Рядом со мной

Глава 11

Ноа

Сосредоточиться на работе и не поглядывать на Фишера при каждом удобном случае оказалось куда сложнее, чем я думала. Его постоянное присутствие рядом — это почти гарантия того, что я врежусь в стену, уставившись на него, как последняя дурочка.

Глядя, как он работает, и наблюдая за его руками, я невольно вспоминала, как он отшлёпывал меня по заднице, пока я скакала на нём в позе наездницы задом наперёд. Эти мозолистые ладони вытворяли со мной такое, что мне до сих пор становится жарко при одной только мысли. Особенно когда на его предплечьях набухают вены во время работы.

Я изо всех сил старалась не прокручивать в голове ту ночь, но каждый раз, как закрываю глаза, передо мной всплывают те сцены — и его низкий хриплый голос у меня в ухе. Я сжимаю бёдра, пока иду, пытаясь заглушить ту самую тоску, которую он тогда оставил.

После нашей переписки пару дней назад мы перекинулись всего несколькими словами на ходу — взгляды, полные жара, которые, по-хорошему, не должны были случаться, если уж мы решили остаться друзьями. Лошадей для него водят Руби или Трей, а если что-то нужно — рядом всегда есть кто-то из них или Эйден. Я целыми днями сную между загоном и учебным центром, с короткими перерывами, так что поговорить спокойно просто невозможно — везде уши.

Когда Джейс предложил встретиться с ним в Lilian's в пятницу, я запаниковала.

Это ведь не ресторан, куда ходят с друзьями.

Это одно из самых дорогих заведений в городе — с приглушённым светом, розами и свечами на каждом столике и камином посередине зала. Люди наряжаются, оставляют там кучу денег только на вино.

Вместо того чтобы отговориться или сказать, что у меня уже есть планы, я упомянула его отца. Мол, он должен проводить с ним время, а не со мной. Но вышло только хуже — он предложил пойти всем троим.

Когда я засомневалась, стоит ли идти втроём, учитывая, что мы с Фишером работаем вместе, Джейс стал настаивать: мол, ему нужен буфер, ведь они всё ещё толком не разговаривают. Я не смогла отказать — пообещала подумать. Но сначала поговорить с Фишером.

Я не рассказала ему всю правду, потому что как ни крути — идея ужасная. Зачем ещё сильнее усугублять ситуацию?

То, что Джейс уже назвал меня своей девушкой перед отцом, говорит само за себя — вечер обещает быть максимально неловким.

А с учётом напряжённости между ними, на мне будет ответственность за то, чтобы разговор не заглох.

Но делать это на трезвую голову я не собираюсь.

Сейчас я наполовину боюсь, наполовину жду встречи с Фишером вне работы.

А пока отвлекусь на тренировки.

— Элли, ты притормаживаешь у второй бочки. Такая задержка может стоить тебе победы! — кричу я с края, когда она завершает заезд. В голове звенит совет Крейга Сандерса с родео, и меня бесит, что он оказался прав. Эта крыса бесится от того, что Элли отказалась тренироваться с ним и добивается успеха со мной.

— Он всегда тормозит на этом моменте, — пожимает плечами она.

— Подними поводья и толкни на секунду раньше — может, поможет.

Она возвращает Рейнджера в исходную позицию, а я обнуляю секундомер.

— Поехали!

Наблюдаю, как она идеально огибает первую бочку, потом делает, как я сказала, ускоряя Рейнджера ко второй и третьей, а затем срывается к финишу.

— Уже лучше! — отмечаю результат в блокноте.

— Думаю, ему пора менять подковы, — говорит она, подъезжая ко мне и спрыгивая с лошади. — У нас соревнования на следующей неделе, а с последней расчистки пройдёт уже семь недель. На фоне дополнительных тренировок копыта начали сдавать.

Я провожу рукой по его спине и ноге, осматривая. Ничего критичного не видно. Носок почти вышел за пределы подковы, но пока это не опасно.

— Хочешь, чтобы мистер Андервуд посмотрел? Могу записать вас на завтра.

— Да, пожалуйста. Хоть для спокойствия.

— Давай сейчас. Чтобы не ждать. Спрошу, сможет ли он выкроить время.

— Спасибо, — улыбается она.

Мы вместе ведём Рейнджера от учебного центра к амбару, туда, где работает Фишер. Он как раз в процессе обжига подковы, но, завидев нас, тут же поднимает взгляд, и у меня скручивает живот, когда он смотрит прямо на меня.

— Привет, — говорю, подходя.

— Привет, — отвечает он, взгляд вопросительный, потом переключается на Элли.

— Это Рейнджер. Элли беспокоится, что у него что-то с копытами. Он стал медленнее на поворотах. Посмотришь?

