По снегу босиком вместе

54. Мы уходим

Гурзуф.

Венди тихо шепнула одно только слово и Лер сразу понял. тут же с ней согласившись. Да, эта история начиналась у Гурзуфе, есть прямой смысл ее там завершить.

Строить портал левой рукой было сложно, он хоть и левша, да только все схемы портальные строились слева направо. Приходилось ему на ходу перестраиваться, словно в зеркальном отображении проводя вектора и выстраивая маршрут их пути через два континента. От великого океана к коварному Черному морю.

Ди едва шевелилась снова устало присев прямо на пол она даже дышала устало и ее робкую попытку помочь он пресек быстро и сразу. Нужно учиться теперь жить калекой. И сразу же отучить всех от мысли ему помогать. Он справится.

Чуть больше времени, чуть меньше точности, включить от природы живой ум и вот оно, вполне элегантное построение. Ироничное даже, Ди непременно оценит.

Лер сделал шаг назад, поднял руку, привлекая внимание все еще спорящих ожесточенно друзей.

— Клавдий, Ге, мы уходим. Я пока беру паузу, форма связи обычная, по закрытому профилю.

— Мало вы прохлаждались там где-то в другом полушарии! — проворчал громко Клавдий. Он все еще был раздражен. Скользнул взглядом по искалеченной, все еще поднятой руке Лера и скрипнул зубами. Возразить на такой аргумент ему было нечего.

— И скорее всего не вернусь, — Лер поймал его взгляд и невесело усмехнулся в ответ.

— Мы не вернемся, — Ди выступила перед мужем, словно собой его заслоняя.

— Но… — Клавдий хотел было возразить, напомнить об еще одном, незаконченном деле, и о том, как он все эти недели в одиночку практически сам все расследовал, но…

— Как я удачно зашел опять! — Этот голос не узнать было трудно, невозможно, практически. — Как не загляну к вам на огонек, так вы все ругаетесь. Свет, такой теплый и дружный, не правда ли?

Несмотря на насмешливый тон, быстро выступивший из самого темного угла всесильный некогда демон вид имел очень потрепанный.

— Аве, Тьма. Как там дела наши скорбные?

Леру хотелось в Гурзуф и с каждой минутой все больше, а явление этого гостя снова их с Венди задерживало.

— Ваши неплохо, мои так и вовсе прекрасно. Собственно, я к вам по этому поводу.

Прекрасные дела Аваддона обычно грозили глобальными неприятностями. Но не теперь.

В двух словах он поведал подробности произошедшего на обрыве. Изложил свое трезвое очень решение «проблемы светлого Рафаила». С ним все согласились. Клавдий, как единственный оставшийся в живых претендент на должность главного инквизитора дал разрешение на принятие Фила в его демонический дом.

Решили все оперативно и быстро, без лишних слов и каких-либо споров, практически по-семейному. Хотя, именно так все и было: родители беспокойных детей встретились и на берегу обсудили дальнейшие действия.

— Кстати, сиятельные Дивины. — Авва отвесил поклон в сторону Ге, — А я вас и себя поздравляю. Подробности — позже и лично. И заранее предупреждаю: к внукам буду являться без всякого предупреждения. Мне понравилось быть человеком семейным, это… — он задумался на секунду и ухмыльнулся. — Наверное, даже затягивает. И вы еще, Гуло. — Вождь Тьмы развернулся к стоявшим теперь уже на самом пороге портала супругам. — Я ваш должник, и не возражайте. Мне Сэм достался лишь слабой тенью себя самого. И как видите, только вмешательство сына решило исход поединка. За что он теперь и расплачивается.

Он впервые назвал Фила сыном вот так, перед великими светлыми. Словно опять заявив о наследнике, светлом наследнике величайшего предводителя Тьмы.

— Не… — Лер гордо хотел отказаться, но Ди его перебила.

— Да, темнейший. И вы даже знаете, что мне от вас нужно.

Демон лишь улыбнулся устало и молча кивнул ей в ответ.

— Когда? — терпение никогда не было сильной ее стороной.

