Тактик.11

Глава 18 Игра не по центру

Я видел, как на стенах началась суета. Защитники забегали, занимая позиции над воротами. Альшерио, вероятно был доволен, ожидая от нас атаки на наиболее укреплённые ворота. Туда, куда физически нельзя ввести разом больше, чем пятьдесят-сто воинов, а остальные будут топтаться под стенами. Представляя собой отличную мишень и не давая мне возможности использовать численное преимущество.

Несмотря на то что ранее их на стене не было, откуда-то появились котлы, местные жители потащили туда камни, подтянулось некоторое количество лучников. Видимо, Альшерио всё же подготовился к осаде, имея свои козыри в рукаве и более того, припрятал их от меня. Молодец, хотя это ничего и не поменяет.

Мой план не отличался ни оригинальностью, ни изяществом. А самоуверенность Альшерио строилась на то том, что он нас просто забыл «посчитать» и понятия не имел о численности нашей группировки.

Хотя история знала немало ситуаций, когда малые гарнизоны сумели защитить крепости и города за счёт стен. Но тут я ему такой возможности не дам.

Я зверски зевнул. Как и вся армия, я не выспался и это, несомненно, минус.

У города Кейкана были и вторые ворота, Крестьянские, я втихаря перегнал туда Сводную роту и особого внимания на них не обращал, активности врага там тоже не было.

Маги были готовы и сегодня они моё осадное орудие.

А в это время, с восточной и западной стороны, две штурмовые группы, если такое можно сказать про соединения по два полка, несли на плечах десятки штурмовых лестниц.

Ну да, традиционно их собирают на месте из подручных материалов, но мы припёрли их с собой, сапёры изготовили их из сырья в Эркфурте. Мне просто не хотелось тратить время на подготовку к штурму и давать это же время командиру гарнизона, тем более что им оказался мой старый знакомый.

Я наблюдал за их продвижением через Рой, координируя действия командиров.

«Новак, как там?».

«Долбанные улочки. Ничего, двигаемся. Нас заметили со стены, но пока просто смотрят».

«Будь готов, как высадим ворота и по центру начнутся вопли, ставить лестницы и переть вперёд».

Обе группы почти достигли подножия стен.

И в этот момент я отдал приказ Фомиру.

Небо у главных ворот Кейкана была разорвала ослепительная вспышка, которая чувствительно ударила по глазам.

Мерцающий и бликающий молниями огненный шар размером с дом врезался в каменную кладку над воротами, разметав в стороны нескольких защитников и часть каменной кладки. Кроме взрыва он создал цепь молний, которые с треском ударили по стене, оставляя на камне оплавленные чёрные следы.

Шум от магической атаки был оглушительным. Он полностью заглушил тот тихий скрежет, с которым сотни лестниц одновременно прислонились к восточной и западной стенам.

Альшерио и его гвардейцы, ослеплённые и оглушённые, были полностью уверены, что начался главный штурм.

Фомир не заставил себя ждать и нанёс второй удар, который пришёлся уже чуть ниже, по воротам.

Двадцать магов, стоящих по периметру круга, одновременно высвободили накопленную энергию. Воздух загудел от напряжения. Я почувствовал, как магия концентрируется, собираясь в единый, плотный сгусток над центром круга.

С оглушительным ревом, похожим на крик разъярённого дракона, из центра круга вырвался огненный шар. Он был огромным, пульсирующим, оставляющим за собой шлейф раскалённого воздуха. Снаряд устремился к главным воротам Кейкана.

Новый удар сотряс массивные дубовые ворота. На них осталась огромная, обугленная вмятина. Щепки размером с человеческую руку разлетелись во все стороны. Защитники на стенах в ужасе пригнулись, прячась за зубцами.

— Работаем! — крикнул Фомир, и новый огненный шар сорвался с места.

Глядя на работу магов, я усмехнулся. Когда мы создавали магическую роту, Фомир сомневался в наших возможностях и способности десятков обращённых бродяг и каторжан стать истинными магами.

Не знаю, насколько они истинные и знали теорию, но за месяцы война и десятки сражений они натренировалось. Настолько, что выросли на голову в плане техники и объёмов применяемой энергии, в скорости и уверенности.

Это были уже матёрые маги, а Фомир — настоящий магистр, хотя и жил с синдромом самозванца.

