Сломанное сердце

34. Артем

Просыпаюсь, голова как чугунный колокол. Такая же тяжелая, гудит и раскалывается, стоит чуть пошевельнуться. Кряхтя, приподнимаюсь на локте. Оглядываюсь. И не сразу врубаюсь, где я. Вижу, что не дома. Ну, то есть вообще интерьер левый и абсолютно незнакомый. И явно женский. Всё такое белое, модное. В воздухе пахнем женским парфюмом.

Это в чью спальню меня занесло? И как?

Скашиваю глаза вбок. Не знаю, как было ночью, но сейчас я в кровати один. Заглядываю под одеяло. Трусы, слава богу, на месте. Успокоившись, валюсь опять на подушку и по кускам вспоминаю, как вчера отмечали мой день рождения.

Гуляли в центре. Много пили. Особенно я налегал, это помню. Сначала было весело, потом опять переругался с кем-то. И с нашими, и с чужими. Послал Ленку и, кажется, Клео. Из-за этого рамсанул с Владом. Помню, что чуть с кем-то не подрался уже на улице. Но с кем, из-за чего – хоть убей ни единой мысли. Да и пофиг.

Хорошо, что при таком раскладе очнулся здесь, а не в обезьяннике каком-нибудь.

Выбираюсь из кровати, нахожу свои джинсы, обшариваю карманы. Карточка здесь, а мобилы нет. Ну, супер, чё. Вторую мобилу за неделю посеял. То есть тот свой телефон я не терял, конечно, а забыл у Леры, но это, считай, потерял.

Всё-таки кто меня приютил? Хоть спасибо сказать доброму человеку.

Одеваюсь, выхожу из комнаты. В квартире – вообще никаких признаков жизни. Тишина полная.

Нахожу кухню. Нет, всё-таки люди тут живут. В раковине – грязные тарелки, стаканы. На плите сковорода с чем-то съестным. Поднимаю крышку, там какая-то неаппетитная масса. Фу. Аж тошнота накатила. Хотя это еще и похмелье, конечно.

Заглядываю в холодильник, а там пивко. Холодненькое. Беру одну банку, сначала прикладываю ко лбу и несколько секунд кайфую. Потом вскрываю и жадно выдуваю сразу полбанки. На старые дрожжи ведет моментально, но становится легче.

И тут слышу шаги – кто-то ещё выполз на белый свет из другой комнаты. Надеюсь, этот кто-то в курсе, что у них гости. А то неловко получится. Но это оказывается Клео. Взлохмаченная, помятая, в одной футболке.

– Это что, твоя хата? – удивляюсь я.

– А ты, я гляжу, уже освоился, – недовольно кривится она, глядя на банку в моей руке. – Тебя не учили, что шариться по чужим холодильникам нехорошо?

– Неа, – потягивая пиво, отвечаю я. – Меня учили, что надо делиться пивом с ближним и не жадничать.

– Наглость – второе счастье, да?

Она ставит чайник, но затем достает и себе банку.

– Как я тут оказался? И это… у нас же с тобой ничего не было?

– Не дождешься, – фыркает Клео.

– Вот облом. А я-то так надеялся и верил, – глумлюсь я.

– Хамло ты, Шаламов.

Из всех наших у меня с ней всегда были самые напряжные отношения. То есть Ленка меня тоже, конечно, напрягает, но там другое. А вот с Клео мы друг друга недолюбливаем, но оба стараемся не показывать.

Клео вечно злится на меня за Ленку, а меня бесит, что она сует свой нос в мои дела, язвит, пыхтит, цепляется. В общем, ведет себя как злобная сука. Так что моему удивлению нет предела, что ночевать меня к себе взяла именно она.

Клео садится рядом за стол и утыкается в телефон, попивая из банки в час по чайной ложке. Не знаю, с кем она там переписывается, но от меня отстаёт. Впрочем, ненадолго. Через пару минут откладывает мобилу и придвигается ко мне. Чувствую, сейчас начнется…

Надо было лучше сразу домой валить.

И точно – глядя с укоризной, она произносит:

– Вот скажи, Шаламов, почему ты вечно ведешь себя как мудак?

– Что опять не так? – без особого интереса спрашиваю я.

