Тайны Тегваара

Интерлюдия 1

Голого, в одних трусах, Артема, стоящего босиком на сырой земле, окружал хорошо знакомый белый туман, настолько плотный, что в нем с трудом можно было разобрать очертания плеч. Это был легендарный Зал Полусна-Полуяви, вместилище тысяч и тысяч сюрпризов, неуловимой, непредсказуемой и непонятной, как само сновидение, Школы Теней.

Впервые попасть в белый туман Зала Артему довелось более полугода назад.

Брудо Зерновик заплатил за обучение Совету Избранных Лиги Теней, и в ночь после оплаты Артем был призван на первый урок. Разумеется, он был предупрежден всезнайкой-фермером, что тайное обучение будет происходить нетривиальным образом. Но как именно, хитрец Брудо умолчал. Богатое воображение рисовало Артему варианты один чуднее другого. Будто из Школы присылают чудовище, и оно тащит его, до полусмерти перепуганного, по пустым улицам ночного города в скрытное логово. Или за ним вообще никто не приходит, а прямо в квартире вдруг возникнет портал, и невидимые учителя призывают войти в него…

Действительность превзошла самые смелые и отчаянные предположения. Никого и ничего не дождавшись, разочарованный Артем завел будильник и лег спать. Долгое ожидание изрядно утомило. Стоило щеке коснуться подушки, он тут же заснул. И во сне вдруг оказался внутри непроницаемого молочного марева.

Первое знакомство с Залом Полусна-Полуяви навсегда врезалось в память. В тумане раздалось зловещее змеиное шипение. Сперва издали. Но с каждой секундой шипение приближалось. Невидимые в тумане змеи сползались со всех сторон…

Артем с детства панически боялся змей. Любых, даже безобидных ужей. Его передергивало от одного вида извивающихся гадов. Заметив на земле змею, удирал без оглядки, как от чумы. И вот кошмарная ситуация — под туманом прячутся десятки змей. Их слышно, но невидно. Куда бежать непонятно. Того гляди ненароком наступишь на затаившуюся ядовитую гадину. А змеи сползаются, и целят смертельные зубы в беззащитные голые ноги. Тело парализует панический ужас. Он уже не чувствует исходящий от земли холод и не может шевельнуть ни рукой, ни ногой.

Спасение пришло из глубин подсознания. Какой-то не поддавшийся панике очажок здравомыслия нашел панацею и, как спасательный круг утопающему, бросил оцепеневшему мозгу подсказку, что туман и змеиное шипенье — все лишь страшный сон. Да, очень реалистичный, но лишь кошмар.

Ухватившись за спасительную мысль, как утопающий за соломинку, Артем захотел скорее проснуться. Но не смог. Скованные ужасом руки-ноги не желали реагировать на команды мозга. Вместе с приближающимся шипением нарастала паника. Он затрясся, как эпилептик в припадке, и, почувствовав прикосновение к ноге первого самого шустрого гада, до крови прикусил язык.

Несмотря на острую боль во рту окружающий туман остался неизменным. Безотказный раньше метод дал сбой, не удалось сбежать от кошмара в спасительное пробуждение. Боль частично вернула контроль над телом, он перестал дрожать.

Опасаясь плевком спровоцировать притаившуюся в ногах змею, Артем судорожно сглотнул набежавшую в рот кровь. От ужаса, несмотря на холод, тело покрылось потом. Концентрация страха достигла критической отметки.

Когда змея обвилась вокруг отбивающей неуемную чечетку ноги и поползла вверх, ужас зашкалило. Под напором инстинкта самосохранения детская фобия лопнула, как котел от чрезмерного давления пара.

Артема бросило из одной крайности в другую. Страх перед змеями обернулся направленной против гадов ненавистью и отчаянной агрессией. Ожившие руки сорвали с ноги ползучую тварь, перекрутили, словно при отжиме белья и, сломав хребет, швырнули обвисшую мертвым шлангом змею прочь.

Расплата за вспышку безрассудного гнева наступила тут же. Неуклюже схваченная поперек туловища змея перед смертью успела покрыть обе руки обидчика множеством стремительных укусов. Поднеся зудящие руки к глазам, Артем увидел двойные следы змеиных зубов. Крошечные ранки на глазах распухали и наливались зловещим багрянцем.

