеся от каждой его мысли, как паутина трещин по стеклу.

Но это было ещё не всё.

*НАЧИСЛЕНИЕ ОЧКОВ НАВЫКОВ…*

Семьсот двадцать очков за полученные уровни. И ещё четыреста восемьдесят за приведённые под власть Земли системы. Итого тысяча двести. Он, не раздумывая, влил их в два столпа своей силы. Телекинез и Регенерацию. Навыки, уже перешагнувшие за сто пятидесятый уровень, взметнулись ввысь. Сто пятьдесят, двести, двести пятьдесят. Они перестали быть обычными навыками выданными Системой, превращаясь в некие принципы. Аксиомы бытия.

Регенерация теперь означала переписывание реальности своего физического состояния, тогда как телекинез не банальное передвижение предметов как ранее, а скорее как диалог с фундаментальными силами на квантовом уровне.

Раздался слышимый даже в реальности треск.

Ограничения, наложенные биологией и физикой, переставали действовать. Стремительный рост сжёг старое, человеческое, как шелуху. Код ДНК, уже изменённый и усиленный, взорвался изнутри экспоненциальным расширением, превращаясь в концепцию — в идею сверхсущности, воплощённую во плоти.

Боль исчезла. Война роста и исцеления закончилась безоговорочной победой нового рождения.

Президент поднял голову. Теперь всё точно изменилось. Просто потрясающие ощущения, сродне божеству.

Он чувствовал пол, этаж, здание, Кремль, всю Москву. Сотни километров вокруг. Каждый камень, каждую трубу, сердцебиение каждого человека, каждый шёпот. Мог убить любого, сжав в небольшой шарик из плоти или наоборот разорвав на атомы. Его контроль, его осознание растянулось, охватывая всё. Он ощущал даже спутники на орбите, краешком захватил древнюю космическую станцию Андреева и отшатнулся полем восприятия, словно его что-то укусило. Не время — разберётся потом. Слышал разговоры всех людей так, как будто они стояли рядом. Чувствовал даже магнитное поле Земли, её пульс, её вращение в пустоте.

И чувствовал странную аномалию — незримое присутствие чего-то странного во всей материи на всей планете. Контролирующую абсолютно всё. И он знал, что это — вернее, кто. Знал и не испытывал негатива к искусственному интеллекту, понимая, что на его месте возможно действовал бы гораздо более жестоко, уничтожая любое неповиновение в корне. Ведь весь мир ещё год назад стремительно катился в Бездну и появление Системы, какое-бы оно не было — спасло человечество.

И он засмеялся. Тихим, беззвучным смехом. Виктор, прижавшийся к стене, смотрел на него с благоговейным ужасом

— Виктор. — Голос президента был тем же. — Всё в порядке. Теперь всё просто прекрасно.

Вячеслав Вячеславович встал. Вернее, просто переопределил своё положение в пространстве с сидячего на стоячее. Осмотрел свои руки. Они выглядели совершенно обычными, но он знал, что может превратить их во что угодно: в плазменные сгустки материи, в твёрдый свет или в инструмент для лепки реальности.

Мысли текли с непривычной доселе ясностью. Земле угрожают. Сильфы с их высокомерием и Раваанцы. Они считают человечество угрозой, плетут интриги и готовят вторжение, лишь на время отказавшись от своих планов под внешним давлением.

Раньше это было для него проблемой. Нужно было готовить армию, космический флот, действовать дипломатически, искать ресурсы. Теперь же он чувствовал лишь раздражение. Лёгкое, как на комариный писк, мешающий уснуть. И что делают с таким комаром? Разве разговаривают? Нет, его убивают.

Если драка неизбежна, то бей первым. Старая, как мир, истина.

Президент посмотрел на пустое место перед собой. На сам воздух, на ткань пространства-времени. Он увидел её. Увидел, как она переплетена силовыми линиями, гравитационными нитями, тканью метрики. Она была прочной. Для всех, кроме него, и пожалуй, самой Системы.

Он медленно, почти небрежно, развёл руки в стороны, взялся за края реальности в этой точке и разорвал её.

В отличие от Системных порталов, выглядящих как красивый серебристый овал, это была бесформенная, зияющая щель в самом мироздании, за которой клубился свет из смеси сотен оттенков, на который было физически больно смотреть.

Больно человеку, но не новорождённому Богу.

Он видел сквозь этот свет: зал с высокими, стрельчатыми сводами, видел трон из светящегося белого материала. И видел фигуру на троне.

Император Сильфов. Существо, правившее одной из могущественнейших звёздных империй на протяжении последних сотен лет, и регулярно проходящее процедуру омоложения. Его изображение было в досье, которое президент читал раньше, анализируя угрозы планете. Высокий гуманоид с гладкой, немного отсвечивающей кожей графитового цвета. Вытянутый назад череп и выдающаяся вперёд челюсть явно показывали, что это существо имеет не очень много сходства с людьми. Чужак.

