Тайны Тегваара

Глава 8 Чаша Жизни

Через несколько шагов карниз перешел в уходящую круто вниз лестницу. Спустившись по ней до конца, они оказались у высокого борта каменной чаши — шириной в два артемовых роста и примерно такой же глубины, в центральной части. Внутренняя поверхность чаши была густо усеяна вырезанными на граните магическими символами.

С большим пещерным водоемом чаша соединялась узким каналом. Но сейчас он был перекрыт толстой пробкой намороженного льда, и чаша пустовала.

— Это и есть знаменитая на весь Тегваар Чаша Жизни, — стал объяснять проводник, — избавляющая от различных недугов быстрее и качественнее любого дипломированного мага-целителя. Молва ей приписывает секрет долголетия курасов. Искупаться в ней мечтают тысячи тегваарцев. Но доступно это удовольствие лишь толстосумам, готовым выложить за получасовое купание сто тысяч слитней.

— Ничего себе! — присвистнул Артем.

— А ты думал. Курасы умеют рубить слитни, — ухмыльнулся Марсул и заговорщицки подмигнул спутнику. — Знали бы эти придурки за что выкладывают такие сумасшедшие деньжищи. Вообще-то это тайна моего народа, но тебе, мистик, скажу.

— Может, не надо, — попытался робко протестовать Артем. — Когда протрезвеешь, стыдно станет, что тайну постороннему, по пьяни, разболтал.

— Цыц, мальчишка, поучи меня еще, — осерчал Марсул. — Сейчас Ссутешшь свистну, она живо научит старших уважать.

— Так она же уплыла отсюда, — напомнил Артем.

— Ничего, мой свист она и в реке услышит, — заверил пьяный курас. — Хочешь проверить?

— Не надо, верю, — кивнул Артем. — С радость послушаю по эту чашу. Рассказывай, в чем тут подвох.

— Ага, проняло? Интересно стало! А вот не стану говорить!

Артем едва сдержался, чтоб вновь не нахамить пьяному магу. Справившись со вспышкой гнева, грустно улыбнулся и разочарованно протянул:

— Жаль. Очень жаль.

— Ладно, не плачь, расскажу, — смилостивился Марсул.

Он облокотился о борт чаши, пробормотал скороговорку-заклинание и махнул рукой на перекрывавшую воду ледяную заслонку.

Гранит под пробкой, по воле мага, мгновенно докрасна раскалился. Ледяная преграда тут же зашипела и растаяла, обернувшись облачком пара. Вода стремительным потоком ринулась в открывшуюся брешь и водопадом низринулась на дно чаши. Над раскаленным магией медленно остывающим участком каменного русла зависло белое облако пара.

Пока вода заполняла чашу, Марсул открыл обещанную тайну:

— Все думают, что секрет Чаши Жизни в этих магических символах, — он указал на вырезанные в костяной поверхности знаки. — Это не так. Тут выбиты обычные заклинания поддержания силы, способствующие лишь усилению воздействия целебных чар. Сами же чары находятся в этой замечательной воде, содержащей в большом количестве отходы жизнедеятельности речного дракона.

— То есть там, — Артем ткнул пальцем в быстро заполняющую чашу воду, — полно драконьих какашек?

— Ну да, — кивнул Марсул, радующийся произведенному эффекту. — Моча и фикалии речного дракона — непревзойденный целебный эликсир. А здесь, в драконьем логове, вода содержит большой процент этой драгоценной примеси.

— То есть вы берете с богатых тегваарцев огромные бабки за возможность искупаться в драконьем дерьме.

— Гениально, да?

— Меня сейчас вырвет, — поморщился Артем.

— Да брось. Как бы противно это не звучало, важно, что на деле эта смесь воды, мочи и фикалий — реальная панацея. Настоящая живая вода, исцеляющая любые раны и болячки. Одно лишь огорчает — уникальная особенность относится лишь к отходам жизнедеятельности речных драконов. А они, в отличие от крылатых собратьев, редко образуют пары и имеют потомство. Потому речных драконов в Долине считанные единицы.

