Советская одноактная драматургия, 1982

Г. Марчук МОГИЛА ЧИНГИСХАНА Комедия в одном действии, трех картинах

Перевод с белорусского автора.

АРКАДИЙ БУБЕНЕЦ — зубной врач.

ЛИЗА — его жена, парикмахер.

КИРИЛЛ ЧЕРНЯК.

ВЕРА — его жена.

РИЧАРД.

ВАЛЕРИЯ.

ЛЮБОВЬ НАРЦИССОВНА — мать Валерии.

АККОРДЕОНИСТ.

Глухой уголок на Полесье. Время действия — наши дни.

Остатки разрушенного временем старинного особняка, от которого остались груды камней и две колонны. Вокруг густой кустарник. В глубине виднеется зеленая крыша автомобиля «Жигули». Справа — палатка, за ней — другая. Слева — расщепленный дуб. На одной из ветвей сидит с биноклем на шее А р к а д и й. На пнях — К и р и л л, В е р а, Л и з а. Раннее утро.

Л и з а. Видишь?

А р к а д и й. Пока нет.

В е р а. Приличные люди видят седьмые сны в это время.

К и р и л л. Бог мой, остались считанные минуты.

Л и з а. Слышите, вроде соловей поет.

В е р а. Это не соловей.

Л и з а. Аркадий, это соловей?

А р к а д и й. Не знаю. Я определяю безошибочно только кукушку.

К и р и л л. Не важно кто. Прелесть — в самом пении. Шепот листвы, пение птиц, дыхание леса, первозданная прелесть природы — это божественно!

Л и з а. Я рада, что мы наконец собрались и выехали на природу.

К и р и л л. Прочь от суеты цивилизованной жизни! Видишь, Аркадий?

А р к а д и й. Пока нет.

В е р а. Может, его сегодня вообще не будет?

А р к а д и й. Будет… Соседа вижу. Тоже на ногах.

Л и з а. Эти — с красными «Жигулями»?

А р к а д и й. Они. Неплохое местечко облюбовали.

В е р а. Ну, вот, пожалуйста. Обещали вывезти в глухомань. «Купаться будете, кругом ни души». Пойдешь в воду — окажется, что здесь водолазные работы ведутся.

Л и з а. Как трудно сейчас уединиться.

А р к а д и й. Вижу!

Все оживились.

К и р и л л. В какую сторону смотреть?

Л и з а. Где мои очки? А, черт, в палатке. (Бежит к палатке.)

В е р а. Куда смотреть?

А р к а д и й. В сторону моего указательного пальца.

К и р и л л. И я вижу!

В е р а. Наконец-то…

К и р и л л. Солнышко. Ярило!

А р к а д и й. Красота.

В е р а. Глаза не слепит.

Л и з а. Стыдно признаться, я из-за своей парикмахерской никогда не видела восхода солнца.

В е р а. Ничего особенного.

К и р и л л. Здравствуй, новый день! Начать бы жить сначала.

А р к а д и й. А вон утки дикие летят! Эх, ружье бы! Мы же взяли.

К и р и л л. Нет! Никакого зла, никакой корысти.

Л и з а. Не надо крови. Идемте смородину рвать.

А р к а д и й. Жаль… улетели.

Из-за кустов появляется Р и ч а р д.

Р и ч а р д. Здравствуйте.

В е р а (испуганно). Ай!

Р и ч а р д. Ради бога, извините. Мы здесь недалеко… ваши соседи.

Л и з а. Очень приятно.

К и р и л л. Милости прошу. Будем знакомы. Кирилл, моя жена Вера.

Л и з а. Лиза. Мой муж Аркадий.

Р и ч а р д. Ричард. Еще раз извините. Я на секунду. Хочу одолжить у вас лопату.

Пауза.

К и р и л л. И это все?

Р и ч а р д. Все. Свою забыли.

К и р и л л. Ради бога. (Подает лопату.)

Л и з а. Это ваши красные «Жигули»?

Р и ч а р д. Наши.

К и р и л л. Так это мы вас на развилке грязью облили? Извините великодушно.

Р и ч а р д. Было бы о чем вспоминать. Сегодня вы нас облили, а завтра — мы…

Л и з а. Вы с семьей?

Р и ч а р д. Жена и теща.

А р к а д и й. Давайте отобедаем вместе, коль уж оказались рядом.

К и р и л л. Великолепная идея.

Р и ч а р д. Да-да. Я поговорю с руководством. Спасибо за инструмент. (Уходит.)

К и р и л л (вслед). Ричард, так мы вас непременно ждем.

В е р а. Перестань. Еще неизвестно, что это за типы.

Л и з а. Да-а. Вот так всегда. Ты смотришь на восход, а кто-то явится с лопатой и испортит всю поэзию.

А р к а д и й. Он явился без лопаты. Есть хочу.