— Конечно, без проблем. Я как раз заканчиваю последнее копыто у Милли.

— Отлично, спасибо.

Рейнджер стоит у нас на постое во время активных тренировок, так как Элли не хочет часто его перевозить. Но при всех этих переездах и нагрузках есть риск заражения копыта.

— Это ты выиграла на родео? — спрашивает Фишер у Элли.

Моё лицо тут же заливает краской — он только что напомнил о нашем «эпизоде».

— Да! Ты там был? — спрашивает Элли.

— Ага. Сидел в зале и видел, как Ноа за тебя кричала, — ухмыляется он, и у меня в животе начинается ураган бабочек от того, как он на меня смотрит.

Элли смеётся.

— Да, она у нас отличный болельщик.

— Когда следующее соревнование?

— Через неделю в субботу. Потому я и переживаю — он стал более дёрганым и медленным.

— Не переживай. Сейчас всё узнаем, — подмигивает Фишер, и мне кажется, что её щёки слегка розовеют.

Я косо на неё смотрю, слыша её хихиканье. А потом мысленно бью себя — неужели я дошла до такого жалкого уровня?

Пока он заканчивает, я увожу Милли обратно в стойло, а Элли ведёт Рейнджера, чтобы Фишер смог оценить походку.

— Кажется, проблема в задней ноге. Привяжи его, начну с неё.

Когда лошадь закреплена, мы встаём рядом, пока Фишер осматривает копыто. Он аккуратно ощупывает его, хмурясь.

— Тут точно что-то есть. Сниму подкову и почищу — так будет лучше видно.

Лицо Элли вытягивается, она обнимает себя за плечи. Рейнджер для неё всё, и если с ним что-то серьёзное — она будет убита.

Фишер снимает подкову и ножом вычищает землю. Потом снова наклоняется, внимательно прощупывая поверхность.

— Нашёл, — говорит он с явным сожалением.

Элли подаётся ближе.

— Что там?

— Два гвоздя застряли возле лягушки. Раздражение и, возможно, началось воспаление. Я бы на твоём месте срочно вызвал ветеринара.

У Элли дрожат губы.

— Боже мой…

Я нахмурилась, когда злость заклокотала внутри.

— Я не понимаю, как это могло случиться. Он же тренируется здесь с родео и всё было нормально.

Фишер посмотрел на меня с мрачным выражением.

— Значит, скорее всего, он и подцепил их здесь.

— Это невозможно, — отвечаю резко. — Его стойло убирают через день, и здесь вообще неоткуда взяться гвоздям.

Учебным центром пользуемся только я и мои братья. Посторонние сюда не заходят, если только не наблюдают со стороны. Через пару недель здесь будет проходить благотворительный вечер, так что гвозди в грунте — это серьёзная проблема.

— Это не укладывается в голове... — я качаю головой. — Я приостановлю все тренировки, пока мы не проверим всё до последнего сантиметра и не убедимся, что больше нигде ничего нет.

Элли кладёт руку мне на руку.

— Ноа, это не твоя вина. Такое бывает. Он мог наступить на них ещё на родео, а теперь только начал чувствовать боль. Это не значит, что ты в чём-то виновата.

Она пытается меня успокоить, но легче не становится. Я всегда беру на себя полную ответственность, если с кем-то из постояльцев случается что-то подобное. Хотя такое почти не происходит, потому что мы тщательно следим за чистотой земли. Но теперь меня тошнит от мысли, что я заставляла их продолжать тренировки, просила ускориться. Он не мог сказать, что ему больно, и просто терпел.

Я смотрю на неё с искренним сочувствием, сдерживая слёзы.

— Я сейчас же позвоню ветеринару и скажу, что срочно.

— Я могу замочить копыто в соли Эпсома, — говорит Фишер. — Это хотя бы временно снимет боль. Принеси ведро с водой, если можешь.

— Хорошая идея. Поручу это одному из работников, — отвечаю и спешу в амбар с телефоном в руке.

Первым мне попадается Трей. Я объясняю, что нужно, он кивает.

Потом набираю ветеринара и чуть ли не умоляю его приехать как можно скорее.

— Что случилось? — спрашивает Эйден.

— В копыте Рейнджера два гвоздя. Нужно полностью проверить его стойло и учебный центр.

— Чёрт. С ним всё в порядке?

— Ветеринар едет. Посмотрим.

Я пишу в общий чат с братьями.

Ноа: SOS — учебный центр.

Лэнден: Это настоящее ЧП или как тогда, когда тебе надо было принести тампоны?

Трипп: Или когда тебе понадобились запасные трусы после 2 литров кофе?