Ава взглянул на портал, на секунду задумался.

— Вас найдет мой личный мастер. И не стесняйтесь, все расходы на мне.

— Безусловно, а как же иначе. Мы можем идти? — это снова была Венди, — великая, сильная и решительная, та самая что увела мужа из пасти у Сэма, та, что смогла его победить.

Грустно Лер улыбнулся, ей явно любуясь. Нужен ли этой женщине он — безрукий калека, пусть даже отец их ребенка?

Время покажет, пока ему нет смысла придумывать и рефлексировать, есть задачи сложнее. Он не мальчик и разберется с проблемами, строго по мере их поступления или чуть раньше.

— Идите. Буду очень признателен, если ваши прошения об отставке появятся у меня на столе никак не раньше нового года. — Клавдию трудно было сдерживать справедливую злость.

Они все его бросили! Ладон с головой ушел в свою Академию, Фила папаня забрал, эти двое сбегают, и даже Арина исчезла куда-то, ни слова ему не сказав!

Только мягкое прикосновение теплой женской руки его отрезвило.

— Да! Всем кошмарного наступающего! С вами весело, но меня ждут еще не казненные коварно невинные жертвы и пыточная поостыла. — Ава снова шутил, хотя плоско и очень устало.

Тебе тоже, темнейший. Желаем парочку войн, крупных землетрясений и карантина. Только не переусердствуй, коллега.

Демон хмыкнул и шагнул в непроглядную темноту.

Да, они все как-то забыли, что впереди большой и шумный человеческий праздник, мелкая нечисть полезет из всех Богом забытых углов, а значит у Инквизиции будет штатный аврал, куча дел и не единой минуты покоя.

— Точно уходите? — голос Клавдия прозвучал даже жалостливо.

— С Максом свяжись, он тебе зять, между прочим, вообще-то. И точно поможет, он ждет уже очень давно.

Судя по лаконичному ответу Лера, они все-таки уходили.

— Будьте готовы к тому, что я вас скоро вызову по делу Ольги, — прозвучал голос Ге. — И не как участников или свидетелей, нет. Мы будем судить ее.

— Трибунал? — от волнения Ди даже осипла.

— Сначала ее нужно будет найти и поймать. Но да, трибунал. И на это серьезные есть причины.

В круг судебного ритуала последний раз эта группа собиралась настолько давно, что Ди уже даже забыла об этом.

О, нет, думать об этом сейчас она не хотела. Лишь молча кивнула и взяла за руку глубоко задумавшегося Лера. Тот сразу словно очнулся, поцеловал и сделал шаг в дальний портал, перенося их обоих.

Вот и закончилась эта история.

Встречай, зимний Гурзуф!

Выход в стационарном портале Артеке был для Ди полным сюрпризом. Вот ведь хитрец: он так сэкономил свои время и силы. Но как начинающий порталист умудрился не просто совместить точки выхода, а прямо-таки «врезаться» в стационарную линию? Да еще и… без правой руки. Венди больно было теперь даже думать об этом: для морфа физическая неполноценность была сродни маленькой смерти. А виновата была в этом только она. И все же, он полон загадок.

Открылась зеркальная дверь и Лер подхватил ее на руки.

— Ей! Я не хрустальная! — засмеялась невольно.

— Ты всегда так говорила, и я не хочу перемен. Не хочу.

Водрузив ее на плечо, словно птицу, подошел к совершенно опешившему дежурному по порталу. Молодой гном был шокирован: эти двое ни в каких протоколах прибытия даже не числились! Откуда взялись только на его бедную голову? И сразу же видно — великие, древние, от них веяло силой, как горячим воздухом из обогревателя.

— Вы кто⁈ — только и смог прохрипеть этот несчастный.

— Сотри ему память. Ну их всех. — громко Ди прошептала, наклонясь к уху мужа.

Тот покачал головой.

— Головой будет маяться еще неделю, беспощадная ты моя, а он совсем еще маленький. И нет, мы прятаться больше не будем! — Усмехнувшись злорадно Лер одним движением пальцев выловил из дежурки журнал протоколов прибытия, элегантно раскрыл и не глядя ткнул пальцем: — Ну вот же, смотрите: супруги Каперис, прибыли в отпуск на реабилитацию после ранения.