Когда вода заполнила чашу по самую кромку, курас снова прочел скороговорку заклинания и махнул рукой на парящийся участок канала. Раскаленный участок каменного русла под дланью мага мгновенно заледенел. На нем буквально за считанные секунды наросла внушительная шапка льда, вновь начисто перекрыв путь воде.

— Че стоишь? Скидывай одежку, и пошли купаться, — подавая пример, курас стащил пиджак и небрежно швырнул на ступени лестницы.

— Нет, я туда не пойду, — заупрямился Артем. — Не хватало еще, до полного счастья, в дерьме драконьем искупаться.

— Ишь, брезгливый какой, — рассмеялся курас, небрежно стаскивая через голову дорогую шелковую рубашку. — Че, не видел, вода, когда сюда затекала, термообработку проходила, да не простую, а магическую. — Он разулся и приступил к брюкам. — Всякую там грязь, да микробов вредоносных начисто вытравило. Остались только полезные, целебные свойства… гм… драконьего продукта. Можем смело нырять. — Марсул бросил смятые, перекрученные брюки поверх кучи одежды. Потрогал воду и, блаженно улыбнувшись, простонал: — Ой, какая тепленькая, речная водичка. Пошли же, пошли быстрее.

— Давай, сам, а я здесь постою. Одежду постерегу.

— Так, по-хорошему, значит, мы не понимаем, — покачал головой Марсул. — Что ж, прибегнем к старому доброму шантажу. Значит так, умник, если сию минуту не запрыгнешь в эту бадейку, я палец о палец больше не ударю для спасения тролля. Пусть подыхает в пещере. Слово Смотрителя Долины Драконов!

На его голой груди только что девственно чистой вдруг проступил очень красивый рисунок коричневой змеиной головы. И на этом чудеса не закончились. Нарисованная рептилия распахнула пасть и натурально зашипела на Артема.

— Вот видишь, и Гаршша твоего упрямства не одобряет, — совершенно спокойно, как нечто само собой разумеющееся, прокомментировал шипенье рисунка Марсул.

— А по-почему эттто? — заикаясь от страха, спросил Артем.

— Что значит почему! Потому что не послушный ты. Старших не слушаешь. Норовишь сделать по-своему. Вот Гаршше и не понравилась. Она мой теневой хранитель. Не советую с ней спорить, может покусать. А я ведь уже говорил, сколько в этой крошке яду.

Змея подалась вперед и голова, вывалившись из груди, закачалась на длинной шее в опасной близости от плеча парализованного ужасом Артема.

— В Австралии один колдун правильный ее набил, — как ни в чем не бывало, продолжал рассказывать о любимице Марсул. — А ритуал по оживлению теневой татуировки уже сам провел.

— Пож-жа-жалйста хва-ватит, — простонал Артем.

— Раздевайся, — вдруг совершенно трезвым голосом скомандовал курас. — Не испытывай наше терпенье.

Артем судорожно сглотнул и стал стягивать одежду.

— Гаршша, — позвал Марсул.

И змея, подавшись назад, как капля воды в губку, втянулась обратно в грудь. Несколько секунд в месте возвращения красовался рисунок извивающегося змеиного хвоста, потом побледнел и пропал.

— Ну вот, нормальная же вода, как я и говорил, — пожурил спутника Марсул, когда оба перелезли через борт и окунулись в теплое нутро Чаши Жизни. — Вон как плещешься, а еще лезть не хотел. Как ощущения?

— Нормально, — прокряхтел Артем, отчаянно стараясь, как курас, удержаться у края на пологом и относительно мелком участке чаши. Но раз за разом оскальзывался и съезжал в центр. Где вынужден был барахтаться, как малолетний шалун, потому как даже с немалым ростом не доставал там ногами до дна.

— Не нормально, а отлично, — улыбнулся спокойно сидящий на корточках по шею в воде Марсул. — В конце процедуры спасибо скажешь.