Поначалу просто зудящие, как от комариных укусов, ранки стало накачивать расплавленным свинцом. По мере распространения яда, жгучая боль за считанные секунды растекалась по рукам, и вгрызлась в грудь.

У обезумевшего от боли Артема подкосились ноги. Он упал на змей, придавив сразу нескольких гадов, и в корчах стал кататься по утрамбованной земле, распугивая остальных подползающих рептилий. Из глаз, носа и ушей ручьями потекла кровь. Из горла кровь хлынула буквально фонтаном.

Артем больше ничего не видел и не слышал. Подсвечивающий туман свет померк. Змеиное шипенье вокруг как отрезало. Но разбегающийся по телу яд, огнем сжигающий нутро, ощущал до самого конца. Он умирал в страшных судорогах, захлебываясь собственной кровью, и с радостью принял смерть, как избавление от боли.

А через мгновенье перед глазами снова вспыхнул яркий свет.

Артем снова живой и здоровый в одних трусах стоял в плотном белом мареве босыми ногами на холодном земляном полу, и слышал медленно надвигающееся со всех сторон змеиное шипенье. О пережитом только что смертельном приключении напоминали лишь зудящие подсыхающие болячки на руках.

Казалось бы, после пережитой смерти от ядовитых укусов, оказавшихся куда болезненней, чем представлял, Артем должен был сразу рухнуть в обморок при приближении очередной партии невидимых змеи. Но вышло наоборот. Услышав нарастающее шипение, Артем не запаниковал, как в первый раз. От панического ужаса перед ползучими гадами не осталось и следа. Стоило однажды взглянуть страху в глаза и на собственной шкуре испытать последствия змеиного укуса, и парализующая рассудок фобия приказала долго жить.

Заработавший мозг тут же подсказал простой и логичный выход из сложившейся тупиковой ситуации — прежде чем вступать в игру, нужно узнать правила.

— Что я должен сделать? — спросил Артем у окружающего тумана.

И тут же получил ответ в виде прозвучавшего над ухом шепота:

— Убить свой страх и остаться невредимым.

Артем мгновенно развернулся на голос, но рядом никого не оказалось.

— Я правильно понял, нужно убить одну змею? — уточнил Артем.

В этот раз ответом была лишь напряженная тишина и близкое змеиное шипение.

— Молчанье — знак согласия, — подытожил он так толком и не состоявшуюся беседу с незнакомцем.

После недолгих раздумий решил добиться требуемого малой кровью — дождаться змей и, сработав на опережение, свернуть самой шустрой башку.

Как в первый раз, самая проворная змеюка обвилась вокруг ноги и начала плавный подъем.

Волевым усилием уняв дрожь, Артем затаился и приготовился цапнуть змею, как только поднимется на удобную для перехвата высоту. Он нацелился ухватить ядовитую гадину сзади за края челюстей, чтоб сперва надежно зафиксировать опасные зубы, и уже потом второй рукой аккуратно сломить хребет.

Увы, змея не пожелала играть по его правилам. И, не поднявшись даже до колена, впилась в голень зубами.

Взвывший от досады Артем тут же сорвал с ноги коварное пресмыкающееся, сломал хребет и отшвырнул. И почти сразу же с протяжным стоном сам рухнул на землю. Снова пришлось переживать мучительную агонию в луже крови и избавительную смерть…

Вторично воскреснув в белом тумане, Артем не стал дожидаться приближения змей, а решительно зашагал навстречу самому громкому шипению. В душе не осталось и капли страха перед ползучими тварями, одно лишь раздражение на шипящего червяка-переростка, от поганых клыков которого нестерпимо зудят и чешутся обе руки и правая голень.

Раздражение было столь велико, что не сразу даже сообразил, об абсурдности атаки невидимых в тумане ядовитых гадов голыми руками и ногами.

— Прутик бы какой завалящий, — без особой надежды попросил у тумана Артем, остановившись в считанных метрах от грозно шипящей линии медленно наползающих змей.

И вздрогнул от неожиданности, когда невидимые холодные руки вложили в правую ладонь длинный ивовый прут.

— Благодарю, — опомнившись, бросил вслед сгинувшему помощнику Артем и, со свистом крутанув прутом, довольно добавил: — Другое дело!