Л и з а. Этим ты никого не удивишь — поверите, вся зарплата на еду уходит.

К и р и л л. Родные мои, мы условились. Никаких конфликтов. Прошу к столу. Завтрак простой: краюха ржаного хлеба, стакан молока, ломоть сала, яблоки, огурцы…

А р к а д и й. И пятьдесят граммов, чтобы зубы не болели. (Разливает коньяк.)

К и р и л л. Каплю. Спасибо. Ну что ж, дорогие, за терпимость друг к другу!

В е р а. Как выходные наступают, так его тянет пофилософствовать.

А р к а д и й. Пьем дружно. (Выпили.) Ах, хорошо!

Л и з а. А ты, Вера, почему не пьешь? В этой утренней трапезе, ей-богу, есть своя прелесть.

В е р а. Кусок в горло не идет. Зачем ему лопата?

Л и з а. Мне его лицо показалось знакомым. Где я его могла видеть?

А р к а д и й (жуя). На рынке. В мясном ряду.

В е р а. Зачем ему лопата?

К и р и л л. Ну, одолжил, чтобы накопать червей.

А р к а д и й. Какая тут рыбалка? Болото вокруг. И прудик крохотный.

В е р а. Вот именно. Вы заметили, как у него дрожали руки?

Л и з а (с юмором). Вообразите, привез в глушь ненавистных жену и тещу, задушил их и теперь закапывает нашей лопатой. Экспертиза обнаруживает отпечатки и наших пальцев — и все мы за решеткой.

К и р и л л. Ради бога, не надо в такой день о жестокости, крови, убийствах. Мы же договорились.

В е р а (после паузы). Он почему-то торопился. А если они обокрали магазин и решили все закопать в глуши? Мы должны узнать цель их приезда.

А р к а д и й. Сейчас телевизор был бы к месту. А вдруг на них объявлен розыск?

Л и з а. Это же была твоя идея. Никакой информации.

К и р и л л. У вас уже мания видеть всюду нечто из ряда вон выходящее. Подумаешь, попросил лопату! Если бы сто рублей…

В е р а. Молчи. Пусть Лиза и Кирилл идут за смородиной, а мы с Аркадием подежурим здесь.

Л и з а. Логично. Я согласна.

К и р и л л. Если тебе так хочется. Только, умоляю, пусть будет все до конца возвышенно и бескорыстно. Возьми в палатке лапти.

Л и з а. Пойдем в лаптях?! Кирюша, я готова в тебя влюбиться. Король сюрпризов.

В е р а. Ладно, топайте. Аркадий, давай на свой дозорный пункт. Как ведет себя противник?

Аркадий забирается на дерево.

А р к а д и й. Вижу пока его одного.

Из палаток выходят К и р и л л и Л и з а. Они в лаптях.

Л и з а. Ну как?

А р к а д и й. О’кей! Классно.

К и р и л л. Идем без компаса. Природа — карта, лес — путеводитель.

Уходят.

А р к а д и й. Выкопал куст… несет… Так. Остановился. Осмотрелся вокруг. Опять понес. У черного бугра остановился.

В е р а. Что за бугор?

А р к а д и й. Не разберу. Похоже чемодан, а может, камень.

В е р а. Ясненько. Интуиция меня не подвела. Надо идти в тыл.

А р к а д и й. Несолидно вроде.

В е р а. А если он нас, как ненужных свидетелей…

А р к а д и й. Зачем ему выкапывать кусты в июле месяце?

В е р а. А я о чем?

А р к а д и й. Давай уточним все, чтобы быть спокойными.

В е р а. Аркадий, ты сильный?

А р к а д и й. Был… когда-то.

В е р а. Храбрый?

А р к а д и й. В общем да.

В е р а (шепотом). Тогда возьми на всякий случай ружье.

А р к а д и й (тоже шепотом). Хорошо. А почему ты вдруг шепотом заговорила?

В е р а. А вдруг он где-нибудь в траве оставил магнитофон? Допустимо?

А р к а д и й. Допустимо.

В е р а (громко). Аркадий, знаешь что? Пойдем искупаемся.

А р к а д и й. Прекрасно. (Идет в палатку.) Только плавки возьму. (Выходит с ружьем.)

В е р а. Какие у тебя красивые плавки. Это импортные?

А р к а д и й. Тульский оружейный завод. (Поправляется.) Французские. А ты мыло взяла?

В е р а. Взяла. Догоняй меня.

А р к а д и й. Вперед.

Уходят.

Та же декорация. Только вместо крыши зеленого цвета — крыша красных «Жигулей». А вместо дуба — сухая осина. В а л е р и я поддерживает, почти тащит Р и ч а р д а.

В а л е р и я. Мама, мама! Сколько можно спать?

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а (выглянула из палатки). В чем дело?

