По снегу босиком вместе

25. План

Два очень унылых дракона сидели на кухне. Печально смотрели на кофе и дружно скорбели. Единодушно и тихо.

— И что нам со всем этим делать? — Сильвер всегда отличался практичностью. Вот и теперь он решил наконец отодвинуть эмоции и перейти к плану. Даже слезы дракона в делах так себе очень помощники.

— Снимать штаны и прыгать. Хвостами еще дрыгать. — уныло Ладон отозвался.

Совсем развезло его, бедного от таких новостей. Главный Инквизитор в роли главного подозреваемого мог заставить рыдать все человечество. И не только иных, между прочим. И хотел бы не верить дракон в этот ужас, да уж больно все ладно у Ди выходило. К тому же, кроме логики тривиальной, она оперировала еще и такими весомыми аргументами как интуиция. А интуиция у нее была знатная. С таким не поспоришь. То есть можно, но одноразово. А самоубиться в ближайшее время в планы древнего не входило.

— Неконструктивно. — со знанием дела отозвался его дальний родственничек.

И они снова синхронно взгрустнули.

— Мы или делаем вид, что не докопались, аккуратненько дело сворачиваем и разбегаемся дальше работать, или доводим все до конца, чего бы нам это не стоило. — Лер всегда отличался болезненным энтузиазмом. Росомаха, чего с него взять, старший брат всех медоедов.

— Не получится. — Венди задумчиво допивала который по счету литр кофе, рассматривая обоих драконов с каким-то натуралистическим любопытством. Как на ящериц в банке смотрела, ей-богу.

— Это еще почему? — Лер упорным был оптимистом, очень твердым в своих убеждениях.

— А нам никто не поверит. В первом случае. Чтобы мы и неладное не заподозрили? Не смешите мои белые перья, коллеги. Сэм может быть кем угодно: предателем, даже дважды предателем, крысой, агентом под прикрытием, но однозначно — не дураком. И когда мы вернемся, он нас истребит. С чувством глубокого удовлетворения, поодиночке и тихо. Даже со всеми удобствами — на Камчатку за нами валить не придется.

Вот умела она охладить им весь пыл. Оба дракона скорбели уже как на кладбище. Кто угодно бы сразу отчаялся, только не Лер, на него рассудительность Венди не действовала совершенно, (веками проверено). Он только обрадовался, широко улыбнувшись во все свои белые зубы. Сколько их там у него… Много, судя по яркому острому блеску. И ямочки на заросших темной щетиной щеках.

— Ну так здорово же! Значит надо валить его. Всех их ловить и валить. И чего мы раскисли, дражайшие? План-то отличный. — тут он отобрал у Ди ее чашку и залпом допил.

— Вообще ничего в нем не вижу здорового. — Ладон мрачно смотрел в инофон и свирепо листал там какие-то документы.

В кое веки его жизнь обрела яркий смысл. Да, все было непросто. Да, сам все испортить успел, виноват, раскаялся и был полон желания это исправить. Но будущее заблистало самыми яркими красками: академия, Маргарита, любовь, наконец. И героический подвиг ценой вечной жизни не прельщал его теперь совершенно.

Он бы даже сбежал малодушно, такие мысли нет-нет да вползали трусливо в драконью светлую голову. Да вот незадача: тогда его точно бы уничтожили, в это Ди совершенно права. Куда не ткни пальцем, — повсюду тупик. И убежать не получится. Придется вид делать отважный и прорываться с шашкой наперевес. То есть, — с Сильвером.

Ладон взгляд перевел на разумного помощника своего. Своей правой рукой, если честно.

Поправляя очки в тонкой серебристой оправе, водруженные на ту часть фундаментального носа, что у приличных иных называется скромно: «горбинка», Эндрис нервно заерзал под тяжелым взглядом Ладона.

— Я… все продумал уже, — голос у младшего из чешуйчатых осип очень даже предательски-красноречиво.

— Излагай. — разрешил старший.