— Давай… тьфу… я прямо сейчас скажу… тьфу… спасибо и мы, наконец, вылезем… тьфу гадость… отсюда, — проворчал брезгливо отплевывающийся Артем. Он вновь поскользнулся, на сей раз настолько неудачно, что ушел под воду с головой и наглотался мутной водички. — Правда, ну сколько можно!.. Тьфу, тьфу, тьфу!.. Хотел, чтоб я залез — я залез… Тьфу!.. И окунулся. И даже, вон, на зуб попробовал… Тьфу… Пошли отсюда, а.

— Нет, чтоб получить эффект от купания в полном объеме, нужно пробыть в Чаше не меньше получаса, — объявил Марсул.

— Тебе хорошо говорить, сел и сидишь себе, а меня достало уже это бултыхание.

— Так тоже сядь и сиди. Кто ж мешает?

— Ноги скользят по дну. Не могу на месте удержаться.

— Это мы сейчас поправим. Греби сюда.

Оттолкнувшись ногами от противоположного бортика, Артем подплыл к хитро улыбнувшемуся курасу.

— На, вот. Обувайся, — Марсул протянул пару шлепанцев с присосками на подошвах. — Без них тут, и впрямь, трудновато на месте усидеть.

— Откуда, — изумился Артем, принимая подарок.

— Вот, видишь, у края чаши сундучок. Там таких еще с десяток. Думал, тебе нравится барахтаться, вот сразу и не предложил.

— Ага, думал он, как же, — проворчал под нос Артем, пытаясь на плаву натянуть шлепанцы.

— Обулся? Теперь резко топни по очереди обеими ногами. Присосались к полу? Вот и отлично. Садись, отдыхай.

— Слушай, раз уж нам здесь полчаса отмокать. Может, расскажешь о Долине Драконов? — спросил Артем.

— И что бы хотел узнать?

— Все.

— Ишь ты, шустрик какой, — ухмыльнулся Марсул. Но от следующих слов Артема ухмылка слетела с его губ.

— Раньше я был уверен, что загадочная Долина Драконов находится на территории Светлого Тегваара. В одном из затянутых туманом, закрытых участков города.

— Как ты об этом узнал? Это ж тайна.

— Ну да, большинство тегваарцев и не догадываются о существовании таких проплешин на территории города. Они замаскированы магией. Их можно заметить лишь ежедневно наблюдая за городом с разных точек обозрения. Специфика моей работы позволяла проделывать это. В общем, я видел туман и представлял, что под ним скрыты какие-то засекреченные объекты регуляторов, типа Долины Драконов.

— И что же разубедило?

— Когда мы с Вопулом порталом сюда перенеслись, у напарника исчезли очки света, значит Долина Драконов не часть Тегваара.

— Логично.

— Ты пользуешься магией, как маги волшебного города. Проживаешь в Долине, но прекрасно осведомлен о быте и нравах Тегваара. Готов поспорить, что местные курасы частенько бывают в Тегвааре.

— Можешь не сомневаться, бывают, — подтвердил Марсул. — Больше скажу, некоторые даже имеет там дома и живут в городе больше чем в Долине Драконов… К чему клонишь?

— Очевидно, что Долина Драконов и Тегваар тесно связаны. Хотелось бы знать почему? И еще, ты говорил, Долина появилась примерно четыреста лет назад — как это произошло?

— Что ж, почему бы нет, — пожал плечами Марсул. — Немного истории не повредит. Начну я, пожалуй, с основания самого Тегваара. Даже с события предшествовавшего появлению волшебного города. Потому как ты прав, Долина Драконов очень тесно связана с Тегвааром. Итак…

Марсул начал рассказ. И по мере того, как он говорил, из голоса исчезала пьяная развязность, сменяясь напряженной сосредоточенностью увлеченного историей рассказчика.

Нечаянно увидев отражение в мутной воде, Артем с изумлением обнаружил, что от синяка под глазом не осталась и следа, а болячки и шишки на губах растворились в Чаше Жизни, как сахар в стакане чая.