Рыжая Акула для черного ворона

Глава 18

На следующее утро мейсса Сейфила не вернулась, как и в ближайшие несколько дней.

Девушки волновались, но навести справки было негде. Кейтса тоже не появлялась, что рождало в их душах чувство тревоги и непонимания. Самым неприятным в этой ситуации для Акуличевой стало то, что Алина перестала получать подарки от Кайра. Ворон исчез внезапно, словно его никогда и не было в жизни рыжей попаданки.

Впрочем, тревога тревогой, а дела в приюте шли своим чередом. Жейль с мьестом Суслозимником чистили прудик. Мальчишка крепко сдружился со стариком, который стал воспринимать бывшего вредителя почти внучком. Зато его сестрица в эти дни практически не появлялась. Марейка, по словам брата, вместе с женихом разбиралась с унаследованным имуществом. Жить в старом доме опекуна никто не хотел, так что следовало позаботиться не только о жилье для будущей молодой семьи, но и о местообитании самого Жейля.

Попаданки дружно чистили дом, разбирали ставшие доступными для них гардеробные, учились готовить местные блюда и с интересом ухаживали в огородике за здешними овощными культурами. Бывший графский особняк их усилиями стал симпатичным коммунальным домиком для всех обитающих в нем барышень.

Ни приютом, ни временным пристанищем он никем из девушек теперь не воспринимался. Конечно, кто-то из них, как Юльтенга, мечтал быстрее уйти в свободное плавание, выйдя замуж, кто-то собирался долго здесь жить и налаживать бизнес, не ища лучшей доли где-то еще, а кто-то, как Лигона или Пыженика, вскоре покинул эти стены, решив обустраивать свою жизнь самостоятельно.

В этот же конкретный момент наша рыжая Акула была ужасно занята. Прилипшая к ней как банный лист Бритта и правда засела за книги. Память у светлокосой гномки оказалась на удивление цепкой, и законы двуликих, которые без пояснений тетушки Сейфилы совсем не приживались в девичьих головах, у мисель Межизульяни, казалось, прорастали в мозгу корнями, как сорняковые семена.

Потребовав экзамен, Бритта блестяще сдала его консилиуму из обложившейся сводами законов Алины, четы Суслозимников и мьеста Рицтека, которого специально выдернул из объятий невесты отправленный за ним Жейль.

— Надо открыть контора. Печатать объяфлений нам, — сияя от гордости, требовала девушка у Алины. — Я есть фсем помочь!

Акуличевой потребовалось не меньше получаса упражняться в красноречии, объясняя вундеркинду по законодательным дисциплинам, что без мейссы Сейфилы и его сиятельства графа вот прямо сейчас они ничего организовать не могут.

Надутую и расстроенную гномку утешил только один факт. Алина все-таки нашла ей дело, чтобы Бритта была полезной, как и собиралась. Пришлось для их же пользы «пожертвовать» Жилькой, Литешей и Жейлем и организовать своеобразный учебный класс для подрастающего поколения. Преподавателем «фажный персон» оказалась замечательным, и то, что прежде у того же Жейля влетало в одно ухо и вылетало из другого, мисель Межизульяни вбивала в юные умы намертво.

В чем с удивлением убедилась мейсса Сейфила, когда вернулась.

Пожилая лиса прибыла в приют через неделю, казалось бы, с хорошими новостями. Но по ней было видно, что это время она провела совсем не весело. А еще двуликая привезла с собой ту самую картину-шулаву. Живое полотно было окутано многочисленными видимыми потоками мерцающей магической ткани, в которую вцепились крошечные тощие фейки. Оно с трудом поместилось в экипаже. Мейссе Ойлени пришлось ютиться на козлах вместе с кучером, а выделенная для сопровождения ценного груза охрана, казалось, была собрана из отъявленных головорезов.

Вот тут-то, впервые за это время, Алина смогла украдкой выдохнуть с облегчением. Среди наемников охраны ее взгляд моментально уловил знакомый мрачный профиль и непокорную, падающую на глаза черную челку исчезнувшего без объяснений ворона. Впрочем, вида она не подала, захлопотав вокруг Сейфилы и руководя разгрузкой.

В холл шулаву заносили дюжие двуликие, а дальше феи сказали, что сами справятся.

— Мы только выберем место, где наше гнездо должно располагаться в этом жилище, и дождемся вашей ведьмы, — проскрипел слепой патриарх, похожий на сморщенную засохшую ветку с крыльями.