Лер тяжко вздохнул, и стянул Венди со стула, усаживая ее на свои колени. Нервничал, значит. Она пару секунд еще хорохорилась и устраивалась, потом, пропыхтев ему тихое: «невозможный!» смирилась и замерла. Привыкла давно, и бороться с ним не было смысла.

— Да все просто. Венди строит стационарный портал. Такой, чтобы не заметить его было сложно. Как железнодорожную станцию. Мы заходим, заносим туда оборудование… — на этом месте глаза Ладоновы округлились сверх всякой меры и лицо даже вытянулось. — Да, всякой фигни натаскаем, я вон, для кафедры одних только колб заказал коробок тридцать, не меньше. А еще…

— Стоп. — Ди решительно пискнула, высунув нос из теплых объятий мурлыкающего тихо Гуло. — И зачем нам вся эта комедия? Логику мне, пожалуйста. Без нее чувствую себя неуверенно.

Сильвер перевел взгляд на девушку. Настоящий сексист, сразу видно, матерый и неисправимый.

— Наши с вами противники вполне логично ожидают, что после изъятия оружия из производства и некоторого логического завершения следственных мероприятий вы свернете всю свою активность и вернетесь в столицу. — Сильвер говорил очень медленно, словно дитю неразумному разъяснял. — Думаю, в самое ближайшее время вас поторопят. И даже подкинут подозреваемых, совершенно случайно отлично подходящих для завершения дела.

— Уже. — Ладон мрачно читал входящие сообщения и анонсы местной ленты новостей. — «Пограничная служба раскрыла глобальную сеть поставок запрещенных в стране препаратов. У следственных органов есть все основания предполагать, что задержанные имеют прямое отношение к покушению на губернатора Камчатского края.»

Сильвер торжественно посмотрел на своих собеседников. С таким видом, как будто бы это он и сеть эту раскрыл и губернатора грохнул, и все для пользы общего дела.

— А при чем твои колбы в коробках, запихнутые в портал? — убедить Ди всегда было очень непросто.

— Мы должны их заставить напасть! — азартно поправил очки раскрасневшийся Сильвер. — и поймав полный скепсиса взгляд опытных оперативников (тут все трое были единодушны) спешно и громко добавил: — А для этого нужно сделать нечто непонятное, логике не поддающееся.

— Нда. Коробки с колбами заказанные для кафедры магической геоботаники это то самое. Не поддающееся, тут я согласен. Сам бы испугался.

Как ни странно, но Лер произнес это совершенно серьезно.

— А кстати да. Испугаться они могут, пожалуй, только нашего сговора с местными, в обход самой Инквизиции с целью полного уничтожения самой лаборатории. Судя по тому, что мы видели, времени, сил и ресурсов туда вгрохано просто немеряно. На восстановление может уйти лет пятнадцать еще. — пробормотала задумчиво Ди.

Она окончательно вылезла из объятий недовольно насупившегося сразу Гуло, и недовольно шипя, переплетала косу. Тот обратно беглянку вернул, волосы у нее отобрал и расчесывал их теперь пальцами терпеливо и бережно.

Ладон исподволь наблюдал за обоими, откровенно любуясь. Они умудрялись даже просто касаться друг друга как-то особенно нежно и трепетно. Оба. Ди и сама не заметила, как стала активным участником этой игры. Бессознательно трогала Лера, или тонкими пальцами цепко вцеплялась в него, когда нервничала или сердилась. Они плотно сплетались в единый, большой и могущественный организм. Новая версия симбиоза. Дракон тихо и совершенно беззлобно завидовал этим бессмертным. Стоило ему лишь глаза прикрыть, и перед ними вставали отчетливо их с Марго встречи. Такие короткие. Яркие, словно звезды.

— Значит, будем сговариваться, — стряхнув наваждение, усилием воли древний заставил себя вернуться к реальности. — Кроме колб этих ваших нужно, наверное, еще что-нибудь несколько более действенное и впечатляющее. Подниму на уши Корвусов, поговорю с Оркиными, — тут он мгновенно поймал быстрый и понимающий взгляд мудрой Венди. Она улыбнулась. — Разгрузим на вертолетах взрывчатку. Чем там всех можно еще напугать. Учения что ли пусть там проведут.