В а л е р и я. Некогда объяснять. Скорее — мокрое полотенце.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а (берет полотенце, открывает канистру с водой). Солнечный удар?

В а л е р и я. Давай же полотенце.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а (переворачивает канистру). А, чтоб меня с палубы смыло, вода кончилась!

В а л е р и я. Беги к прудику.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Бегу. Ты только не убивайся, видишь, он уже пришел в себя. (Убегает.)

Р и ч а р д. Что со мной?

В а л е р и я. Солнце напекло. Хорошо, что я рядом зверобой рвала. Гляжу, а ты копать перестал и мешком на землю свалился. Тебе лучше?

Р и ч а р д. Да. Кажется, я обнаружил сенсацию века.

В а л е р и я. Что?

Р и ч а р д. Я нашел… это… ой… могилу Чингисхана.

В а л е р и я. Ты что? Какую могилу?

Р и ч а р д. Торчал уголок камня, я раскопал, гляжу — большая плита, а под ней — еще одна, поменьше, на ней высечено: «Чингисхан».

В а л е р и я. Где? Идем, покажешь.

Оба быстро уходят. Из-за кустов появляются А р к а д и й и В е р а.

А р к а д и й. Как будто все живы-здоровы.

В е р а. Все ли? А теща?

А р к а д и й. В самом деле! В машине никого.

В е р а. Надо идти за ними. Смотри, кто-то бежит.

В е р а с А р к а д и е м исчезают в кустах, с противоположной стороны вбегает Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Держите… полотенце… Где же вы, а? Укачало, что ли, за дорогу? А ведь, бывало, полгода в плавании — и при полном здравии.

Появляется Р и ч а р д. Несет В а л е р и ю на руках.

Вроде сперва она тебя притащила?

Р и ч а р д. Полотенце! Нельзя ей столько на солнце.

Валерия постепенно приходит в себя.

В а л е р и я. Мама?

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Я, моя единственная. Может, в царство Нептуна этот пикник? Поедем домой.

В а л е р и я (быстро поднимается). Зачем? Все прошло. Твой сыр из воды можно достать?

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Можно.

В а л е р и я. Неси. Будем завтракать.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Как скажешь. (Уходит.)

Р и ч а р д. Правильно. Лучше ей не говорить.

В а л е р и я. Скажи мне, насколько это правдоподобно? С могилой Македонского?

Р и ч а р д. Чингисхана. И не надо орать на весь лес. Тут ходят какие-то придурки в лаптях.

В а л е р и я. У которых ты лопату брал?

Р и ч а р д. Да. Так вот: ордынцы в этих местах были. И город такой есть к западу — Телеханы. Филателист один мой знакомый, он все марки по истории собирает, рассказывал как-то, что могилу Чингисхана до сих пор не нашли.

В а л е р и я. А! Может быть, в могиле — золото?

Р и ч а р д. Вполне допустимо. Тогда хоронили с женами, со всем имуществом.

В а л е р и я. Умели люди жить. А почему до сих пор ни одна собака не нашла этот камень?

Р и ч а р д. Во-первых, на нем были кусты. Во-вторых, лет двести-триста назад здесь было имение. Вот и сберег какой-нибудь пан сенсацию до лучших времен. Но факт налицо. Могилу Тутанхамона откопали — так в ней два вагона золота было.

В а л е р и я. Неужели? Мне и телеги хватит.

Р и ч а р д. Спокойнее. Мама возвращается.

В а л е р и я. Стоим на пороге новой жизни. Осточертели мне железнодорожные кассы.

Р и ч а р д. Я пойду, пока суть да дело, от лишнего глаза плиту прикрою.

В а л е р и я. Золотые слова, мой голубь.

Р и ч а р д уходит.

Прав, тысячу раз прав бригадир поезда «Симферополь — Рига». Всякий раз говорит: «Ты рождена для большего, Валерия».

Входит Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. А Ричард сыр не попробует?

В а л е р и я. Садись, мама, и слушай. Только спокойно перенеси эту новость.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Погорел все-таки на работе?

В а л е р и я. Совсем не то: в двадцати метрах отсюда открыл могилу Чингисхана.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Почему здесь? Разве тут кладбище?

В а л е р и я. Какое кладбище? Чингисхан — это полководец.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Через столько лет?

В а л е р и я. А что удивительного? Ричард вовсе не дурак. У него на рынке много всякой интеллигенции бывает. Он знает.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Проводи меня туда.

В а л е р и я. Он просил пока тебе не говорить. С одной стороны, хочется войти в историю, а с другой — жалко отдавать содержимое могилы.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Государство в таких случаях выплачивает двадцать пять процентов от общей суммы.

В а л е р и я. Как говорит мой знакомый бригадир поезда «Симферополь — Рига», «двадцать пять процентов еще не сто».

Появляется Р и ч а р д.

Р и ч а р д. Кажется, эти двое из компании соседей побывали у плиты.