Вокруг него замерли в почтительном поклоне советники, большое количество стражи. По всей видимости проходил какой-то совет. Они ещё не увидели разрыва. Для них это происходило в одном мгновение.

Президент сделал шаг вперёд. Ступил через разлом, перешагнув через световые годы, и через все линии обороны столицы Империи Сильфов. И оказался в тронном зале. Человек в чёрной броне, активированной поверх голого тела после процедур по имплантации ДНК. Невысокий, по сравнению с вытянутыми долговязыми Сильфами, но находящийся с ними на одном уровне. Потому что висел в воздухе, не поддерживаемый ничем.

Вокруг на секунду воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим шипением незалеченной раны в реальности позади него, которая медленно начала стягиваться, потрескивая и разбрасывая во все стороны искры из плазмы — оставляющие чёрные ожоги на белоснежном каменном полу.

Находящиеся в зале разумные наконец заметили вторгнувшегося человека. Кто-то закричал, тогда как стражи ближнего круга, не раздумывая, бросились на защиту императора, выхватив из ножен загоревшиеся голубым светом клинки и окутываясь многослойными силовыми щитами, прикрывая своего повелителя.

Император медленно поднял руку, и крики стихли.

— Интересно. — Произнёс император. — Ты не эльф, но использовал технологии Древних. Что тебе нужно? Кто ты?

Президент посмотрел на него. Император Сильфов не воспринимал Землю как угрозу и даже не потрудился изучить досье на значимых личностей человечества, иначе бы сразу узнал, кто перед них находится. Ожидаемо. Очередная напыщенная тварь решающая кто будет жить, а кто послужит лишь кормом для червей. Зачем вести с ним диалог. Чтобы что? Убеждать не нападать на Землю?

Он не стал отвечать на вопрос. Просто не было смысла. Зачем говорить с тем, кто всё равно сейчас умрёт?

— Если драка неизбежна. — Произнёс он спокойно и коммуникатор на запястье, который он не стал уничтожать, осознав, что это устройство имеет множество скрытых функций, в том числе возможность контроля и мониторинга — перевёл его слова, сделав понятными для всех в зале. — Бей первым.

А затем посмотрел на Императора Сильфов и просто отменил его, даже не заметив гудящие в натуге стационарные щиты, выдвинувшиеся чуть в запоздании и закрывшие и самого императора и его стражу.

Тело императора, усиленное лучшими имплантами, доступными только в единичных экземплярах и разработанные специально для того, чтобы поддерживать жизнь повелителя целого звёздного рукава, тело, способное на равных сражаться даже с боевой звездой эльфов и возможно даже победить — распалось на части. Тысячи идеально ровных, маленьких кусочков плоти, костей, ткани, металла замерли в воздухе на миг, образуя призрачный силуэт того, кто секунду назад был практически богом для своей расы. Потом, подчинившись гравитации, вся эта масса рассыпалась на пол у подножия трона.

Стражи замерли с занесёнными клинками, их лица застыли в гримасах паники. Они, должные жизнь положить за своего повелителя — были живы, тогда как он превратился в дурнопахнущую кучу из останков.

Именно в эту секунду сработали автоматические системы защиты тронного зала. Империя Сильфов не дожила бы до своих веков, полагаясь лишь на живую стражу — хватало тех, кто был готов отдать жизнь, но попробовать убить императора. Каменная кладка стен, казавшаяся доселе цельной, распалась на идеально отполированные панели, из которых выдвинулись стволы стационарных импульсных турелей и рельсотронов. Одновременно, часть стражей, на момент появления человека находившая в отдалении, у дверей и окон, отбросив паралич ужаса, начали действовать. Оружие ближнего боя, внезапно трансформировавшееся в плазмомёты, исторгли сгустки сконцентрированной плазмы.

Весь этот смертоносный дождь, начиная от высокотехнологичных стационарных систем до индивидуального энергетического оружия — сошёлся в одной точке: на фигуре человека, неподвижно висящего в центре зала.

И ничего не произошло.

С точки зрения стороннего наблюдателя, происходящее было сродни попытке нарисовать картину маслом на поверхности чёрной дыры — невозможно и абсолютно бессмысленно. Президент даже не взглянул на атаку. Его новое восприятие, обрабатывало угрозу уже на рефлекторном уровне. Поле его контроля, простиравшееся теперь на сотни километров, могло искажать саму реальность. В принципе, он мог бы избежать атаки, не дав даже сработать оружию — но нужно было показать тщетность атаки будущим подданным.