— Я свои подключу, — тихий голос от двери заставил дернуться и подпрыгнуть всех разом.

Только коты умудряются передвигаться настолько бесшумно. Валентин, вполне ничего себе даже здоровый и крепкий, отчего-то смутившись, вздохнул и подошел к ним поближе.

— Мне тут прямо в госпиталь позвонили и передали… — тут он почему-то замялся, смотря строго под ноги себе, — Представляете: дом этот принадлежит теперь мне. Вурус оформил его на нас с Марусей, еще две недели назад. Даже не знаю…

— Все правильно, Валь. Здесь душа ее, я всегда это чувствую. А тот дом ты продай. Ты и подключить его толком не сможешь. Как и жить там. Сам же знаешь. Аве, засранец. Какой же ты все же… засранец.

Венди радости своей не скрывая, медленно подошла к нему и обняла растерявшегося окончательно Валентина.

— С возвращением, драный кот! А где Маруся? — Лер уже даже не злился.

— Аве, сиятельные. Я тоже соскучился, верите? Дочка спит в мед отсеке. С ней сестричка из отделения Маргариты, меня просто выгнали. Сказали, еще пару дней будет спать, и это нормально. Вот я и пошел… куда посылали. Разбираться с делами.

— Мне продай. — Ладон сам удивился тому, что сказал. Да все удивились. Пришлось объясняться. — Боюсь, для меня в скором времени Ди придется даже стацпорт провести на Камчатку. Ну так… чуйка подсказывает.

Он тяжко вздохнул, отвернувшись к окну. Хорошо, когда рядом есть те, с которыми можно не лгать и не притворяться. Совсем. Даже можно вздыхать так тяжело и откровенно, хотя не положено древним страдать и метаться, как дикие кролики перед лисой.

Сильвер, молчавший все это время, был очень занят, — он, напряженно пыхтя, составлял план их действий и его быстро записывал. Еще бы. Всех надо организовать! А теперь еще дом, и портал не забыть, и все это на его бедную голову валится, как обычно.

— Ну что, мы пошли? Я портал выгрызать, Лер меня охранять и морально поддерживать.

Отцепившись от Линкса девушка широко улыбнулась. И весь вид ее говорил: спорить с Ди бесполезно. Она снова задумала что-то. И даже с Лером уже сговорилась.

— Ди, я тебя умоляю: никуда сами не лезьте. Полная тишина в эфире, даже ментально общаетесь только обсуждая технические вопросы. Пожалуйста, не рискуйте. Валь, сколько времени тебе понадобится на оповещение всех твоих служб?

— Сутки. Я с военными сам свяжусь, мои каналы явно надежнее и быстрее. Внезапно объявим учения, в графике осени есть пара-тройка проверочных мероприятий. Антитеррор как раз в тренде, в свете последних региональных событий. А вы колбы таскайте свои пока тихо порталами.

Как давно он стоял тут и их тихо слушал? Хорошо еще кот этот драный был в числе их самых верных союзников. Весело и с прибаутками он вершил здесь большие дела, будучи одной из самых заметных и авторитетных фигур региона. Да, его «каналы» точно будут надёжными.

Словно в ответ на безмолвный вопрос, Валентин плечами пожал и широко улыбнулся, низко им промурлыкав весьма прозаичное:

— А давайте пожрем. Я попробую вспомнить кухонные настройки и дом нас накормит. Есть хочу как крокодил. Мы за сутки успеем все сделать, хвост даю на отсечение.

Ди было дернулась уходить, да увидела жалостливое выражение глаз Гуло-голодного.

Мужики, когда есть очень сильно хотят, выглядят, как несчастные дети.

Настоящих мужчин надо вкусно кормить и поить. Любить еще не помешает, но это другое.

Линкс действительно уговорил кухню дома на милость, и спустя уже пять минут на столе аппетитно парила большая тарелка котлет, гренки с запахом чеснока и наполненные чем-то горячим и жидким бульонницы.

Не то, чтобы званый обед, но хоть что-то горячее.