В а л е р и я. Кажется машинисту, что рельсы сходятся. Точнее.

Р и ч а р д. Были. Следы оставили.

В а л е р и я. Держите меня. Идиот. Раз в жизни повезло — и не удержал жар-птицу в руках.

Р и ч а р д. Пора обо всем рассказать маме.

В а л е р и я. Мешок с мякиной, мама давно информирована. Ну и народ пошел! Могилу какого-то тирана, убийцы, завоевателя — и ту спрятать нельзя.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. А если это сугубо интеллигентные люди и не посягнут на право первооткрывателей?

Р и ч а р д. Они пригласили нас на обед.

В а л е р и я. Пусть с ними черт смолу пьет.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Я предлагаю познакомиться с ними поближе.

Р и ч а р д. Припугнуть можно. Скажем, узнали, что местность змеями кишит…

В а л е р и я. Вы идите, а я останусь с ханом.

Р и ч а р д. У меня идея! Перенесем палатку прямо на плиту. Отобедаем с соседями, а ночью — копать!

В а л е р и я. Гений мой, умница. Почему ты не пошел в вуз?

Опять в «лагере» А р к а д и я, В е р ы, К и р и л л а и Л и з ы.

А р к а д и й. Сон! Это дивный сон, Вера. Ты видела?

В е р а. Еще бы. Меня всю так и передернуло. Чин-гис-хан!

А р к а д и й. Боюсь, что этот тип нас заметил. (Влезает на дерево, смотрит в бинокль.) Палатку снимают.

В е р а. Собираются домой?

А р к а д и й. Не похоже. Переносят на новое место. На плиту… ставят! Прямо на Чингисхана!

В е р а. Прячут.

А р к а д и й (спускается вниз). Теперь я понимаю, что все это серьезно. Где наши бродяги, хоть бы посоветоваться.

В е р а. Сейчас придут. (Берет магнитофон, ищет необходимую кассету). Когда нас тоска заедает, мы включаем природу и слушаем. Кирилл грозы боится. (Включает магнитофон. Слышны раскаты грома.)

А р к а д и й. Натурально гремит.

В е р а. Еще бы. На радио перезаписала.

Тяжело дыша, вбегает К и р и л л, за ним — Л и з а.

К и р и л л. Гроза собирается!

Л и з а. Какая гроза! Пустился бежать, как за японскими зонтиками.

В е р а (выключает магнитофон). Садитесь. Как я и предчувствовала, произошло нечто невероятное. Говори, Аркадий.

А р к а д и й. В этой глуши, рядом с соседями, мы с Верой Ильиничной нашли могилу Чингисхана.

К и р и л л, Л и з а. Кого?

А р к а д и й. Чингисхана.

Л и з а. А ребро моего прадеда, потерянное в первую Отечественную войну, вы не нашли?

К и р и л л. Чушь какая-то.

А р к а д и й. Повторяю для слаборазвитых. Мы с Верой, будучи в здравом уме и трезвой памяти, обнаружили откопанную соседом мраморную плиту с надписью «Чингисхан», на которую, кстати, в данный момент сосед переносит палатку.

В е р а. Прячет ее от возможных свидетелей.

К и р и л л. Ничего не понимаю. Разве до сих пор ее не нашли?

Л и з а. Видимо, не нашли, если есть надпись.

В е р а. Кажется, я догадываюсь. Тот, кто брал у нас лопату, знал о существовании могилы. Скажем, наследственная тайна. И вот пришло время раскопать. Берет чужой инструмент. Вне подозрений.

А р к а д и й. Вполне логично.

К и р и л л. Милые мои, у меня идея. Мой партнер в шахматы — кандидат исторических наук, прошлое республики — его коронка.

А р к а д и й. Кстати, о коронках — ведь в могиле может быть и золото!

Л и з а. Заглохни. Говори, Кирилл.

К и р и л л. Предлагаю поехать к ближайшей почте и созвониться. Мы с Верой и поедем.

А р к а д и й. А чего это вы с Верой? А нам что же, кукарекать здесь?

Л и з а. Нехорошо темнить. Находка общая.

В е р а. Я не поеду. С моими нервами…

А р к а д и й. Пусть едут Кирилл и Лиза.

К и р и л л. Не возражаю.

А р к а д и й. Собирайтесь. Промедление нищете подобно.

К и р и л л и В е р а уходят в палатку.

Л и з а. Невозможно тебе поручить ни одно мероприятие. Зачем ты потащил Веру к этому усопшему?

А р к а д и й. Так ведь… Это была ее идея — следить за соседом.

Л и з а. Если бы мы откопали…

А р к а д и й. Спокойнее. Идут.

Идут в свою палатку. Из палатки рядом выходят К и р и л л и В е р а.

В е р а. Многовато что-то нас получается на одну могилу. Там трое да нас четверо.