Одним прыжком одолев оставшееся до змей расстояние, вслепую рубанул прутом по источнику шипенья. Свист прута прервался сочным шлепком попадания. Бешеное змеиное шипенье под ногами тут же как отрезало.

Рубанув прутом еще пару раз, для верности, Артем присел на корточки, пошарил ладонью по полу и наткнулся на бьющееся в агонии гибкое тело. Подняв к глазам, убедился, что змея мертва, и отчитался невидимому наблюдателю:

— Вот. Я убил свой страх. И остался невредим. Что дальше?

Отклика не последовало. Стоять на месте и дожидаться дальнейших ЦУ Артему не позволило яростное шипение родичей убитого гада.

Он оказался в окружении десятка, а быть может и десятков, сползающихся со всех сторон мстителей. И ничуть не испугался, а, наоборот, обрадовался возможности продолжить истребление змеиного племени. От приближения неизбежной схватки даже появилось какое-то подобие азарта, как у рыбака, заманивающего в сеть целый рыбный косяк.

— В очередь, шнурки ползучие! В очередь! — заорал Артем в шипящий туман и, не дожидаясь, когда сошедшиеся змеи разом на него накинутся, сам бросился навстречу наползающей цепи.

Определив по шипенью положение змей возле ног, завертел запястьем, превращая прут в лопасть вентилятора. Когда шипение внизу стихло, перепрыгнул через бьющиеся в агонии тела и выскочил из окружения. Отбежал немного вперед и развернулся лицом к шипящему валу преследователей. Заново раскрутил в руке прут и пошел навстречу.

Большая часть слепых ударов впустую месила туман, но Артем не снижал оборотов, прекрасно понимая, что сдержать напор юрких змей можно, только отбиваясь на предельной скорости. Первый ряд шипящих гадов прут выкосил буквально за пару секунд. Отставшие змеи сменили тактику — перестали шипеть и затаились. В навалившейся вдруг тишине Артем тоже остановился и опустил гудящую с непривычки руку с прутом.

— Продолжай, — раздался сзади насмешливый голос. — Страх нужно искоренить до конца.

— Да как я их теперь отыщу⁈ — возмутился Артем, оборачиваясь на голос. Но никого в тумане разглядеть не сумел.

— Продолжай, — раздалось уже из другого места.

Стиснув зубы, Артем снова закрутил перед собой прут и шагнул вперед. Голая ступня опустилась на изломанные змеиные трупы. Ни панического ужаса, ни брезгливости не ощутил, лишь забеспокоился: как бы не поскользнуться.

Охотиться на затаившихся змей оказалось не сложно. При его приближении пресмыкающиеся невольно начинали сворачиваться в кольца, готовясь к броску, и шелестом чешуйчатой кожи выдавали свое положение. Прут мгновенно смещался в нужную сторону, и распластавшаяся в прыжке змея попадала под смертельную лопасть.

На втором десятке изведенных змей Артем сбился со счета. Дальше действовал на автомате, планомерно зачищая туманное пространство вокруг. Когда затаившиеся гады под ногами закончились, до придела выжитый Артем даже этого не заметил.

До крови закусив губу, он продолжал отчаянно вертеть налившийся свинцовой тяжестью прут. И так бы, наверное, отмахивался до полного изнеможения, если б в какой-то момент прут не вырвала из сведенных судорогой пальцев чья-то невидимая рука.

Подкравшийся со спины незнакомец легко удержал Артема на месте, не позволив обернуться, и шепнул в ухо:

— Ты храбро сражался будущая тень. Я доволен тобой. На сегодня достаточно. Можешь отдыхать.

И окружающий белый туман тут же исчез.

Артем очнулся дома в постели прекрасно отдохнувшим и отлично выспавшимся. И почти сразу забыл о кошмарном сне-ловушке — мало ли ерунда какая в волшебном городе может пригрезиться. Но принимая душ, заметил багровые разводы на руках и голени — точно в тех местах, куда во сне впивались змеиные зубы — сразу все вспомнил и безропотно принял догадку о реальном приключении во сне.

Так началось его обучение в Школе Теней.