Шар ударил чуть выше центра, пробивая внешнюю металлическую обшивку и поджигая дерево. Ворота задымились.

Я использовал Птичий пастух и следил за врагом.

Альшерио скакал по стене резвым диким кабанчиком, организуя работу котлов и распределяя камни, чтобы обрушить их на голову атакующих смертельным градом.

Он был уверен, что разгадал мой «примитивный» план. Он видел, что я пытаюсь пробиться через главный вход и верил, что его латники лучше моих.

Честно говоря, это ещё бабушка надвое сказала кто кого, если выставить батальон Первого полка против этих хмырей в чистом поле, но так я понесу потери, а мне этого не хотелось. Пусть лучше попотеют на лестницах и разгонят жидкие ряды ополченцев. Пот экономит кровь.

— Держать строй! — орал Альшерио, а его голос, усиленный магией, разносился над полем. — Копейщики, за ворота! Приготовить котлы со смолой! Я же говорил, что эти бродяги предсказуемы!

Его латники, воодушевлённые уверенностью своего командира, с лязгом занимали позиции за дымящимися воротами. Они готовились встретить мою пехоту в узком проходе. Классическая тактика обороны и весьма эффективная, они бы создали нам мешок, мои атакующие ряды смешались бы. Потеряли строй, чтобы попасть за ворота, они бы проходили через узкое пространство под башней, где их били бы во фланги копьями. А когда уже, понеся потери, вырвались бы за ворота, то оказались бы в окружении, а сверху лился бы кипяток, горячее масло, летели бы камни.

Камней у них много.

Четвёртый заряд, который выпустили маги, был самым мощным. Он вобрал в себя остатки энергии ритуального круга и с оглушительным треском врезался точно в центр ворот.

Массивные створки, весившие несколько тонн, разлетелись на куски. Огонь и дым вырвались из образовавшегося пролома. Путь в город был открыт.

Альшерио в возбуждении вскинул кулак.

— Встретим их сталью и огнём! — ревел он

Он и его несколько рот гвардейцев, выстроились за воротами, ожидая атаки. Они вглядывались в дым, готовые пронзить копьями первого, кто оттуда появится.

Одновременно с этим тысячи воинов рванули вперёд к стенам, неся на себе лестницы. Тишина взорвалась лязгом стали, топотом тысяч ног и молчанием.

Фланги атаковали молча.

Защитники стен выпустили десяток стрел, но так как все лучники были на воротах, это вообще ни на что не повлияло.

Вместе с этим Мурранг в центре для демонстрации своего шоу даже разобрал по камушкам десятки домиков и расчистил поле для атаки на ворота — начал своё представление.

Третий и Четвертый полк, с ростовыми щитами, но в среднем доспехе (чтобы не так сильно устать, бегая по полю) шумно и с криками выстроились перед воротами.

Маги отдыхали, хотя круг свой не развеивали. Фомир хлебнул из фляжки. Уверен, что это был волшебный эликсир для улучшения работы магических каналов.

Полки по центру пришли в движение. Они громко кричали и топали.

Специально для них маги точечными ударами наметили линию, чуть-чуть не доходя до зоны обстрела со стены.

Полки неслись, громыхала сталь, топотали ноги, стукались щиты. Центр пёр вперёд с криком «барра».

Штурм начался.

Но не совсем так, как ожидал Альшерио.

Фланговые полки установили лестницы на землю и попёрли вперёд.

Ошалевшие от численности людей и орков, которые на них прут, ополченцы отправили гонцов сообщить командующему, что имеет место крупная проблема. Однако у таких действий всегда есть временная задержка, то есть посыльным нужно время, чтобы добраться до Альшерио.

Да и что они сделают? Попросят перебросить к ним латников?

В этот момент на привратную башню, в направлении пролома, который теперь зиял вместо ворот устремились Третий и Четвёртый полк. Опытный глаз заметил бы, что бегут они неспешно, без огонька, медленнее, чем могли бы, но в общей суматохе это не было заметно.

Когда они преодолели приблизительно половину разделявшего их расстояния, то маги Фомира стали лупить по стене магическими зарядами, но не такими мощными как удары, высадившие ворота, а что-то ближе к фейерверкам. Красиво, но не убойно.