К и р и л л. Ладно. Только бы оказалось настоящее захоронение. Я такое своему шефу выдам, что он меня на должность инженера назначит и лишний свободный день даст. Лиза, пора!

Появляются А р к а д и й и Л и з а.

Живее. Он может уйти.

Л и з а. Едем.

Быстро уходят.

В е р а. До деревни километров пятнадцать?

А р к а д и й. Все тридцать будет.

В е р а. Что там на горизонте?

А р к а д и й (влезает на дерево). Пока все тихо. Ты не помнишь, сколько государство платит от общей суммы клада?

В е р а. Не знаю. Меня беспокоит другое.

А р к а д и й. Если не ошибаюсь, двадцать пять процентов. Если бы не было свидетелей… раскопать, озолотиться и смотаться. Я прав?

В е р а. Не знаю. Я читала в журнале, что тот, кто вскроет могилу, ну, усыпальницу или саркофаг, будет обречен. Болезни, неприятности, смерть — вот что его ожидает.

А р к а д и й. Как это понимать?

В е р а. Вроде рок, месть покойного.

А р к а д и й. Пережитки прошлого. Выпить надо, нервишки успокоить. Я от твоего Кирилла окорок припрятал. (Разливает вино.) За независимость, которую наконец-то предоставит содержимое могилы. (Пьет.)

В е р а. Не могу.

А р к а д и й. Я теперь отдохну с полгода…

В е р а. Кажется, листья шуршат?

А р к а д и й. Кто-то идет.

В е р а. Он!

А р к а д и й. Кто?

В е р а. Призрак Чингисхана.

А р к а д и й. Ты что? Призраки не шуршат.

Появляется В а л е р и я с лопатой.

В а л е р и я. Приятного аппетита. Будем знакомы: Валерия, жена Ричарда. Отнеси лопату, говорит муж, вдруг они домой собираются.

А р к а д и й. Аркадий.

В е р а. Вера.

А р к а д и й. А вы разве уезжаете?

В а л е р и я. Мы обычно выбираемся на неделю. Отдыхать так отдыхать — по большому счету. Спасибо за лопату. Думали червей накопать, да тут рыбачить негде.

А р к а д и й. Мелочь. Понадобится — приходите.

В а л е р и я. А мы и от приглашения отобедать вместе не отказывались, так что увидимся. (Уходит.)

Пауза.

В е р а. Лопату вернули. Чем же тогда копать будут?

А р к а д и й. Политика. Зная, что там внутри, и руками разгребут.

В е р а. Ой, у меня какое-то жуткое предчувствие.

А р к а д и й. Сейчас они на обед заявятся. Чем их кормить? А может, лучше подпоить, отвлечь, а одному тем временем раскопать? Гениальная идея, Вера!

В е р а. Я согласна спаивать и отвлекать. Копай ты.

А р к а д и й. Надо разрушить единство противника.

В е р а. Как?

А р к а д и й. Элементарно. Я ухаживаю за ней, ты…

В е р а. Так. А тещу кто на себя возьмет?

А р к а д и й. Да, с тещей посложнее. Чему тебя учит опыт жизни?

В е р а. Ничему. У меня каждый день конфликты с окружающими.

А р к а д и й. Итак, быстренько сделаем коктейли. Вино и еще ликера добавим.

В е р а. Да, но нам ведь тоже придется пить.

А р к а д и й. Употребляй окорок. И бутерброды с маслом, много масла.

В е р а. А как быть с Лизой и Кириллом?

А р к а д и й. Во имя роскошной жизни в будущем один день можно и пострадать. (Смешивает вино и ликер.) Между прочим, я благодаря этим коктейлям и на Лизе женился.

В е р а. Слышишь? Как будто машина.

Аркадий быстро влезает на дерево.

Что там?

А р к а д и й. У противника все о’кей. Наши едут.

Влетают К и р и л л и Л и з а.

Ну?

В е р а. Быстро обернулись.

Л и з а. Быстро. Если бы не перевернулись, были бы еще быстрее.

А р к а д и й. Не тяните. Как?

К и р и л л. Невероятно! Все, оказывается, очень возможно. Чингисхан умер в походе. На Полесье они были. По преданиям, похоронен под сосной. Могила до сих пор не найдена. Я начинаю верить в судьбу.

А р к а д и й. Шансы растут!

Л и з а. На все восемьдесят процентов.

А р к а д и й. Надо копать.

К и р и л л. И немедленно.

В е р а. А соседи?

Л и з а. Ах да!

Пауза.

А р к а д и й. А может…

В с е. Ну?

А р к а д и й. Нет.

Пауза.

К и р и л л. А если…

В с е. Что?

К и р и л л. Нет. Тюрьмой пахнет.

В е р а. Опять листья шуршат.

Л и з а. Соседи идут.

А р к а д и й. Давайте клеенку.

