Тайны Тегваара

Глава 9 Метеорит Тромли

— Легенда гласит, — вещал курас, — однажды на нашу планету упал метеорит. Это случилось в глухой гористой местности. Размером подарок небес был не больше мяча, и серьезных катаклизмов его падение не вызвало.

Полет метеорита наблюдало лишь небольшое семейство подгорных гномов: муж с женой и двое сыновей. О да, я не оговорился, именно гномов. В те давние времена Земля была населена великим множеством рас разумных существ.

Отец послал сыновей осмотреть место падения со строгим наказом: если обнаружат что-то ценное, тащить находку домой.

Молодые гномы без труда нашли дымящуюся воронку с оплавленными краями, пробитую в крепчайшем граните горы. Сильнейшего удара не выдержал и сам метеорит. Он рассыпался на сотни больших и мелких осколков. Собрав их, гномы отправились домой.

Младшего из сыновей звали Тромли — его имя единственное, дошедшее до наших дней, имена остальных персонажей легенды, увы, не сохранились. На Тромли по дороге домой снизошло озарение. Юный гном увидел огненный шар, размером с грейпфрут. От сгустка пламени, вопреки логике, не веяло жаром. В его свете разом исчезли яркие природные краски. Все вокруг: и тропа под ногами, и небо над головой, и трава на горном склоне, сделалось мрачно-серым. Даже идущий рядом брат превратился в какое-то серокожее безликое существо.

Наводняя голову Тромли мыслеобразами, шар поведал юному гному о своем безнадежно утерянном мире. О планете в форме гигантского магического кристалла, где в гармонии и благоденствии коротали вечность тысячи бессмертных огненных шаров. Об ужасном взрыве, разорвавшем планету-кристалл на мириады осколков, разлетевшихся по необъятной Вселенной. О крохотном осколке, на долгие тысячелетия ставшим домом этому чудом уцелевшему во взрыве существу. О стремительной комете, подхватившей дом-осколок и целую вечность потом носившей его по бескрайним просторам Вселенной. О недавнем вылете осколка из хвоста уже ставшей родной кометы и падении на эту прекрасную, удивительную, живую планету. И, наконец, о знакомстве с местным жителем, в лице юного гнома Тромли.

Представившись таким вычурным образом, существо попросило у гнома помощи. Волной мыслеобразов оно поведало, что живет магией, источаемой осколками рассыпавшегося метеорита. Но будучи бесплотным, не может реализовать таланты в материальном мире. Нужен проводник — разумный абориген с искрой магического дара, готовый под руководством пришельца, воплотить внеземную волшбу. И, как не сложно догадаться, Тромли оказался идеальным кандидатом на роль проводника.

Юный гном попросил время — подумать. Существо согласилось ждать. Но волной мыслеобразов показало избраннику, как вынужденное пребывание вне магии стремительно, но неотвратимо, его убивает. Гном понял, что без проводника оно продержится едва ли больше часа. Действительно, огненный шар таял буквально на глазах и за время контакта сжался в размере с грейпфрута до апельсина. Тромли ненавязчиво дали понять, что у него есть ровно час для принятия решения.

Для затравки, перед расставанием, существо приподняло завесу тайны со знаний, поделившись с избранником крохами обещанной магической силы. В памяти ни разу в жизни не колдовавшего гнома сами собой возникли формулы сразу трех заклинаний. Не удержавшись, Тромли прошептал одну из формул, и одновременно с братом ахнул, когда ветвистая желтая молния в труху разнесла дверь родного дома. Юный гном с ужасом уставился на руки, вернее на горку обгоревших осколков в ладонях, вдруг сотворивших такое разрушительное заклинание.

Видение длилось несколько минут. Тромли отключился на полпути к дому и практически до порога шагал, как бесчувственный автомат — ничего вокруг не видя, кроме невероятного собеседника. Идущий рядом старший брат отстраненности младшего не замечал. Но удар молнией выдал Тромли с потрохами. Прибежавшие на грохот отец с матерью, обнаружив на месте двери гору обгоревших обломков, тоже потребовали объяснений.

Испугавшийся содеянного юный гном, на вопросы семьи растерянно пожимал плечами. О беседе с огненным существом и подаренных заклинаниях Тромли не проронил ни слова. И вскоре от него отстали, решив, что к молнии младший касательства не имеет — ее каким-то загадочным образом сотворили осколки метеорита.