– Да всё не так! Не помнишь, как ты вчера выступал? Ленку так обидел, что она вся в слезах домой уехала. И вообще всю дорогу нарывался. Скажи спасибо Владику, что жив-здоров. Если б не он, ты бы сейчас тут не сидел. А с Леной так вообще поступил по-скотски. Главное, за что? Ты от нее хоть раз что-то плохое видел, кроме хорошего? Нет! Она тебя вечно покрывает и выгораживает… Я её потом весь вечер успокаивала… Она в таком состоянии уехала. А тебе хоть бы что! Даже не совестно.

Я не стал её выпады комментировать. Во-первых, Ленка меня задрала уже до невозможности. Во-вторых, я ничего толком не помню. А то, что помню – лучше бы забыл. Например, момент, когда мы с Ленкой зажались в каком-то углу. Как мы там оказались – без понятия. Помню только, что подпирал стеночку спиной, а Ленка по мне елозила руками. Когда добралась до ширинки, позвала к себе, а я ляпнул, что столько ещё не выпил. Ну и она разрыдалась. Ну а, в-третьих, вообще-то совестно. Зря я с ней так, конечно. Потом извинюсь.

– Какое счастье, что мой Владик не такой.

– Да успокойся уже. Таких вообще больше нет.

– Конечно. Ты же у нас уникум.

– А то! Так как я тут оказался?

– Пить надо меньше, – фыркает Клео.

– Спасибо за совет, тётя Клара. Обязательно учту.

Клео вспыхивает и смотрит на меня уже с неприкрытой яростью. Потом цедит, прищурившись:

– Ты ничего не попутал, любитель тёть? Ты так к своей Самариной давай…

– Тебя что, заело на Самариной? – теперь уже вскипаю я. – Какого хера ты чуть что сразу её приплетаешь?

Но Клео вдруг начинает смеяться.

– Капец тебя триггерит на ее имя. Знаешь, Шаламов, мне порой даже хочется, чтобы она тебе уже наконец дала. Может, тогда бы тебя хоть чуть-чуть попустило и ты перестал бы себя вести как псих.

– Меня попустит, если ты заткнешься…

– Вы чего орете с утра пораньше? – прерывает нас Влад, стоя в дверях кухни в одних трусах.

Я даже не заметил, когда он нарисовался. Он широко зевает, трет глаза, затем подсаживается к столу между мной и Клео.

– Доброе утро, Лопушок, – Клео целует Влада в щеку, потом оба целуются в губы. Затем она поднимается из-за стола: – Ладно, я в душ.

– Лопушок?! Серьезно? – ржу я, как только она сваливает. Даже злости сразу как не бывало.

Влад смущенно бубнит:

– Ну это так, типа, в шутку. Да чё ты ржешь? Вот будут у тебя серьезные отношения с девушкой, поговорим потом.

Я вдруг зачем-то прикидываю в воображении, как мне Лера такая: Лопушок… Бред. Потом спохватываюсь, и опять накатывает злое раздражение.

– Ты че, растрепал своей подружке про меня и Самарину? – наезжаю я на Влада.

– Да никому я ничего не рассказывал! – бурчит Влад. Потом добавляет: – Да чё там рассказывать? По тебе и так всё видно.

– Что видно? Видно ему!

– Да не только мне. Все наши видят… ну что ты на нее запал конкретно. Только не знают, что вы с ней… ну, что у вас всё было. Про отель я никому не говорил.

– Мм, – стихаю я. – Молодец, лопушок.

– Да блин! – мрачнеет он.

– Ладно, ладно, я про лопушка тоже никому не скажу, – заверяю я. – Это будет нашей тайной. Это ты меня сюда приволок?

– Ну а что, надо было тебя там бросить? Боюсь, ты бы тогда до утра не дожил.

– Что, так всё плохо было? Совсем от рук отбился?

– Зря ржёшь. Ты там реально чуть люлей не получил. Тебя вообще последнее время как подменили. Постоянно срываешься на всех. Ленка тебя вчера чем обидела? Убежала вся зареванная. Ну и вот ты потом еще с какими-то чуваками не понять из-за чего сцепился. Тебя бы там ушатали. Их толпа была. Клео вызвала такси, и я тебя скорее утащил. Они-то тебе чем не угодили?

– Вообще ничего не помню.

– Ну да, накачался ты вчера конкретно. Кстати, девчонки снимали… ну не всё, конечно. Но можешь освежить память.