К и р и л л. О могиле ни слова. Мы ничего не знаем. Особенно это касается тебя, Вера. Говорите о чем попало, только не о хане.

В е р а. Я больше думаю о машине, на которой ты перевернулся. Что с ней?

К и р и л л. Мелочь. Помял бока, выбил стекло. Небольшой ремонт. Сокровище покроет все.

А р к а д и й. Идут. Достань рюмки, Лиза.

Появляются В а л е р и я, Р и ч а р д, Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Валерия стучит миниатюрным топориком по дереву.

В а л е р и я. К вам можно?

К и р и л л. Милости просим.

В а л е р и я. Принимайте гостей.

Р и ч а р д. Мы не с пустыми руками.

Любовь Нарциссовна достает из корзинки две бутылки шампанского.

А р к а д и й. Браво.

Л и з а. Шампанское — моя вторая слабость после аккордеона.

В а л е р и я. Давайте знакомиться.

К и р и л л. Кирилл.

Р и ч а р д. Моя теща, Любовь Нарциссовна. Между прочим, в прошлом — моряк дальнего плавания.

А р к а д и й. Аркадий. Елизавета Ивановна, моя половина.

Л и з а. Мы заждались.

В а л е р и я. Собирались было уезжать, а потом решили до конца отпуска здесь пробыть.

К и р и л л. Присаживайтесь. Поудобнее.

А р к а д и й. А как же машина, вещи, палатка? Если жулики?

Л и з а. Типун тебе на язык.

В а л е р и я. На этот счет мой рационализатор все продумал. Одно прикосновение к шнурам палатки — и получай удар током.

А р к а д и й. Очень оригинально.

К и р и л л. Кулибин.

Л и з а (Аркадию). На всякий случай не пей их шампанского. От этого рационализатора надо держаться подальше.

А р к а д и й. Ну-с. Прошу по стаканчику эстонского ликера «Вано Таллин».

В а л е р и я. Это сюрприз.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. В Таллинский порт мы заходили в шестидесятом году. Морской город.

Л и з а. Кирилл, тост за вами.

К и р и л л. Пьем, друзья мои, за… гуманизм.

Л и з а. За что-нибудь интеллигентное.

К и р и л л. Тогда — за лучшее начало в человеке.

Все пьют.

Р и ч а р д (кашляя). Мастера эти эстонцы. Странный вкус. Нечто среднее между апельсином и дегтем.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Морской капустой отдает, а пить приятно.

К и р и л л. Напиток богов. Да-а, перевелись у нас мудрецы. В старину-то — в яму, в келью от людей, в пустыню, и давай думать. Красиво, возвышенно.

А р к а д и й. Не будем философствовать. Поговорим о любви.

Л и з а. Заглохни. Философия — это удел интеллигенции.

В а л е р и я. Недавно бригадир поезда «Симферополь — Рига» сказал мне по секрету, что за двадцать лет население земного шара достигнет семи миллиардов.

Л и з а. Милочка моя! Уже и сейчас люди задыхаются от выхлопных газов.

А р к а д и й. Предлагаю еще по одной. За радость сегодняшнего дня.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а (Валерии, тихо). Они обо всем знают.

В а л е р и я. Я тебе говорила, выпей таблетку. Этот ликер…

Все выпили.

В е р а (Аркадию). Этому ликеру, кажется, даже масло не страшно.

К и р и л л. С тысяча девятьсот первого года до наших дней уничтожено почти полмиллиона китов. Элементарное нарушение связи в природе.

А р к а д и й. Валерушка, еще стаканчик?

В а л е р и я. С удовольствием.

Вера садится рядом с Ричардом.

В е р а. Скажите, вы врач? Я вас часто вижу на рынке.

Р и ч а р д. В некотором роде. Работаю в мясном ряду.

В е р а. Не шутите.

К и р и л л. Люди! Сколько прелести в нашем вечере. Я — к машине. Секунду ожидания. (Уходит.)

Пауза.

В а л е р и я (в сторону). Неужели милицию привез?

В е р а (Ричарду). У вас такие грустные глаза… и пальцы как у музыканта.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а (Валерии). По-моему, она к нему подбирается.

В а л е р и я. Ничего. Может, он не станет нам мешать.

К и р и л л (выходя). А вот и я. Прошу всех закрыть глаза. Раз, два, три. Перед вами — талант из народа, активный участник самодеятельности товарищ аккордеонист!

Появляется а к к о р д е о н и с т.

В а л е р и я. Вы гений развлечений.

Л и з а. Аккордеон после денег — моя вторая слабость.

А р к а д и й. Аккордеонисту — рюмочку. (Лизе.) Зачем вы притащили лишнего свидетеля?

Л и з а (Аркадию). Он ничего не заметит.

К и р и л л. Давайте все вместе споем.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Я — за. (Запела.) «Темная ночь»…

А р к а д и й. Что-нибудь общедоступное, народное.