Разумеется, после происшествия у подгорного семейства наметился нешуточный интерес к загадочным осколкам. Но когда невзрачная с виду горка угловатых, закопченных осколков, после отчистки, оказалась настоящим сокровищем, превратившись в несколько сотен больших и средних алмазов, чистой воды, гномы просто обезумели от алчности. Уж, кто-кто, а гномы знали толк в камнях, ошибки быть не могло. Богатство, в буквальном смысле, упало с неба. Сказочная удача. Настоящий подарок небес. С такой горой алмазов семья бедняков в одночасье становилась самой состоятельной в округе.

Неожиданное богатство вскружило гномам голову. Рассудительный и неторопливый в принятии серьезных решений отец семейства, от вида алмазов на старом обеденном столе, превратился в одержимого жаждой наживы безумца. Объявив семье, что хочет снести парочку камешков меняле, он стал горстями, без счета, хватать со стола алмазы и набивать ими карманы. Мать и старший брат не пожелали безучастно стоять в стороне и тоже бросились сгребать со стола камни. Дележка алмазов сопровождалась злобным переругиванием — из любящих членов семьи они вдруг превратились в смертельных врагов.

Тромли пытался усовестить родственников, но охваченные алмазной лихорадкой гномы, слова младшего, о совести и родовой чести, пропускали мимо ушей. Тогда Тромли попробовал достучаться, обратившись к их же алчности. Он стал убеждать семью, что нельзя продавать камни вразнобой, что алмазы частички одного целого и, собранные вместе, представляют гораздо большую ценность для богатого коллекционера, чем разбитые на мелкие партии и отданные за бесценок перекупщикам. Нужно сложить из осколков метеорит и целиком выставить на городской ярмарке. А не растаскивать сокровище по частям, как крысы.

Рассорившиеся из-за камней отец, мать и брат на краткое время вновь объединились и в три голоса накинулись на младшего, осыпая злобными насмешками наивные рассуждения дурачка.

Ослепленный вспышкой неистовой гномьей ярости, Тромли выкрикнул формулу заклинания — второго из подаренных огненным шаром. Оставшиеся на столе и запрятанные в потайные карманы гномьей одежды осколки метеорита, в ответ, полыхнули желтым огнем.

Ойкнув от боли, троица старших гномов стала торопливо вытряхивать обратно на стол раскалившиеся вдруг камни — кстати, за эту особенность Тромли тут же придумал алмазам характерное название: огненные камни… Старшие гномы так и застыли над столом в нелепых гротескных позах, превратившись в каменные изваяния. Жертвами ужасного колдовства стали все живые существа в доме, кроме, разумеется, самого наложившего чары гнома. Вместе с отцом, матерью и старшим братом закаменели сидящий на цепи у порога дома сторожевой пес, две мирно дремлющие на диване кошки, мыши в щелях под полом, пауки в паутинах, даже кружащиеся под потолком слепни и мухи, превратившись в крохотные камешки, зловещим градом посыпались на пол.

Ошарашенный результатом Тромли, конечно, тут же раскаялся в содеянном и захотел все вернуть, как было. Но формулы контр-заклинания на наложенные чары он не знал. В отчаянии, юный гном стал осыпать проклятьями сущность, ужасный подарок которой в одночасье лишил его семьи. Ответом на обидные слова снизошло озарение.

Опять перед ним предстал огненный шар. Уже совсем крохотный, с апельсина сжавшийся до лесного ореха. Но уменьшение размера ничуть не сказалось на зловещих способностях существа. В его сером, безжизненном свете разом поблекли, постарели и подурнели окружающие предметы. Обрушившаяся на Тромли волна мыслеобразов в голове юного гнома сложились во вполне понятную, хотя и беззвучную, речь.

Существо кратко и четко объяснило несостоятельность претензий избранника, которого никто не заставлял пользоваться полученными знаниями. Не задумываясь о последствиях, юный гном сам решил прочесть заклинание. И только он виноват, что все живое вокруг обратилось в камень. Добившись от Тромли раскаянья, существо сжалилось и обнадежило, что знает, как убрать злые чары и оживить окаменевших гномов. Но без посредника творить волшбу не может. Расколдовывать семью придется самому Тромли. И чтобы составить контр-заклинание, юному гному надлежало немедленно стать проводником пришельца. Существо призналось, что из последних сил сопротивляется агрессивному воздействию чужеродной среды. И пригрозило скорой потерей единственной возможности спасения родных Тромли.

