По снегу босиком вместе

56. Не спать!

Утка была великолепна. И чебуреки, и куча всяческой снеди, преимущественно и безусловно мясной. Когда за предпраздничным столом собираются два мультиоборотня, беременная рыжая ведьма и высший демон похоти, то даже ворчащий на всех котогном не может испортить им всем настроения.

Они смеялись, пили клюквенный морс, пьянящий не хуже портвейна и говорили, говорили, говорили… словно не виделись годы.

Хотя, судя по количеству произошедших за это короткое время событий, практически все так и было. Арина слушала жадно, дыхание затая и широко распахивая глаза, особенно в той части рассказа, где речь шла о Филе. О том, как нагло он к ним заявился в другое полушарие, и как вытащил их из Сумерек и как победил самого Самаэля.

— Принятие в род Аваддона дело неслыханное. — подал задумчиво голос скромно молчавший до сих пор Ипполит.

Ведьма тут же прищурилась, буквально поймав его взглядом.

— Так вы здесь по этой причине? — и полыхнула в него злой медью глаз. — Вы же светлый, или я ошибаюсь? Тогда почему наш сиятельный доктор наук и профессор сидит тут со мной, в предновогоднем Гурзуфе и в карты играет на тренинг дыхания? Шулерствуя, причем, и отчаянно.

В ответ Ипполит Янусович Аманс молча кивнул, отхлебнув из стакана рубиново-красный напиток. Поставил хрустальный цилиндр на их маленький столик и произнес очень тихо:

— Я демон. И это уже неизменно, простите за откровенность. Пол много проще сменить.

— А Фил? Он тоже теперь побежит на край света по первому же щелчку пальцев папеньки?

— А вот это, — древний демон невесело усмехнулся, — будет зависеть лишь от него самого.

Инкуб отвечал неохотно, явно предпочитая вообще эту тему в компании высоких инквизиторов не обсуждать.

— Иллюзия выбора… — на бессмертного демона в упор смотрела бессмертная ведьма. Всем присутствовавшим показалось, что воздух искрит от накала страстей. — Все, как обычно. — Арина неторопливо и зло вытерла пальцы о тонкую бумажную салфетку. — Он о детях, конечно не знает? Даже если случайно обмолвится кто, их отец не услышит, ведь верно? Для чистоты результата и правильности этого самого выбора, безусловно.

— Да. — Ипполит и не думал скрывать от нее очевидное. — Но эти дети в любом случае — наследники величайшего дома. Вне зависимости…

— А ведь он не простит, — Арина вдруг улыбнулась. Но этой ее белозубой улыбкой можно было убить дюжину магов и парочку эльфов впридачу. — Я могу понять Аваддона, как это не странно. А Фил? Когда он узнает, что все это время был так безобразно обманут, его восхищению точно не будет предела, поверьте.

— И ты им позволишь? — тихонечко охнула Ди.

— Да, моя золотая подруга. — Арина вдруг рвано вздохнула, беспомощно оглянувшись. Ее личный помощник, секретарь и личный фамильяр Леонид все понял быстро и правильно: секунду спустя ей большой головой уткнулся в колени огромный рыжий кот. На ковер опустилась солидная куча упавшей с котогнома одежды.

Ведьма облегченно вздохнула, и расслабившись запустила тонкие белые пальцы ему в густую искристую шерсть. Раздалось оглушительное «М — р-р-р-р-р» так громко и отчетливо, как будто рядом кто-то завел мощный маленький трактор.

— Я полюбила мужчину, при этом трижды лишив его права решать. Его самого главного мужского права. Как это не банально звучит.

— Четырежды, — возразил демон ей тихо. — В первый раз на мосту, когда сам Сэм вел его в пропасть.

— Вот как? — Арина прикрыла глаза, вспоминая тот день.

Свинцовое небо, промозглая серость везде и одинокая мужская фигура, стоящая за перилами. Все ехали мимо, никому не было дела до этого сумасшедшего. Тогда что заставило ведьму остановиться и Фила остановить? Почему он услышал? Какие такие незримые нити судьбы с треском порвались? Или же наоборот — с явным облегчением распутался этот узел и линия вечной жизни зазвенела свободной струной?

Так вот почему Самаэль ее так ненавидел… Давно уже их интересы пересеклись: сама того даже не зная ведьма все эти годы сражалась с самой Инквизицией за… Да, за любовь.

Тот незнакомец, которого она вытащила от самой Грани, буквально насильно впихнув в замшевый белый салон своего нового автомобиля, был грязен и страшен. Он точно не вызывал в ней теплых чувств. Что же двигало ею тогда? Что заставило после лишить его выбора, сделать свой первый шаг? Он ведь не мог ей тогда отказать, просто даже из благодарности.

Как так вышло, что легендарная и могущественная ведьма увидела в строгом пепельном взгляде никому неизвестного полудемона свою непростую судьбу? Это потом, много позже она была поражена его силой, его благородством, бесстрашием, талантами многочисленными. А тогда он казался ей лишь малодушным прохожим, что решил свести счеты с жизнью из-за собственной слабости. В тот момент него не было шансов в борьбе против самого Самаэля, никаких, совершенно.

