Системная Перезагрузка: Том 4

Глава 24

— Слушай, а что не так с названиями и самими локациями?

Чего?

— Ну, зачастую они не совпадают, в чём прикол-то?

Кто первый увидел — тот и назвал. Тупой вопрос.

— То есть, локация, которая подписана, — я на миг завис перед выходом, читая вслух описание карты в системном меню. — Мир Ха-ар, Альтеркон… названа залом пылающих зеркал потому что какой-то разумный тут уже побывал до меня?

Типа того.

— Но почему именно «пылающие»?

Жопу себе подпалил со скуки, мне откуда знать? Иди в следующий разлом. Можешь тоже подпалить, главное — иди уже.

— А… ага, ладно.

Вот так вот запросто был раскрыт секрет несоответствия названий между описанием разломов и самих локаций. А ведь научники ломали себе над этим голову некоторое время, помнится. Надо было просто спросить у Йона.

И так.

Осталось два бронзовых разлома зачистить.

Выбирать их по названию — чистая лотерея, но я уже подметил один, оставив его напоследок и надеясь, что с ним всё же повезёт. Сейчас предстоял выбор предпоследнего. Признаться, подумывал о том чтобы зайти куда-то в место, связанное с водой, но потом вспомнил, как это было с Морфеем и Порохом, и что вряд ли смогу покинуть подобную локацию, окажись разлом над водой даже в двадцати метрах.

Подбродив по каменному стакану, не нашёл ничего подходящего на нижнем уровне и принялся за второй. С грустью подумал о том, как хорошо было бы, если бы демонов не было. Прокачивался бы себе в тепличных условиях, от разлома к разлому становясь сильнее. Вот только, к сожалению, такого варианта у меня не было.

Не найдя ничего лучше и остановившись на некоем «Авангарде», выбрал его и нажал кнопку подтверждения.

Локация была вполне себе нормальной. Даже больше. Это был простой сосново-еловый лес. Пахло тут на удивление приятно. И то, что когда-то называлось «Авангардом», сейчас валялось под ногами — щепки и камни явно рукотворного происхождения. Укрепления, может быть.

Тянулись они вдоль опушки леса настолько далеко, насколько хватало глаз.

Единственное, что выбивалось из нормальности — это звук. Откуда-то исходил низкий, протяжный гул, как будто мимо пролетал невидимый реактивный самолёт. Воздух завибрировал, отчего с ветвей посыпалась хвоя, а земля под ногами слегка подрагивала.

Не придумав ничего лучше, пошёл на звук, пробираясь между стволов, прислушиваясь и вглядываясь в лес. Конкретной угрозы не было видно, но шестое чувство, обострённое сотнями боёв, кричало об опасности.

Первой заметил не саму тварь, а последствия её присутствия. Полоса леса метра три в ширину была словно выкошена. Деревья были аккуратно срезаны в нескольких сантиметрах от земли, словно по ним прошлись гигантской косой. Срезы были идеально ровными, гладкими. Ладно бы только деревья, но то же самое с пнями, камнями, даже с кочками мха. Всё, что попадало в эту полосу, было рассечено.

Я обошёл зону, стараясь не приближаться к невидимой границе. И тут гул внезапно изменил тональность, стал выше, пронзительнее. Из-за деревьев справа выплыло… нечто.

Формально это был прямоугольный параллелепипед, примерно три метра в длину, полтора в высоту и столько же в ширину. Материал напоминал матовый чёрный металл или обсидиан. Ни окон, ни щелей, ни следов шасси, ни гусениц. Зато у него были тонкие ножки. Очень много ножек. Он просто стоял и смотрел на меня, не издавая никакого звука, кроме того изменяющегося гула, который, видимо, и был его «двигателем». От него не исходило ни тепла, ни холода, лишь лёгкое искажение воздуха по краям, словно от сильного нагрева или нагнетания воздуха.

Над объектом всплыло системное имя:

[Резак-патруль (91)] [Серебряный]

Автономный дозорный модуль периметра «Авангарда»

Очки Здоровья: 890 000/890 000

Не веря собственным глазам, перечитал несколько раз описание.