– Неее. Чё-то не хочется.

– А чё так? – усмехается Влад. Потом уходит в комнату и через несколько секунд возвращается с телефоном Клео.

С минуту сидит, ковыряется в нем.

– Это не то… Блин, где тут у нее… Вчера же мне показывала… А! Вот!

Влад кладет телефон на стол и придвигает ко мне. Но я даже взгляд не опускаю. Охота мне, что ли, настроение себе портить. Оно и так в глубокой ж…е.

Слышу галдеж, музон, голоса, Ленкин голос. Поздравляет меня, что-то желает.

– А нет, это тоже не то. Это еще начало, там всё прилично. Погоди-ка.

Он снова берет телефон, что-то там ищет, смотрит на перемотке, включает ненадолго, снова ищет.

– Там просто такой ржачный момент был… да где он?

«А что Самарину…» – вырывается на секунду голос Клео.

– Стой, – торможу его я. – Что там про Самарину было?

– Да ничего такого, – пожимает плечами Влад, но включает снова.

«… не позвал?» – договаривает его подружка.

«Нахрена? Может, ещё маму надо было позвать», – это уже я выступил, придурок.

«И бабушку до кучи», – влез Никитос. И все мы, как идиоты, заржали. Смутно я припоминаю этот эпизод. Только тогда это прошло как-то незаметно, а сейчас, со стороны, выглядело откровенно стремно. Глумливо как-то, пошло и тупо. Да вообще дно. Какое счастье, что Лера этого не слышала.

– Удали вот это. Прям щас.

Влад сначала мнется, типа, Клео возбухать будет, что он похозяйничал в ее телефоне, но потом все же удаляет.

– Только это, вроде, Ленка снимала. Так что у нее все равно есть.

– Ну с Ленкой я сам разберусь. А про Самарину я еще что-нибудь говорил? – спрашиваю я.

– Нет, больше ничего не было.

Но не успеваю я облегченно выдохнуть и отпить пива, как Влад добавляет:

– Только позвонить ей все время порывался.

Я закашливаюсь.

– Что? Скажи скорее, что ты пошутил!

– Ага, если бы! Я у тебя даже телефон отобрал.

Влад снова встает и скрывается в комнате, затем приносит оттуда мой новый айфон, даже ещё с неоторванной пленкой – батин подгон по случаю дня рождения. Но я радуюсь даже не столько тому, что не потерял его, сколько предусмотрительности Влада. Иначе я бы сейчас точно умер.

– Ты… – я аж слов не могу подобрать. – Короче, спасибо тебе.

­– Да ладно, – скромничает Влад. – А что, у тебя никак с ней не срастается? А то мне, если честно, показалось, что она тоже на тебя подзапала.

Я что-то невнятное мычу в ответ и тут же подрываюсь с места и начинаю собираться домой.

– Да куда ты так торопишься? Давай ещё посидим? Пивка попьем?

– Не, я – пас.

– Да ты чего такой скучный? Выходные же.

– Вчера навеселился, хватит, – сую ноги в кроссы.

– Тебя из-за нее так штырит? Из-за того что у вас не клеится?

Влад оглядывается на дверь ванной, откуда ещё шумит вода, и почти шёпотом спрашивает:

– Это потому что она преподша, да?

Будь кто другой, я бы послал его с такими вопросами в неведомые дали.

– Это потому что она замужем, – отвечаю сухо, застегивая куртку. – Ладно, бывай.

Выхожу, оставив его хлопать недоуменно глазами. А на улице метель и лютый дубак. К тому времени, как приезжает такси, я выгляжу примерно как замерзший Джек Николсон из «Сияния».

Пока еду домой, только и думаю: сколько, интересно, нужно времени, чтобы забыть человека? Ладно, не забыть, а перестать вот так изнемогать и сходить с ума. Чтобы перестало ломать хотя бы. Месяц, два, полгода? Этак я точно кукухой поеду. И клин клином – тоже не вариант. Я на других и смотреть-то не могу.

Если бы я ещё не видел её… типа с глаз долой – из сердца вон… Может, реально забить на доказывание? А сдать потом кому-нибудь другому?

Так и сделаю, решаю я. Но промаявшись все выходные и понедельник, иду на лекцию к Самариной. Потому что не видеть её ещё мучительнее…