На протяжении следующего полугода, без выходных и праздников, каждую ночь, засыпая, Артем попадал в белое туманное марево Зала Полусна-Полуяви, и неуловимый наставник каждый раз удивлял его новым уроком.

За первый месяц обучения Артем научился контролировать страх и избавился от всех фобий. Дальше началось обучение боевым искусствам. До седьмого пота оттачивались быстрота и точность разящего удара. Вырабатывалась животная, на интуитивном уровне, реакция на опасность. Тренировались мгновенные переходы из защитных стоек в атакующие и обратно.

Поощряя успехи и достижения в боевом искусстве, наставник открывал Артему тайны самоконтроля и медитации. И незаметно готовил подопечного к освоению главного секрета Школы — техники мгновенного погружения в боевой режим тени.

Урок не прекращался, пока ученик не справился с предлагаемой задачей, без скидок на трудности и обстоятельства. Один урок в затянутом туманом Зале Полусна-Полуяви мог растянуться на сотни часов, а мог закончиться уже спустя минуту, но каждый раз, неизменно, в реальном времени Тегваара он длился один ночной сон.

Обучение в Школе Теней длилось стандартные полгода. Потом ученика ждал экзамен. Прошедший его счастливчик становился тенью и зачислялся в Лигу Теней. Провалившийся — с позором изгонялся без права переэкзаменовки.

Три месяца назад Артем с честь выдержал финальное испытание и стал тенью. С триумфом покидая Школу, он был уверен, что с легендарным Залом Полусна-Полуяви прощается навсегда.

И вдруг вновь оказался окружен непроницаемым белым туманом.

«Почему? Что стряслось? Неужели нарушил кодекс Лиги? Но когда? Где? И что теперь? Позорное изгнание из теней? Блин, да как так-то!» — мысли одна мрачнее другой замелькали в ошарашенном сознании Артема.

Томиться в неведении пришлось не долго. Легко догадавшись по растерянному лицу Артема о невысказанных вслух вопросах, наставник ответил:

— Уполномочен объявить, что Совет Избранных Лиги Теней доволен твоими успехами.

От вкрадчивого голоса над ухом, Артем вздрогнул и попытался обернуться. Но был мгновенно обездвижен крепким захватом. Он снова, как и в дни обучения, оказался беспомощной игрушкой в крепких, как сталь, руках наставника.

— Можешь спрашивать, — шепнул наставник, чуть ослабив хватку.

— Почему я здесь? — выдохнул Артем.

— По воле Совета Избранных Лиги Теней, за деятельное участие в предотвращении прямой угрозы безопасности Тегваара, приобретенный в процессе участия опыт и возросшее мастерство, тебе пожалована вторая ступень мастера-тени, — на одном дыхании выдал наставник. Выдержал паузу, давая возможность Артему проникнуться значительностью момента, и по-отечески добавил: — Я горжусь тобой, бывший ученик!

Потрясенный Артем застыл с раскрытым ртом, не в силах вымолвить ни слова. Когда же дар речи вернулся, попытался робко возразить:

— Это, наверное, какая-то ошибка.

— Похвальная скромность, — усмехнулся наставник. — Совет Избранных Лиги Теней не ошибается. Никогда.

— Но я же не совершал ничего выдающегося, — растерянно пробормотал Артем. — Наоборот, неслабо так накосячил.

— Прими добрый совет, мастер-тень второй ступени, наслаждайся заслуженными лаврами, и не торопись отнекиваться от пока непонятных побед. Придет время, и все узнаешь.

Артем собрался ответить. Высыпать на голову мудреца ворох скопившихся проблем. Поведать наставнику о любовной связи с девушкой, оказавшейся расчетливым убийцей-пауком, стараниями которой под вопросом оказалось законность его тегваарского гражданства. О заключенном с магом Себаргом контракте, оказавшемся грубой подставой, грозящей смертью другу и обвинением ему в похищении маленькой девочки. Об отчаянной попытке поквитаться с темным магом, и провале почти осуществленной затеи из-за некстати навалившейся сонливости. И, наконец, о только что подмеченном изменении внешности — засыпал в личине огра Гарлока, а в Зале Полусна-Полуяви, с какого-то перепуга, стал вдруг человеком.

Но ничего этого Артем озвучить не успел.

Окружающий белый туман развеялся так же внезапно, как и возник. И он проснулся.