Удары распределились по привратной башне и по стене, не причинили никакого ущерба ни защитникам, ни укреплениям, однако наделали много шума.

Под прикрытием этого фаер-шоу Третий и Четвёртый полки, который уже добрались до «стоп-линии», остановились и принялись выстраивать стену щитов.

С городской стены было не особенно понятно, зачем они это делают и всё это выглядело как хитрый манёвр. Либо же попытка не попасть под дружественный огонь собственных магов.

В любом случае эти искромётные танцы с бубнами отвлекли на себя внимание защитников.

В это время к центру, пространству перед городом, стали стекаться и выстраиваться в коробки умарские полки. Тот, кто анализировал бы наше поведение задался бы вопросом, а почему нельзя было это сделать заранее?

Однако задумка была в другом — это просто привлечение внимания.

В это время уже вовсю шла массовая атака на стены.

Первый, кто лезет по лестнице, рискует больше всех и как правило, демонстрирует чудеса акробатики. Поскольку карабкается, прикрываясь щитом. Когда он показывается на стене, его ещё и немедленно пытаются атаковать.

Но когда лестниц десятки, ополченцы просто не успевали за всеми попытками прорыва. Собственно, уже через минуту на стене был Новак в окружении своих бойцов.

Умарцы если и отстали, то ненамного. Орки прорвали оборону, расталкивая и сбрасывая со стены ополченцев.

Массовая атака началась на самых слабо защищённых участках, где ни выучка, ни численность, ни мораль не позволяли им сдержать натиск.

Ополченцы, стоящие против такой толпы, не продержались и пяти минут. Те, кто не погиб, в панике бросали оружие и бежали в город. Стена, сама по себе неприступная, была захвачена в кратчайшие сроки.

Тем временем Альшерио в полном замешательстве смотрел на пустой пролом перед собой. До него доносились крики, звуки боя с флангов, он получил несколько донесений, но армия Штатгаля и умарцев, стоящая перед ним, мешкает и не атакует.

Его латники не сдвинулись с места.

Тем временем и Новак, и умарцы, захватив стену и прогнав остатки защитников, накапливали силы, позволяя полкам подняться на стену и заняв оборону в разных районах города. Никто никуда не бежал, пока офицеры не посчитали, что можно переходить к следующему этапу.

И следующий этап не был атакой по Альшерио. Они вошли в город и захватили ратушу, центральную площадь и казармы.

Я контролировал и координировал действия полков внутри городских стен.

За сорок минут за спиной Альшерио уже был захваченный город и полностью разбежавшиеся ополченцы.

По всему городу были крики паники и орочий рык. До него медленно, мучительно медленно начало доходить.

Его обманули. Снова.

Пока Альшерио пытался сообразить, что происходит, и отдать новые, потерявшие актуальность приказы, ситуация для него стала ещё хуже.

— Фомир, фаза два, — скомандовал я.

Маги, перегруппировавшись, направили свою силу на новое заклинание. На этот раз они без затей (я снова не изобретал велосипед) пустили огненный шар по баллистической траектории, то есть сверху, ударили по латникам, по последнему участку обороны.

Альшерио метался по стене, как обезумевший. Его лицо было искажено яростью и отчаянием. Он считал, что его оборона рушится, хотя в действительности она уже рухнула.

Он слышал боевые кличи уже не под стенами, а внутри города, за своей спиной. И последний оплот его защиты рисковал погибнуть прямо на глазах.

Паника Альшерио была почти осязаемой. Я следил за его действиями через Птичьего пастуха, и это было похоже на наблюдение за крысой в лабиринте, у которой отрезали все выходы. Его первоначальный план обороны рассыпался, даже не успев начаться. Его войска не вступили в бой, мои уже захватили город.

Тем временем по латникам врага пришёлся второй удар. Огненный шар взорвался у них над головой, заставив пригнуться и надеяться только на прочность доспеха и удачу.

Мои войска у главных ворот так и не сдвинулись с места.

— Назад! — заорал Альшерио своим гвардейцам, спускаясь по ступеням к основанию башни. — Щиты кверху! Собраться вместе. Запасной манёвр!

И они начали отступать. Вообще-то отступать было некуда, но он каким-то образом нащупал в общей суматохе если не способ уйти в новую стадию обороны, то путь к бегству.