Это что, робот?..

Голос Йона в моей голове был каким-то грустным:

Император без кораблей впервые увидел что-то достойное. Обезьяна восхищается телефоном.

Он не атаковал сразу. Модуль плавно развернулся ко мне одной из граней. На ней не было никаких сенсоров, но я почувствовал тяжесть внимания, холодный, бездушный анализ. Затем гул снова сменился, став резким, визгливым. От нижней грани объекта отделилась и пропала в воздухе тонкая, едва заметная полоска искажения — вроде марева над раскалённым асфальтом.

Я понял, что хорошим это вряд ли закончится и бот принял меня за врага, и сейчас атакует. Поэтому, ничуть не сомневаясь, рванулся назад, падая за толстый сосновый ствол.

Спустя секунду рёв перешёл в резкий свист, и за ним последовал треск падающих деревьев.

Выглядывая из-за дерева на новую просеку, пытался оценить и понять, что это вообще за атака. Он резал чем-то невидимым, невероятно тонким и невероятно острым. Лучом? Проволокой? Силой поля? Неважно. Попадание под этот эффект означало мгновенную смерть или увечье, даже с моей бронёй. Йон?

Йон сейчас не может ответить, перезвоните позже.

Урод.

Модуль, не обнаружив цели, снова издал ровный гул и поплыл вдоль просеки, сканируя местность. Машина без эмоций, без спешки, пугающая одним своим присутствием. Мне бы таких с десяток тысяч… и было бы легче против демонов сражаться. Может, даже получилось бы их отогнать. Эх, мечты.

Так возьми и построй. Тебе ведь никто не запрещает системные постройки ставить. Ты просто ленив.

Нужно было его уничтожить. Но как? Подойти близко — значит попасть под тот невидимый рез. Стрелять? Проверил — автоматные пули отскакивали от матовой поверхности, не оставляя и царапины. Разрушение Пустоты, выпущенное с безопасного расстояния, рассеялось по корпусу, как вода по стеклу, сняв лишь жалкие несколько тысяч очков здоровья. Королевский Приказ не сработал. Метка Бездны задержалась на долю секунды.

Пока я раздумывал, гул снова нарастал. Модуль замер, развернулся и выпустил очередную невидимую режущую линию. На этот раз она прошла ниже, на уровне колен, прошивая всё на своём пути. Два сосновых ствола были перерезаны, их верхние части с грохотом обрушились, поднимая тучу хвои и пыли. Я успел подпрыгнуть, почувствовав, как что-то острое просвистело в миллиметрах от подошв сапог.

Он учился. Или его алгоритмы адаптировались. Следующая атака могла быть выше, или сразу несколько резов в разных плоскостях. До чего же страшная вещь. Увы, придётся, походу, лезть в ближний бой.

Сосредоточившись, я активировал Древнюю Форму, и мир окрасился в золотые тона. Детали стали кристально чёткими. И тогда я увидел. Не сам рез, а его след — мельчайшие колебания пространства, слабую рябь в воздухе, исходящую от нижней грани модуля перед выстрелом. Это был крошечный промежуток, меньше секунды, но его можно было использовать.

Я выждал. Модуль снова начал цикл атаки. Гул перешёл в высокочастотный писк. В воздухе от его днища побежала едва заметная дрожь — предвестник реза.

В этот момент, вместо того чтобы уворачиваться, я рванул навстречу. Не к самому модулю, а немного в сторону, вкладывая в прыжок всю возможную скорость. Невидимая аномалия прошла позади, срезав ветви. Я же оказался сбоку от робота, в его мёртвой зоне, если таковая у этого плавающего куба вообще была.

Короткий, яростный рывок вперед. Нож Зверолова в руке вспыхнул белым калением. Я не стал бить по корпусу — цель была в тонкой щели между двумя черными плитами, откуда и исходила основная вибрация. Удар был точечным, вложенным в него всем весом и силой.