Л и з а. Интересно, что поет сейчас настоящая интеллигенция?

К и р и л л. Вот эту, к примеру: «Ой, мороз, мороз, не морозь меня…»

В с е (подхватили).

Л и з а. А дальше какие слова?

А р к а д и й. Стойте. Давайте родную, которую все знают.

К и р и л л. Вспомнил. (Поет.)

В с е (дружно подхватили).

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Золотое колечко.

К и р и л л (поет).

Пауза.

Р и ч а р д. Это любимая песня моей матери. Так и не выучился ее петь. По году письма ей не пишу.

В е р а. Это как-то помимо нас происходит.

Л и з а. Неужели мы не споемся? Современную давайте.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а (поет).

В с е (хором).

К и р и л л. Брависсимо!

Л и з а. Хор Пятницкого.

А р к а д и й. Солистке — бокал шампанского!

К и р и л л. Ах, что ни говорите, а пение — великая сила, так объединяет людей.

В е р а (мрачно). Объединяет людей еще и могила. Ричард, вы мне очень симпатичны, умоляю, не надо вскрывать могилу Чингисхана.

Л и з а и А р к а д и й (вместе). Вера!

А р к а д и й. Выпила лишнего. Фантазирует.

К и р и л л. Ступайте, товарищ аккордеонист, в машину, я вас еще приглашу.

А к к о р д е о н и с т уходит.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Да что мы играем в прятки! Вы отлично знаете о находке Ричарда.

А р к а д и й. Позвольте, позвольте. С какой стати это находка Ричарда?

В а л е р и я. Ричард, покажи им свои мозоли.

А р к а д и й. Это не доказательство.

К и р и л л. Мы специально приехали сюда… для предварительных работ. У меня тема — «Нашествие монголо-татар и борьба народных масс».

Л и з а. Он диссертацию пишет.

В а л е р и я. Не надо морочить нам голову. Каждому хочется быть первооткрывателем. Могила одна, а вас много. Мы ее нашли. Собирайтесь, мама, Ричард. (Кладет руку на топорик.)

Пауза.

Л и з а. Как, Аркадий?

А р к а д и й. В таком случае — теряете еще не приобретенное. Мы заявим кому следует.

К и р и л л. Вот именно.

В а л е р и я. Почему сразу «заявим»… В конце концов, мы солидные люди. Сможем договориться.

Л и з а. Другой разговор.

В а л е р и я. Пусть Ричард назовет свой процент.

К и р и л л. Ваша цифра?

Р и ч а р д. Это… как, Валерия?

В а л е р и я. Пятьдесят процентов.

А р к а д и й. Ого!

К и р и л л. Да вы что? Я же дал телеграмму своему начальнику отдела, в которой откровенно объясняю, кто он, и подаю заявление об уходе. Мне, чтобы самому пробиться, много денег надо будет.

Л и з а. Всем много надо. Я, можно сказать, всю жизнь ждала и верила в свой звездный час. Тридцать.

А р к а д и й. Двадцать пять. Остальные легко поделить на пять.

Р и ч а р д. Это обдираловка.

А р к а д и й. Наивный человек, это божеские расценки. Голосуем.

В а л е р и я. Нет… Надо подумать.

Пауза.

В е р а. Я вижу тени… не трогай могилу, Ричард.

К и р и л л. Прошу учесть, что, добывая информацию о возможности захоронения, я потерпел ущерб. Аккордеонист, между прочим, запросил пятьдесят рублей.

В а л е р и я. Ладно, аккордеониста мы берем на себя.

А р к а д и й. Голосуем: кто за двадцать пять и по пятнадцать остальным, поднимите руку. Все — «за»! Браво. А теперь — копать!

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Извиняюсь, а почему не спросили, кто «против»?

В с е (дружно). Кто?

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Я.

В а л е р и я. Мама, из них больше не вытянешь.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Все делится между вами, а государство ничего не получит?

А р к а д и й. Глупый вопрос.

Л и з а. Не понимаю юмора.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Всякий клад, зарытый в земле, — достояние народа. Банк в виде поощрения выдает двадцать пять процентов. Приобретаете и уважение.

А р к а д и й. Плевать я хотел на уважение! Копать немедленно!

В е р а. Только без меня!

К и р и л л. Поймите нас правильно. Государство тоже выиграет. Сколько напишут диссертаций, исследований — обогатится наука.

Л и з а. В ваших же интересах — обеспеченная старость и благополучие собственных детей. Я все время работала, пахала на всю семью, не осилила поступить в институт, застряла в душной парикмахерской. Одногодки за границу ездят, в депутатах ходят, кандидатами наук стали — за спиной смеются, считают меня неудачницей. Это мой шанс всплыть, утвердиться. Берите лопату.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Нет! Копайте, но в присутствии представителя власти и закона.