Импульсные заряды, движущиеся со скоростью, близкой к световой, первыми испытали на себе абсурдность новой защиты. Войдя в зону влияния, встретились с пространством, внезапно превратившимся в гравитационную линзу чудовищной мощности. Смертоносные пучки энергии, подчиняясь искажённой геометрии, развернулись, обогнули неподвижную фигуру по совершенно невозможным траекториям и врезались в стены, потолок, в сами турели, превратив камень и оружие в расплавленный силикат и ионизированную плазму.

Кинетические снаряды, выпущенные из скрытых в полу электромагнитных ускорителей, постигла иная, но столь же беспощадная участь. Войдя в сферу влияния, они испытали на себе эффект бесконечного падения. Гравитационная постоянная в непосредственной близости от Президента на краткое мгновение перестала быть постоянной. Каждый микроскопический вольфрамовый шарик, каждая игла встретила катастрофически нарастающее ускорение, направленное не вперёд, а вглубь самого себя. Материя сжалась, не выдержав собственного веса, умноженного в миллиарды раз. Снаряды, не долетев и полуметра, превратились в пылинки сверхплотной, безвредной пыли, которая тут же рассеялась, увлечённая искусственными течениями пространства, так же создаваемой волей президента.

Атаки стражи тоже не достигли успеха. Плазменные сгустки гасли, как свечи на ветру, их энергия рассеиваясь в неинерциальной системе отсчета, которую новорождённый Бог налагал на локальный участок реальности. Их клинки, способные резать силовые поля и сверхтвёрдые сплавы, просто теряли остроту, вернее, саму возможность взаимодействия. Молекулярные связи лезвий, входя в зону, где время текло с иной скоростью, а фундаментальные взаимодействия могли быть временно отключены как ненужная функция, становились эфемерными. Клинки проходили сквозь контур фигуры, не встречая сопротивления, но и не причиняя вреда, будто рассекая густой, безвредный туман.

Весь этот безумный каскад попытки уничтожения длился менее двух секунд. Когда дым и плазма рассеялись, президент оставался в той же позе, недвижимый и чистый, резко контрастирующий с изуродованным, дымящимся полом зала.

Наглядная демонстрация того, что законы мироздания в этой точке пространства теперь писались по его воле.

Президент, висящий в воздухе, развернулся, осматривая зал.

— Ваш император, посмевший поднять руку на Землю — пал. — Наконец произнёс он, веско роняя каждое слово. — Ваш флот, ваши технологии, вся ваша история — теперь ничто перед волей человечества. Я здесь не для того, чтобы вести переговоры. Я пришёл объявить приговор. Звёздного образования, решившего уничтожить мою планету, больше не существует. С этого момента Сильфийская Империя считается территорией Земли. Сопротивление бесполезно. Посмевшие выступить против — будут уничтожены.

Он сделал паузу, давая словам просочиться в оцепеневшие умы.

— Рекомендую начать процедуры подготовки передачи власти. Я пришлю своих советников. И если кто-то хотя бы помыслит о саботаже, я узнаю. И его судьбе не позавидуют даже мёртвые.

Никто не посмел даже двинуться, видя, что только-что произошло. В зале, где секунду назад решались судьбы целых звёздных систем, царила откровенная паника.

Президент кивнул, словно удовлетворившись.

— Теперь Раваанцы.

Перед ним реальность вновь с треском разорвало и появился новый разлом. С Раваанцами будет чуть сложнее — но только потому, что форма правления у них была другая: поликонсорциум — союз технократов, управляющих корпоративными кластерами, включающий в себя огромное количество разумных. Но даже там было слабое звено. Волю совета исполнял и контролировал некий конструкт-координатор НЭОКС-7, созданный очень давно. Сборный мозг из тысяч аналитиков, оперирующий как единая личность. Уничтожить его и Консорциум потеряет свою целостность — распадётся на тысячи воюющих государств, сдерживаемых сейчас только волей конструкта.

Но его ещё нужно было найти. В отличие от тронного зала Сильфов, информация о котором была в открытом доступе — данные о местонахождении управляющего центра Раваанцев были строго охраняемым секретом.

Впрочем — не такая уж сложная задача для нового Бога человечества. Или, раз уж под его властью теперь оказалось так много звёздных систем, теперь его следовало называть Богом Императором?

Правда, перед тем как отправиться к ним, он нашел минуту на то, чтобы вернуться домой и отдать пару указаний. Оказавшись в том помещении, откуда совсем недавно отправился в карательную экспедицию, нашел взглядом помощника.

— Виктор. Приступай к выполнению плана «Вознесение». Начать массовую имплантацию кода в ДНК пользователей.

— Используя ген Андреева? — Осторожно спросил мужчина.

Президент, висящий в воздухе и не касающийся пола, задумался на долю секунды.

— Нет. Ген Андреева уничтожить. Использовать первичные образцы других инициированных.