Юному гному ничего не оставалось, как согласиться. Повинуясь указаниям существа, Тромли пальцами обеих рук широко оттянул веки правого глаза, лишив возможности моргнуть, и крошечный огненный шарик влетел в него. Гном не почувствовал ни ожога, ни даже легкого пощипывания, просто ослепительная желтая вспышка в глазу и все.

Когда правый глаз проморгался и снова смог видеть, оказалось, увиденное им предается в безжизненно серых тонах, в то время как левый глаз продолжал нормально все видеть в цвете. Из-за такой несовместимости картинок поначалу было сложно одновременно смотреть обоими глазами, первые дни Тромли предпочитал по очереди смотреть то одним, то другим. Но уже через неделю приспособился и свободно смотрел обоими глазами.

Да, чуть не забыл еще одну важную деталь, разумеется, после проникновения в глаз магического чужака Тромли сразу подбежал к зеркалу, и был неслабо потрясен увиденным. Вместо привычных серой роговицы и зрачка из правой глазницы на него уставился круглый сгусток огня, каким-то чудом утопающей в водянистой субстанции белка.

Магическое существо сдержало слово, и уже через неделю его проводник составил контр-заклинание на «Тиски Камня» — заклинание примененное юным гномом по неосторожности. Но домочадцев Тромли расколдовал лишь спустя шесть лет, уже став Великим Мастером Основателем Славного Тегваара Светлого и Темного…

Очнувшиеся от волшебного забытья гномы не поняли, что с ними произошло. Для них проведенные в каменном плену годы пролетели, как один миг, за который — это стало неприятным сюрпризом! — из затянутого паутиной дома сбежал младший сын. Заваленные толстым слоем пыли алмазные осколки метеорита по-прежнему лежали на столе. Теперь они были совершенно безопасны — их губительный огонь был надежно укрыт магией Тромли. Но они больше не вызывали у гномов приступов алчности, напротив, очнувшись от наваждения, отец, мать и сын стали выворачивать карманы и, брезгливо морщась, вытряхивать на стол остатки камней. Теперь им было ужасно стыдно, что из-за каких-то стекляшек, пусть даже стоявших баснословное состояние, они едва не вцепились друг другу в глотки.

Гномы не понесли, как собирались, камни на продажу, а повинуясь внезапному порыву, собрали их в шкатулку, снесли подальше от дома и замуровали в стене неприметной горной пещеры. Возвратившись домой, гномы занялись уборкой и, стирая пыль и паутину со стен, пола и потолка, чудесным образом выметали из памяти досадные воспоминания об ужасных алмазах, отнявших у них сына и брата.

Эту легенду — предысторию возникновения Тегваара — с детства знает каждый тегваарец, ее проходят на уроках истории в младших классах школы. Считается, что она записана со слов Великого Мастера Основателя… Теперь ее услышал и ты. Но судя по насупленным бровям, что-то пришлось не по нраву. Артем, давай договоримся, если по ходу моей говорильни появляются вопросы — без стеснения сразу их задавай.

— Нет вопросов, отличная легенда, — заверил Артем.

— Чего же хмурый такой?

— Я о напарнике вспомнил, когда об окаменевших гномах услышал, — нехотя признался Артем. — Бедолага Вопул стоит сейчас во мраке пещеры, ни жив, ни мертв. И я ничем не в силах помочь, как юный Тромли семье.

— Но ведь Великий Мастер нашел контр-заклинание. И мы обязательно найдем, — обнадежил курас.

— Найти-то нашел, вот только потом почему-то тянул с применение шесть лет, — ухмыльнулся Артем.

— Я тянуть не стану, обещаю, — очень серьезно сказал маг.

— Верю, — не мене серьезно кивнул выпускник Школы Теней.

— Вот и договорились. А теперь, если в настроении слушать, пожалуй продолжу, — озорно подмигнул собеседнику курас, разрежая торжественность момента. — И перейду непосредственно к истории возникновения волшебного города.

— Да, конечно, с удовольствием послушаю, — охотно заверил Артем.