Фей Алина разглядывала со смешанным чувством жалости и недоверия. Как-то не походили эти измученные, замурзанные тощие малютки на прекрасных волшебных существ из детских сказок. Они скорее напоминали насекомых палочников, которым прицепили стрекозиные крылышки и придали человеческий облик настолько, насколько хватило фантазии их творца.

Зато Бритта, похоже, не видела в феях ничего удивительного, ей они были не в диковинку. Пока все обсуждали, где можно поместить столь необычный и громоздкий артефакт, низкорослая девица торопливо сбегала в кухню и вернулась, с трудом таща в руках здоровенный горшок теплого молока. На поверхности желтыми озерцами расплывались золотистые пятнышки добавленного гномкой сливочного масла.

— Ох, сколько ж ты туда меда бухнула? — повела носом мейсса Суслозимник, неодобрительно покачав головой. Она посчитала, что одуревшая от вида магических малюток «фажный персон» сдуру испортила уйму ценных продуктов.

Как оказалось, совершенно напрасно.

Заморенные голодом феи непонятно каким чудом мигом опорожнили содержимое горшка, в котором, судя по их габаритам, спокойно могли бы поселиться всем семейством. Причем сделали это прожорливые крылатики за какие-то секунды. Вот было молоко — хлоп... и нет его. Пусто.

У Алины даже на миг мелькнула мысль, что они, пожалуй, таких квартирантов не прокормят, но, словно почувствовав это, единственная среди мелюзги женщина-фея прозвенела голосом-колокольчиком слова благодарности, после чего заметила:

— Этого нам достаточно, чтобы набраться сил на неделю. Дальше мы сможем сами найти пропитание в саду, если нам позволят. В благодарность мы поможем растениям лучше плодоносить и изгоним с территории поместья всех вредителей.

— Ох ты ж, так я, наверное... раз мед да молоко... — Дядька Лас переглянулся с женой и посмотрел на Алину и мейссу Сейфилу. — Пасеку, может, и коровенку какую? Нам же ж пособие-то дали, а мы тут остались. И им польза, и нам всем пригодится... ежели от вредителей...

Женщины в ответ только растерянно обменялись взглядами.

До сих пор Акуличева представляла себе новый приют как смесь общежития и конторы по перевозке грузов. А если эта авантюрная затея им не удастся, то еще какого-нибудь подходящего для зарабатывания денег занятия для проживающих в особняке дам. Но похоже, сейчас бывшее графское поместье грозило начать превращение во что-то вроде «веселой фермы» из компьютерной игры. Хорошо это или плохо, Алина пока не решила. Единственное, что она отмела сразу, — это покупки за счет средств и так не сильно богатых пожилых двуликих.

— Зачем вам тратить свое, если это для общего блага?! Мы же разбирали доставшиеся нам с домом вещи и планировали на этом немного заработать. Организовать что-то типа гаражной распродажи. Его сиятельство был не против, я точно помню, — образумила она мьеста Суслозимника.

— Что есть гарашный продаж? — тут же влезла в беседу Бритта, которую, к удивлению всех присутствующих, в буквальном смысле облепили феи. — Мы хотеть контора законов. Дать консультация. Не продать, но налоги лет несколько нихт. Не платить графу.

Держась за ее косы, словно за вожжи, на голове у Бритты диковинным украшением сидел главный фей семейства, на плече примостилась крылатая барышня, а объевшиеся сонные малютки дремали на руках. Как поняла Алина, предки местных фей попали сюда из того же мира, что и светловолосая гномочка, и потому они так потянулись друг к другу, мигом найдя общий язык.

Только вот доверять такой полезной Бритте безоглядно, как ее малютки-соотечественники, Акуличева не спешила. Этот мир уже успел показать Алине свои темные стороны, да и о том, что во всех мирах не все хорошее хорошо и не все плохое ужасно, она тоже догадывалась. Мисель Межизульяни могла стать очень доброй и верной подругой, а могла оказаться корыстной особой и подлой предательницей. Акуле было совершенно непонятно, почему Бритта везде совала свой крошечный курносый нос и старалась втереться ко всем в доверие. Для Алины эти действия энергичной «персон» были настораживающим фактором и поводом для подозрения и недоверия.

Но гаражная распродажа тайны не представляла, тем более могла направить буйный темперамент горящей энтузиазмом Бритты на пользу общему делу.

Новая информация вызвала бурю эмоций у крошечной дамочки. Как оказалось, такой принцип расхламления дома ей был прекрасно знаком, в отличие от самого термина.