Лэнден: Или когда ты объелась маминого чизкейка и снова словила приступ от молочки?

Ноа: Вы придурки. Вас в детстве точно роняли на голову! Просто приедьте и помогите!

Не успеваю заблокировать экран, как появляется новое сообщение — теперь с близнецами, которым я нарочно не писала, потому что от них толку, как от зонта в ураган.

Трипп: Мы ставки принимаем на SOS Ноа. 100 баксов, что она опять обделалась.

Опять?! Эта сволочь. Убью.

Лэнден: 150 — что она застряла в туалете и просит туалетную бумагу, потому что никто её никогда не пополняет.

Вейлон: 200 — что она порвала джинсы и светит задом.

Господи. Я убью его.

Одно дело — подкалывать меня в личке, но рассказывать это болтливым братьям — просто за гранью.

Ноа: 500 — вы все идиоты!

Трипп: Я уже еду за своим выигрышем.

Лэнден: Я тоже. Буду через 5 минут!

Вейлон: Я в Лодже. Принеси мой выигрыш сюда.

Уайлдер: Я сам заберу выигрыш у мистера кузнеца.

Ублюдок.

Ноа: Ненавижу вас. Катитесь к чёрту.

Покидаю чат.

— В его стойле всё чисто, — говорит Эйден, выкатывая тачку. — Я всё прошерстил до последнего сантиметра. Ни одного гвоздя.

— Это облегчение. Спасибо.

Возвращаюсь к Элли и Рейнджеру. Фишер работает с другим копытом, пока больной замачивается в ведре.

— Как остальное? — спрашиваю.

— Пока всё в порядке, — спокойно отвечает он, не торопясь.

Элли стоит рядом, прижимаясь к шее Рейнджера, гладит его.

— В стойле порядок. Пойду встречусь с братьями в учебке и начну проверку.

— Хорошо.

— Дам знать, если что-то найду, — обнимаю Элли за плечи, затем глажу Рейнджера по морде. — Ты молодец, парень.

Лэнден и Трипп приходят одновременно со мной.

— Выглядишь нормально, — подкалывает Лэнден, делая вид, что осматривает меня. — Что случилось?

Трипп усмехается, снимая бейсболку и проводя рукой по потной тёмной шевелюре.

Я объясняю ситуацию и говорю, что нам нужно прочесать каждый сантиметр центра, чтобы убедиться, что больше ничего нет.

— Понял, — говорит Лэнден и кивает. — Принесу грабли.

— И пока вы тут, пополните запасы туалетной бумаги в ванных! — кричу им вслед, и они оба смеются.

Минут через десять Трипп зовёт меня и показывает несколько гвоздей.

— Какого хрена? — беру их в руки. — Мы такими не пользуемся. Откуда они?

— Без понятия. Но похоже, что их подбросили.

— Что ты имеешь в виду? Кто бы стал это делать? — нахмурившись, спрашиваю я.

Трипп пожимает плечами.

— С кем ты в последнее время поссорилась?

— Ни с кем больше обычного, — ворчу я.

— Нашёл ещё, — кричит Лэнден с другой стороны арены.

Мы подбегаем, и я замираю, увидев, как они разбросаны.

— Будто кто-то просто высыпал коробку и втоптал в землю, — говорит он.

— Это безумие. Кто мог это сделать и остаться незамеченным?

— Может, ночью, когда мы все спим, — предполагает Трипп.

— А камеры? Если это правда, то, может, они что-то зафиксировали? — спрашиваю я.

Лэнден качает головой.

— Папа установил камеры только снаружи, внутри их нет.

— Дерьмо, — сжимаю челюсть.

— Я всё равно проверю, — предлагает Трипп. — Вдруг они засекли кого-то до входа.

— Хорошо, спасибо. Давайте тащить сюда магнитный сборщик. Потом я хочу, чтобы вы засыпали свежую землю и выровняли.

— Сейчас подключу, — говорит Лэнден.

— А это значит, что за землёй поеду я, — ухмыляется Трипп. — Но Вейлона я заставлю помогать.

— Мне всё равно, кто это сделает, главное — чтобы было сделано.

— А загон? — спрашивает Лэнден.

— Я была там утром, ничего подозрительного не заметила, но не помешает пройтись магнитом и там. Лучше перестраховаться.

Большинство моих клиентов владеют лошадьми высокого уровня для соревнований, так что поддержание чистоты всегда было приоритетом. Именно поэтому работники проходят здесь с магнитом каждую неделю. А если кто-то действительно это подбросил, то сделал это только прошлой ночью — иначе я бы давно заметила.

И я сделаю всё возможное, чтобы узнать, кто это был. И чтобы этот человек ответил.