И правда: в журнале (защищенном от всех видом магии!) красовалась явно вписанная только что твердым убористым почерком надпись. Гном даже глазами захлопал от удивления.

— Бывает, малыш. — Лер усмехнулся, возвращая ему толстый журнал. Курсанты уже на каникулах?

— Сес… сия. В корпусах пока только отдыхающие, — гном все еще не верил своим глазам, осторожно трогая пальцем свежую запись в журнале. А вдруг это иллюзия? Странные гости уйдут, а ему отвечай! Но стоящие перед ним двое были абсолютно реальны. — Погодите… Каперис, серьезно? А вам тут посылка пришла, только что! И письмо…

Супруги переглянулись. Посылка? Быть такого не может: их «отпуск» в Гурзуфе был чистейшим экспромтом.

— Вот тут распишитесь еще раз, — гном сделал строгий вид, выдвинул ящик большого стола и выложил на столешницу: два новеньких инофона, бездонную черную сумку Ди тоже вытащил, правда с немалым трудом, и в довесок большой белый конверт без каких-либо надписей. — Как вы удачно зашли, а я все гадал, куда деть все это имущество?

Наткнувшись на изумленный взгляд Лера гном окончательно стушевался, натянул свою теплую шапку свою на самый нос и судя по виду был готов провалиться сквозь каменный пол стационарной портальной. Ну что он несет?

Великие переглянулись, молча забрали имущество, Ди расписалась в журнале. Все это происходило в пугающей тишине. И только тяжелые шаги Лера по лестнице нарушали гнетущее это молчание. Здравствуй новая жизнь. Здравствуй отпуск. Не прошло и полгода, как история повторилась, странное ощущение…

Гурзуф встретил гостей мощным порывом холодного зимнего ветра, запахом шторма и приветственным залпом снежного заряда, зло ударившего прямо в лицо. Бодряще и даже немножечко весело.

В эти часы на улицах города не было никого, только замерзшие голуби зябко жались в двориках сытых гостиниц. Курорт готовился к праздникам. Пройдёт всего пара дней и эти улицы наполнятся усталыми горожанами, жаждущими новогодних подарков и праздника.

Лер остро вдруг ощутил, как за последние месяцы они выпали из обыденной жизни. Он ощущал себя иностранцем в чужой, незнакомой стране, или даже индейцем, попавшим из резервации в цивилизацию.

— Вид у нас между прочим… не очень.

Ди озвучила все его мысли куда приземленнее и поежилась.

— Ты можешь нас вывести к домику? — почему-то он тихо спросил. — Я выдохся совершенно, боюсь накосячить и кинуть нас в море.

Слышать такое признание от великого и несокрушимого Лера было так трогательно, что Ди к мужу шагнула и молча его обняла. Ему придется учиться быть слабым. Нет, не так: стать еще даже сильнее, чтобы заставить всех вокруг забыть о своем неизлечимом увечье. Он справится, она в нем уверена, сила духа в Гуло была колоссальной, и он ее полностью сохранил, даже значительно приумножив.

— Покажи мне его. Я забыла дорогу туда. Тогда, в мае, голова была занята чем угодно, только не адресами.

Лер закрыл молча глаза, вспоминая тот вечер в Гурзуфе. И их разговор. И те поцелуи, что стали ключом от замка на двери в их в Венди новую жизнь. Узкая улочка старого города, высокое крыльцо, два окошка над ним, полноценная двухуровневая квартира с видом из спальни на море.

Ди закусила губу и стояла плотно прижавшись и все еще его обнимая. Все такая же тоненькая, легкая, будто птица и такая великая.

Отстранилась на шаг, развернулась, обхватив тонкими пальцами уродливый шрам на обрубке руки. Лер вздрогнул от неожиданности, а она ему лишь улыбнулась, введя в тут же открывшийся быстрый портал.

Вышли они уже прямо на кухне.