Белый клинок встретил сопротивление, но всё же застрял. Он вошёл на пару сантиметров, и раздался не металлический лязг, который можно было ожидать, а что-то вроде хруста ломающегося хрусталя. Искажение воздуха вокруг модуля дёрнулось и погасло. Гул сменился прерывистым, хриплым треском. Из щели, в которую я вонзил нож, повалил едкий серый дым.

Очки здоровья у патруля дрогнули и поползли вниз. Я выдернул клинок и ударил снова, рядом, стараясь расширить пробоину. Треск усилился. Машина потеряла стабильность, её повело, она начала вращаться, задевая деревья и снося их с грохотом. Я же в это время висел под ним вверх ногами, держась свободной рукой за разрез, проделанный в брюхе у робота.

Последний удар — Ножом в то же место, с добавлением короткого импульса Разрушения Пустоты внутрь корпуса. Взрыв был негромким, приглушённым. Чёрный параллелепипед дёрнулся, из всех стыков повалил густой дым, и он рухнул на землю, издав последний шипящий звук. Гул прекратился. В лесу воцарилась тишина, которую тут же нарушили.

Поднявшись с земли, увидел приближающихся ко мне других ботов. Ясное дело, что «Авангард» звучал как нечто большее, чем один дозорный модуль.

Я не дурак, поэтому отступил. Чёрта с два я буду с ними сражаться, пока не вижу их атак. Предугадывать — себе дороже. Только через Древнюю Форму с её подсветкой и никак иначе!

Последующие двадцать минут стали кошмаром из уклонений и мгновенных решений. Я не дрался — я выживал, превратившись в тень, скользящую между деревьями. Лес работал на меня: особенно толстые стволы служили укрытием от режущих лучей, которые не могли их мгновенно преодолеть, а лишь оставляли глубокие, дымящиеся борозды. Я использовал это, постоянно маневрируя, заставляя патрули резать друг по другу, наводить свои лучи на сородичей. Один куб, попав под перекрёстный огонь другого, треснул и взорвался, осыпав лес осколками чёрной керамики.

Стоит признать — это было легко. Но и я уже давно не был обычным человеком. В конце-концов я вышел из разлома победителем. Ботов там не было сильно много, я отделался двадцатью убиёнными и уничтожением Источника Зла. Последнее, к слову, было странным — мне в этом помогал бот. Как и по какой причине он выбрал себе в цель Источник Зла — я не знал. Просто на пару с ним разбили сначала Источник со стандартными десятью миллионами здоровья, и затем подрались друг с другом, тут же. Я вышел победителем из этой потасовки.

Нормально сходил, в общем, терпимо. Или это лес, похожий на земной один в один, на меня так влияет? Не знаю, да и не хочу знать. Не до этого.

Пора идти в последний бронзовый разлом и закрывать его.

Последний бронзовый разлом. Я стоял перед аркой, читая описание и сравнивая его с тем, что видел ранее, пытался вспомнить.

[Эрокх]

Опасность: Бронзовый ранг

Тип разлома: Межмировой. Нестабильный

Откроется через: 08:23:17

Войти? Да/Нет

Эрокх. То самое место, где я был с Порохом в самом начале всей этой погани. Бескрайняя пустыня с оранжевым небом и тремя солнцами, кажется. Или двумя? Там было жарко — под пятьдесят градусов. И главное — Песчаный Левиафан. Та тварь, от которой мы еле ноги унесли тогда.

Сейчас всё будет иначе. Тогда я был слабым. Сейчас — огромный уровень, прокачанные навыки, опыт сражений. Та гигантская многоножка… я ведь когда-то убегал от неё, кажется…

— Зашибу, — пообещал я и шагнул в портал.

Переход оказался резким. Меня словно окатило волной раскалённого воздуха, которая тут же выжгла лёгкие. В ушах зазвенело от перепада давления. Глаза на секунду ослепли от яркого света.

Когда зрение вернулось, я увидел знакомую картину. Бескрайняя пустыня красноватого песка. Оранжевое небо без единого облака. Всё же мне тогда показалось, или какой-то оптический эффект был — два солнца висели почти в зените, обрушивая на землю чудовищный жар. Температура была даже выше, чем я помнил — градусов шестьдесят, не меньше. Или локация с тех пор изменилась, подстроилась под меня теперешнего — не знаю.