Серый лис словно знал: ему нужно спешить: как только Фил встанет с колен, его дни сочтены.

А быть может и знал?

Вопросы, вопросы… И ответы на них дать мог теперь только он. Ее друг, ее ученик. Ее сладкий недуг.

Он теперь должен будет сделать свой выбор сердцем. Шагнет если Рафаин навстречу Тьме, как хотел того его отец, — она смирится.

Дети родятся и вырастут, а потом его тоже простят и поймут. Арина судить любимого даже пытаться не будет, приняв его выбор. Уважение женщины, ведьмы, сильной и смелой — достойная плата за выбор. Не меньшая, чем любовь.

Все молчали, каждый задумавшись о своем, лишь громкие трели кошачьего мурлыканья да тихое шуршание пламени согревающего их камина нарушали спокойную тишину.

— Нам пора, — Лер поймал взглядом устало моргавшую Ди, — кто-то очень устал.

— Да! — Арина не возражала, — Ипполит, можно вас просить об одном маленьком одолжении?

Демон в ответ удивленно приподнял пушистую светлую бровь.

— Блик, — быстро и требовательно протянутая к нему рука говорила совсем не так вежливо, как ее обладательница. — Я не оракул, но чувствую, знаю: очень скоро мои друзья встретятся с Филом и право на это письмо я имею.

Венди недоуменно перевела сонный взгляд с подруги на демона и обратно. О чем таком странном они говорили?

Лер тяжко вздохнув у нее за спиной, мысленно прошептал: «Просто смотри, это весьма… познавательно».

Демон поморщился, кот, сидевший у ног своей ведьмы, угрожающе на него зарычал.

— Ладно-ладно. Пустая затея, но думаю, ничего запрещенного в этом действительно нет, — проворчал Ипполит, потом закрыл глаза, и длинными воистину музыкальными пальцами поймал в воздухе луч, падавший от уличного фонаря у аптеки. Круговым жестом свернул его в тоненькое светящееся кольцо, затем о вторую ладонь аккуратно скатал в плотный яркий шарик и перекинул в протянутую ладонь рыжей ведьмы.

Та ловко поймала его, крепко зажала в кулак и закрыла глаза, что-то нашептывая.

— Никаких заклинаний! — Ипполит все еще был недоволен.

— Бросьте. Что она может добавить туда, приворот? — Лер снова фыркнул, теперь уже громко.

Арина не слышала их, крепко зажмурившись, она лишь шевелила беззвучно губами и улыбалась чему-то светло. Словно вела разговор задушевный, или рассказывала своему незримому собеседнику свою самую нежную сказку.

Все замерли, наблюдая за ведьмой. Она как будто бы вся изнутри засветилась, что-то пронзительно-трепетное было в этой маленькой магии. Теплый свет у нее в кулаке мерно пульсировал, как будто бы ей отвечая, а потом Арина поднесла руку к губам, приложив поцелуй и еще раз улыбнулась лукаво.

— Лови, Ди. Ты точно поймешь, что с ним делать.

И маленький шарик света медленно выскользнул из ладони, полетев в руки Венди. Та подхватила магическое письмо, покатала его между пальцами, и блик вдруг рассыпался на целый шлейф маленьких искорок, как будто в кожу впитался, оставшись на ней только ровным светлым пятном у запястья. Бликом.

— Идите уже, право слово, — Арина почувствовала себя вдруг уставшей. — Всем пора спать. Я бы вас тут оставила, да гостевой диван нагло занят инкубом, а кухонный — не менее наглым котом. Что там думают обо мне наши соседи…

Ди поперхнулась от смеха, вспомнив сцену у дома. Да уж, поводов для фривольных фантазий подруга дает всем немало, конечно…

Уже часом позже, бредя по стремительно покрывающимся снегом узеньким улочкам. Венди вдруг вспомнила: а ведь ведьма внимания не обратила увечье Лера. Совсем. Словно и не заметила то, к чему у других неизменно и жадно прилипали все взгляды. И Кот не заметил, и демон.

Жест деликатности? Странно. И совсем не похоже на них…

Ой, нет, ей бедолаге сегодня хватило и впечатлений и разных мыслей, эмоций. Устала ужасно! Ди с огромным трудом даже ноги переставляла.

Муж, явно услышав ее малодушные мысли, супругу свою от левой руки отцепил, разогнув ее закоченевшие пальцы, и одним сильным броском усадил себе на плечо. Поворчав строго для виду, засыпающая блондинка переползла на могучую шею, свесив ноги с плеч и голову уложив на макушку. Так и приехали к дому, где Ди краем самым ускользающего сознания заметила, что ее нежно раздели, натянув какую-то даже пижаму. А потом крепкие руки перенесли ее бренное и уставшее тельце прямо в теплую и уютную очень постель.

Руки… две.

Нащупав твердый и теплый бок мужа она всем телом прижалась к нему, проваливаясь в воронку глубокого сна. Как не пыталась заставить себя, превозмочь но так и не смогла даже хоть на секунду проснуться…