К этому времени Новак уже занял Крестьянские ворота, причём ополченцы, которые стояли там, организованно сдались в плен, а Новак их сдачу принял.

А Альшерио и его войско побежало по лабиринту улиц, расталкивая снующих ополченцев и горожан, и мне, следя за ними при помощи Птичьего пастуха, было интересно, куда они направились. Городская тюрьма? Нет у них тюрьмы, есть только группа камер в бюро стражников. Цитадели у города не было, как и замка или внутренней фортификации. Ратуша захвачена, и я попросил союзника, умарцев, усилить оборону на подходах к ней.

Но Альшерио бежал не туда и очень скоро я узнал, куда это он двинул.

Остатки его войска (а часть латников во время беготни отстала, причём мне показалось, что сделали они это специально) в какой-то момент оказались у «пустого» участка стены.

Тут я, конечно, уже догадался, что у моего противника тоже есть парочка запасных тузов в рукавах.

К стене был «прилеплен» небольшой домик, даже скорее деревянная лачуга.

Шестеро латников зашли к лачуге сбоку и, подхватив за основание, перевернули. Вероятно, она была бутафорской, не настоящей.

За лачугой открылся круглый ход, который вёл в основание стены и куда-то вниз.

«Сводная рота, перемещение. Враг пытается удрать».

«Блокировать, навязать бой?».

«Нет, их много. Просто бейте стрелами в спину, чтобы уменьшить численность, жизнями не рисковать, от сражения уклоняться».

«Принял».

Я отправил Лиандиру визуальную картинку того места, куда полез Альшерио, а следом за ним и его сильно похудевшее войско.

Как я и предполагал, туннель оказался коротким и вывел из-за стены буквально в ста метрах беглецов на поверхность. Радовало, что в туннеле они побросали щиты и перемазались грязью.

Альшерио — бежал.

Сводная рота успела обстрелять последних из бегущих, но следуя моему приказу, в бой не вступали. Что поделаешь, сбежал, значит сбежал.

Это становилось доброй традицией — бегущий Альшерио. Надо будет написать об этом принцу Гизаку.

Тем временем Мурранг выстраивал свои полки обратно в коробки и вёл их в город.

Ворота, которые так долго ждали нападения и ожесточённой схватки, просто пропустили полки Штатгаля и умарцев в город.

Маги собирали свои принадлежности, о чём-то мирно переговариваясь с ведьмами.

Обозники прислали посыльного к Муррангу, говоря о том, что не попрут кашу в город, пусть какие полки хотят жрать после боя, сами выходят и кушают.

Мурранг вступил с гномами из обоза в долгий спор.

Я сел на коня, кинул взгляд на Иртыка и неспешно въехал в город.

Навстречу мне шёл пеший Новак, на чьём шлеме красовались два новых следа от ударов.

— Ну, как оно?

— Да нормально. Проводим зачистку города. Ополченцев не арестовываем, а только разоружаем. Проверяем дома, забираем оружие, какое найдём.

— Очаги сопротивления?

— Да какое там, — махнул рукой Новак. — Я уже с парочкой пообщался местных, у них большую часть ополчения, причём лучшую, забрал ещё Рейпл в своём походе на Лес Шершней.

— Понятно. Остались худшие из худших?

— Вроде того.

— А чиновники?

— Напуганы. У них такая ситуация, они и Альшерио боялись, как огня, он тут последние пару недель шороху наводил, провёл кучу конфискаций, десяток арестов и лично выбил несколько зубов. Орал и готовил город к обороне.

— Вот ведь. Получается, что его сослали подальше, чтобы убрать с глаз долой, но именно туда мы и напали. И что чиновники, ждут, что будет ещё хуже?

— Да.

— Ладно, собери их, пообщаемся. Нет у меня намерения тут военно-оккупационную администрацию строить, но и громить мы никого не будет. А что гражданские?

— А что им будет? По домам сидят.

— Так можно сказать, что город взят?

Новак кивнул.

— Давай подождём принца Ги и мы вместе с ним торжественно въедем на площадь. Ты там был, нормально там?

— Более-менее. Сейчас приберём. Могу пару рот построить, одну нашу, одну умарскую.

— Показуха? — спросил я Новака.

— Она.

— Ну, давай, почему бы и нет? Теперь, когда дым рассеялся, можно и ерундой заняться.