Я уже чувствовал, как броня начинает накаляться. Пот выступил на лбу. Дышать было тяжело — воздух обжигал горло при каждом вдохе. Хорошо, что Система укрепила тело. Обычный человек сдох бы тут за час от теплового удара. И всё же — как бы я ни был вынослив — температура плавления у физических объектов всё равно должна быть. Свариться заживо мне не хотелось.

Трещина разлома висела позади меня. Впереди, в нескольких километрах, виднелись те самые кристаллические руины. Останки какой-то древней цивилизации, занесённые песком. Башни из темнеющих кристаллов разных оттенков — от бледно-голубого до насыщенного фиолетового. Когда-то здесь была жизнь. Очень-очень давно, до того как одна Система не наехала на другую.

В прошлый раз мы не успели толком исследовать эти руины. Левиафан появился слишком быстро.

Иронично, что сейчас у меня времени тоже нет.

Я активировал Древнюю Форму и побежал к единственной видимой тени. Всё превратилось в зернистое золото, мир стал чётче. Жара стала чуть терпимее — усиленный организм лучше справлялся с экстремальными условиями.

Каждый шаг оставлял глубокий след, который тут же начинал заплывать. Красная пыль поднималась облаком вслед за мной, не успевая осесть на броне. Скорость была огромной, без преувеличений — мчал я км под 200 в час. Расходовал характеристики по минимуму, но всё же спешил.

Никаких угроз в пределах видимости. Но это ничего не значило. Левиафан прятался под песком. Он мог появиться в любой момент.

Я бежал, держа нож наготове. Постоянно оглядывался, проверяя, не дрогнул ли песок позади. Временное Прозрение было активно постоянно, высасывая магию тонкой струйкой, но давая бесценные секунды предупреждения.

Руины приближались медленно. В этой пустыне расстояния обманывали — казалось, что идёшь на месте. Но башни постепенно вырастали из марева, становились чётче.

Когда до них оставалось метров пятьсот, земля дрогнула.

Я замер. Ждал.

Вибрация повторилась, сильнее. Песок вокруг начал осыпаться, образуя небольшие воронки. Что-то огромное двигалось под поверхностью, причём делало это довольно быстро.

Я напрягся, готовясь к атаке. Нож в правой руке, левая свободна для навыков. Древняя Форма активна.

Земля взорвалась фонтаном песка метрах в двадцати слева. Мимо. Из-под поверхности вырвалась гигантская сегментированная туша. Бледно-жёлтая, покрытая хитиновыми пластинами. За головой последовали суставчатые конечности — каждая длиной метров пять, увенчанная острыми когтями.

[Песчаный Левиафан (68)] [Серебряный]

Очки Здоровья: 4 780 000/4 780 000

Шестьдесят восьмой уровень. Тогда, когда он был четырнадцатым, эта тварь казалась непобедимым чудовищем. Сейчас разница составляла меньше пятидесяти уровней. В мою пользу. И плевать, сколько у него здоровья.

Левиафан полностью вылез из песка. Его тело было длиной метров тридцать, толщиной с микроавтобус. Десятки ног, огромные клешни по бокам головы, множество глаз на передней части туши. Вид внушительный.

Он увидел меня и издал пронзительный свист. Звук был оглушительным, от него в ушах заложило. Затем тварь рванула в мою сторону, перебирая множеством конечностей. Песок взлетал за ним волной.

Я не побежал. Встал, расставив ноги шире, приняв устойчивую стойку. Время проверить, насколько я стал сильнее.

Левиафан нёсся на меня с пугающей скоростью. Расстояние таяло — пятнадцать метров, десять, пять. Клешни раскрылись, целясь схватить и раздавить.

В последний момент я активировал Кристальную Твердыню. Чёрный кристалл мгновенно окутал тело защитным коконом. Клешни сомкнулись на броне — удар был чудовищным.