Л и з а. Старушке нельзя шампанского.

К и р и л л. Товарищи, надо что-то делать.

Л ю б о в ь Н а р ц и с с о в н а. Я лично вызову милицию!

В а л е р и я. Ну, хорошо. Не волнуйся. Иди к машине. Ричард, проводи мамочку.

Уходят.

А р к а д и й. За дело, люди. Уже темнеет.

К и р и л л. Лиза, кофе принесешь. В путь.

Входят В а л е р и я и Р и ч а р д.

В а л е р и я. Мы закрыли мамочку в машине. Идемте.

Р и ч а р д, В а л е р и я, А р к а д и й и К и р и л л уходят.

В е р а. Я вижу стаи черных ворон…

Л и з а. Ерунда. После ликера. Представляешь, Верка, выхожу завтра на работу, а на мне — ожерелье какой-нибудь жены Чингисхана. Как думаешь, там будет ожерелье?

В е р а. Не знаю, не знаю. Голова болит.

Вбегает В а л е р и я.

В а л е р и я. Кофе!

Л и з а (дает термос). Ну, что там?

В а л е р и я. Полтора метра прошли — пока ничего. И мешок нужно. (Берет термос, мешок и исчезает в темноте.)

В е р а. Светает или это мне кажется?

Л и з а. Луна всходит. Слушай, если ты боишься проклятий и заклятий, я у тебя перекуплю пару украшений. Все-таки наступит такой день, когда я открою окно и скажу всем: я счастлива! Идет?

В е р а (испуганно). Кто — идет? Несут?

Л и з а. Кого?

В е р а. Хана этого?

Л и з а. Не вижу. Мешок несут. Ой, сердце забилось… Верка, держи меня.

Появляются Р и ч а р д, А р к а д и й, В а л е р и я, К и р и л л.

Ну, где?..

Пауза.

А р к а д и й. Вот он.

Пауза.

Ричард высыпает из мешка несколько костей и ошейник с бронзовой биркой.

Лиза хватает ошейник.

Р и ч а р д. «Собака папа Тышкевича. Чингисхан. 12.12.1901 года».

К и р и л л. На чистом польском языке.

Л и з а. А как же настоящий?

Р и ч а р д. Тю-тю. Нету.

К и р и л л. Телеграмму отправил — заявление об уходе с работы.

Л и з а. Такое горе.

А р к а д и й. В сущности, мы при своих интересах. Давайте наслаждаться природой, отдыхать…

В е р а. А машина?.. Ремонт?

К и р и л л. А телеграмма?

Р и ч а р д. А пятьдесят рублей аккордеонисту?

К и р и л л. Кому в голову пришло! Я-то хорош, жалкий лопух. В какие времена у монголо-татар был латинский алфавит!

Неожиданно Лиза начинает смеяться.

А р к а д и й. Ты что?

Л и з а. Ой, Кирилл дал телеграмму начальнику, ой, не могу… Уволился…

Все смеются.

В е р а (Кириллу). А ты чему радуешься?

К и р и л л. Эта истеричка Лиза отправила телеграмму портнихе — заказала два платья.

А р к а д и й. Ой, судьба-плутовка пошутила.

Л и з а (Кириллу). А ты чего зубы скалишь? Это ведь была твоя идея — ехать сюда.

К и р и л л. Прошу соблюдать приличия, я тебе не твоя клиентка.

В а л е р и я. Ричард, пора отдать концы.

А р к а д и й. Да есть ли больший идиот, чем ты? Лапти, молоко, хлеб…

В е р а. Умоляю, не ссорьтесь. Скоро восход. Давайте возьмемся за руки…

А р к а д и й. Да иди ты со своим солнцем.

К и р и л л. Ну, это, знаете, сударь, уж слишком.

В а л е р и я. Спасибо за компанию. Ричард, за мной.

Уходят.

В е р а. Прекратите этот бесцельный скандал.

А р к а д и й (Лизе). Меня бесит его важность. Подумаешь, в собственной машине меня катает…

К и р и л л. Собираемся, Вера. Тут нулевой цикл.

А р к а д и й. Лиза, мы поедем поездом. Чтобы я когда-нибудь послушался этого идиота.

Л и з а. Хорошо. Ты собрал все?

А р к а д и й. Все.

Уходят.

Слышна приближающаяся музыка.

В е р а. Может, захватить их?

К и р и л л. Никогда. У меня тоже есть чувство собственного достоинства. К машине!

Уходят.

Секунду на сцене нет никого. Появляется а к к о р д е о н и с т. Он в недоумении.

А к к о р д е о н и с т. Звиняюсь, а где люди? Кто таланту из народа деньги платить будет?

Мертвая тишина.

Песни пели… Ау, люди?.. Деньги отдайте! Ну хоть довезите…

З а н а в е с.