— О-о-о, большой чистка! — Ее восторгу не было предела.

Путаясь в склонениях и падежах, тараторя, как крошечный пулеметик, Бритта с трудом донесла до всех попаданок мысль, что это ее конек и в подобных видах деятельности она лучший специалист. Утомленные ее дробными речитативами, маловразумительными при такой скорости, девушки только руками замахали на слезную просьбу доверить гномке это дело.

Общую мысль басовито высказала Руи:

— Да и ладно... Хочет — так пусть делает. Если надо, поможем, а так я присмотрю. Торговать-то всяко не в доме будем. — Суровая узкоглазая девушка-гора с клеймом на бритом виске обвела помещение холла рукой. — Мне кажется, незачем пускать сюда толпу посторонних. Лучше за воротами что-нибудь придумать. И артефакты охранные перенастраивать не придется.

— Пф-ф! — было ей ответом уничижающее фырканье от крошечной гномки. — Я все уже знать про место!

Бритта закатывала глазки и махала руками как мельница, выражая свое фи от такого непонимания ее гениального организаторского таланта.

— У ворот маленький будка есть. Там касса принимать деньги. Ворота красивые с решеткой. Там все повесить. Смотреть можно, трогать нихт! Купил — трогай. Они, — ткнула гномка в фея-патриарха, все еще гнездившегося у нее на макушке, — могут любой вещь сделать близко, но не схватишь. Хорошо видно только.

Как поняла идею Бритты Акуличева, с помощью фей покупатель, заметив через решетку ворот привлекший его предмет, будет в состоянии рассмотреть его в мельчайших подробностях со всех сторон, но схватить не сможет. В голове Алины, прочитавшей в свое время немало фантастики и фэнтези, это выглядело примерно как трехмерная голограмма. Правда, на деле все оказалось еще интереснее.

Дебаты и энергичные вопли Бритты Акула слышала еще какое-то время, поднимаясь с мейссой Сейфилой наверх в кабинет. Они с лисицей дали гномке карт-бланш и даже пообещали девушке за работу премиальные для личного пользования, как и всем, кто будет помогать, включая фей.

Впрочем, заинтересовались только Гарти и Жилька с Литешей, да еще Жейль. Гарти — поскольку лучше всех знала ассортимент гардеробных и того, что попаданкам там не понадобится, а подростки были рады переключиться на торговые дела, отвлекшие их от нудных упражнений в местном законодательном праве.

— Девочки опять побывали в плену, — заговорила Сейфила, едва за ней и Алиной закрылась дверь кабинета. — Еще слабы, но, как только будет возможно, их привезут сюда. И не только их. Скорее всего, штат приюта пополнится мужчинами, а на территории станет небезопасно из-за драконов.

— Драконов? Но мы же вроде как раз собирались их задействовать для перевозок...

Акуличева пыталась осознать, что скоро где-то неподалеку от ее спальни начнет бродить по поместью хищная крылатая туша с чешуей и размером со слона. Размышлялось на эту тему плохо, и Алина задала лисице другой интересующий ее вопрос:

— А их учеба? Почему к нам, а не в корпус? И что за мужчины? В наш девичник их помещать не лучшая идея.

— В корпус им возвращаться нельзя. В королевстве небезопасно. А мужчины... — Сейфила хихикнула. — Можешь не переживать. Один в том возрасте, что наших крошек вряд ли заинтересует, к тому же инвалид с тяжелым характером, но драконовед и летун от создателя. Другой же молодой мьест, человек. Но с ним тоже все будет хорошо. О его безопасности в наших стенах позаботится мать, очень рассудительная женщина. Лучше опасаться дамочек, которых у нас тоже прибавится. Полковник Хордингтон на время просил приютить в приюте его семью. Мать и двух сестер, переживших плен вместе с Касей и Иитеа. И если сестрички, как я успела узнать, просто избалованные глупые девчонки, то мейсса Доротея совершенно невыносимая особа. С ее появлением наша жизнь в этих стенах будет сложнее.

Мейсса сморщилась, как будто прожевала дольку лимона.

— Надо как-то подготовить девушек, чтобы могли дать отпор этой особе, напоминая ей, что мы не служанки, а хозяйки и она в гостях из милости и по протекции его сиятельства!

Они еще долго обсуждали события с пожилой лисицей. Не только новости, что привезла в приют мейсса Ойлени, но и произошедшее в ее отсутствие.

К себе в спальню Алина шла уставшая и загруженная мыслями настолько, что не сразу заметила, что она в комнате не одна.