Левиафан попытался поднять меня, сжав клешнями сильнее. Тщетно — я был защищён. Увидев, что продавить меня не получается, Левиафан отступил и попытался укусить, резко сжав клешни. Опять без результатов. Песчаный червь не был особенно умным, повторив этот манёвр ещё дважды. После чего получил по морде — время действия Кристальной Регенерации вышло.

Белое лезвие пронзило хитиновую пластину на клешне, войдя глубоко в плоть.

Левиафан взревел и дёрнулся, пытаясь стряхнуть меня. Я выдернул нож и ударил снова, раз за разом, проламывая броню и не собираясь его отпускать. Чёрная смолянистая кровь хлынула из ран, обрызгав песок вокруг.

Тварь всё же разжала клешни и отбросила меня в сторону резким рывком. Не ожидая такой прыти от неё, я пролетел метров десять и врезался в песчаный склон. Удар не причинил вреда.

Поднялся, отряхиваясь. Левиафан развернулся, готовясь к новой атаке. Его клешня была изувечена, из неё сочилась кровь, но тварь не собиралась отступать.

Навык защиты исчез. Левиафан снова ринулся вперёд, на этот раз используя не клешни, а само тело — высоко подняв свою уродливую рожу, пытался раздавить меня массой. Я рванулся в сторону, но песок под ногами предательски просел. Скорость упала. Пришлось в экстренном порядке добавлять себе характеристик.

Огромная туша промахнулась на сантиметры. Я воспользовался этим — в два прыжка оказался на спине твари, вцепившись в стык между сегментами. Хитиновая поверхность была горячей, как раскалённая сковорода, но я терпел. Раны заживут после боя. Главное — победить.

Левиафан забился, пытаясь скинуть меня. Он извивался, кувыркался, зарывался в песок и выныривал обратно. Я держался. Одной рукой вклинился в щель между пластинами, второй наносил удары ножом, пробивая броню.

Каждый удар проламывал хитин, разрывал плоть. Кровь лилась ручьями, пропитывая песок. Очки здоровья Левиафана летели вниз — четыре миллиона, три с половиной, три.

Тварь в отчаянии нырнула под песок, пытаясь утопить меня в раскалённых недрах пустыни. Мир стал оранжевым маревом. Песчинки забивались в глаза, рот, скрипели на зубах. Дышать было невозможно — я задерживал дыхание, продолжая наносить удары вслепую.

Но Система дала мне выносливость. Я мог не дышать несколько минут без последствий. Левиафан этого не знал.

Он вынырнул через двадцать секунд, выбрасывая тело из песка в отчаянном прыжке. Я всё ещё держался. Воздух ворвался в лёгкие, обжигая. Плюнул песком и ударил снова.

Нож вошёл в основание головы, там, где начинался первый сегмент. Я провернул лезвие, расширяя рану. Левиафан содрогнулся всем телом. Его движения стали хаотичными, судорожными.

Ещё один удар. И ещё. Я бил, пробиваясь к жизненно важным органам, искал их. Не знал, где они находятся у этой твари, но Глаз Предвидения подсвечивал слабые места — именно туда я и целился.

Очки здоровья достигли миллиона. Половина. Левиафан слабел, его движения становились всё менее координированными. Он метался по пустыне, волоча за собой шлейф крови и песка, пытаясь избавиться от меня. В предсмертной попытке он попытался приблизиться к разноцветным кристаллам. Захотел размазать меня о них? Умная тварь. Вот только…

Я не отпускал. Продолжал резать, пилить, крушить хитиновую броню. Наложил Метку Бездны на голову твари. Чёрная печать вспыхнула, въедаясь в плоть. Затем активировал Разрушение Пустоты, вложив в навык все характеристики интеллекта.

Взрыв разорвал голову Левиафана изнутри. Хитиновые пластины разлетелись осколками. Кровь брызнула особенно фонтаном, как из пожарного шланга. Тварь не успела даже вскрикнуть в последний раз, как это обычно бывает. Лишь обессилела и рухнула.

— Говорил же — зашибу, — сплюнул я и спрыгнул с туши.

Последний из бронзовых разломов был зачищен. Впереди — серебро.